В ловушке у чувтв| ЗАКОНЧЕН

Яркое солнце просачивается лучами в комнату и делает зайчиков в ней. Один из них падает мне на глаза и я жмурюсь. Приоткрываю один глаз и выгинаюсь кошкой до хруста в спине. Морщусь, когда голова отзывается мигренью и вновь закрываю глаза, отворачиваясь на бок.

Обнимаю теплое тело рядом и вновь возвращаюсь какой-то бредовый сон, где на наш город нападают вампиры из сумерек. Парень рядом что-то бормочет под нос и обнимает меня в ответ. Утыкается носом куда-то мне в шею и обжигает её своим горячим дыханием. Становится слишком душно и я открываю глаза. Хлопаю пару раз ресницами, чтобы лучше видеть и сглатываю.

Осматриваю комнату, в которой нахожусь и матерюсь под нос. В моей голове, что несчастно трещала, обрывками всплывают воспоминания вчерашней ночи. Ещё больше матерюсь и пытаюсь выбраться из сильных обьятий Вани.

Вздрагиваю, когда кровать скрипит под поим весом, но Ваня лишь вновь что-то бурчит под нос и отворачивается от меня. От этой картины перехватывает дыхание и где-то в груди сдавливается сердце. В воспоминаниях появляется похожий момент, когда он впервые остался у меня, чтобы я смогла заснуть.

Качаю головой, чтобы прогнать воспоминания и пытаюсь прийти в чувства после яркого вечера. Оглядываю вещи, в которых была одета и понимаю, что это далеко не моё платье. Испугано смотрю на спящего Ваню. Мы же не переспали?..

Блуждаю взглядом по комнате в поисках своих вещей, но нигде их не нахожу. Решаю не терять слишком много времени и направляюсь в коридор. Пойду уже так, а потом как-нибудь верну вещи. Но сейчас мне срочно нужно домой...

Мою талию обвивают горячие руки Кисы, и он кладёт свой подбородок мне на плечо.

-Далеко собралась?- интересуется насмешливо.

Невыносимо нежный, такой, когда всё, что хочется, это прижать к груди и утонуть в запахах любимого тела.

А потом целовать до тех пор, пока лёгкие не заскулят и не забьют ладонями о рёбра, как боксёры, предупреждающие, что готовы сдаться. Позволяю себе ещё секунду понежиться в этих обьятиях, а затем отстраняюсь, но не поворачиваюсь к Ване.

-Мне пора.

-И куда же?- голос сразу теряет нотки веселья и становится грубым.

-Домой...- выдавливаю и обнимаю себя рукой.

-М-м-м, а я думал к своему любимому - в голосе Вани явно чувствуется злость- Кстати, не напомнишь, где он вчера был, когда тебе нужна была помощь?

-Вань...

-Ну что Вань? Что Вань, Ясь? Ты вообще ни черта не понимаешь?

- Что мне нужно понять?.. - произношу одними губами.

- Что я люблю тебя! -тяжело давшиеся слова выбиваются прямо из сердца Вани громким криком- А этому мудаку на тебя плевать!- он разворачивает меня к себе- Ему на тебя плевать! Он уехал куда-то и плевать на тебя хотел! Защитника тебе оставил он- Ваня фыркает- Да он тебя с собой должен был забрать и быть твоим защитником, а лучше домой отвезти!

-Хватит...- прошу и стараюсь подавить слёзы, что просятся на ружу.

-Нет, не хватит! Меня достали наши недоотношения! Я хочу вернуть наши отношения и ты тоже этого хочешь!

-Нет - качаю головой.

-Да блять! Чё ты упрямая такая?! Тупой не назовешь, мозги вроде есть- срывается уже на крик- Хотя я в этом уже начинаю сомневаться.

-Тупой тут только ты! Ты хоть понимаешь, что теперь будет? Это же пиздец!- теперь настала моя очередь кричать- Ты понимаешь, что сейчас будет?

-Заяц, я в душе не ебу, о чём ты.

