Нокрейн

Джейн Олдридж

К социуму вновь приходилось привыкать. Я не могла сидеть взаперти до конца своих дней, отсчитывая каждую минуту бесполезного существования. Больные люди ведь не могут мечтать?

Их жизнь слишком непредсказуема. Она может быть полна надежд и безграничных целей. Может быть счастливой и ограничиваться лишь белой полосой. Иметь искренность и яркость в самых обыденных днях.

Но всё это заканчивается ровно в тот момент, когда узнаёшь о том, что изнутри тебя пожирает неизлечимая болезнь. Твоё мировоззрение меняется в долю секунды.

Одно обследование. Одна справка. Один диагноз. И ты начинаешь сгорать, медленно тлея до самого пепла. Оказывается, не всё в твоей жизни было так радужно. За хорошее приходится платить в стократном размере.

Лежащий на столе телефон вдруг зазвонил. Или мелодия играла давно... Этого я не успела заметить, просто взяла трубку.

– Джейн, ты как? – с того конца послышался измотанный голос брата.

– Нормально. Только из душа вышла.

По ту сторону телефона повисло глухое молчание. Киллиан будто хотел что-то прознести, но так и продолжал подбирать слова.

– Как ты себя чувствуешь?

– Килл, ты если хочешь сказать что-то конкретное – говори, – в моём голосе отчетливо слышалось раздражение. Осточертела его недосказанность. – Я в порядке, – последовал шумный вздох.

– Родители не могли с тобой связаться, просили узнать как ты.

– Ты только поэтому звонишь? Здорово, перед ними я сама отчитаюсь.

Теперь я его отвергала. Когда самочувствие катилось к самому дну, мне приходилось врать, порой даже лицемерить. Я делала это во благо, пусть и ложь терпеть не могла.

В последние недели мы с братом почти не пересекались и это было мне на руку. Его звонки я игнорировала, попытки вывести на разговор – сводила на плохое настроение.
– Джейн... – тихо отозвал брат, голос которого вдруг изменился, – прости.

По его щекам стекали слёзы. Этот тон я ни с чем перепутать не могла.

– Ты на даче? – в ответ послышались лишь частые короткие выдохи, его накатывала истерика. – Я скоро буду.

- - -

– Боюсь даже предположить, что тебя до этого довело... – я передала брату кружку горячего чая и присела напротив.

Киллиан сидел на полу, оперевшись спиной о стену. Выглядел вкрай измученно.

– В последнее время у меня возникала та же мысль о тебе, – хриплым голосом произнёс он.

– Я болела.

– Джейн, я не люблю ложь.

– Поэтому предпочитаешь вообще не говорить, нежели придумывать тупые оправдания?

Его глаза тут же поднялись в поиске моих. Я вновь кинула соли на свежую рану.

– Да, Джейн. Мы с тобой слишком близки для того, чтобы испортить всё гадким враньем.

– Но не слишком, чтобы довериться? – сама того не желая, я провоцировала конфликт. Мне не хотелось отдаляться от брата, особенно после всего света, что был между нами.

Но именно он начал делать шаги назад. Именно он поставил кирпичи между нами, я всего лишь достроила желаемую им стену.

– Прошу, давай не будем к этому возвращаться? Я хочу закрыть тему и просто продолжить общение. Чтобы всё было так, как раньше.

От меня он добился лишь шумного вздоха. Я давно забыла о той ситуации, она оставила лишь неприятный осадок на душе.

В последнее время нашему с братом общению мешало лишь моё состояние и слабость, которую я могла проявить рядом с ним. А это страшило больше, чем собственная смерть.

– Хорошо. Но ты должен понимать, что « как раньше » или нет – будет зависеть от тебя. Если схожие ситуации будут повторяться, я не стану тебя отчитывать, допрашивать, ругать. Просто отдалюсь, уйду.

Он всё понимал. В темно-зеленых глазах, подобных изумрудам, читалось сожаление. Даже волосы, укрывающие его лицо, не скрыли пелену подступающих слёз.

