24
- Ника, ты в порядке? - спросил Илья, положив руку на плечо девушки.
- Да, - встрепенулась агент. - Спать хочу ужасно.
- Так иди в гримерке отдохни, - сказал мужчина. - Не переживай, бешенного жида мы угомоним.
Сотрудница слабо улыбнулась, кивнув. Всю ночь не могла нормально даже подремать, слыша каждое слово, произносимое Мироном. Нет, он говорил очень тихо - Клокова прислушивалась к его шепоту, сама не зная зачем. Нравился ей голос Федорова, как и сам рэпер.
- А где Ника? - поинтересовался Янович, подойдя к Мамаю.
- Спать пошла, - ответил он. - Все хорошо, успокойся.
- Я спокоен, - соврал Окси.
Нет, все было не так. Только Мирон терял брюнетку из виду - у него в душе появлялся страх, что с ней может случиться какая-то не особо приятная вещь. Еще недавно он не мог понять этого - сейчас все стало ярче, острее и отчетливей: если раньше данное чувство терялось среди других, то теперь оно взяло верх над остальными.
- Ладно, что-то там еще надо сделать? - мотнув головой, спросил рэпер. - Свет выставить?
- Что такое? - удивился Илья, щелкнув пальцами перед лицом друга. - Ты как-то странно ведешь себя.
- Пройдет, - отмахнулся Федоров. - Я пойду покурю.
- Иди, - пожал плечами Мамай, глядя на него. - Только не потеряйся нигде.
- Хорошо, - сказал мужчина, спустившись по ступенькам.
Янович брел по бесконечным коридорам стадиона, не обращая внимания на персонал. Либо биполярное расстройство дает о себе знать, либо он медленно, но верно сходит с ума окончательно. Выбрать из двух зол меньшую не получалось: обе были ему безразличны. Ну, закроют его опять в психиатрии. Что дальше?
- А ничего, - прошептал Окси, выйдя на улицу.
И почему рэпер так переживает за обычную рядовую сотрудницу букинга, чувствует, как что-то колит внутри, когда Ника обнимает его, смеется и просто сидит рядом? Она знает, сто процентов, даже может процитировать любую строчку из текстов рэпера, но никогда в этом открыто всем не признается, рисует его, пока никто не видит. Слишком взрослая для своих лет, слишком наивная для этого мира.
- А если и этот путь приведет тебя в никуда? - горько усмехнулся Мирон, покрутив руках дымящуюся сигарету.
Пусть приводит. Плевать. Федоров даст сердцу свободу, позволит победить, хоть оно и таких дел может наворотить. Опять же, пофиг. Сейчас, по идее, нужно думать о предстоящем концерте - не получается. Извилистый путь скоро затянется петлей на его шее, сжав ее, дабы, как говорится, не мучался. Окси вис на любой дряни долго и жестко, а Ника стала для него, как героин для бывалого наркомана - лучшей дурью из всех возможных. Проблема в том, что чем больше доза, тем сложнее будет слезть. Янович это знал, слишком хорошо знал.
× × × × ×
- Вам пора на сцену, - сказала девушка, позвонив Илье на мобильный. - Через пять минут концерт.
- Тут Мирон интересуется, где ты шляешься, - ответил мужчина.
- Он, блять, издевается? - взбесилась сотрудница. - Выпихивай его на сцену любыми способами! У него обострение?
- Понятия не имею, - проговорил Мамай. - Сама поговори с ним.
- Давай, - выдохнула агент, попросив охрану немного подождать. - Мирон, что ты устроил?
- А где ты ходишь? - ответил он.
- Я разбираюсь со службой безопасности, - объяснила брюнетка, сползая по стене. - Я не могу прибежать. Нужно кое-что решить. В чем причина забастовки?
- Мне спокойнее, когда ты стоишь за кулисами, - признался Федоров, заставив ее вскочить на ноги.
- Прошу, - прошептала Ника. - Выйди на сцену и знай: ты - лучший. Прибегу, когда разберусь, обещаю.
В нем что-то закоротило. Лучший? Серьезно? Рэпер покрутил в руках микрофон, зашагав в сторону сцены и сбросив вызов.
- Я знаю, что меня клинит, - заметил Мирон. - Я люблю ее. На самом деле.
- Мы уже поняли, - ухмыльнулся Ваня. - У нее через 2 города день рождения. Вот тебе и повод. Доживешь, поверь.
Мужчина кивнул, улыбнувшись. Какую бы хуйню он не творил - друзья всегда его понимали и были на его стороне. Вот и сейчас оказалось одна из таких ситуаций. Тем временем, Клокова за определенное время концерта решила все вопросы и, вспомнив свое обещание, быстро пошла за сцену. Забежав за кулисы, брюнетка услышала первые аккорды "Биполярочки" и, подойдя к Илье, оповестила о своем присутствии.
- Засунь себе в жопу бейджи и вопросы, Шерлок, - подпела она, едва шевеля губами.
Мирон редко смотрел за кулисы, но именно сейчас он глянул туда, увидев ее, и, казалось, ожил. Нет, Федоров выкладывался на полную, безусловно, уходил со сцены почти мертвый - сейчас ему, как будто, поменяли батарейку.
- Окс, под чем ты? У тебя же все, о чем только мог и мечтать рэперок подземный.
Ника наблюдала за ним, улыбаясь и неосознанно шевелила губами, подпевая. Она знает все его треки, но никому об этом не скажет, рисует, пока никто не видит, и прекрасно понимает: рано или поздно, бомба взорвется. И сколько же времени осталось на циферблате?