4. Теряю разум
Песня для главы:
https://youtu.be/VZm5SdYt72I
***
- Ты не против сегодня поужинать вместе?
Сегодня работа уже завершена, режиссер всех отпустил, но Мью задержался ненадолго, чтобы уточнить у того волнующие его детали. И оказалось, что Холли все это время ждала его, чтобы пригласить на ужин. В этом нет ничего сверхъестественного: они в таких отношениях, что подобная трапеза не будет ни для кого из них проблемой, поэтому радостно кивает головой:
- Да, конечно, - и поворачивается уже к Галфу. - Завезешь нас? И потом можешь ехать отдыхать: сегодня был тяжелый день.
Да, он до сих пор не отошел от этого странного состояния, поэтому непривычно даже для самого себя мягок со своим менеджером, который смотрит сейчас на него своими большими испуганными глазами, тоже явно не ожидая такого. Наверное поэтому безропотно соглашается, хотя в обычном бы состоянии наверняка бы огрызнулся в ответ.
Или это присутствие Холли сдерживает это маленькое зло?
Мью слишком устал и слишком запутался, чтобы анализировать еще и это, поэтому просто грузит свое уставшее тело в микроавтобус, вполуха слушая тихое щебетание девушки, которая решила поделиться с ним восторгами первого рабочего дня. Хоть что-то в этом мире неизменно: вечно оптимистичная и в приподнятом расположении духа Холли. Кажется, что если она впадет в уныние, то эта реальность рухнет...
Но что-то его беспокоит: зудит в подсознании, но не может пробиться наружу. При этом полностью из головы эту тревогу выбросить не получается, потому что она не дает спокойно и ровно дышать, стискивая липкими холодными пальцами грудную клетку. Он старательно гонит от себя это ощущение, но оно упорно вцепилось и не отпускает его.
Наверное, это улавливают и окружающие, потому что взглядом Мью встречается с темными и тоже тревожными глазами в зеркале заднего вида. Вопросительно поднятая бровь как бы хочет уточнить: с тобой все в порядке? Он в ответ поджимает губы и как-то неуверенно передергивает плечами: ну как бы да.
Ему явно не верят, потому что обычно пухлые губы сейчас зажаты в узкую нервную полоску, а испытывающие его выдержку взгляды не прекращаются. Но Мью усилием воли поворачивает голову к девушке и пытается слушать то, что та ему рассказывает, включая угу-реакцию, но мысли все так же витают где-то далеко. Настолько далеко, что даже не замечает, что они прибывают на место, и на него смотрят уже две пары удивленных глаз:
- Мью? Ты не выходишь?
А? Что?
Точно: ресторан, ужин с Холли. Мью трясет головой и натянуто улыбается, пытаясь собрать себя по кусочкам, на которые по непонятной для него самого причине сейчас разваливается. Поворачивается к Галфу:
- Спасибо, можешь ехать домой - дальше я сам.
- Еще чего: напьешься, попадешь в неприятности и на первые полосы, а мне потом расхлебывать.
Мью шокировано молчит, а парень поворачивает ключ в замке зажигания и как ни в чем не бывало выходит из машины:
- Ну, вы идете? Я недалеко посижу, чтобы вам не мешать, а потом развезу по домам.
Вот сейчас как раз место для мема: кто ты такой и что сделал с Галфом. Были бы они одни - обязательно бы задал этот вопрос, но Холли и так на них смотрит с удивлением, поэтому Мью не хочет затевать очередную словесную перепалку у нее на глазах. Он просто пожимает плечами: как угодно, если хочет потратить драгоценные часы не на отдых, а на сидение в ресторане на птичьих правах.
Но он же не совсем чудовище, поэтому заказывает парню еду тоже: у того наверняка нет столько денег, чтобы позволить себе ужинать в таких местах. И краем глаза отслеживает крайне странную реакцию на обычную жареную свинину с рисом и базиликом: чуть ли не шок на лице. Мью уже грешным делом подумал, что у того аллергия на какой-то из ингредиентов, но Галф благодарно кивает головой и с жадностью приступает к еде. Это позволяет ему самому уделить внимание суши и девушке, которая собственно и является основной причиной, почему он тут.
Он изо всех сил пытается включиться в разговор, воскресить их совместные приятные воспоминания о похожих трапезах - и у него даже начинает получаться, но волны тревожности продолжают накатывать одна за одной. Поэтому его рука все чаще тянется к бокалу с вином, хотя обычно он весьма равнодушен к алкоголю, но здесь просто хочется унять эти непонятные эмоции, а спиртное обычно помогает как минимум немного расслабиться.
Но горячительный напиток может быть и коварным: затуманивает голову и подставляет в ней совсем другие образы, а не те, что видят сейчас его глаза. Не красивую и милую девушку, которую вообще-то он искренне рад видеть и сидеть вот так с ней в ресторане. А нечто фантомное, размытое, но что по мнению его подсознания подходит к этой ситуации куда как лучше. Тот самый пресловутый кусок пазла, что должен идеально завершить картину, но проблема в том, что Мью вообще-то и не начинал ничего собирать!
Тогда какого хрена ему этот упрямый внутренний голос продолжает шептать совершенно безумные вещи:
Рука, что сейчас лежит возле твоей, такая тонкая и изящная - это неправильно. Должна быть другая: чуть больше, что так идеально помещается в твоей ладони, и с теплой золотистой кожей.
Или:
Что-то не так с волосами, что рассыпаются по плечам. Да, они тоже темные, мягкие на ощупь, чуть волнистые, но должны быть намного короче. И красиво обрамлять маленькие ушки, за которые так приятно заводить непослушную прядь, игриво касаясь мочки и заставляя краснеть.
