29 глава
Чонгук
Взяв телефон, я вышел из комнаты и поплелся на кухню, чтобы покурить. У открытого окна, на свежем прохладном воздухе вместе с дымом отлично вытягивало хмель, приводило мысли в стройный порядок. А то раскайфовался, блин, растекся!
— Кажется, твой важный звонок по второй линии закончился?
Мне почудилось или в голосе мамы проскользнула ирония? Впрочем, плевать, мне можно, я женат, имею право на личную жизнь. Поправочка, я еще не по-настоящему женат, но все же считаю Лису женой. В глазах родни она – самая настоящая жена, пусть привыкают!
— Да, говори, ма.
— Лучше ты расскажи, как у вас дела?
— Все хорошо. Жаль, что вы с отцом не приехали.
— Чимин рассказал, что ты женился? Вот уж чего по-настоящему жаль, так это то, что ты не удосужился пригласить родителей на свою свадьбу! — с укором произнесла мама. — Ты же знаешь, как я обожаю организовывать свадьбы.
— Знаю, — скрипнул зубами.
Когда Чимин женился на Розэ, мы были с ним в контрах! Но даже тогда мне было жаль младшего брата. Его физиономия была искренне страдальческой, мама со своими замашками совсем загоняла младшего брата в попытке организовать идеальную свадьбу! Такую пышную, такую роскошную, чтобы все приглашенные гости потеряли дар речи и забыли, что год с небольшим назад видели ту же самую невесту, но только в качестве будущей жены брата Чимина.
Ирония, мать ее... Свадьба Розэ и Чимина стала воистину роскошной!
— Если ты знаешь, почему не дал мне такой шанс? Я хотела бы заняться устройством твоего счастья! — новый укор.
— Счастье любит тишину.
— Не скромничай, скромность нынче не в моде.
— Не в моде говорить слово «нынче», ма.
— Будем спорить о словесности?
— Нет. Спорить не о чем, мама. Я женат и счастлив в браке. Жаль, вы не приехали.
— Это, знаешь ли, поправимо!
— Что ты имеешь в виду? — охладел я.
— Мы с отцом вылетаем сегодня вечером.
— Мам, поверь, это совершенно ни к чему.
— Отнюдь. Мы прилетим к вам в гости, и я очень сильно надеюсь, что ты не поведешься на капризы своей жены и организуешь нам достойную встречу в аэропорту.
— Не понял. Что за шпильки в сторону моей жены?!
— Я же знаю, что ты, Гук, сам бы ни за что не стал отказывать родителям, к тому же не стал бы выселять Чимина и Розэ с малышом. Но вот твоя жена... Уверен, она приложила к этому свою руку. Я очень сильно хочу увидеть, какая хищница овладела сердцем моего старшего сына!
— Все не так!
Гудки. Мама бросила трубку. Я выматерился и снова закурил.
— Не самый приятный разговор? — раздалось за моей спиной.
Пока трындел с мамой, Лиса успела принять легкий душ и совершенно нагло присвоила мою любимую белую футболку. Впрочем, за нежно-розовые бутоны крупных сосков, которые дерзко дырявили тонкий хлопок, я мог простить Лисе почти все. Тем более, она меня обняла, прижалась бедром. Я понял, что на красотке до сих пор нет трусиков.
— Приготовишь нам завтрак? — попросил.
Сам раскрутил фантазию, как я нагну ее над столом с завтраком и хорошенько нашпигую.
— Да, приготовлю.
Хлопнул Лиску по заднице, сочно и звонко. Точно нашпигую!
— Что хотела твоя мама?
Лиса поставила кастрюлю на огонь, выбрала овсяные хлопья из шкафа.
— Хотят приехать.
— Черт... Зачем? Я думала, что с визитами покончено.
— Я тоже так думал. Но мама считает, что они обязаны приехать и посмотреть на хищницу.
— По Розэ соскучились? Странно!
Лиса отмерила нужное количество хлопьев, засыпала их в кипящую воду.
— Мама говорила не о Розэ. Она говорила о тебе.
— Я?! Я хищница?!
— Ага. Самая настоящая. Охотишься на мой член. Утром в рот взяла, из засады набросилась.
— Ты все об одном! — улыбнулась. — Но если серьезно, Чонгук, то я считаю, что мы заигрались. Пора сказать им правду.
— Не понял. Ты от моих условий отказываешься?! От меня?! — возмутился.
— Не отказываюсь. Но переживаю, что станет, если все всплывет наружу? — Лиса нахмурилась. — Ты сказал, что родители состоятельные. Из краткой ремарки про хищницу я сделала вывод, что твоя мама уже настроена категорически против меня! Что будет, если...
— Не переживай. Все будет хорошо.
Отбросил окурок, захлопнул окно и сел на стул, притянув на бедра свою фиктивную женушку. Сладкий соблазн... Такую женщину грех отпускать!
— Что, если твои родители начнут совать палки в колеса?
— Как начнут, так и закончат. Сначала я планировал только замылить им глаза фиктивной женой. Да, такой был план. Но сейчас я понял, что отпускать тебя не желаю.
