Любовное созвездие

Радова протянула руку в сторону, ожидая коснуться Ромы, но ладонь скользнула по холодной ткани простыни. Лена нахмурилась.

Сначала она не открыла глаза, а лишь лениво подумала, что Рома, возможно, просто отошел. Но чувство пустоты рядом стало тревожить. Лена приподнялась на локтях и сонно огляделась. Одеяло сбилось в кучу, а подушки были небрежно разбросаны. Ее взгляд опустился вниз, к полу. И там, почти у самого края кровати, она увидела знакомую фигуру.

Рома лежал на ковре, завернувшись в одно из одеял. Его положение было странным: голова лежала на ее старой подушке, а ноги небрежно торчали из-под покрывала. Руки он обхватил вокруг себя, словно защищался от кого-то. На его лице читался такой мир и спокойствие, будто это и был самый удобный матрас в мире.

Лена нахмурилась, пытаясь понять, почему он оказался на полу. Ей казалось, что должно было быть как по-другому — проснуться вместе, встретить утро с шутками и легкой неловкостью. Но вместо этого она увидела эту картину.

Тихо вздохнув, Лена свесила ноги с кровати и замерла, чувствуя прохладный пол.

Она чуть подалась вперед и легонько толкнула его плечо ногой.

— Ром, ты чего? Почему ты на полу? — сонно произнесла она.

Он поморщился, пробормотал что-то невнятное, не открывая глаз, и только сильнее укутался в одеяло. Лена прикусила губу, сдерживая улыбку. Видеть его таким беспомощным и домашним было как-то даже трогательно.

— Эй, ты меня игнорируешь? — не унималась она, теперь чуть громче.

Рома наконец открыл один глаз и посмотрел на нее сонным, но каким-то шутливым взглядом.

— Ты так ворочалась ночью, что сбросила меня с кровати, — сказал он, устало потянувшись.

Лена резко выпрямилась, чувствуя, как ее лицо заливается румянцем.

— Что? Я? Да брось!

— Да, ты, — он снова прикрыл глаза, притворяясь, что собирается уснуть. — Решил не будить тебя и спать на полу. Все равно спать с тобой — это как спать с ежом.

Она рассмеялась, чувствуя смешанные чувства — то ли смущение, то ли легкую обиду. Но в то же время она понимала, что он не был злым.

— Поднимайся, а то простудишься, — сказала она, срывая с него одеяло.

Рома застонал и с досадой посмотрел на нее, но в конце концов медленно поднялся и лег на кровать, укутавшись в одеяло.

Пятифан как ни в чем не бывало лежал на кровати, лениво утопая в подушке и тепле одеяла. Его тело все еще ощущало остатки сна, но легкий шум за дверью заставил его немного приоткрыть глаза. Комната была наполнена полутенью утреннего света, пробивающегося сквозь плотно закрытые шторы. Все выглядело привычно, пока дверь не открылась. Лена вошла в комнату.

На ней был нежно-розовый халат, который свободно облегал ее фигуру, подчеркивая утонченные линии. Мокрые белокурые волосы, едва касаясь ее плеч, все еще блестели от капель воды, которые стекали вниз, оставляя едва заметные следы на ткани халата. Она прошла мягко, почти бесшумно, босиком, словно боялась разбудить его. Но Рома, хоть и лежал неподвижно, не спал. Он смотрел на нее сквозь полуприкрытые веки, стараясь не выдать себя.

Лена остановилась перед зеркалом, стоящим у стены. Она взяла полотенце, лежавшее на краю стола, и начала аккуратно смачивать волосы. Ее движения были неспешными. Она слегка наклоняла голову в разные стороны, пальцами поправляя влажные кудри, чтобы придать им форму.

Рома смотрел, как она двигается. Ее пальцы скользили по волосам так легко и уверенно, как будто она это делала тысячи раз. Ему вдруг стало казаться, что он наблюдает за чем-то слишком личным, почти интимным, но оторвать взгляд он не мог. Она была красива, так естественна в своей простоте, без макияжа и нарядов. Свет, пробивающийся через щель в шторах, падал на ее лицо, подчеркивая нежные черты — тонкий профиль, легкую улыбку, которая появлялась, когда она любовалась своими кудрями.

В какой-то момент она подняла взгляд, чтобы получше рассмотреть свои волосы в зеркале. Ее глаза встретились с его отражением, но Лена, похоже, ничего не заметила. Рома замер, затаив дыхание. М-да, круто любить девушку своего друга.

