Наша история гаснет.
Люблю просыпаться и видеть её зеленые глаза напротив. Я скрываю это, говорю, что люблю просыпаться первым, чтобы делать для неё завтрак в постель или просто смотреть на неё спящую но, видеть её глаза, когда я только успею открыть свои - это сумасшествие, ведь она как будто касается меня, не касаясь.
-Доброе утро, принцесса. - Сказала она мне, на что я сонно посмеялся. Иногда она дразнила меня подобными прозвищами, которыми и я называл её. Только я.
Рядом с ней так спокойно или это так только по утрам?
-Мне нужно на работу, в офис. Не сможешь подбросить меня? - Спросила Даша, убирая пряди моих волос из лица, которые падали мне на глаза. Пусть я и знал, что руки её были нежными, но будто в пучках её пальцев хранились звезды. Она касалась меня, и я горел.
-Смогу конечно, собирайся. - Не долго думая поступил мой ответ, и я отбросил одеяло в сторону, радостно подпрыгивая с теплой постели, но тут же обнял себя руками, чувствуя холод. - Ты снова на ночь открыла окно? - Посмотрев на неё, я услышал лишь её смех и увидел небольшой, добровольный кивок головы. Ненавижу холод, но люблю её, поэтому, разрешаю ей всё, для комфортного проживания вместе.
13:54.
От лица Даши.
Мы подъехали к месту, где я работаю. Мне оставалось совсем чуть-чуть, чтобы я закончила дизайн над которым работала, вы, вчера видели его на листке бумаги. Но был ещё один, более масштабный, я рассказывала кажется.
Я повернула голову к Лёше и оставила поцелуй на его щеке, на что тот приятно прищурился. Каждая его реакция, на любые мои поцелуи была умилительной.
-Хорошего дня. - Пожелал он мне, на что я улыбнулась и выходя с машины, попрощалась с ним. Идя ко входу, я слышала, что тот не уезжал а смотрел мне в след. Спустя какое-то время, он завел мотор и хотел уже ехать, но его глаза застыли на мимо проходящей девушке, которую он хорошо знал. Очень хорошо, и она вернулась к нему, когда тоже заметила его.
-Лёша, ты? - Спросила незнакомка и слишком знакомая для него, одновременно.
-Д-Да, привет Ань, давно не виделись. - Небольшая растерянность спохватила его, но он держался уверенно, сидя в салоне.
Я поднялась в свой кабинет и стала снимать вверх, смотря в окно, замечая как тёмноволосый разговаривает с какой-то девушкой. Со спины я поняла, что это его бывшая девушка. Откуда она здесь? Почему разговаривает с ним? Точнее.. почему он разговаривает с ней, и о чем? На какое-то время я и забыла, что мне нужно садиться за работу. Просто стояла смотря в окно, наблюдая как те смеются, как неловко он чувствует себя рядом с ней и как она смотрит на него. Пусть и расстались они 4 года назад, но всё же.. она была его первой любовью. Алексей поднял глаза вверх, и посмотрел на стоящую меня, смотрящую на них и нервно сжал руль. Я не знаю, что последнее он сказал Ане, но после этих слов он уехал а девушка, также посмотрела туда, куда ранее смотрел Лёша и улыбнулась, помахав мне рукой, на что я завесила шторы и ушла оттуда, с какой-то осадой после увиденного.
14:50.
В сердце неясная дрожь, и она продолжается уже не первый день.
«Кофе. Мне нужно кофе.» - Проскочило у меня в голове и, положив карандаш рядом с листом бумаги, я встала, идя к кофе машине. Пока кофе готовилось, в голове проскочила ещё одна мысль.
«Хочется есть.» - Но вместо еды, мне пришлось есть собственные слезы. Я пыталась утопить свою печаль, но кажется она научилась плавать. За эти дни накопилось и я просто не могла сдержаться. В дверь постучали и мне пришлось успокоить себя, прежде чем разрешить войти. Клянусь, я снова ожидала увидеть кого угодно, даже Лёшу, но каким-то образом зашел Куертов.
-Как ты узнал где я работаю? - Сказала я, почти что, выпучив свои глаза, смотря на него. Я и забыла, что плакала, забыла что тушь имеет свойство течь вместе со слезами, поэтому на мой вопрос он не ответил, а также стоял, выпучив на меня глаза в ответ.
