Глава 38. Его слабости
Свет пробивается сквозь занавески мягкими полосами, и ты просыпаешься от едва слышного шороха — Винни пытается подняться.
— Лежи, — твой голос звучит резко, но дрожь в нём выдаёт, как сильно ты боишься снова увидеть его бледным и бездыханным.
Он хмурится, но опускается обратно на подушки. Волосы растрёпаны, губы пересохли, на щеке тень щетины. Взгляд чуть мутный, но он всё ещё в нём — в этом взгляде слишком много упрямства, чтобы тебе стало спокойно.
— Я просто... — начинает он.
— Никаких «просто», — ты уже стоишь у двери, поправляешь на нём одеяло. — Тебе нужен покой. И еда.
На кухне ты быстро разогреваешь бульон — тот самый, что всю ночь варился на плите, пропитанный зеленью и специями. Запах тёплый, домашний, будто способен вернуть его к жизни быстрее, чем лекарства.
Когда возвращаешься, он пытается приподняться, но ты мягко упираешь ладонь ему в грудь.
— Ещё шаг — и я прибью тебя обратно к подушкам, — говоришь почти шутя, но глаза не смеются.
Он вздыхает, сдаётся, а ты садишься рядом, осторожно подносишь ложку к его губам. Он смотрит на тебя чуть дольше, чем нужно, и, кажется, хочет что-то сказать, но вместо этого просто принимает бульон.
— Вот так, — тихо шепчешь ты. — Ешь. Остальное подождёт.
А в глубине души ты понимаешь, что боишься не столько его слабости, сколько того, что однажды он может снова уйти туда, откуда ты уже не сможешь вытащить.