– Ну всё, – я подсела ближе и крепко обняла. Его тело тряслось, будто он вот-вот начнёт отчаянно рыдать. Мне было не по себе, давно его таким не видела.

– Ты похудела.

У меня вырвалась нервная усмешка.

– Тебе кажется, мы редко виделись.

– Вот именно, – Киллиан сглотнул, пытаясь успокоиться, шмыгнул несколько раз и смахнул слёзы тыльной стороной ладони, – ты сбросила вес.

Самой замечать это было не так страшно, но от посторонних упоминаний меня передергивало. Пора было возвращаться к изнуряющим тренировкам.

– Пей, – я ближе подвинула кружку, – остынет же.

- - -

– Как давно я тебя не видела! – Реналь тут же принялась меня обнимать. – Где пропадала?

Заперла себя в четырёх стенах, изолировалась от всего живого, горстями пила снотворное и просыпалась лишь для того, чтобы сходить в туалет и выглянуть в окно. Каждый вечер терзала себе душу, видя под подъездом Адама.

– Болела, – я сгладила всё смущенной усмешкой.

– Здесь слишком шумно, мы с тобой уж очень давно не виделись, явно есть что обсудить. Думаю, кофе нам не помешает.

Покинув университетские коридоры, мы сразу разговорились. Мне этого так не хватало, что я готова была прыгать, как ребенок, получивший долгожданный подарок.

– Адам себе места не находил... – Реналь тут же опустила глаза.

– Вы реально думаете что он, – я не стала продолжать, вокруг было слишком много лишних ушей.

– Джейн, лучше не связывайся с ним, пока он сам на связь не выйдет. Ты просто не видела его в таком состоянии...

– А вы не пробовали с ним поговорить?

– Да без толку. Уже все осведомлены тем, что он творит под... наркотиками, – последнее слово она произнесла шепотом, чуть ли не беззвучно.

– Реналь, он ведь сообщал вам о том, что заболел. Думаешь, не мог простудиться? Разве Адам стал бы вам лгать?

– Да, увы, стал бы, – она поднесла стаканчик к губам и отпила с него, после – вдруг сморщилась. – Они снова забыли добавить сахар?

Не спеша мы оказались на заднем дворе университета, где располагалось несколько игровых стадионов. Футбольный был в действии, студенты пинали мяч с неимоверной силой.

На баскетбольном девчонки устроили пикник, чему позволяла часовая перемена. Как бы они себе задницы не поотмораживали на сырой земле.

Волейбольный пустовал. Впрочем, как всегда.

– А если серьезно – он близок только с Нейтаном. Но, как видишь, и тот к нему не суётся, – Реналь тяжко вздохнула и бросила стакан в мусорку.

Я всё думала, стоит ли ей рассказывать о нашей с ним встречи. Ребята должны были знать правду, но в голове всё время прокручивались слова Адама... В первую очередь это их выбор – верить или нет.

Переступив порог дома, я чуть на пол не свалилась от пряного запаха. В нос ударил аромат свежей выпечки. Родители должны были вернуться к вечеру, а это могло значить лишь то...

– Ты вернулась! – из-за дверной рамы выглянул брат. В фартуке.

– Киллиан? – с явным сомнением в голосе спросила я. В ту же секунду сдержанно улыбнулась, пытаясь не засмеяться вслух.

– Поможешь с кремом для синнабонов? – из-за его спины выглянула рука. В прихватке. Я чуть бы не лопнула от смеха, что так и просился наружу. – Хватит на меня так глазеть. Иди мой руки и шуруй сюда, мне помощь твоя нужна.

Его инициатива пришлась мне по душе. Я быстро переоделась, заплела волосы в свободный пучок и отправилась на кухню. Согнувшись возле духовки, Киллиан, как ребёнок, наблюдал за процессом выпекания.

– У тебя выходной? – я обошла брата, направляясь к раковине.