Или еще хуже:
Ты хочешь смотреть совсем в другие глаза: в те, в которых ты тонешь с головой в теплом шоколадном омуте, из которого никогда не хочется выплывать. И целовать совсем другие губы: мягкие, полные, идеальной формы, что отвечают тебе со всей нежностью. Или страстью.
- Мью, мне кажется, что на сегодня ужин лучше завершить - ты меня совсем не слушаешь.
В неправильных глазах напротив - укор, ему тут же становится стыдно:
- Прости, что ты говорила?
- Ну вот, - Холли обиженно дует губы. - А я тебе о чем... Собирайся, Мью - мы оба сегодня устали.
- Да, ты прости меня - и правда я что-то сегодня расклеился, - он берет нежную ладонь в свою руку и привычным жестом ее поглаживает, стараясь не дергаться от того, как это неправильно.
Блять.
Он явно сходит с ума, теряет последние остатки своего разума, потому что даже тело его предает, и на выходе он получает такую его реакцию: моментальное отторжение на физическом уровне - и это человека, которого он любил. По крайней мере ранее был в этом уверен...
Но сейчас у него ощущение, что из его жизни как будто вырезали кусок и вставили какой-то искусственный заменитель, протез, который вроде как и выполняет свои функции, но он-то чувствует: это не оригинальная деталь. Вот и сейчас Мью смотрит на девушку, а вместо теплых эмоций узнавания и мягкой ностальгии - желание отдернуть руку как можно скорее, потому что нельзя так.
Он искренне надеется, что со стороны не заметно охватившее его пугающее безумие, но ловит странный взгляд Галфа, который поднимается из-за своего столика и идет к ним:
- Мью? Все в порядке? - в голосе непривычная тревога.
И еще что-то непонятное.
Но нет сил разбираться и анализировать еще и это.
Он все-таки отпускает руку Холли и с усилием давит в себе желание вытереть ладонь, кивая:
- Да, просто перебрал немного. Все нормально.
Галф какой-то непривычно серьезный, пусть и взволнованный по неясной причине:
- Тогда я отвезу вас домой.
Парень и правда сначала отвозит Холли и убеждается, что та безопасно дошла до дома, а затем возвращается в фургон, чтобы начать движение по привычному маршруту. Мью все это время молчит и сидит, прикрыв глаза, под веками которых мелькают события сегодняшнего дня, а его уставший мозг пытается собрать из них кто-то логичное и вразумительное. Поэтому он даже не замечает, когда машина останавливается, но его выдергивает из размышлений голос сильно уставшего Галфа:
- Приехали. Тогда - до завтра?
Открывает глаза и позволяет алкоголю задать волнующий его вопрос:
- Это странно прозвучит, но... мы с тобой раньше не встречались?
В машине в зоне водителя темно, свет включен только для Мью, поэтому невозможно рассмотреть лицо Галфа - лишь его силуэт.
- Нет, - тот пожимает плечами. - До того дня в агентстве я тебя лично не видел.
- А не лично? - Мью хватается за соломинку, пытаясь понять, откуда в его голове тогда взялись мысли о Галфе.
- Ну кто не знает Суппасита: сколь популярного, столь и неприятного типа.
- Что? - он почти трезвеет от услышанного.
Это было реально как пощечина.
Смачная такая ментальная оплеуха, потому что на лице Галфа, что сейчас повернуто к нему и озаряется тусклым светом ламп микроавтобуса - выражение неприязни:
- Ну да, слухами о тебе земля полнится: гордый, нелюдимый, плохо сходится с людьми.
Мью сглатывает горький комок обиды: и Галф туда же, поверил всему, что о нем говорят. Это настолько больно и неприятно, что нарушает свои же принципы и пытается оправдаться - сам не знает, зачем:
- Но я...
Но не успевает, потому что на него выливают ушат ледяного презрения:
- Поэтому я не хочу с тобой работать - и никогда не хотел. Ты мне просто неприятен как личность.
В обычном своем состоянии он бы тут же отбрил за такие слова и поставил на место, но сейчас силы его покинули. Осталось только изматывающее разочарование в людях - снова:
- Но почему ты тогда согласился со мной работать?..
- Скажем так: у меня просто не было выбора. Будь моя воля - мы бы с тобой никогда бы не встретились.
Больше не хочется слышать эти холодные обидные слова.
Хочется лишь обхватить себя руками, закутаться в одеяло и погрузиться в анабиоз до тех пор, пока он не согреется.
И даже не тело, а душа, что леденеет с каждым словом все сильнее.
- И все-таки тебе придется меня потерпеть до окончания проекта, - находит в себе силы горько улыбнуться.
Но смеется сейчас не над Галфом, а над собой, так как почему-то на какое-то время поверил, что этот человек - не такой. И что у них получится если не стать друзьями, то хотя бы наладить коммуникацию. А сейчас он просто вываливается из машины и неуверенной походкой идет к дому, лишь бы не продолжать этот изматывающий диалог.
Оступается.
Голова все еще кружится от выпитого вина.
И чья-то рука подхватывает его под локоть:
- Осторожно!
С гримасой отвращения выдергивает руку из захвата:
- Не переживай! Если я упаду и поранюсь - это не повесят на тебя. Так что можешь не волноваться, мой менеджер Галф.
Снова шаг за шагом - по направлению к точке назначения.
Дома тихо.
Дома пусто.
Дома одиноко.
Все - как он привык.
Но почему он тогда воет как раненый зверь, обхватив себя руками и сползая по стене?