— То есть.
— Ты останешься со мной, Лиса. Если не поняла, со мной, это означает, до гроба. Начнут говорить что-то против, я сразу укажу им на дерьмецо под носом. Все! — хлопнул ладонью по столу. — Я так решил. Моя жизнь, мои правила.
— Мне показалось, твоя мама рассержена?
— Скорее всего, недовольна, что не удалось сосватать меня за какую-нибудь фифу. Когда Чимин был здесь, он проболтался, что мама кое-что наметила, а отец яро поддержал. Плевать. Ты останешься моей женой! Более того, у нас все будет по-настоящему.
Лиса застыла, заерзала на коленях, усиливая трением жар и желание. Взять ее прямо сейчас!
— Какую свадьбу хочешь?
— О, черт!
Лиса вскочила. Я едва успел схватить ее за бедра.
— Куда?
— Там каша!
— Плевать на эту кашу, мы с тобой кое-что получше сварим... Прямо сейчас.
Руки бесстыже задрали футболку. Голая попка, абсолютно голая и такая аппетитная, с отметиной моих зубов. Шлепнуть ее! Отвел душу в хлопке, Лиса подпрыгнула с поварешкой в руках!
— Чонгук!
— Ну, что? — прижался со спины. — Бросай кашу. Нам нужно сексом скрепить твое согласие выйти за меня.
— Не помню, чтобы я соглашалась.
— А я четко помню, как ты сказала: согласна быть твоей. Я в эти слова все возможные смыслы вкладываю. Все!
— Дай кашу доварить! — смущенно ответила Лиса, усердно помешивая ложкой булькающее варево.
— Доваривай!
Уткнулся лбом в ее шею, левой ладонью развел бедра и начала поглаживать ее между ног. Лиса отзывчиво вздохнула и сжала бедра.
— Чонгук, это слишком. У нас уже утром был секс.
— Брось, это были небольшие шалости. Мой член в тебе не побывал. Только аппетит разогрелся. Раздвинь ножки. Расставь пошире. Прогнись в спине... — начал раздавать приказы, придавая ее телу ту позу, какая мне нравится.
— Чонгук, ты просто одурманен нашим сексом. Уверена, как только ты протрезвеешь, перестанешь хотеть со мной настоящих отношений.
Я лизнул ее шейку и начал посасывать ушко, наслаждаясь.
— Почему ты так решила?
— В семьях рано или поздно заводят детей. А я тебя таким порадовать не смогу. Я бесплодна.
— Бесплодие не приговор.
— Тебе легко говорить. Прошу, оставим этот разговор навсегда.
— Я детей хочу. Слышишь? Моя жена будет рожать!
— Фиктивная!
— Наш брак станет настоящим. Не хватает лишь детей. И ты мне родишь.
По ее коже пробежали мурашки.
— Постой! Что ты задумал? Чонгук, ты не понимаешь!
— Я понимаю, что для зачатия детишек нужно заняться сексом.
— У меня все серьезно. Это не шуточки. Не просто «не залетела» после секса без презика.
— Я знаю, — ответил, стиснув зубы.
Больше всего на свете мне хотелось пересчитать Мину все зубы и медленно-медленно проехаться по нему асфальтоукладчиком, чтобы раскатать в лепешку, потом снова собрать и снова прокатиться – и так бесконечно, чтобы отомстить мудаку за каждую пролитую слезинку моей женщины!
Я с трудом сдерживал свой порыв, каюсь. Мне это стоило нечеловеческих усилий. Закатаю я его в бетон, никто не узнает, пусть так! Но от пятна на биографии это Лису не избавит, а я хотел, чтобы она дышала полной грудью и шла по жизни с гордо поднятой головой, чтобы вернула себе все, что им принадлежало, и наладила контакт с сестрой. Может быть, их отношениям не суждено возродиться, но близкие должны знать, кто истинный виновник, и принести извинения Лисе!
Приходилось ждать ответа от Хвана и действий со стороны крутого адвоката. Я уже связался с одним, обрисовал ситуацию. Он сказал, что влегкую все оспорит и вернет Лиске доброе имя, только нужны конкретные доказательства и не липовые. Немного подождать осталось, уверен. Я, как тот дикий зверь, взял след и занял выжидательную позицию. Появится дичь – разорву.
— Лиска, нельзя быть ни в чем уверенной, а медики часто ошибаются. Однажды в горячей точке меня ранило очень сильно. Всех подобрали, конечно, но в госпитале было тяжко, рук не хватало, и эвакуация не скоро. Я слышал, как медсестры шушукались, что я не жилец. Однако я выкарабкался! Не для того, чтобы слушать о невозможном. Все реально. Поверь. Ты мне родишь. Начнем с малого, потом до больниц доберемся. Но в таком деле, главное, это больше практики. И начнем мы прямо сейчас!
— Ты любишь сзади, — всхлипнула Лиса, когда палец размазал влагу по набухшим складочкам.