Она повернулась немного боком, чтобы достать что-то с полки. Халат чуть приоткрылся на шее, и Рома, почувствовав прилив тепла к лицу, заставил себя закрыть глаза. Он не хотел, чтобы она поняла, что он смотрел. Он знал, что должен вести себя спокойно, но ее присутствие, ее запах, смешанный с ароматом шампуня, заполняли комнату, заставляя его сердце биться быстрее.

— Ты что, до сих пор спишь? — раздался ее голос.

Рома заставил себя приоткрыть глаза, делая вид, что только что проснулся. Лена стояла напротив него, слегка приподняв бровь.

— Ага... — пробормотал он, потягиваясь и стараясь не выдать, что уже давно наблюдал за ней.

— Соня, — сказала она, качая головой, и снова вернулась к зеркалу.

Рома лишь улыбнулся, глядя на нее. Она, наверное, никогда не поймет, насколько он счастлив, просто находясь рядом.

Парню на телефон пришло сообщение и ему тут же позвонили. Рома поднял телефон с пола возле кровати и взял трубку.

— Да, мам?

— Доброе утро, сыночек. Потрудись объяснить мне, где ты находишься?

— А что собственно такое?

— Тебя дома просто нету и у Бяши тебя тоже нету, где ты опять лазаешь?

— А ты дома?

— Да. Тему давай мне не переводи.

— Я сейчас буду. Дверь открытой держи, я ключ потерял. — сказал парень и быстро отключился, так и не ответив на вопросы матери.

— Ты что домой идешь? — спросила Радова, поворачиваясь к нему. Она повесила полотенце на спинку кресла и подошла к кровати.

— Да, мои вещички высохли? — спросил тот сонно протирая глаза.

— Да, но там... — Лена замолчала и вышла из комнаты. Через несколько минут, она вернулась обратно, в руках она держали вещи Ромы. Как только она положила их на кровать, парень потянулся за штанами и нахмурился.

— Они порванные? — задумчиво произнес он и быстрыми движениями проверил остальную одежду. — Какого хрена? Оно все порванное.

— Не знаю. Ты вчера таким пришел, к слову, еще и в крови. — вздохнула блондинка и присела на кровать. — Вообще-то, ты меня до смерти напугал. Думала, сердце от переживаний за тебя остановится. Зачем ты так со мной? Мог хотя бы предупредить, что придешь в таком виде.

— Прости, Зефирка, не додумался. — вздохнул тот и наклонился к ней. Его руки аккуратно обвились вокруг ее талии и Рома потянул Лену на себя. — Давай полежим еще чуть-чуть.

— Ром, ну полдесятого, куда еще? Мы и так первый урок проспали.

— Ну и что, проспим еще один, ничего не случится.

Парень накрыл их одеялом и закрыл глаза, но в планах девушки было совсем другое.

— Я так не могу, мне нужно собираться, высушить волосы там, накраситься.

Рома распахнул глаза, приподнялся на локте, и странно покосился на нее.

— Зачем? Ты и так красивая.

— Ты просто не понимаешь, — сказала Лена и свесила ноги с кровати. — Если не приду на второй урок, физичка съест меня и кто с тобой тогда математикой заниматься будет?

— Так ты уже со мной не занимаешься, или ты забыла?

— Я передумала. Просто тогда слишком обиженной на тебя была.

— А сейчас?

— А сейчас нет, давай поднимайся. Завтракать будешь?

Девушка убрала руки парня со своего живота и поднялась с кровати. Рома устало простонал и лег на спину.

— Не-а, я домой иду, пока мама никуда не ушла, а то сегодня реально буду ночевать на лавочке. — сказал он и потянулся за своими штанами. — Придется идти в этом дерьме.

— Ну извиняй, могу тебе опять, что-то из своего гардероба "милота и блестки" одолжить, — улыбнулась девушка.

— Пожалуй обойдусь. — отрицательно покачал парень головой.

— Слушай, если что, приходи ко мне, все равно скучно одной.

— А чего Антона не зовешь к себе ночевать?

— Да ему постоянно некогда.

Рома смотрел на нее несколько секунд и ничего не ответил, вместе этого, потихоньку начал одеваться.

***

Рома, стоя у своего шкафчика, начал лениво переодеваться, краем глаза наблюдая за друзьями, которые устроились на лавке неподалеку.

Антон, заядлый фанат футбола как и Бяша, оживленно обсуждал с ним вчерашний матч.

— Ну ты видел, как он вчера этот мяч закрутил? — с энтузиазмом говорил Антон, махая руками.

