Глава 40
Лена сидела на диване, наклонившись ближе к Роме. Она аккуратно приклеивала пластырь к его носу, стараясь делать это максимально нежно.
— Ты специально это делаешь? — тихо спросила она, не отрывая взгляда от его лица.
Рома чуть склонил голову набок, изучая ее взглядом.
— Что именно?
Лена прикусила губу, но не ответила.
Ее пальцы все еще касались его кожи, но вдруг он перехватил ее запястье, мягко притянув ладонь к своей щеке. Его кожа была горячей, а щетина немного кололась.
Она затаила дыхание, сердце замерло в груди.
А потом он наклонился и мягко коснулся губами ее ладони.
Лена дернула руку, будто обожглась. Ее щеки вспыхнули румянцем, она резко отвернулась.
— Хватит этих игр, — выдохнула она, тяжело дыша.
— О чем ты? — нахмурился Рома.
Лена резко обернулась к нему.
— По-твоему, это нормально?
— Что именно? — озадачено спросил брюнет.
— Тебе нормально целоваться с чужой девушкой?!
Он вскинул брови, затем медленно отвел взгляд.
С чего она так среагировала? Все же было хорошо.
Рома молчал, обдумывая, что сказать, но нужные слова так и не приходили. Да, конечно, это не нормально, но...
Лена вспыхнула еще больше, глядя на него с каким-то отчаянием.
— Конечно же нет! — почти выкрикнула она. — Это ненормально!
— Успокойся... — напряжено попросил Рома.
— Потому что для меня ненормально — встречаться с одним, а любить другого!
Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их осознать.
Лена замерла, осознав, что только что сказала. Она резко прикрыла рот ладонью и отвернулась, проклиная себя за эту глупую оговорку. Но было поздно.
Рома смотрел на нее, в глазах застыло потрясение.
— Что ты сказала? — его голос был тихим, но в нем звучала напряженность и Лена как на зло молчала.
Рома подвинулся ближе, схватил ее за плечи, и встряхнул.
— Повтори.
Она крепче сжала губы, упорно не поднимая взгляда.
— Повтори, черт возьми!
Она дернулась, пытаясь высвободиться.
— Уйди!
— Нет, — Рома стиснул зубы. — Не уйду, пока ты не скажешь.
— Да что ты хочешь услышать?! — крикнула она, голос сорвался. — Что я хочу, чтобы ты оставил меня в покое?! Что я не хочу тебя видеть, слышать?! Что я просто хочу, чтобы ты ушел?!
Рома резко замолчал, будто его током ударило.
Ее плечи дрожали, губы дрожали, в глазах сверкали слезы.
А потом он просто... отпустил ее.
Лена, потеряв равновесие, упала вперед, лицом вниз на диван. Из ее груди вырвался приглушенный всхлип.
Рома стоял, глядя на нее сверху вниз, не зная, что сказать.
— Ты правда хочешь, чтобы я ушел? — его голос звучал хрипло.
— Да! — не поднимая головы, выкрикнула она, крепко сжав кулаки.
Рома сжал губы, и нервно провел ладонью по волосам.
— Прости. — прошептал он.
Рома ушел. Ну конечно, а чего она ожидала? Что он будет сидеть возле нее и успокаивать, пока она просит его уйти и не трогать ее.
Лена резко замерла, потом всхлипнула еще раз.
— Дура... — прошептала она себе.
И вдруг подскочила, бросилась к двери.
— Рома!
Ее голос эхом разлетелся по двору.
— Рома, не уходи!
Но его уже не было.
***
Рома не помнил, с чего начался его приступ ярости.
Вроде все было нормально. Ну, насколько это возможно после вчерашнего.
Но потом он снова вспомнил Лену.
Ее слова: «Потому что для меня ненормально — встречаться с одним, а любить другого!»
И все внутри перевернулось.
Рома сжал кулаки.
Он метался по комнате, не в силах ни сесть, ни просто стоять на месте. Все вокруг раздражало: шум за окном, его собственные мысли, телефон, который он несколько раз поднимал, но так и не решился написать или позвонить.