-Ты, блять, партнеру Влада по роже с порога съездил, лицо ему в мясо сделал. Вот, что произошло! Он же тебя за это убьёт! Сейчас скандал будет, говно польётся! А я не хочу так! Я не хочу причинять тебе вред! Я не хочу всего этого! Ещё и Гена... Чёрт, чёрт, чёрт...-меня уже начинало от нервов нехило так потрушивать, отчего я суетливо металась мелкими шажками по комнате, не зная на чём зацепиться взглядом. Теперь, когда я уже полностью проснулась, я осознавала, насколько я на самом деле влипла.

-Это мои проблемы- Ваня берёт меня за руку, но я её тут же вырываю.

-Да, твои! Но из-за меня! Чёрт... Мне нужно домой, пока не поздно- я уже было метнулась к двери босой, но Ваня схватил меня за запястье и остановил.

Он резко разворачивает меня к себе лицом. От неожиданности, мои руки упали на его грудь. Как только я хотела отстраниться, его ладони схватили мое лицо и притянули к себе. Стоя в полном шоке, я подняла свой взгляд на Ваню, что целовал меня.

Это был сильный, жгучий, сметающий все на своем пути, поцелуй. Его пальцы прошлись по моей спине, рисуя узоры, такие же замысловатые, как узоры кельтского креста. Вздрагиваю от этих прикосновений, ведь всегда боялась щекотки. Видя, как я вновь хочу отстраниться, Ваня углубляет поцелуй, не давая и шанса это сделать. И стало уже не важно, кто он, а кто я, не важно, что будет завтра. Важно только то, что происходило сейчас.

Слёзы боли, от того, что жизнь настолько не справедлива, текли по моим щекам и я никак не могла их остановить, потому Ваня нежно стирал их большими пальцами. Почему всё именно так? Почему не может быть иначе? Почему мы не можем быть счастливыми?

-Что ты делаешь?- шепчу, отстраняясь от парня.

-Яся, хватит.

- Это всё не правильно - качаю головой, но сил отстраниться нету.

- А что по твоему правильно? Любить мудака, что тебя избивает и позволяет себе вот так тебя бросить?

У меня перехватило дыхание.

-Я по твоему совсем придурок? Мразь какая-то? Кто я по твоему? А? Ну, скажи мне. Кто я, что ты вот так вот меня юзаешь? Я для тебя, блять, себе на шею наступаю, гордость куда дальше пихаю, вступаюсь вечно, а ты меня вечно шлёшь.

-Я-я...- горло сковывают в оковы, и я не могу найти ответа, чтобы сказать хоть что-то.

-Ну что ты, Ясь? Дай мне ответ? Чё во мне нету, что есть в нём? Трахается лучше? А я думал для тебя не это главное.

Ложь порождает ложь. Она как цунами: сначала волны не видно, кажется, что она маленькая, но чем ближе к берегу, тем она больше высотой с многоэтажный дом, и тогда она начинает сносить все на своем пути... А я в своей лжи уже тонула. Она заполняла мои лёгкие словно нефть и заставляла кряхтеть от боли, что пронзала насквозь, от нехватки воздуха.

Я слишком много ошибок сделала, слишком много лжи сказала, слишком многим принесла боли, слишком, слишком, слишком... У меня всё слишком. Либо всё, ибо ничего. Чего-нибудь по середине не бывает. Лишь ёбаная крайность.

Вроде пыталась всех спасти, себя в жертву ставила, чтобы закрыть остальных от смертоносных пуль, а по итогу страдали все без исключения. Но самое больное то, что уже не было возврата назад. Игра запущена, но в скоре засветиться ужасающая кнопка "Game over".

-Мне действительно пора...- говорю, и пока Ваня не очнулся, бегу голыми пятками по бетонным ступеням вниз. Вниз, вниз, вниз, всё дальше на дно.

Ступни пронзает боль, но я ничего не чувстовала. Боль внутри всё гасила. Из-под ног вылетали комья земли и пыли. Я ясно понимала только одно: бежать. Бежать, несмотря ни на что. Пока не кончится воздух в лёгких, пока не кончится сила в ногах, пока не кончится этот страшный сон. Вперёд, не переводя дыхание, не оглядываясь по сторонам. Это всё, что сейчас имеет значение.

Где я? Дорогу размыло, ни черта не видно. Скользко, промозгло, ветер шальной. Неистовая боль бьётся в груди сто двадцать ударов в минуту. Нефтяные облака сгущаются, давят сверху, плывут по небосводу кучерявыми вихрями. Не так пугает будущее, взаправду пугает то, что в нём таиться.