– И завтра тоже, – эта новость меня поразила. – Меньше заработаю, но хоть немного усилий приложу к восстановлению нервной системы.

– Вот и правильно. Любимые дела и помощь родителям – это конечно хорошо, но беспрерывная работа явно ни до чего хорошего не доведёт, – я сняла полотенце с его плеча и вытерла им ладони. – По-моему ты говорил, что уж о-о-очень нуждаешься в моей помощи.

Я мастерски сложила руки на груди. Брат выпрямился и лишь закатил глаза, расплываясь в широкой улыбке.

Уже через считанных полчаса мы пили чай и уплетали булочки за обе щеки. Вышло поразительно вкусно.

С этой мыслью меня посетила ещё одна – мой брат, великий любитель охоты, мастер спорта по футболу, бармен в известном баре, отлично учащийся носитель нескольких языков... умеет готовить выпечку? Что? Нет!

Я тут же перестала жевать и устремила подозрительный взгляд на Киллиана, сидящего напротив. Он продолжал запивать синнабоны горячим чаем.

– А теперь признавайся, – произнесла я с набитым ртом. Замерли мы оба.

– В чём? – его рука продолжила навесу держать кружку.

– Ты где это научился готовить? Интернет не спас бы, у тебя всегда с выпечкой было плохо.

Под моим пристальным взглядом Киллиан медленно дожевал и откинулся на спинку стула. Он потер колени и замолчал. Просто замолчал, смотря в стол и размышляя над чем-то.

– Раз уж такое дело... Я украл местного кондитера, он это и приготовил.

Содержимое моего рта чуть не вырвалось наружу. Брат оголил все тридцать два зуба и сидел довольный, как чеширский кот.

– А если серьезно? – спросила я, наконец-то сглотнув.

– А если серьезно, – он взял кружку, подвинулся ближе и поставил локти на стол. – Вчерашнюю ночь на даче я провел с девушкой, которая ошеломительно готовит синнабоны.

Я тут же закашляла. Ожидала чего угодно, но явно ведь не этого!

– Киллиан, первый вариант был получше! – я сдержанно улыбнулась. – От тебя сегодня слишком много шуток, мне такими темпами до смерти недалеко.

– Ну-у... Про последнее я не пошутил.

– Стоп, что?! Вы переспали? – я прокричала это достаточно громко, у самой чуть перепонки не лопнули.

– Об этом я не говорил, – Киллиан сделал глоток чая и посмотрел на меня так спокойно, как ни в чём не бывало.

– Я жду подробностей, – за мной тут же последовало резкое заявление.

– О, нет. Моя очередь задавать вопросы.

Кажется, я побледнела. Мурашки пробежались по коже слишком быстро, аж передёрнуло. Он же не знает об Адаме? Или... знает? Да и какое ему вообще дело?

– Когда мы только купили дачу, родители тут же взялись за скорый переезд. Занести мебель нам тогда помог мужчина... Лет тридцати. Помнишь?

Последовал шумный выдох, внутри всё повставало на свои места.

– С чего бы мне это помнить? Восемь лет прошло. Да и чего ты вообще спрашиваешь?

– Мне важно узнать его адрес. Джейн, пожалуйста.

– Килл, повторюсь, прошло восемь чертовых лет, – я произносила слова чуть ли не по слогам. – Я тогда была не в состоянии адекватно соображать, что уж говорить о человеке, который когда-то пару-тройку раз помогал нам заносить вещи в дом.

Брат заметно поник. Может я чего-то не понимала, но даже если рассуждать здраво – зачем ему этот чертов адрес?

– Не хочешь этим поделиться? – тут же спросила я. Его это явно беспокоило.

– Как только разберусь с этим, обязательно всё тебе расскажу, – Киллиан натянул улыбку и принялся отламывать нам булочки, – а сейчас – давай есть.

– Киллиан, никакого криминала? – аккуратно спросила я, ибо сердце держало непривычный ритм.

– Джейн, ты с ума сошла? Никакого криминала.