А потом в него словно что-то вселилось.
Первым пострадал стул — он с грохотом полетел в угол.
Потом футболка, которую Рома просто разорвал в руках.
Блокнот со стола — в стену.
Книги — на пол.
Он не останавливался. Внутри бурлило слишком много злости, непонимания и какого-то чертового отчаяния.
Почему она так среагировала? Почему теперь ему так хреново? Почему вообще все так запутано?!
Рома стиснул зубы, сгреб в одну кучу все бумаги с письменного стола и одним движением швырнул их на пол.
За этим занятием его и застал Бяша.
— Ну, охренеть теперь, — пробормотал он, стоя в дверях.
Рома даже не посмотрел в его сторону.
— Ты че творишь?
Ответа не последовало.
Бяша вздохнул, закрыл за собой дверь и прислонился к стене, сложив руки на груди.
— Ты либо мне объяснишь, что с тобой, либо я просто тут постою, посмотрю, как ты окончательно разносишь свое жилище.
Рома бросил на него быстрый, злобный взгляд, но не ответил.
Он подошел к тумбочке и со всей силы пнул ее ногой.
— Круто, псих, — хмыкнул Бяша. — А теперь можешь сказать, какого хрена с тобой происходит?
Рома замер. Дыхание тяжелое. Руки дрожат.
Он провел ладонью по лицу, взъерошил волосы и только тихо выдохнул:
— Я не знаю.
— Ну да, конечно. Просто решил устроить дома погром ради развлечения. — присвистнул Игорь.
Рома раздраженно взглянул на него. Тот хмыкнул и присел на край кровати.
— Идиот, блять.
Рома бросил в него подушкой.
Но Бяша ловко увернулся и ухмыльнулся:
— Давай, жги дальше. Может, так полегчает.
***
Лена лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и выглядела она хмурее тучи. Она чувствовала себя ужасно — опустошенной, злой, но больше всего... одинокой. Рома ушел. И от этого было еще хуже.
Рядом с ней сидел Антон, тихо поглаживая ее по спине, но она даже не шевелилась.
— Лен, что с тобой? — спросил он, слегка нахмурившись.
Антон вздохнул и поправил ее растрепанные волосы.
— Ты заболела, что ли?
Лена опять промолчала.
— Может, что-то случилось?
Случилось. Но она не могла сказать ему. Она не могла сказать это даже самой себе.
Антон еще пару минут пытался разговорить ее, но все без толку. В итоге он устало вздохнул, поднялся с кровати и вышел из комнаты, оставив ее наедине с ее мыслями.
Лена сжала пальцы на простыне.
Она не знала, почему ей так плохо. Вернее, знала, но не хотела это признавать.
Потому что Ромы рядом не было.
А она не могла решить, злилась ли она на него больше или на саму себя.
Тем временем Антон спустился вниз, вытащил телефон и набрал знакомый номер.
— Бяш, мне срочно нужна твоя помощь.
— Чего тебе? — голос у друга был недовольный, но в нем слышалась усталость.
— Ленка лежит как овощ, не разговаривает, не двигается, ничего не ест. Я не понимаю, что с ней.
— Может, заболела? — спросил Игорь.
— Не похоже.
— Слушай, у меня у самого дела не лучше. — вздохнул Будаев в трубку.
— А чего так?
— Я сейчас у Пятифана и он тут пол комнаты уже перевернул. Я сам не знаю, что делать. Сижу, уворачиваюсь от его психов, на.
— А из-за чего он так?
— Да хрен его знает, — раздраженно пробормотал Бяша. — Вчера вернулся в таком состоянии, будто его поездом переехали, а сегодня с утра уже громит все вокруг.
— Давай я заеду? Хоть там помогу чем тут.
— Не надо. У него сегодня настроение «убью всех».
— М-да, — фыркнул Тоха и из трубки послышался большой грохот.