— Да это было просто шедевр! — подтвердил Бяша, закидывая ногу на ногу. — Я так даже на PlayStation не умею.

Рома стоял немного в стороне у своего шкафчика, снимая школьную рубашку и стараясь не привлекать к себе внимания. Он молчал, но краем уха слушал разговор друзей. Внезапно Антон прервал их обсуждение футбола, полез в рюкзак и вытащил из него небольшой альбом.

— Ладно, хватит о футболе, зацени мои новые рисунки, — с довольной улыбкой сказал он, раскрыв альбом перед Бяшей.

Рома насторожился. Он знал, что Антон увлекается рисованием, и иногда тот приносил в школу свои наброски. Но сейчас, увидев, как друзья наклонились над альбомом, его охватило любопытство.

— Это кто? — спросил Бяша, указывая на одну из страниц.

— Лена, — ответил Антон, слегка улыбнувшись.

Рома краем глаза посмотрел на рисунок, который Бяша держал в руках. Это был портрет Лены. Четкие линии, ее легкая улыбка и глубокие глаза – все было прорисовано с поразительной точностью. Антон явно вложил в этот рисунок не только свое мастерство, но и чувства. Рома старался гнать от себя любые мысли о ней. Но сейчас, глядя на этот рисунок, он не мог избавиться от непреодолимого желания обладать им.

— Фига ты, — похвалил его Бяша, — прям как живая.

Друзья продолжали обсуждать рисунки, пока не закончили переодеваться и направились в спортзал.

— Пошли быстрее, разминку пропустим, — сказал Бяша, увлекая Антона за собой.

Рома задержался, дождавшись, пока дверь за ними закроется. В раздевалке стало тихо. Сердце стучало быстрее, но он старался не думать о том, что собирается сделать.

Он подошел к лавке, где лежал рюкзак Антона, и, еще раз оглянувшись на дверь, начал рыться в его вещах. Рома быстро нашел тот самый альбом. Его руки слегка дрожали, пока он пролистывал страницы.

Вот она – Лена, такая красивая и недосягаемая.

Сердце заколотилось сильнее. Рома выдернул листок с рисунком, стараясь не повредить остальные страницы. На мгновение его охватило странное чувство вины, но он быстро отмахнулся от него.

Рисунок он аккуратно свернул и спрятал себе в карман спортивных штанов. Закрыв рюкзак, Рома быстро огляделся, чтобы убедиться, что все осталось на своих местах. Еще раз глубоко вдохнув, он переоделся и, взяв свою сумку, выскользнул из раздевалки.

Когда он вошел в спортзал, друзья уже разминались, и никто даже не заметил, что его задержало. Рома чувствовал, как рисунок Лены жжет его через тонкую ткань кармана. Он старался сосредоточиться на тренировке, но в голове крутились мысли о том, что он только что сделал и зачем.

Блондин толкнул дверь раздевалки вперед и вышел из помещения. В спортзале уже почти никого не осталось, только приглушенные звуки шагов где-то в коридоре.

— Эй, Петров, дело есть, — послышался знакомый голос. Антон обернулся и увидел, как из полутемного угла коридора выходит Савицкий с довольным лицом.

— Чего тебе надо? — Антон нахмурился, едва скрывая раздражение. Ему совсем не хотелось задерживаться с ним.

— Это займет минуту, не больше. Ты должен это увидеть, — сказал Влад, подойдя ближе. Его голос был странно напряженным, а глаза будто пытались что-то скрыть за маской спокойствия.

Парень порылся в кармане куртки и вытащил телефон.

Влад разблокировал экран, несколько секунд водил пальцем по галерее, а потом молча протянул телефон.

— Что это? — недоуменно спросил Антон, прежде чем взять телефон.

— Просто посмотри, — коротко ответил Влад.

Антон уставился на экран. На фотографии, которую показал Савицкий, на крыльце дома стояла Лена в обнимку с Пятифаном. Они обнимались. Это не был какой-то случайный дружеский жест — слишком близко, слишком долго. Рука Ромы лежала на ее талии, а Лена чуть наклонила голову ему на плечо, словно это было чем-то естественным.

Антон молча смотрел на фото, чувствуя, как внутри все словно застыло.

— Это когда было сделано? — спросил он наконец, не отводя глаз от телефона.