Опираюсь о какую-то старую лавку, что уже давным-давно покрылась плесенью и скоро уже развалится, и хватаюсь за грудь. Горло жжёт, на языке привкус железа и я скручиваюсь пополам, когда меня резко настигает порив рвоты. Широко распахнутыми глазами смотрю на сгустки крови на асфальте. Вытераю испачканный рот и смотрю на окровавленные пальцы, что дроэжали.

Перед глазами туман и я пьяно оглядываюсь вокруг. Всё идёт ходуном перед глазами, но я узнаю знакомый двор. Обращаю внимание на звук открывающейся двери и спешу внутрь подъезда, пока он не закрылся. Направляюсь сразу к ступенькам, ведь лифт так и не удосужился никто починить.

Тупо смотрю на дверь и заношу палец над звонком. Слышно пару противных звонков, шаги внутри квартиры, а затем мужчина в одних лишь домашних штанах и полотенцем на плече открывает мне дверь. В нос сразу же ударяет запах чего-то очень вкусного и живот противно урчит. Мужчина усмехается моему виду и складывает руки на груди.

-Смотрите ка, пропажа вернулась- улыбается белоснежной улыбкой. Сто процентов ведь один из лучших стоматологов Москвы ставил вениры или что там делают, чтобы сделать голливудскую улыбку.

-Дай пройти- говорю хмуро и шмыгаю носом.

-А волшебное слово?- издевался надо мною мой дорогой отец.

-То, что мама разрешила тебе у нас пожить, ведь ты у нас бедный и несчастный не можешь пожить в отеле, не значит, что ты можешь командывать в нашей квартире- смотрю прямо ему в глаза и ищу там хоть каплю совесты или чего-нибудь другого, но там лишь тупое веселье.

-Проходи- он услужливо освобождает мне проход и я захожу внутрь - А где обувь твоя? Или у молодежи щас не принято ходить в обуви?

-Очень смешно- бурчу и сразу направляюсь в комнату.

Лезу в шкаф и достаю любимую толстовку, в которой можно было поместить ещё три меня и ещё какие-то клетчатие штаны. Быстро переодеваюсь, а Ванини вещи складиваю аккуратно на тумбочку. Нужно будет попросить кого-нибудь отнести их потом ему.

На глазах вновь появляются слёзы, но я их тут же смахиваю. Нечего разводить сырость, и так в последнее время слишком много плачу, от чего глаза временами краснее чем у вампира.

Поворачиваюсь к двери, когда слышу стук в дверь. Из-за двери выглядывает лицо отца.

-Яська, пошли есть.

-Я не голодная- говорю, но вновь урчащий живот выдаёт меня с потрахами.

Отец обречённо вздыхает и заходит полностью в комнату, садится возле меня на кровать и с самым серьёзным лицом смотрит на меня.

-Слушай, да, первая встреча у нас не задалась. Вспылил чутка, но я же извинился. Вот только не нужно на меня такими глазами смотреть, ладно? Сам не знаю что на меня нашло тогда. Я же тебя никогда не бил, а тут... Перенервничал наверное. Ты знаешь как тяжело разговаривать с взрослыми детьми, особенно, когда они твои. Не знаешь, поэтому скажу, тяжело.

Закусываю губу и уставляюсь в стену. Зачем он всё это говорит? Зачем распинается? Зачем оправдываться? Неужели ему не все равно?

-А я смотрю, ты сохранила мою гитару - переводит тему отец и широко улыбается.

Поднимается, от чего кровать сильно скрипит, и берёт в руки гитару. Смотрю на это и в который раз поражаюсь, как всё-таки шла гитара отцу. Он будто был прирожденным гитаристом, но по неизвестной мне причине ставшим ментом. Он пару раз проводит по струнам и я слышу первые аккорды знакомой до боли песни, что отец мне вечно пел, когда я была ребенком.

Белый снег, серый лёд

На растрескавшейся земле,

Одеялом лоскутным на ней

Город в дорожной петле.

А над городом плывут облака,

Закрывая небесный свет,

А над городом жёлтый дым,

Городу две тысячи лет,

Прожитых под светом

Звезды по имени Солнце.

