Глава 33
Мне не хочется в это верить, но голос Вадима произносит эти слова каждый раз, как только я нажимаю повтор. Множество сообщений от матери, только я смахиваю их обратно и читаю лишь от Вадима:
«Я почти приехал, но тут пробка образовалась.»
– Если действительно пробка, а не твоя другая подстилка, – говорю это пустой квартире и выключаю телефон.
Ноги сами несут меня в комнату и я начинаю собирать вещи. Их конечно не много, но потом можно будет купить и другие. Отрываю небольшой кусок бумаги из блокнота и переписываю туда все важные номера. Сил и времени объяснять что-либо Алисе нет и я пишу ей лишь одно сообщение, в надежде, что подруга действительно меня поймет:
«Я напишу тебе позже, а сейчас пожалуйста не ищи меня. Со мной всё хорошо, просто так надо.»
Дрожащей рукой нажимаю на кнопку отправить и выключаю вновь телефон, только уже навсегда. Вынимать сим-карту смыла нет, также как и забирать этот номер. Все равно нужно будет все менять, иначе зная Вадима, он найдет меня по нему.
Закидываю в спортивную сумку последнюю кофту и начинаю собираться сама. Слёзы застилают все перед глазами, а в мыслях только он. Тот кто смог меня исцелить и сломать - Дымов Вадим Иванович.
Денег на карте должно хватить мне на приличное время, а там я уже постараюсь найти работу. Когда я жила с родителями, то откладывала хотя бы часть зарплаты на квартиру, которую хотела купить. А после сам Вадим перечислял мне на карту деньги, чтобы я могла купить себе, что захочу. Только сначала он дал мне свою карту, но увидев, что я не потратила оттуда ни рубля, решил пойти другим путем. Кто же знал, что сейчас эти деньги мне пригодятся.
Выхожу из квартиры и вызываю лифт. Только мой побег не стал таким скрытным, как я хотела. Консьержа останавливает меня, как только видит мою сумку с вещами.
– Мила, а ты куда собралась так поздно?
Приветливая бабушка, с низким пучком на голове осматривает меня с ног до головы. Ком застревает в горле, но пазл складывается, что она может сейчас позвонить Вадиму и тот мигом узнает о моих намерениях.
– Яя-я хотела отдать вещи подруге, она сейчас приедет, – как можно спокойнее говорю ей и кажется мне верят.
– Ты только аккуратней, – хочет сказать ещё что-то, но её отвлекает телефонный звонок. – Ой, извини, внук звонит.
Как же я сейчас благодарна её внуку. Пользуясь моментом я выходу из дома и несусь к остановке. Хорошо, что сейчас вечер и автобусы ходят чаще. Вот только, когда двери автобуса начинают закрываться, то рядом останавливается знакомый автомобиль. Вадим с кем-то разговаривает по телефону или пытается дозвониться мне.
Дрожь в ногах усиливается и я быстро прохожу в салон, чтобы сесть на свободное место. Дорога до дальнего торгового центра, где обычно стоит много такси, и я смогу купить себе телефон занимает минут тридцать из-за пробок. А очередь в магазине с техникой настолько большая, что мне приходится просить людей пропустить меня. Видимо они поняли по моим красным глазам от слез, что дело дрянь и не стали спрашивать, а только пошли на уступки.
Покупаю не дорогой телефон, а следом и сим-карту с номером. Дальше подхожу к автомату и быстро снимаю деньги с карты. Уже спускаясь по эскалатору вниз, я замечаю двое охранников, которые судорожно кого-то ищут. Мне приходится кругами пробираться до выхода, чтобы остаться незаметно. Ведь убежать от таких бугаем будет крайне сложно. Только я покидаю здание, то замечаю множество машин такси, все водители вышли на улицу. Кто-то курит, а кто-то просто привлекает пассажиров, чтобы не стоять тут долго.
– Простите, а вы сможете меня довезти до деревни? – подхожу к водителю, что припарковался самый последний.
– Смогу, только будет это стоить три тысячи. Сами поймите, сейчас зима и дороги какие, а мне ехать туда и обратно, – начинает объяснять мне молодой парень. На вид ему около двадцати пяти, а может и меньше.
– Я заплачу, только поехали, – сажусь на заднее сиденье и захлопываю дверь в тот момент, когда один из охранников выбегает из торгового центра.
Не медля диктую название деревни и автомобиль трогается с места. Хочется побыть в тишине, но видимо только мне одной, раз водитель начинает разговор.
– У тебя случилось что-то? – бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида.
– С чего вы решили? – отвожу взгляд от окна.
– Просто ты так быстро искала автомобиль и у тебя глаза красные от слез.
Неужели я так сильно выделилась из толпы, что теперь меня могут поймать люди Вадима? Нужно срочно что-то придумать, чтобы таксист поверил в мои слова.
– Н-нет, просто очень соскучилась по бабушке с дедушкой, но опоздала из-за учебы и немного расстроилась, – как можно лучше стараюсь придумать оправдания.
– Ну ты конечно даешь. Нашла из-за чего плакать, сейчас доедем мы до твоей деревни. А по поводу учебы ты не переживай, небось экзамены были сложные?
– Д-да, вот и немного нервы взяли свое.
Неужели ему так хочется со мной поговорить? Почему нельзя просто ехать в тишине? Благо, что следующие два часа мы молчим и только по радио играет успокаивающая мелодия. Очень жаль, что её перебивает телефон водителя.
– Прости, что тебе сейчас будет некомфортно. Но можно поставить на громкую? Не очень будет удобно вести и разговаривать с телефоном у уха.
