Эпилог
Серебристые сумерки мягко опускались на тихие земли Каэлум Локус. Постепенно небесный город погружался в спокойный сон, и его улицы всё больше пустели. В окнах белоснежных домов гасли огни, и только в одной из резиденций Престолов яркий свет не переставал литься наружу.
Красивая женщина с белоснежными волосами, из последних сил сдерживала улыбку, смотря на темноволосого мальчика с глазами цвета первой листвы.
– Мортиус, – как можно строже произнесла Эвилион. – Тебе давно полагается быть в кровати.
– Ну, бабушка, – несчастно протянул ребёнок. – Я не устал. К тому же, ты обещала сказку.
Эвилион опустилась на краешек кровати и нарочито серьёзно произнесла:
– Я рассказала тебе сегодня все сказки.
– Нет, – Мортиус хитро прищурил свои зелёные глаза, от чего мгновенно стал ещё сильнее походить на Дэнталиана. – Ты не рассказала мою самую любимую.
Эвилион вскинула руки к небу:
– Неужели опять? – смеясь, спросила она.
– Конечно, – утвердительно кивнул мальчик. – Я не смогу без неё уснуть.
– Хорошо, но с одним условием, – посмотрев на внука, произнесла Эвилион.
– Всё что угодно, бабушка, – быстро пообещал Мортиус.
– Тогда под одеяло! – засмеялась Эвилион.
Мальчику не пришлось повторять дважды. Запрыгнув в кровать, он выжидающе взглянул на бабушку. Прежде чем начать Эвилион наклонилась и поцеловала ребёнка в макушку, после чего спальню наполнил её мелодичный голос.
Однажды ангелы забыли,
Зачем явились в этот мир.
Их неуёмная гордыня,
Лишь разжигала стойкий пыл.
Тогда Отец всего творенья,
Решил вернуть свет в их тела.
Трёх ангелов создал спасенья,
Наполнив золотом сердца.
И ангелы воспряли духом
Благую весть пустив в свой дом.
Их крик наполнил всю округу,
Вернув надежду за окном.
Но вот глава всех Серафимов,
Не разделил всеобщий гвал.
Он видел в ангелах погибель –
Спасенье в них не признавал.
И в миг, когда пришло виденье,
Он подписал свой приговор.
Был скинут вниз без замедленья,
И в бездну ада погружён.
Он шаг за шагом вместе с сыном,
Воздвиг империю внизу.
И демоны боялись имя,
Произносить его в бреду.
Но вот один смутьян нашёлся,
Прознал о тайне трёх сердец.
Он злобным Молохом нарёкся,
Поклявшись кровь пустить с небес.
Но власть недолго продолжалась,
Был падшим заперт он во тьме.
В печати света отражаясь,
Таннари канул в пустоте.
Года шли тихо и спокойно,
Не предвещав вокруг беды.
Когда врата вдруг распахнулись,
Поставив мир у грани тьмы.
Тогда наследник жаркой бездны,
Отправился в далёкий путь.
Был должен получить поддержку
И Аскорея в ад вернуть.
Однако Молох был проворней,
Тот демон слыл его слугой.
Он всё детально подготовил,
Принц был сражён чёрной стрелой.
И страшный яд рекою бурной,
По венам принца пробежал.
И жизнь умело забирая,
Он к пропасти его толкал.
И принц парила рядом с принцем,
Стараясь в душу заглянуть.
Когда вдруг ангел белокрылый,
Вмешался, обманув их путь.
Она была нежнее ветра,
Красива словно солнца луч.
И принцу чёрной Преисподней
Сумела жизнь тогда вернуть.
А он, прощаясь с ней в пещере,
Вдруг позабыл свою вражду.
Таких как ты не существует,
Хоть трижды землю обойду.
Они простились навсегда,
Укрыв сомненья в сердце.
Но вновь коварная судьба,
Им приоткрыла дверцу.
Вдвоём им было суждено,
Укрыть сердца всевластия.
И в путь отправились они,
Спеша в долины мрачные.
Но путь был долог и тернист,
И с каждым новым шагам
Они всё глубже погружались,
Во череду загадок.
Там был паук жрущий свет.
Был шабаш полный ведьм.
А в городе косых дождей,
Туман окутал берег.
Однако чувства в их душе,
Всё ярче разгорались.
И не смотря на всё вокруг
Костром внутри остались.
Он знал придётся отпустить,
Уйти во тьму на веке.
Он так не мог её губить,
Забрав во мрак при свете.
И он ушёл во тьму один,
Ни раз не оглянувшись.
И для себя он всё решил –
В сток боли окунувшись.
Она же в горе обреклась,
Без демона страдала.
Но ангелов слепая власть
Всё без неё решала.
Иллариэль была должна
Убрать своё пристрастие.
Другому будет отдана,
Забыв долины мрачные.
Но вновь безликая судьба
Вмешалась в эти планы.
И золотом окутал свет,
Что сердце горевало.
А он, когда про то прознал,
Отправился на небо.
Ведь понял он, что без неё –
Всё в жизни будет слепо.
Она проследовала в ад,
Забыв о всём на свете.
Ведь если рядом будет он,
Вся жизнь пройдёт во свете.
Синтермиус – связал сердца.
На веке крепкой нитью.
И чувства их будто звезда,
Сияли яркой жизнью.
А ангелы, прознав про то,
Проход наверх закрыли.
И запечатав небеса,
О Лари позабыли.
Но не смотря на всё вокруг –
Любовь их полыхала.
И в череде тёмных времён,
Их души согревала.
И яркий свет тот золотой,
Взродился в их частице.
Их сын явился в мир людской!
Их ангел тьмы родился!
