6
Лиса
Выхожу из машины не живая, ни мёртвая. Уже готовая к тому, что сейчас на меня посыпется шквал обвинений и ругательств. Ну а что, справедливо, сама виновата. Едва я выхожу из машины, ветер колючим снегом тут же бьёт мне в лицо. Надо же, врезалась в огромный внедорожник, такой же, как у босса. Смотрю на свою букашечку, бампер которой беспомощно висит в воздухе.
Ну, вот что за день такой?! Ну, когда же он закончится?!
Но вот сюрпризы на этом не заканчиваются, потому что из внедорожника, в который я только что врезалась, выходит никто-нибудь, а сам Чонгук.
— Монобан?!! — окидывает он меня не добрым взглядом. — Да кто бы сомневался! Слушай, тебя не учили, что на дорогу смотреть надо. Ты что права купила?! — накинулся он на меня.
— Чон Чонгук, — иду тут же в наступление я, в конце концов, это я из-за него, а вернее из-за его звонка в эту аварию попала. — А вас не учили, что звонить и отвлекать девушку, когда она за рулём не хорошо. Между прочим, я из-за вас в вас врезалась.
— Отлично! — разводит руками босс. — Я ещё и виноват! Браво, Монобан, браво! В твоём репертуаре.
— Чон Чонгук, да вы и не пострадали совсем, — набираюсь наглости я. — В отличие от моей машинки. Ну, по крайней мере, можете спокойно ехать.
— Не могу. — Отвечает он, вот ведь упёртый. — У меня бензин закончился. Я заправиться забыл, вот поэтому тебе и звонил. — И знак аварийный для этого выставил, ну тот самый, который сейчас под твоей машиной.
— И что нам теперь делать? — спрашиваю я, то ли у него, то ли у себя.
— А я не знаю, — пожимает плечами босс. — Ты же затеяла всё это. Сколько там до твоей базы осталось?
— Километров пять. — Признаюсь я.
— Отлично! — выкрикивает он. — Пять километров в глухом лесу. Без связи. — Он показывает на телефон, на котором нет сети. Но ведь звонил же как-то. — Случайно связь поймал. — Отвечает на мой немой вопрос Чонгук.
— Тогда предлагаю идти пешком. — Говорю я. — Тем более что другого выхода у нас нет. У вас в машине нет бензина, у меня машина сломана. Связи нет.
— Отлично! — вновь выкрикивает он, видимо это его любимая фраза.
— Дорогу-то хоть знаешь?
— Да, сейчас идём прямо, и километра через четыре будет поворот направо. Поворачиваем туда и ещё один километр, и мы на месте. — Объясняю ему я.
— Будем срезать. — Уверенно говорит он, показывая взглядом на некогда переметённую тропинку.
— Уверены? — что-то его затея мне не очень нравится.
— Тропинка протоптанная, значит, куда-то ведёт. — Делает вывод Чон.
— Ты как хочешь, а я иду по ней. А ты можешь идти одна по дороге, я тебя не держу.
— То есть вы вот так бросите девушку одну в глухом лесу? — испуганно спрашиваю я.
— А ничего, что вот все эти неприятности из-за этой девушки! — делает вывод Чон.
А затем берёт из салона свои вещи, запирает машину и идёт по тропинке в лес. Я быстро делаю тоже самое, и бегу за ним. Потому что оставаться одной на дороге в лесу сомнительная перспектива.
Но чем дальше мы заходим с Чон Чонгуком в лес, тем чётче я понимаю, что идём мы не туда, куда нам нужно.
— Чон Чонгук, — едва поспевая за ним, окрикиваю его я, — вам не кажется, что мы заблудились?
— Нет, — уверенно отвечает он.
— Скоро будем на месте.
— Откуда вам это знать, если вы даже не знаете, куда идти?! — возникаю я. — Я поражаюсь вашей самоуверенности!
— Девочка моя, — он поворачивается в мою сторону, — если бы не эта моя самоуверенность, то я никогда не достиг бы того, чего достиг. А вот ты так и будешь вечно в рядовых сотрудниках ходить. Потому что всего боишься.
— Я ни всего боюсь, а только вас! — неожиданно даже для себя выдаю я.
— И правильно делаешь! Потому что если эта сделка сорвётся, тебе точно конец. Вылетишь из фирмы, как пробка. — Вновь угрожает мне он.
— Давайте для начала дорогу найдём. — Не уступаю ему я.
Так мы бродим по лесу ещё где-то час, может два. Я уже давно потеряла счёт времени. Но ни к какой базе мы не выходим. А напротив сбились даже с той тропы.
Уставшая и обессилившая опускаюсь на снег и начинаю плакать.
— Ну и увольняйте! — выкрикиваю я ему в след, потому что он упорно идёт вперёд, даже не обращая внимания на то, что я от него отстала.
— Эй, Монобан, ты чего? — он тут же возвращается ко мне и поднимает меня из сугроба. — Да ты замёрзла совсем. — Делает вывод он, а затем берёт меня за руки и начинает мне их греть своим дыханием.
А я начинаю плакать ещё сильнее. И тут дело даже не в том, что он меня уволит, и я останусь без работы. Что дома на меня обрушаться упрёки и оскорбления. Я просто устала, устала одна со всем этим бороться.
— Лиса, — он смотрит мне в глаза, — давай мы сейчас с тобой до базы дойдём, и ты там поплачешь. А я тебя даже пожалею, а сейчас идём.
Он достаёт из кармана свои варежки и надевает их мне на руки.
— Идём, — а затем берёт за руку и ведёт за собой.
Так мы бродим по лесу ещё какое-то время. Но, уже идя с боссом, рука об руку, это путешествие уже не кажется мне таким страшным. И хоть до базы мы не доходим, но на какой-то одиночный домик всё же натыкаемся.
— Отлично. — Радуется босс. — Здесь и переждём с тобой эту непогоду.
Чон Чонгук начинает искать ключ и спустя какое-то время находит его.
И мы попадаем внутрь. Дом не жилой, скорее всего это домик лесника. И в нём он давно не был, потому что внутри не многим теплее, чем на улице. Разве что только снега нет, да ветер не сдувает. Но в доме есть печь, теперь бы её ещё растопить. Я судорожно начинаю вспоминать, как дедушка учил меня это делать, а Буров быстро идёт за дровами и растапливает печь сам
Вот это да, вот это познания. А он не совсем безнадёжен.
— Сейчас станет теплее. — Говорит он, когда в печи во всю уже потрескивает огонь.
А затем пододвигает к печи два старых кресла, находит в шкафу какой-то плед и, усадив меня на кресло, укрывает им. Действительно вблизи огня, мне становится намного тепле, но меня всё так же трясёт.
— Так, что-то ты мне совсем не нравишься. — Делает вывод он, подойдя ко мне.
— Не очень-то и хотелось. — Отвечаю я.
— Монобан, ну ты и колючка! — делает вывод он.
А затем достаёт из рюкзака маленький термос, открывает его и оттуда сразу же начинает валить пар. Он наливает в чашку немного горячей жидкости и протягивает мне.
— Вот, выпей. — Предлагает он мне.
— Что это?! — не доверчиво спрашиваю я.
— Пей уже, а то заболеешь. Там секретный ингредиент, но тебе полезно будет. — Улыбается он. — Мне ещё надо подумать, как мы выбираться отсюда будем.