– Ничего страшно, можете говорить, – вновь отворачиваюсь от водителя и смотрю в окно.
Заснеженные посадки и голые деревья, что недавно были все в листве выглядят сейчас, как из фильма ужасов. Фонарей на трассе нет, как и машин. За все время мы встретили только два автомобиля, но и это понятно. Кто в здравом уме и светлой памяти поедет в деревню ночью?! Правильный ответ - Мила.
– Что такое Миша? – вырывает меня из раздумий голос.
– Степка, ты слышал новости?! Местный бизнесмен Вадим Дымов закрыл город!
По телу ползут мурашки и меня бросает в холодный пот. Значит Вадим уже понял, что я сбежала.
– Ого, я вот как раз поехал отвозить девушку в деревню. Как мне теперь попасть обратно то? – бросает на меня вновь быстрый взгляд.
– Они на въезде в город проверяют всех. Просто покажешь им машину и документы.
– А что это за важная такая шишка, что весь город закрыл? – проезжающая фура освещает весь салон автомобиля фарами, что если бы молодой человек посмотрел назад, то увидел моё бледное лицо.
Я и понятия не имела, что у Вадима такие связи. Знала только, что у него в друзьях есть депутаты, но чтобы настолько быть влиятельным. Хорошо, что я вовремя успела покинуть город.
– Так у него невеста пропала, говорят что теперь её ищут все службы. Будем надеяться, что бы нашлась и город откроют.
– Будем надеяться, – последнее, что произносит и завершает звонок.
Мне не по себе от такой новости. Вадим готов перерыть весь город, но только чтобы найти меня. Сколько же теперь мне прятаться и самое главное, куда бежать если он меня найдет?!
Остальные сорок минут мы едем обратно в тишине и хорошо, что первые дома деревни уже начинают виднеться. Подъезжая к дому бабушки и дедушки, я достаю деньги и протягиваю их водителю.
– Что-то у твоих свет не горит в доме, – смотрит на меня пристально.
– Они рано ложатся спать, ничего страшного, – хватаю сумку за ручки.
– Точно? А то я могу тебя тут подождать и если что уедем обратно в город.
– Спасибо, но все в порядке, – выхожу из машины и иду в соседний дом.
Бабушка Ира всегда была для меня родным человеком. После того, как дом опустел, я отдала ей ключи и попросила иногда проверять его. Дожидавшись, когда такси уедет, я только тогда нажимаю на звонок около двери. На веранде включается свет и через пару минут мне открывает дверь дочь соседки.
– Мила, как же я рада тебя видеть, – тётя Света притягивает меня в свои объятия. Я бросаю сумку на землю и обнимаю её в ответ. Когда я была маленькой, то часто бегала за ней по деревне. Она всегда угощала меня конфетами и вязала мне носки. А зимой после того, как наступал Новый год, я бежала к ней и знала, что она приготовила для меня подарок также, как и своим детям.
– Я так по вам скучала, а где бабушка Ира? – в голову закрадываются страшные мысли.
– Не переживай. Она увидела по телевизору рекламу семян и Сенька повез её в город, чтобы она купила их там, – гладит меня по плечам, чтобы успокоить.
– Тогда хорошо, – поднимаю сумку с земли. – Тётя Света, у вашей мамы хранятся ключи от дома бабушки с дедушкой, вы знаете где они лежат?
На лице женщины сменяется маска радости и появляется тревога.
– Что случилось? Мать с отцом снова издеваются?
Она знала всегда, что с родителями у меня были трудные отношения. Однажды даже вступилась за меня, вот только её муж был этому не рад и сказал, чтобы в чужую семью больше не лезла.
– Все хорошо. Решила, что хочу немного пожить тут, а то дом пустует, – сжимаю ручки сумку и прошу мысленно о том, чтобы больше не было вопросов.
– Но ты же знаешь, что можешь на меня положиться, ведь так?
– Да, спасибо.
И я действительно это знаю. Как только ключи оказываются у меня, а у соседки моё обещание заглянуть на чай с вареньем. Я подхожу к знакомой до боли калитки.
Деревянный домик в коричневом цвете, небольшой заборчик и много снега. Раньше перед Новым годом тут всегда стояла живая елка, я украшала её игрушками, а дедушка в это время чистил снег. Теперь же мне придется закрыться тут от всего мира на какое-то время и думать, что же делать дальше.
Вадим
– Вадим Иванович, мы обыскали все торговые центры, но ни одной похожей девушки там нет, – залетает в квартиру мужчина средних лет со значком правоохранительного органа.
– Значит повторно обыщите город, но мне нужна моя невеста, – крик настолько сильный, что сравним с ревом тигра.
– Понял вас, продолжим поиски, – также быстро покидает квартиру.
Диван проминается от тяжести мужчины. По всей квартире стоит запах дыма от сигарет, на прозрачном столике открытая бутылка дорогого коньяка и злой мужчина, что сжимает клочок бумаги.
«НЕ ИЩИ МЕНЯ! Я УХОЖУ!»
– Мила, я же перерою все на земле, но найду тебя, – делает затяжку и выдыхает дым, которого и так много.
Алиса
– Я напишу тебе позже, а сейчас пожалуйста не ищи меня. Со мной всё хорошо, просто так надо, – читает в сотый раз сообщение от подруги.
Входная дверь издает хлопок и на пороге появляется Артур.
– Алиса, ты в курсе, что Мила пропала? – голос дрожит, что становится понятно, как её муж бежал.
– Этого не может быть! – страх за близкого человека берет вверх и хочется выть от того, что не можешь рассказать об этом другим.