Лишь Молох счастью их мешал,
И гнёт его клубился.
Но Бальтазар открыл проход,
Во мрак он углубился.
И вот когда наш принц вступил,
На земли тьмы – Таннари.
Удар пришёл откуда все
Ни раз его не ждали.
Клинок весь чёрный, как смола,
Пронзил святое сердце.
Он свет у ангела отнял,
Захлопнув жизни дверцу.
И боль пронзила всё вокруг,
Окутав всё собою.
Наш принц закрыл её в себе –
Глотнув безмерно горя.
Мелькнув пронёсся целый век.
Век боли и страданья.
Век имя где Иллариэль –
Явилось назиданием.
А он искал её везде,
Кочуя в мир за миром.
Но только следа нет нигде –
Хоть он отдаст все силы.
И вот когда надежда вдруг
В груди почти погасла.
Ярчайший свет златой звезды
На небе потерялся.
Решимость с новой чередой,
Внутри него пылала.
И к древней ведьме в лес густой,
Дорогу показала.
И вот в тиши проклятых крон,
Она секрет открыла –
Про мрак, явившийся из тьмы,
Про монстров древней силы.
А ангела они его,
На части разрывали.
Ведь душу нежную её,
Во мраке пожирали.
И белый ключ ему вручив,
Та ведьма рассказала –
Что путь его теперь лежит
В каньон, где смерть пылала.
Там он увидел благодать –
Во тьме она сияла.
Но древний монстр земляной,
Закрыл проход упрямо.
И ключ рассыпался в руках,
Забрав искру надежды.
Но древний демон Валафар
Вернул её успешно.
Наш принц ворвался в тот чертог,
Всё на пути сминая.
И чёрного дракона мощь,
На тварей обрушая.
И вот он смотрит на неё,
Не веря, что возможно.
А сердце в демонской груди,
Стучит так безотложно.
Он столько лет её искал,
Хотел вернуть он душу.
Ведь если нет её в мирах,
Наш принц будет разрушен.
И вновь любовь их полилась,
Спустя почти столетье.
Он смог к груди её прижать,
Вернуться в запределье.
Но зло не дремлет никогда,
Оно всегда на страже.
И стоит чуть отвлечься, как
Оно себя покажет.
Иратус пал, разрушен круг,
А в бездне льётся хаос.
И демонов окутал страх,
За мир, покой и статус.
Наш принц, едва придя в себя,
Отправился к писаньем.
Он должен место был найти,
Где помнят покаянье.
И ведьма старая, как мир,
Секрет ему открыла –
То место таиство хранит,
Под гнётом древней силы.
Салэтум вновь увидел жизнь,
Вернулся с заточенья.
И первых путников укрыл
Своей волшебной сенью.
Но тьма всегда была хитрей,
И обманув реальность
Мулатор сам нанёс удар,
Вернув всю боль детально.
Но в этот раз судьба пришла
Со светлой половины.
Иллариэль вернули жизнь,
Отдав частичку силы.
Весь мрак ушёл из мира прочь.
Забрав беду с собою,
И наконец они смогли
Забыть всё то плохое.
И демон с ангелом теперь,
Смогли вздохнуть спокойно.
К их счастью был тернистый путь,
Но был тот путь достойный.
Эвилион поцеловала в лоб спящего внука. Взглянув на его растрёпанные волосы, женщина мягко улыбнулась. Кто бы мог подумать, что Назаниэль будет так горячо любить кого-то, в ком течёт кровь демонов, но в своих внуках глава Престолов не чаял души. А маленький Мортиус, уже подолгу выслушивал от деда, все хитрости правления небесным городом. Правда, когда Назаниэль заканчивал рассказ, то всегда напоминал Мортиусу, что это их секрет.
В дверь негромко постучали и, поднявшись, Эвилион проследовала к выходу.
– Привет, – поздоровался Тэнебрис, целуя её в щёку. – Неужели Морт наконец уснул?
– Твой брат взял от ангельской половины, только свои крылья, – тихонько рассмеялась Эвилион, прикрывая дверь. – Хотя я подозреваю, что и они могли достаться ему от отца.
– Поверь, здесь он паинька, – усмехнулся Тэри, следуя за бабушкой вниз по лестнице. – В аду от него плачут все демоны.
– Бабушка? – раздался сверху заспанный голос и обернувшись Эвилион увидела своего младшего внука. – Почему ты ушла?
– Привет, наш маленький ангелочек, – подразнил младшего брата Тэнебрис.
– Это мама ангелочек, – возмутился Мортиус, – её папа так всегда называет. А я демон, – с гордостью закончил мальчик.
– Ну что же, демон, – самым серьёзным тоном произнёс Тэнебрис, бросая на Эвилион весёлый взгляд. – Пойдём-ка я уложу тебя спать.
– А ты расскажешь, мне сказку? – хитро спросил Морт. – Ты мне не рассказывал ещё сегодня.
– Только сегодня и не рассказывал, – усмехнулся Тэри и взял брата на руки. – Пойдём, я расскажу тебе такую сказку, которую ты ещё ни разу не слышал!
– Тэнебрис, – строго произнесла Эвилион, – никаких пересказов своих битв.
– Бабушка только что всё испортила, – выдохнул Тэри, и Мортиус, закрыв рот ладошкой, тихонько засмеялся. – Но у меня припасено много хороших историй без поножовщины.
Тэнебрис занёс Мортиуса в комнату, и прикрыл за собой дверь, а Эвилион ещё долго смотрела вслед внукам, благодаря небеса за то, что много лет тому назад, её дочь повстречала на своём пути демона, изменившего их судьбы...
КОНЕЦ