Обычно детям поют какие-то милые песенки, колыбельные или что-то в этом роде, но мой отец пел мне старые песни, что пел у костра вместе с товарищами, когда был в армии. Вот такой был мой отец. Не такой как все, но такой любимый, не смотря ни на что.

-Лисёнок, ну ты чего?- улыбается отец, откладывает в сторону гитару и вытирает солёные дорожки с моих щёк. От такого давным-давно позабытом прозвище, что до сих пор откликалось в душе, у меня ещё больше потекли слёзы.

Он крепко обнимает меня и я утыкаюсь ему в грудь. Чувствую родной запах одеколона, что отец так любил и до сих пор использовал и вновь всхлипываю.

-Я вот всё время думаю- начинаю вдруг- как ты сравниваешь меня с прошлого с настоящей? Как я выгляжу для тебя сейчас? Знаю, что не могу стать ниже, как тогда, и возможно, выгляжу не особо здоровой, хоть это уже и неважно.

Я не ожидала, что между нами состоится разговор. Что я его продолжу, но я его продолжала, ведь мне крайне необходимо было сейчас хоть с кем-то поговорить, чтобы не сойти с ума окончательно в этом грёбаном мире несправедливости и боли.

-Вот как я для тебя сейчас выгляжу? Ты же наверняка меня представлял. Я разочаровала твои представления или ты был ещё худшего представления обо мне?

-Глупышка- усмехается и заправляет прядь моих волос за ухо- Ты для меня всё тот же лисёнок, как и тогда, и я ни чуть не разочарован.

-Правда?- в недоверие поднимаю на него заплаканые глаза.

-Правда, а теперь пошли есть, а то твой желудок скоро съест все твои органы.

Смеюсь и качаю головой. Это был мой отец. Взаправду, он был моим. Он был здесь. Рядом. Обнимал меня и как и прежде пел свои любимые песни. Вместе поднимаемся и в обнимку идём на кухню. Мой нос сразу чует запах любимой с детства пасты. Бабушка фанатела от французской кухни, а отец от итальянской. А я любила их обоих.

Сажусь за стол и наблюдаю за отцом. Он умело серверует стол, как в лучших ресторанах, насыпает в тарелки карбонару и закуривает сигарету. Одну протягивает мне, но я качаю головой.

-Да бери, я маме не расскажу.

-Точно?- переспрашиваю с усмешкой.

-Точно, клянусь зубом. Хотя нет, зубы нинче слишком дорогие. Конфета пойдёт?

-Пойдёт- улыбаюсь и беру протянутую сигарету вместе с зажигалкой. Закуриваю и выдыхаю облачко дыма.

-Давно куришь?- интересуется отец.

-Почти месяц.

Кивает и садится напротив меня.

-Как в новом городе? Нашла друзей? Парня?- задаёт ряд вопросов и я смущаюсь, но сердце больно сжимается при воспоминаниях о друзьях и парне.

-Всё хорошо- отвечаю не вдаваясь в лишние подробности. Отец вновь кивает, тушит сигарету о пепельницу,что скорее всего купил, и принимается за еду. Делаю тоже самое и протяжно мычу, когда пробую этот шедевр богов. Похоже, не только от бабушки я унаследовала любовь к готовке. А я и не помнила, чтобы отец так вкусно готовил.

-Вкусно?- усмехается отец.

-Очень!- говорю и в наслаждение приоткрываю глаза- Правда, очень вкусно.

-Я рад- скромно отвечает отец и наматывает пасту на вилку.

-Кстати, а ты чего не на работе? Ты же вроде должен расследовать дело про этих двух пропавших безвести. Режиссёр вроде и бармен.

-Да, но сейчас дело в тупике. Я жду пока эти бездари дадут мне что-то больше, чем кусок какого-то плаката.

Дальше мы едим и ведём непринужденный разговор о том о сём. Нет никакой неловкости или же обиды, лишь обычный обед отца с дочерью и это не могло не радовать. Хоть что-то хорошее за последнее время.