— Сегодня утром. — отвечал шатен. Антон почувствовал, как пальцы судорожно сжали ремень сумки. На фото Лена выглядела так, будто ей было комфортно, будто она не считала происходящее чем-то неправильным. А Рома... Это было особенно обидно. Он всегда знал, что он где-то рядом, всегда говорил себе, что это просто дружба, хотя он был слишком непредсказуемым, чтобы так рассуждать.

— Зачем ты мне это показал? — спросил Антон, отводя взгляд. Голос его дрожал, но он не хотел показывать ни гнева, ни обиды.

Влад положил руку ему на плечо.

— Я подумал, ты должен знать. Тебе решать, что делать дальше.

Блондин опустил глаза и закивал головой, стиснув зубы.

Антон влетел в пустой кабинет, таща за собой Лену, крепко сжимая ее запястье.

Девушка вырывалась, но его хватка была слишком сильной. Как только дверь захлопнулась за ними, он отпустил ее с резким движением, словно ей даже не место рядом с ним.

— Ты вообще понимаешь, что ты творишь? — рявкнул он, доставая из кармана телефон. Его голос был громким, грубым, пропитанным болью и яростью. — Это что такое, а?!

Он сунул ей перед лицом экран. На фотографии было то самое утро: она стояла на крыльце в халате, прижавшись к Роме.

— Антон, это не то, что ты думаешь... — начала она, но он тут же перебил.

— Заткнись! — закричал он, его голос отдался эхом в пустом кабинете. — Ты вообще понимаешь, как это выглядит? Стоишь в халатике, Ромочка тебя обнимает, а я, как идиот, верю, что ты нормальная! Ты что, шлюха, Лена? Потаскуха? Ты что творишь за моей спиной?

Лена ахнула, ее лицо покраснело от гнева.

— Как ты смеешь так со мной говорить?! — закричала она, сжав кулаки. — Это просто фотография, Антон! Между нами с Ромой ничего нет!

— Ничего? — он усмехнулся, но в его смехе не было ни капли веселья. — Ты серьезно? Ты думаешь, я настолько тупой? Стоишь с ним на крыльце в таком виде, а потом мне рассказываешь, что ничего не было?

— Да, ничего! — выпалила она, подступая к нему. Ее голос дрожал от смеси злости и отчаяния. — Он просто друг, Антон.

— Друг? — фыркнул он, саркастично подняв брови. — Так, значит, друзья теперь обнимают тебя за талию у дверей? А ты для них в халатике на пороге стоишь? Может, мне еще поблагодарить его за то, что он так «заботится» о тебе?

— Ты ничего не понимаешь! — закричала Лена, ее голос сорвался на грани истерики. — Ничего между нами нет!

— Ничего? — он горько рассмеялся, его смех прозвучал почти безумно. — Ты считаешь, что я настолько тупой? Ты думаешь, я поверю в этот бред?

— Пожалуйста, Антош, поверь. Я только тебя люблю.

— Врешь! Знал я, что это ваши совместные занятия до добра не доведут. Да ты шлюха, Радова, самая настоящая! С одной стороны со мной, а с другой с Пятифановым?!

— Да так у тебя язык поворачивается такое говорить? — перебила его Лена, ее голос поднялся до крика. Ее глаза заблестели от слез, но она продолжала стоять прямо, глядя ему в лицо. — Я ничего плохого не сделала! Ты вообще слышишь, что несешь?

— А мне плевать, что ты там себе придумала! — пытался перекричать ее Антон, махнув рукой. — Ты думаешь, я стану терпеть такое поведение? Нет, Лена, все! Мне не нужна девушка, которая обнимается с кем попало!

— Ты... Ты хочешь сказать, что мы должны расстаться? — ее голос стал хриплым, она с трудом сдерживала слезы.

— Да! — ответил он, не раздумывая ни секунды. — Я не хочу быть с такой шалавой, как ты!

Лена смотрела на него несколько секунд, ее грудь тяжело вздымалась, а по щекам текли слезы.

— Отлично, Антон! Если ты думаешь обо мне так, то и ты мне не нужен! — крикнула она, почти сорвав голос. — Как я вообще могла встречаться с таким уродом вроде тебя!

Его рука взметнулась, и он ударил ее по лицу. Звук пощечины прозвучал оглушительно в тишине кабинета. Лена замерла, ее глаза распахнулись от шока. Она медленно подняла руку к щеке, которая начала наливаться ярким красным пятном.

Они смотрели друг на друга несколько секунд, тяжело дыша, после выплеска эмоций. Лена резко развернулась и выбежала из кабинета, хлопнув дверью. Антон остался стоять, сжимая телефон в руке так сильно, что пальцы побелели.