70
Олимпийский, стадионы, клубы, таможни, госпошлины, паспорта, гам этрад, европейские города, потери, испытания остались позади, когда команда из шести обычных человек ступила на сцену Ледового, начав свой последний в этом туре, 35 концерт. У них не было цели побить чей-то рекорд, доказать что-то кому-то - они хотели построить империю с нуля, не на обломках предыдущих, не захватить чью-то - им нужна была своя. Двенадцать тысяч зрителей - один для Мирона самый главный. Он не покидал его ни на одном концерте, всегда оказывался рядом, если было необходимо, оставался в тени и знал наизусть каждый трек, сбил колени о ступеньки в клубах и полностью изменился за четыре месяца. Ника. Маленькая девочка тогда - сейчас один из самых любимых членов табора у фанов. Робкая и стеснительная брюнетка - красноволосая девушка, знающая себе цену.
- Никто не расслабляется, - слышится из-за кулис голос Жени, когда Клокова пробегает мимо, показывая жестом, что скоро начинается визуал.
- Блять, с дороги уйдите, - крикнула сотрудница, забирая у Федорова микрофон. - Снимай рубашку. Ване воду дайте и Порчи.
- А ты все также успеваешь думать обо всех, кроме себя, - проговорил мужчина, взглянув на нее.
- Это моя работа, - сказала агент, помогая ему надеть футболку. - Так, аппаратура на месте? Все, пиздуй на сцену.
Сотрудница улыбалась весь день, помогала устанавливать декорации не только тыканьем пальцев, а и физическим трудом, бегала из стороны в сторону и ни разу не заикнулась об усталости: кроме нее там было еще очень много людей.
- Рада, что тур закончился? - спросила Муродшоева.
- Еще не закончился, - парировала красноволосая. - На самом деле, я думала, будет намного сложнее, но обошлось малой кровью.
А Ника снова за кулисами, снова не выходит на сцену, снова шевелит губами, стоя около Жени с телефоном в руке. Это триумф Мирона над игрой, это пересечение точки невозврата, когда обратного пути уже нет. Все детство он был где-то там, внизу. Переезды, перекрестки, перелески, 15 лет в эмиграции, учеба, клиника, диагноз, безумные мечты, которые точно не могли существовать в одной системе координат с его реальностью. Федоров осознавал: будет трудно, будет куча преград. Весь его путь на сцену - дорога с одним тусклым прожектором и плохим звуком сквозь маленькие залы к стадионам. Брюнетка в его жизни совсем недавно, но знает доскональнее, чем его родители, понимает лучше, чем он сам. Наверное, хорошо, когда ей еще придется успокаивать его во время приступов - другой бы сошел с ума с этом стеклянном лабиринте по имени Мирон - Клокова выучила каждый тупик и поворот.
- Я хочу пригласить на эту сцену весь состав букинг машин, который работал над этим концертом, над стадионным туром, - послышалось из колонок. - Всех гостей, стоящих за кулисами. Выходите.
На сцене появилось человек двадцать, одетых в спортивные толстовки, джинсы, кроссовки: они не планировали показываться. Агент вышла последней, став около Порчи в дальнем углу.
- Эти люди сделали для вас шоу, - произнес Янович. - Чтобы вы смогли кричать мое имя в этом зале. Я хочу сказать огромное спасибо каждому из них, потому что...
Он посмотрел на сотрудницу в тени от кулисы, убрав микрофон. Девушка улыбалась, о чем-то говоря с Дарио и указывая на аппаратуру. Красные волосы, сапфировые глаза, бледная кожа - девочка из сказочных снов, героиня фантастических повестей: такая нереальная, но настоящая.
- Ника, иди сюда, - попросил Янович.
- Да, я здесь, - сказала сотрудница, подбежав к нему.
- Признаваться в любви со сцены для меня стало традицией, - начал Окси. - Но именно здесь, именно на этой сцене, именно в своем родном городе я хочу поставить точку в этом туре и троеточие в этой истории, опустив занавес. Вас двенадцать тысяч сейчас, а нас все это время было только шестеро. У нас было много хуйни, но мы оставались командой. По поводу знаков препинания. Ника, я могу говорить очень много, но нет смысла это делать, когда нечего сказать. Я люблю тебя. Дай мне руку, - рэпер сжал ее ладонь в своей. - Это моя мечта.
Найти человека, которому можно будет отдать сердце без страха получить его обратно с кинжалом. Не бояться проснуться в пустой и холодной квартире или, напротив, в комнате, полной незнакомых людей.
- Порчи, заебашь нам город, - улыбнулся Мирон. - Разъебите, Питер.
После концерта на дне Невы окажется маленький сейф с бейджами с тура, прозвучит фраза "с вами хоть завтра в дорогу", разольется шампанское на набережной, будет много радости, потому что для них настоящее счастье - вернуться домой, когда есть куда и к кому, ведь так вся жизнь пройдет в пути и мимо. Их ждут автострады, госпошлины, таможни, стадионы, клубы и туры. Ждут, когда настанет их время, а оно, рано или поздно, придет.
" - Город под подошвой?
- Воистину город под подошвой..."
Конец.