-Ты как-то разозлившись, сказал мне, что не веришь в мои крокодильи слезы- вспоминаю какой-то момент из прошлого - Я потом от любопытства погуглила значение этой фразы. И вот что узнала: оказывается, крокодилы и вправду умеют плакать. Представляешь? Плачут во время трапезы. И не потому, что им якобы жалко свою жертву, как некоторые думают. Слёзы выделяются у них из-за избытка в организме солей. А процесс поглощения еды механически активирует их выделение. Их слезы ничего не значат.

-Правда?- удивляется.

-Ага- довольно киваю.

-Хотя я такого не говорил.

-Говорил.

-Не говорил- отец качает головой.

-А я говорю, говорил.

-Быть такого не может, это скорее твоя мать такое сказала.

-Неа- весело качаю головой- Я тогда хотела пластыри с Винкс и притворилась, что у меня болит палец и начала плакать, и ты сказал, что не веришь моим крокодильим слезам- довольно улыбаюсь, ведь я была права.

-Ладно, возможно я мог такое сказать- улыбается отец.

Хочу ещё что-то вспомнить, но меня отрывает звук моего телефона, что доносился из комнаты.

-Погоди- встаю со стола, вытираю руки о полотенце и спешу в комнату.

Осматриваю, где мог быть телефон и уставляюсь на Ванины вещи. И когда я умудрилась в штаны положить телефон? Усмехаюсь, но тут же теряю улыбку, когда вижу, кто мне звонил. Сглатываю и принимаю звонок.

-Я тебя предупреждал- короткая фраза и Влад отключается, не дав мне даже возможности и слова сказать.

Уставляюсь на чёрный экран телефона, а руки начали трестись. Мчусь в коридор, по пути набирая телефон друга, но слышу лишь противное "Абонент вне зоны доступа".

-Ясь, ты куда?- появляется тут же отец в коридоре.

-Мне срочно нужно к другу- говорю, на ходу натягивая куртку.

-Давай тогда я тебя отвезу- не теряется отец и я согласно киваю- Только обуйся в этот раз.

Стукаю ладонью себя по лбу и тянусь за кроссовками.

Мало времени.

Слишком мало времени...

Обуваю кроссовки и наплевав на шнурки, выбегаю из квартиры, а отец за мной.

-Что за спешка?- не понимает отец- Не умирает ведь никто.

По щеке течёт слеза. Как же отец попал в точку. Ничего не отвечаю и теперь я спешу за отцом, ведь не знаю где находится его машина, да и вообще, не знаю как выглядит его машина.

Указываю, где нужно свернуть и в скором времени мы подъезжаем к нашей базе. Быстро отстёгиваю ремень и выхожу из машины. Лишь на последок прощаюсь с отцом.

-Можешь меня не ждать, я сама приду домой.

-Ещё чего, записывай номер. Позвонишь, когда будешь собираться домой.

-Хорошо- улыбаюсь и по быстрому диктую ему номер.

Смотрю, чтобы отец отъехал и его не было видно, я спешу внутрь самолёта.

-Твою ж мать, Яся!- ругается Гена и облегчённо выдыхает- Я думал это уже по мою душу.

-Я как раз по этому поводу- обнимаю его за плечи - Тебе срочно нужно бежать! Как можно дальше. Не спрашивай ничего, просто так нужно.

-Ясь, ты чего?- усмехается друг- всё не так уж и плохо, перекантуюсь тут пару месяцев и вновь вернусь к вам. Кстати, чё мне наши рассказывают, что ты какую-то хрень творишь? Мать, ты же знаешь, мне всегда о всём можно рассказать.

-Гена! Ты не понимаешь, тебе реально грозит опастность! Очень серьёзная. Я не шучу.

-Да чё за хрень ты несешь, как мой батя, когда натяпается- лучезарно улыбается.

В окно самолёта кто-то стучится и Гена радостно выглядивает в окно.

-Хенкалина! Ты не представляешь, как я тебя рад видеть, брат! Ты прям как чувствуешь! Я всю ночь хотел пиво, как беременная, клянусь!- радуется Гена, обнимая друга.

-Яся?- Хэнк удивлённо смотрит на меня.

-Привет- неуверенно машу рукой.

-Да-да, побазарите ещё. Хэнк, сгоняешь по братски за пивасом?

-Ген...

-Да чё?- устало смотрит на друга- Ты чё, чё случилось-то?