-Ты плакала? - Но вместо того, чтобы ответить, я заплакала снова, смотря на него глазами полного изнеможения. Он подошёл ко мне с желанием обнять, но не сделал этого, резко опустил руки и провел меня к дивану. Не знаю, как быстро летело время но знаю, как много всего я рассказала, ненужного ему. Я не начинала с Лёши, но я закончила рассказом о нём. Слова лились кровавой струей, полной желания и чувством, что меня слушают. О том, как потерялась, о том, что перестала понимать себя и контролировать, о том, как мама впервые сказала: «Мне стыдно за тебя» и после этого я перестала жить мечтой, стать художницей и продавать свои картины. Как впервые закурила сигарету, которую украла у матери на похоронах собственного отца, который всегда твердил мне: «Глупый ребёнок, вырастешь и ничего не поменяется». Как впервые пришлось украсть у дедушки деньги, но совесть продолжала съедать меня по дороге в театр, и я вернулась, чтобы вернуть их, но единственное что смогла обнаружить, это старика с инфарктом, лежащем на полу, с кошельком в руках. Желание сходить в театр стало значительно меньшим после этого, появилось желание лечь, и умереть рядом с ним.
Лёша бы говорил со мной, проявляя слова поддержки, пока я мирно успокаивалась в его объятиях по немного. А Влад.. он был человеком, который просто молчал и слушал. Да и мне не понадобились его слова. Зачем слова, когда его глаза говорят со мной? С Куертовым было ощущение, что я одна, но это не ощущалось как одиночество. В это мгновение я поняла, что не страдаю «одиночеством», я «им» наслаждаюсь.
18:15.
Влад должен был уйти ещё в часов пять вчера, ведь ему позвонили и сказали чтобы он забирал машину из автомойки, но он сказал что заберет уже завтра, и остался со мной.
Сейчас он лежал на диване, читая книгу которую нашел на одной из полочек. «Оскар Уайльд - Портрет Дориана Грея». Я только зашла обратно в свой кабинет, ведь перед уходом занесла доработанные мною оба дизайна, кучерявый вскочил, увидев меня и положил книгу на место, спрашивая:
-Можем идти? - На что я одобрительно кивнула.
Когда мы выходили на улицу, тот извинился, что не сможет подвезти меня на машине, я ответила, что ноги нам созданы для того, чтобы передвигаться и я от этого не умру. Он посмеялся и посмотрев, по факту, в ещё вечернее небо по времени, но зимой темнело раньше, поэтому уже виднелись звезды. Его руки были в карманах, а когда он дышал, с его рта выходил пар. Снег хрустел под нашими ногами, пока мы дышали свежим, холодным, зимним воздухом, идя в тишине первое время, по пути домой. Он провожал меня. Возможно, это было неправильно, и честно, я отказывалась от этого соблазна, но как писал Оскар Уайльд под видом своего персонажа - Дориана Грея: «Единственный способ избавиться от соблазна - поддаться ему.» Что я в итоге и сделала.
-Так, почему ты пришёл ко мне в офис? И как ты узнал.. - Первая прервала я тишину между нами, но он не дал договорить мне, как сразу же ответил.
-Кая. - Сказал он и перевел свой взгляд с ночного неба, на меня. -Я спросил у неё, не знает ли она место, где ты работаешь, а она знала. Ты не рассказывала ей, но ей рассказал Саша. Знаю, Саше ты тоже ничего не рассказывала, ведь это сделал Лёша.
От запутанности собственных слов, он снова посмеялся и на это раз, заразил смехом меня тоже.
-А приехал я, честно сказать, на зло твоей любви. - Его честность была мне милой, но пугающей. Не совсем поняв смысл его слов, я решила переспросить.
-Это как?
-Лёша не рассказывал тебе, что приходил ко мне домой?
-Рассказывал. Он мне всё рассказывает. - Уверенно отвечаю я Куертову, но после последующих его слов, моя уверенность пошатнулась.
-Он сказал, мне быть на безопасном расстоянии с тобой поэтому, назло ему, я хотел увидеться с тобой.
Хорошее прикрытие Лёшей, молодец. Теперь она не догадается, что ты делаешь это не только на зло ему, но и просто потому, что сам хочешь быть рядом с ней. Быть с ней, быть ей, чёрт возьми, одним целым.
19:02.
Только сейчас я зашла домой, и увидела чужую обувь, рядом с обувью Алексея.
«Женские». - Сразу же сказала я сама себе в мыслях. - «Может мама? Или сестра».
Решив не мучать себя догадками, я прошла вдоль коридора и зайдя на кухню, меня встречало лишь два взгляда. Один из них, ясное дело, был Лёши. А второй из прошлого. Пусть и не из моего, но кровь моя холоднее реки, промерзшей до дна и пока Аня здесь, мои мысли на счет неё не перестанут пылать, полыхать, грешить.