Я сорвал с нее футболку и отбросил в сторону. Лиса выключил плиту, накрыла кастрюлю крышкой и уперлась ладонями в столешницу, прогнувшись в спине. Мне даже повторять дважды не пришлось. Приглашение более чем понятное. Обхватив обеими ладонями роскошные груди, я сжал пальцами соски и прижался членом к складочкам, надавил медленно, входя по сантиметру!
Каждой клеточкой кожи чувствуя, как она обволакивала меня горячей влагой, брала в тесный плен, сжимала. Вошел и отодвинул бедра назад, толкнулся жестко, заставив закричать.
— Чонгук!
— Да... — задвигал бедрами медленнее, кайфуя. — Сейчас я буду тебя трахать медленно. Будет по ногам течь... Потом сама прогнешься и будешь на мой член насаживаться.
— Я тебе отомщу, — пообещала она. — Я свяжу тебя ночью, утром возьму тебя в ротик и буду сосать, пока ты не станешь твердым, как железо.
Хотел трахать ее медленно-медленно, растягивая удовольствие. Но как можно?! Разве получится, когда тебе такие откровения говорят? Без всякого стеснения обещают устроить рай!
Нереально. Ох, бля, как же крепко ее язычок меня цеплял, прямиком под яйцами! Ни одного шанса, чтобы устоять! Ни одного чертового шанса! Пальцы впились в грудь сильнее, начал двигаться жестче.
— Буду брать тебя. Глубоко. Глубоко возьму и начну посасывать.
— Еще... — потребовал.
— Может быть, даже твои шары язычком попробую.
Издал стон.
— Нежно их буду катать во рту, но самое главное, потом снова твой член буду лизать и сосать.
— Быстрее...
— Глубоко брать.
— Да.
— Погружать до самых яиц.
— Да, бля. Да. Да!
— Ты захочешь кончить уже через минуту...
Мы оба задыхались и стонали. Я долбил бедрами, двигаясь как отбойный молоток, Лиса подмахивала мне навстречу, едва выговаривая слова. Распаляла не только жерлом податливой вагины, но и фантазиями, которым место только в фильмах для взрослых.
— Еще...
— Быстро и четко. Дождусь, когда ты вот-вот будешь готов кончить и сменю позу.
— Оседлаешь меня. Да? Трахнишь?
— Немного. Дам почувствовать, как сильно я потекла, какая мокрая... — почти закричала.
— Очень мокрая. Давай. Ну же...
— Сяду на тебя, потрусь о твой член.
— Давай уже! До конца!
— А потом... Потом я в самый последний миг отодвинусь и доведу себя до финала, а ты будешь смотреть...
Жар расплавил вены. Выдержать пытку не хватило сил, оргазм вытряхнул меня из тела. Лиса тоже кончила, крепко сжимая, выдаивая меня. До самой последней капли впитывая семя.
— Это твоя месть? — спросил, тяжело дыша.
— Да.
— Хорошая месть! Достойная. Только ты не учла, что я тоже буду кайфовать.
— Нет, ты все прослушал! Я тебе не дам.
— Пофиг, я буду смотреть, как ты себя пальчиками трахаешь. Для меня. Как ни крути, я в выигрыше останусь.
— И со стоячим членом. Или шампанское бахнет само по себе?
— Бахнет куда надо. После такой провокации я тебя подстерегу и вот сюда... — раздвигаю ладонями половинки попки, дотронувшись до узкого колечка. — Вот сюда бахну!
Сжалась.
— Ой... Нет, я передумала мстить.
— Ты, может быть, уже и передумала, однако я твою месть буду ждать.
— Давай завтракать?
— Давай в душ, а потом завтракать.
— Хорошо.
— Хорошо.
Мы замерли, двигаться не хотелось.
— Когда твоя мама прилетает?
— Завтра.
— Еще успеем уехать куда-нибудь, — предложила Лиса.
— Нет, хватит бегать.
Снова звонок. Имя на экране заставило сердце екнуть.
— Мне нужно отойти, — поцеловал Лису. — Жди меня здесь, скоро вернусь!
Я вышел на балкон и плотно прикрыл за собой дверь.
— Говори! — потребовал.
— Как же здрасьте? — поинтересовался Хван. Впрочем, голос его звучал устало, без былого задора. — Я двое суток не ел и не спал! — заявил он. — Сейчас я съем самый большой, самый жирный, самый вредный бургер, а потом завалюсь на сон и...
— Ты по делу или фантазиями решил поделиться?
— Дело в шляпе. Можешь открывать шампанское. Твоему оппоненту не отвертеться! Стоило только найти нужную ниточку и на свет вылезло все.
— Есть! — от радости бахнул кулаком по стеклу. — Твою же мать! Это верняк?!
В комнату заглянула Лиса, встревоженная звуком удара. Я махнул ей из-за стекла, улыбнулся и показал палец вверх, мол, все в порядке.
— Верняк не то слово! Мину светит срок и полная конфискация имущества. Более того, ту фирму, которую он проталкивал, тоже зацепит. Аудит выявит не только это. Могу подсобить...
— Буду очень благодарен. Спасибо, дружище! А теперь извини, мне нужно сделать еще несколько важных звонков.
Понеслась, подумал с улыбкой. Теперь только головы полетят!