Глава 23
Леви
Леви шел по пустым коридорам лагеря, его шаги были медленными и тяжелыми. После задания его тело болело, но сильнее всего его мучила рана на животе. Он стиснул зубы, не позволяя себе выглядеть слабым перед другими, но каждый шаг отзывался резкой болью. Казалось, что с каждым шагом он тащит за собой не только боль, но и груз всех своих потерь.
Когда он, наконец, добрался до своей комнаты, Леви с облегчением закрыл за собой дверь. Комната была темной и тихой, и это на мгновение принесло ему небольшое чувство покоя. Но только на мгновение. Боль в животе стала напоминать о себе, требуя его внимания.
Подойдя к зеркалу, он медленно развернул повязку, стиснув зубы от острой боли. Кровь всё ещё сочилась, оставляя на его боку тёмные пятна. Леви посмотрел на рану в отражении. Она была глубокой, но не смертельной. Он знал, что это ранение заживёт, как и все другие, которые он получал за годы службы в разведкорпусе.
Леви аккуратно сменил повязку, его движения были быстрыми и привычными. Закончив, он бросил окровавленную ткань в сторону, рухнув на кровать. Лежа на спине, он положил руки за голову и уставился в потолок. В тишине комнаты, где не было места внешним раздражителям, и его мысли начали беспокойно вращаться в его голове.
***
Воспоминания нахлынули внезапно и болезненно. Он вспомнил своё прошлое — ту нищету, в которой рос, потерю матери, борьбу за выживание в подземном городе. Леви был ещё ребёнком, когда мир показал ему свою жестокость. Без семьи, без поддержки, без надежды. Он учился быть сильным не для себя, а для того, чтобы просто выжить. Единственным, кто дал ему шанс на другую жизнь, был Кенни. Человек, который научил его сражаться, дал ему знания о выживании, но в то же время лишил возможности доверять.
Воспоминания все глубже уносили его в прошлое. Фарлан и Изабель. Леви едва заметно напрягся, когда их образы всплыли в его сознании. Его первый отряд, его друзья, которые доверяли ему. Их светлые лица, их шутки, их вера в то, что они смогут изменить мир. Но всё это разбилось о реальность. Изабель погибла первой, разорванная аномальным титаном. Фарлан вскоре последовал за ней. Леви был бессилен. Он не смог их спасти, хотя клялся защищать.
Этот день был ключевым в его жизни. День, когда Леви окончательно понял, что эмоции — это слабость. Что привязанности только приводят к боли и страданиям. Именно поэтому он старался никогда больше не подпускать никого так близко к себе. Но всё это не смогло вытеснить боль от их потери, которая всё ещё жила глубоко внутри.
Внезапно образ Киры вдруг возник в его мыслях, словно теплое воспоминание среди бесконечного холода. Леви закрыл глаза, вспоминая, её взгляд, полный нежности и беспокойства. Он вспомнил её прикосновение, когда она обняла его перед уходом. Это было странно, но одновременно... естественно. Будто в его холодный и ожесточенный мир вдруг проник лучик света.
"Чёрт...," — прошептал он себе под нос, ощущая, как тепло от этих воспоминаний разливается по его телу. Внутренний голос настойчиво шептал ему, что он окончательно влюбился в неё. Леви вскочил с кровати, не выдержав этого чувства. Запустив пятерню в волосы, он злобно чертыхнулся, пытаясь стряхнуть с себя эти мысли.
Но это было бесполезно. Он не мог избавиться от образа Киры, её прикосновения, её улыбки, её уверенности. Это раздражало его, ломало его привычные механизмы защиты. Она стала для него больше, чем просто солдатом. Она стала тем, кого он больше всего боялся потерять.
В этот момент в дверь раздался осторожный стук. Леви раздраженно посмотрел на нее, недоумевая, кто мог прийти в столь поздний час.
— Кто там? — хриплым голосом спросил он.
— Леви, это я... Кира, — раздался тихий голос с другой стороны.
Леви замер на мгновение, его сердце сбилось с привычного ритма. Он не ожидал её здесь, особенно сейчас, когда его мысли были полны ее образов.