-Отца твоего убили, Ген...- выдаёт Хэнк и я от неожиданости хватаюсь за стену самолёта.

-Чё ты несешь то, а?- не верит словам друга Гена- Он мне сам кого угодно грохнет, вон, пойдёт.

-Я сам только утром случайно узнал. Его хоронить сегодня должны. В ментуре тебя ищут, типа, у него кроме тебя ближе не осталось.

Гена громко выдыхает от холода и вертит головой, не веря в услышаное.

-А как убили его?- всё-таки решает спросить.

-Отец сказал, избили.

-Они ж меня, походу, искали, суки- выдыхает Гена и часто моргает, чтобы прогнать появившиеся слёзы - У меня ж батя, он понял, он же ваще не знал ничё. Им надо было просто меня, понимаешь, забить, а старика вообще не трогать. Он откуда знал, где я нахожусь?..

Гена вновь тяжело выдыхает, и из его груди вырываются рыдания. Хэнк его обнимает, целует в лоб, поддерживая, но Гену это никак не успокаивает, он лишь больше рыдает. От этого у меня ком горле встаёт и дышать становится тяжело. Это ведь всё из-за меня...

Гена резко поднимает сигарету, дрожащими руками зажигает её и поднимается на ноги.

-Когда его хоронят?

-Сегодня. Ген, тебе нельзя туда - Хэнк рукой останавливает друга.

-Так чё, его менты, что-ли , хоронить будут?

-Не знаю. Соседи придут...- предлагает Хэнк.

-Он всех соседей сжечь мне обещал- резко перебивает Гена- Понятно?

Гена обходит Хэнка и направляется к выходу.

-Стой! Куда?!- хватаю друга за рукав яркой куртки- Тебе нельзя!

-Мать, отпусти- Гена отбрасывает мою руку.

-Тебе нельзя!- кричу в панике - Они и тебя убьют! Слышишь! Они и тебя убьют!

-Хэнк- лишь говорит кратко Гена и Хэнк обнимает меня, не давая остоновить друга.

-Нет! Стой! Тебе нельзя!- кричу в спину скрывающемуся за дверью самолета Гене, пытаясь освободиться от Хэнка, но всё было напрасно- Какого чёрта ты его не остановишь! Они его убьют! И это будет на твоей совести! На твоей! Слышишь меня!

Мне бы не удалось сдержать слез, даже если б я захотела. Но я не хотела. Не успела даже подумать.

Они просто сползают к подбородку. Просто сочатся из меня без каких-либо мышечных сокращений. Такое не проконтролировать.

Это просто боль, и она не пытается сбежать, скорее всего, ее выбрасывает в результате банальной переполненности.

Отворачиваюсь, втягиваю воздух через рот, зачем-то смотрю под ноги, потом на маленькое окно, через которое когда-то смотрели пассажиры самолёта. Хочу его разбить. Хочу проснуться или никогда не просыпаться.

-Он справится - шепчет куда-то мне в макушку Хэнк- Он справится, а вот Киса не думаю.

Моё тело каменеет и я в ужасе поворачиваюсь лицом к другу, когда его хватка слабеет. Качаю в отрицание головой и сажусь на колени. Нет. Только не Киса. Только не он.

-Прошу, скажи что он в порядке...- выдавливаю и смотрю умоляющим взглядом на друга.

-Пока что да, но...- Хэнк резко замолкает и отворачивается к окну.

-Хэнк!- поднимаюсь с колен и хватаю друга за плечи - Что но?!

-У него сегодня дуэль.

-Какая ещё дуэль?- непонимающе спрашиваю.

-У нас есть закритый клуб, что называется "Чёрная весна"- начинает свой рассказ Хэнк. Сажусь на потрёпаное сидение, чтобы не упасть от передозировки эмоций.

***

Закусываю губу и выглядываю из-за стены, чтобы выдеть, что происходит внутри какого-то заброшенного детского дома.

-Мел, это ты свиснул доку?- спрашивает Хэнк, выходя вперёд.

-Нет, я думал, что это ты- отвечает Мел.

-Рита?- спрашивает у подруги.

-Неа- девушка качает головой и закуривает сигарету.

-Здрасьте всем- произносит незнакомый мне мужчина, но скорее всего это и есть доктор.