— Ромыч, ну куда ты стол... — вздохнул Бяша и быстро проговорил: — Ладно, извини, потом наберу.
Антон тяжело вздохнул и вернулся к Лене, которая все так же молча лежала на кровати. Его это бесило. Но не потому, что она игнорила его, а потому, что он не понимал, что с ней происходит.
Он опустился перед кроватью, присел на корточки, провел ладонью по ее щеке.
— Лен, — мягко позвал он.
Она не открыла глаз, что раздражало Петрова.
— Может, погуляем? Освежишься, развеешься...
Лена едва заметно покачала головой.
— Ну, Лен... — он вздохнул, убирая прядь волос с ее лица.
Но она не собиралась идти.
Антон смотрел на нее еще пару секунд, а потом резко выпрямился.
— Окей, если не хочешь говорить — не говори. Если не хочешь гулять — не гуляй. Но ты так и будешь валяться весь день?
Она молчала.
— Это не похоже на тебя, — добавил он, запуская руку в волосы. — Лена, скажи мне хоть что-нибудь.
Она вздохнула, открыла глаза и посмотрела на него.
— Я просто устала, — выдохнула она.
— Устала от чего? — нахмурившись, спросил Антон.
— Просто. — вяло ответив, она отвернулась лицом к стене.
Ему не нравились такие ответы. Но он чувствовал, что если будет давить, то Лена вообще уйдет в себя. Поэтому Антон стиснул зубы, и только тихо сказал:
— Ладно.
Он встал, бросил на нее еще один хмурый взгляд и вышел из комнаты.
***
Возвращаясь с кухни, Радова лениво терла ладонью глаза, надеясь, что хотя бы сейчас получится уснуть.
Антон практически целый день не давал ей покоя своими вопросами. Хотя, он все же переживает за нее, поэтому это нормально с его стороны. Зайдя в комнату, она положила стакан воды на тумбочку, а сама уже собралась ложиться на кровать, но услышала стук в окно. Она резко обернулась и ее зрачки удивленно увеличились. Вглядевшись в окно, она увидела Рому.
Лена подбежала, чувствуя, как внутри все переворачивается.
— Что ты здесь делаешь? — прошептала она, зная, что он ее не услышит.
Но Рома, кажется, понял.
Он медленно поднял руку и приложил ладонь к стеклу.
Лена сразу сделала то же самое, не думая, как это может выглядеть. Их ладони встретились через холодное стекло, и Лена почувствовала, как ее сердце замирает от такого простого, но в то же время невероятного жеста.
Рома наклонил голову, указывая куда-то в сторону.
«Выйдешь?»
Лена быстро кивнула, и в ответ Рома едва заметно улыбнулся. А потом исчез, спрыгнув вниз.
«Господи, он ненормальный.» — улыбчиво подумала она.
Девушка развернулась, тихо пробралась к шкафу и схватила первые попавшиеся штаны, свитер и носки. В зале она быстро переоделась, натянула куртку, сапоги и неслышно подошла к двери.
Она сделала глубокий вдох и открыла дверь, быстро выскользнув на улицу.
Он ждал ее. Стоял, сунув руки в карманы, смотрел в сторону, но, услышав хлопок двери, тут же повернулся, когда она начала подходить к нему.
— Слушай, Зефирка, я хочу...
Но договорить он не успел.
Лена быстро оказалась перед ним и, прежде чем он успел что-то договорить, схватила его лицо ладонями и жадно вцепилась в его губы.
Рома остановился. Но лишь на несколько секунду.
Потом его руки сжали ее талию, притягивая ближе, крепче, сильнее.
Лена оторвалась от его губ только для того, чтобы прошептать:
— Пожалуйста, не уходи. Я не могу без тебя.
Ее слова, как облегченный выдох, наконец вырвались наружу. Все это время она пыталась подавить чувства, которые было невозможно контролировать. Теперь, когда он был здесь, все казалось таким простым и важным.
Он тихо улыбнулся, его пальцы переплелись с ее, и он прошептал:
— Я тоже не могу без тебя.