• пункт 3
— Польша, подожди!
Все так, как я и думал.
Я обернулся и увидел бегущего за мной Германию. Знал, что он так поступит. Это было слишком очевидно.
— Подожди... — Сказал он запыхавшись, когда меня догнал.
— Что случилось?
— Прости, что задерживаю, но должен убедиться.
— Так чём дело? — Я делал вид, что не понимаю, хотя знал, что он сейчас скажет.
— А... Ну знаешь... Ты правда меня простил?
Нет. Нет. И ещё раз нет, чертов нацист!
— Да, а что в этом удивительного? — Я старался совладать со своим гневом и отвечать спокойно.
— Я думал, что ты на меня зол. Был уверен, что никогда меня не простишь.
Я знал, что он выйдет за мной, если прервать обсуждение этой темы и внезапно выйти. Ну, а теперь, когда мы вдвоем, все намного проще.
— Я давно простил тебя и ты не должен передо мной извиняться.
Ага, конечно.
—... Правда?
— Да. — Ответил я с видимым спокойствием, хотя в душе, я был готов сгореть со злости. — Мне жаль, но сейчас я должен уже идти. — И снова я внезапно разворачиваюсь и ухожу.
Три...
Два...
Один...
— Могу ли я тебя проводить?
Боже, какой же он предсказуемый.
— Конечно, только идем быстро.
Я пошел дальше, а рядом со мной шел немец. Какое-то время мы шли в полной тишине, но через время он начал снова говорить.
— Не могу поверить все еще. Я считал, что ты меня ненавидишь.
В принципе, ты прав, так и есть.
— Что прошло, то прошло. Незачем и вспоминать. — Как же мне хотелось в этот момент его прибить.
После, уже никто ничего не говорил. Германия временами открывал рот, как бы хотя что-то сказать, но после успокоился. Мы шли в тишине, каждый был погружен в свои мысли. Не знаю, о чем он сейчас думает, хотя меня это и не интересует. А вот я размышлял о жизни. О своей скучной и бесполезной жизни. У меня есть только Венгрия, с которым так редко вижусь. Мой отец давно умер, а остальные считают меня за пустое место. Я даже не могу себе кого-то найти. Что это вообще за жизнь такая? Интересно, а у других лучше? А может у них еще хуже чем у меня, а я только зря ною? Должен радоваться, что живу и являюсь свободным, а не жаловаться на свою судьбу...
А вот и мой дом.
Я начал обыскивать свои карманы, в поисках ключа, давая Германии время, чтобы он решился задать вопрос. Потому что я этого не сделаю. Моя гордость этого не позволит. Так что, пускай он это сделает.
Я наконец-то вытянул ключ и начал открывать дверь.
— Polen, я... — Начал очень неуверенно немец.
— Да? — Прервавшись от открывания двери, я обернулся и посмотрел ему прямо в глаза.
— Ничего... Не важно... — Он опустил голову.
— Ну, ладно... Не хочешь, не говори. — Я снова продолжил открывать двери, притворяясь, что замок не поддается. Так уж и быть, дам еще немного времени.
В итоге я уже открыл дверь и снова обернулся к Германии.
Ох, ну давай, скажи это. Я не собираюсь тут стоять неизвестно сколько времени.
Мы смотрели друг другу в глаза и я прекрасно видел, что он хочет это сказать. Уверен, он сейчас борется со своими мыслями. В принципе, можно его понять, он не знает какой ответ его будет ждать. Разве я не дал ему понять, что сейчас он должен задать этот вопрос? Может я плохо отыграл свою роль?
В итоге Германия все-таки решился. И я наконец-то услышал то, что нужно для моего плана.
— Пойдешь со мной на свидание? — Спросил он с не уверенностью в голосе.
Первый пункт выполнен.