-Здрасьте. В общем, это, Геныч, он свалил ненадолго, и я без понятия, как с вами расплачиваться...- стыдливо говорит Мел.

-Я сегодня... Ну, не в роли доктора.

-Он сегодня в роли папика, что сколдовался из неоткуда- подаёт свой голос Киса, что ходил кругами.

-Чего? Антон?

-Антон Витальевич, оказывается не знал о моём существование и вдруг узнал. Торчал себе потихонечку, да, а потом смотрит в зеркало и думает- а старость-то вот она уже, да, и супчику захотелось в кругу семьи. И ласки женской, да?

-Не надо, Вань, ну...- виновато смотрит мужчина на сына- Ну ты прав, я мудак конченный, конченный мудак. И это всё, это ну , неприятно слышать, честно. Если б я тогда случайно с твоей мамой не столкнулся, то, ну, так бы всё и осталось...

-А всё так и останется, урод!- обрывает его зло Ваня- Проторчал всю жизнь, нихера не зная о нас, так и продолжай! У тебя, небось, вдоль всего побережья в каждом городишке по семьишке.

-У меня никого нет. Вань...- мужчина поближе подходит к Ване- Мы с твоей мамой, мы в институте, на первом курсе. Ну а потом, просто, ну, она исчезла из института и... Ну и мы потерялись и...

-Говно вонючее!- орёт Киса.

-Тихо-тихо-тихо- встревает Мел.

-Это "потерялись" называется?- вопит Киса- Это чё тебе, сука, ключи от самоката? Да я с трёх лет её спрашивал , где ты, сука, как ты! Искал тебя, мудака, везде!- Киса толкает мужчину- Она сказала в Нью-Йорке, в Бронске, наконец-таки, сука, раскололась! Чёрные его замочили!- бушует Киса, ходя вновь кругами по комнате, если её таковой можно назвать- А вон он какой, Антон Витальевич , сука, недоделаный торчок! Встал на тридцать метров и молись.

Судорожно выдыхаю и прыкрываю рот ладонью, чтобы меня вдруг никто не спалил.

-Антон Витальевич, может, вы ему как как отец скажете?- обращается к мужчине Хэнк.

-Чё скажу-то ? Чё скажу?

-По-отцовски, что так нельзя.

-Слышь, сука, по-сыновски будешь у себя дома разбираться, понял ?- в притык подходит к другу и угрожающе смотрит на него.

-Мы всё с ним обсудили, всё решили, он согласился- хочет спасти ситуацию мужчина.

-Я согласился - подтверждант Киса- Согласился. Давай за гарнитуры!

-Кис...- говорит Мел.

-На, будешь их проверять?- Хэнк протягивает пистолет Ване.

-Я их заряжал.

-Расскажи ему, чё да как- говорит Киса, расставляя бутылки.

-Я в курсе- говорит Антон.

-Кис- вновь пытается достучаться до него Мел.

-Вань. Мы сейчас, мы всё сделаем, всё, как ты захочешь, правда. Более того, я должен был сам давно сделать это.

-Да, сука, а чё ж ты не сделал? Вот, бутылку выдишь? Вставай к ней, жалостливый.

-Кис- вновь зовёт друга Мел- Кис, ну вы же воссоединились теперь, это же так круто!

-Он у меня щас с эти мусором в углу воссоединится!

-Кис, блять, не будь ебанатом- подаёт свой голос, до этого молчаливая Рита.

-Заткнись! Давай, как родня можешь первый начинать.

-Это твой папа- говорит Мел.

Замираю, когда мужчина заряжает пистолет и вздрагиваю, когда он выстреливает в потолок. В этот момент у меня вся жизнь перед глазами пронеслась.

-Это чё за выкидыш,блять? Ты чё думаешь, я после этого тебя не пристрелю?- орёт зло Киса.

-Вань, у тебя всё получится - мужчина усиленно кивает головой- Вы со мной тут не заморачивайтесь, ладно? Тут, ну, рубероидом закройте и всё. Могут долго не найти. А-а... Вань, у тебя жив дед. Тут его координаты - мужчина протягивает Ване бумажку- Он в прошлом хирург. И он будет очень рад тебя видеть. Вы похожи.

