Мне не жаль
Метки:
AU
ER
PWP
Драббл
Мэри Сью (Марти Стью)
Нецензурная лексика
ОМП
ООС
Омегаверс
Повествование от первого лица
Попаданчество
Романтика
Соулмейты
Фэнтези
Описание:
— Мне тоже, Мадара-сан, — улыбнулся я, под довольным взглядом Учиха. Думаю, да, мне действительно не жаль. ||| Или небольшая зарисовочка не первого раза Казуо и Мадары, как бонус, без особого сюжета.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Описание: Легкая ПВП-стори немного сошедшего с колеи Мадары, и принимающего все Казуо
Возможно, мне стоило быть более осторожным, более уверенным и разумным, но показатель моего интеллекта и мудрости в Системе не делают меня отчего-то умнее. По крайней мере сейчас я не ощущаю ни единой капли этой разумности, лежа на белом футоне, в то время как с меня снимают мое черное кимоно, — невыносимо медленно, касаясь каждый раз голой кожи ног, рук, бедер, — не шепча ни одного слова о любви. Эта любовь витает вместе с невыносимо знакомым и родным ароматом дыма от огня, который странно смешивается с ароматом крови, оседая неприятно в легких, но оттого не менее притягательно и знакомого. Будто эта кровь кипит в моих жилах, бурлит адреналином, когда грубая рука, определенно больше моей, мягкой и кажущейся хрупкой, совсем не ласково проводит по ноге, от колена до бедра, окончательно снимая кимоно, сбрасывая его под меня. Мягкое и дорогое, оно сейчас не имело роли.
Имели роль черные глубокие глаза мужчины, что нависал надо мной неминуемой Смертью, будто Шинигами, что осматривал свою добычу; Но, вряд ли Шинигами ощущает страсть и всепоглощающее желание к своей жертве, верно? Нет, это была не Смерть, — Мадара-сан сам шел под ее знаменем, нес разрушения, отбирал чужие жизни во славу Смерти, но сейчас он будто отрекся от этого, и желал одного — полного обладания моим телом, полностью заклеймить его, опутать едва ощущающийся аромат мяты, металла и чернил собой, не дать даже шанса другим на возможное обладание, — и кто я такой, чтобы мешать своему Истинному, принятому в молодые годы? Мне уже не тринадцать, когда уши краснели от взгляда на голое тело, но уже девятнадцать, для того чтобы беззастенчиво рассматривать его, и едва ощутимое смущение расползалось внизу живота, вместе с возбуждением.
Моя далеко не первая течка, и не впервые я провожу ее с Мадарой-сан, но впервые он столь... Нетерпелив. В период течки альфа всегда агрессивен, всегда — нетерпелив, но Мадара-сан был спокоен и осторожен, он упивался моим послушанием и тем, что даже в таком состоянии я не падаю на колени от желания. Я знаю каждую чувствительную точку на его теле с семнадцати лет, знаю каждое удобное движение и позу, — но впервые он кусает меня за икры ног, до крови, вызывая глухой стон, смешанный со всхлипом от желания наконец-то получить то, чего требует природа, омега, я. Его рука держит меня за правую ногу, в то время как левая уверенно сдерживает обе мои руки, будто он сомневается, что я не попытаюсь сбежать, вырваться. Я никогда не вырывался.
Он опустился, уверенно кусая возле пупка, и я вдыхаю слишком много воздуха, ощущая боль, и как сразу же вступает навык регенерации, позволяя коже вновь стать чувствительно-чистой, мягкой, не оставляя и шрама от зубов альфы.
— Я хочу тебя всего, — шепчет уверенно он, смотря своими глазами прямо в мои, не давая и шанса отвести взгляд, давя яки так, будто он пытается меня убить.
— Мадара-сан, — я выдавил свою обычную улыбку, зная, что глаза мои лихорадочно блестят от желания, и что Мадара-сан это видит. Он умеет видеть то, что я скрываю за улыбкой. — Возьмите меня полностью, раз вы так желаете.
Мадара-сан никогда не был терпелив, он знал что должен делать, и как делать. Провести пальцами по кистям руки, отпустить ногу, чтобы надавить на пах, вызывая отчаянные слезы, поцелуями пройтись от пупка к шее, и губам, чтобы отвлечь меня от проникающих в анальный проход пальцев, которые нетерпеливо раздвигали стенки, хотя в моем состоянии течки и желания, тем более что последний раз у нас был три дня назад, это было почти не так нужно. Тем более с моей регенерацией, но Мадара-сан всегда был несколько бережлив ко мне, часто сдерживаясь, даже в этом...
Мои губы отпустили, когда мне почти прекратило хватать воздуха для того, чтобы не задохнуться, и натолкнулся мутным взглядом на ухмылку, что была на лице мужчины. Я почти пропустил тот момент, когда он опустился, резко хватаясь зубами за надплечье, ближе к шее, и входит в меня одним резким движением, — ноги мои все еще были по обе стороны от его бедер, и... Я застонал от боли, ощущая, как меня будто распирает, как запах альфы смешивается с моим, как происходит что-то, что нельзя описывать словами. Я ощущал, как из-под зубов Мадары-сана по коже течет из раны кровь, как мужчина делает легкое движение, и отпускает мое надплечье, смотря взглядом, будто пьяным, будто он не ощущал повинности в том, что сделал. Мадара-сан никогда не ощущает вины, его кошачья наглость не создана для этого.
— Удивительный вкус, — шепчет он прямо в ухо, и пускай я давно не девственник, и не скромник, это всегда заставляет уши краснеть.
— Будьте добры двигаться дальше, — произношу я, как можно более спокойным тоном, хотя хотелось начать умолять, или двигаться самостоятельно.
Мужчина ухмыльнулся, смотря прямо в глаза, и начал движение, не с привычной мягкости, — моя регенерация в этом ужасна, каждый раз будто девственник! И это, пускай невообразимо сладко и приятно, больно, — а резких толчков до основания, вырывающиеся стоны, — удивительно! Глубоко, больно и приятно, поцелуи слишком жаркие и интимные, — вероятно, будучи мною, к этому нельзя привыкнуть... Слишком резкий толчок с укусом возле ключицы привели меня в себя.
— Отвлекаетесь, господин Советник? — прохрипел Мадара-сан. — Не стоит, иначе мне придется сер-р-р-рьезно с вами поговорить....
***
— Мне совершенно не жаль, — заявил Мадара-сан, спокойно выпивая чай, но внимательно следя за тем, как я осторожно поднимаюсь с футона. Три дня...
— Мне тоже, Мадара-сан, — улыбнулся я, под довольным взглядом Учиха. Думаю, да, мне действительно не жаль.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Ну, теперь с этой историей точно все. Конец.