-Сестрёнок у меня симпотных, случаем, нету?

-Нет- мужчина в отрицание качает головой.

-Ну тогда замер и стой. Этот твой прикол с дедом не работает.

-Стою.

Мужчина судорожно выдыхает и жмуриться в страхе перед собственной смертью. Глаза вновь становятся стеклянными и я делаю неуверенный шаг вперёд, не боясь, что меня заметят.

-Мел, ты чё стоишь? Считать будешь?

-Нет, Кис, не буду - шепчет Мел.

-Сука! Хорошо. Хэнк, давай ты за него.

-Слышь, чувак, у Гены отца насмерть задолбили , а он, не смотря на ментов этих, блин, уродов, к нему на могилу рванул. А ты чё хочешь? Своего здесь грохнуть? Ну чё это за бред, а?- пытается вразумить друга Хэнк- Ты посмотри на него. Он, он же реально о тебе ничё не знал.

-Реально, это уже перебор- помогает друзьям Рита- Кис, ты вообще мозг прокурил? Думай хоть иногда бошкой своей тупой. Пожалей старика, он ни в чём не виноват.

-Сука, хер с вами, сам считать буду. Раз!- Киса глубоко вдыхает- Два.

Мел не выдерживает и встаёт перед доктором.

-Отошёл от него!- возмущается Киса.

-Нет.

-А-а... Егор, пожалуйста, отойди, ты же знаешь, ну, он очень нервный.

- Да, сука, я очень нервный!- окончательно выходит из себя Киса- Последний раз говорю, отошёл от него!

-Да пошло всё к чёрту - ворчу под нос.

Выхожу окончательно из свего "укрытия" и спешу вперёд. Встаю перед ошарашенным Кисой, что наблбдает за тем, как я беру стариное оружие и направляю себе в грудь.

-Если хочешь стрелять, стреляй в меня - поднимаю голову и встречаюсь с его озлобленным взглядом.

Странно, но я совершенно не чувстовавала страха, хотя понимала, что Киса действительно может в меня выстрелить. Ну и пусть, так мне и нужно значит.

-Ты какого хуя тут забыла?- орёт и молнеиносно смотрит на друзей.

-Смотри на меня- поворачиваю его лицо ко мне.

- Уйди. - рычит он. - Уйди от меня.

- Куда?

- Куда угодно, главное подальше от меня. Хочешь погоняться за смертью? Иди, блять, сбросься с крыши. Порежь себе вены. Твою мать, застрелись в конце концов, но в другом месте. Какого чёрта ты тут? Как ты вообще нашла нас? - он надавил пистолетом мне на грудь - Безмозглая. Бесстрашная. Дура. Я ненавижу тебя, Яся. И очень жалею сейчас, что не задавил тебя тогда. Очень жалею.

Слова словно ядовыте пули пронзают моё тело и заставляют пошатнуться. Стекляным взглядом смотрю на Кису и не верю собственным ушам. Я была готова к смерти, но не от такой.

Он меня убил, какая радость. Жалость лишь в том, что я жива осталась.

Я всегда себе твердила:

"Зубы стисни. Не позволяй им всем тебя сломить"

И вот, я стою среди людей, одних из самых дорогих мне и я вновь жалкая и трусливая девчонка, как и тогда. Слёзы текут по моему лицу. Я в них захлёбываюсь, тону, как в синем океане.

-Яся...- с сожеленим шепчет Рита, кладёт руку мне на плече, но я этого даже не замечаю.

Смотрю тупым взглядом на кричащего Кису, что так и не выстрелил в меня, бушующего горящим вулканом и убивающим всё вокруг.

-Извините...- шепчу и убегаю прочь.

Дрожащими пальцами набираю номер и пытаюсь подавить боль, что рвалась наружу, раздирая внутренности в мясо, ломя кости и давила на горло. Нет, я не буду больше плакать. Не буду... Это всё моя вина.

-Алло?- слышно мужской голос.

-Пап, мне нужна твоя помощь. Нужно кое-кого посадить- шепчу что-то, а дальше как в тумане. Что-то говорю ещё отцу, он со всем соглашается, пытается меня успокоить и вскоре приезжает меня забрать. Крепко обнимает меня и гладит по спине, успокаивая, словно маленькую.