#19
Мой мозг не очень-то любил думать. Но в этот раз ему ничего не оставалось, как смириться со своей участью и активно погрузиться в работу. А поработать было над чем.
На следующий же день я потребовала от Миронова полноценное досье на его друга, и по совместительству, сына профессора Котикова, Никиту. На удивленный вопрос Стаса а ля «На кой черт тебе это надо?», я только отмахнулась, давая понять, что я сейчас не шучу и мне действительно нужна кое-какая информация о личной (и не очень) жизни молодого человека. Скрипя зубами, Ананас рассказал мне все, что требовалось, хотя, делал это приятель нехотя и очень медленно. В конечном итоге, когда нужные данные были собраны, я собиралась воплотить следующую часть своего просто плана, но для этого мне нужна была Лерка.
Подругу я сумела выловить между ее лекциями в университетском кафетерии, когда Соколова довольно поглощала какое-то странное блюдо, гордо именуемое «курочка с овощами». Я бы такое чудо гастрономии есть не рискнула, а вот моя подруга с удовольствием опустошала тарелку, попутно отвечая на мои вопросы. В этот раз, спрашивал я о Нике, прекрасно понимая, что информации из интернета мне будет слишком мало (да и у меня попросту не было времени, чтобы ее всю переработать). Так как Валерия была едва ли не главной фанаткой «Алых Демонов» и могла смело написать диссертацию на тему «Ник, он же Люцифер, он же любовь всей жизни миллиона поклонниц», то получить самую проверенную и самую полезную информацию можно было исключительно у нее.
Подруге мне только пришлось немного соврать и сообщить, что после общения с данным субъектом (то бишь, Люцифером Демоновичем), я настолько прониклась любовью к его группе и музыке, что теперь хочу знать об этом таинственном красавчике (на этих словах я едва подавила в себе желание скорчить страшную гримасу) побольше.
Лерка, которой такое положение дел очень понравилась, мигом выложила мне все, что знала о жизни Ника.
Поэтому, когда я вернулась домой, попутно заскочив в магазин и купив пару смываемых маркеров, я вытащила на свет божий спрятанную в недрах хозяйского шкафа белую магнитно-маркерную доску и достала свои записи о главных подозреваемых во всех моих бедах.
- Итак, приступим, - вслух произнесла я, беря в руки красный маркер. - Начнем с Ника.
Внутренний голос ехидненько захихикал, давая тем самым понять, что ему моя затея не очень нравится, но зато она кажется ему нелепой и веселой. Что же, хоть кому-то в этой ситуации весело.
Разделив доску на две части, я принялась записывать все, что Лерка поведала мне о личной жизни фронтмена популярной музыкальной группы.
Ни настоящего имени, ни фамилии, никому из фанатов известно не было, но Соколова заверила меня, что имя «Ник» очень даже настоящее и является отсылкой к реальному имени музыканта. Я же припомнила из нашего разговора в ту злополучную ночь, когда я караулила похищенного парня, что Ник сам подтвердил, что его так и зовут.
Возраст тоже оставался загадкой, собственно, как и страна и город, в котором родился будущий покоритель женских сердец. Я тут же сделала пометку, что раз Ник говорит по-русски, то вполне возможно (только возможно), что и семья у него далеко не чистокровные иностранцы.
«А может он просто язык выучил?» - предположила моя интуиция, но я не могла с ней согласиться.
- Такое владение всеми богатствами языка, которое продемонстрировал мне этот белобрысый, сложно освоить обычному иностранцу, который учит наш язык, - констатировала я. - Так что, скорее всего, русский - родной язык нашего объекта номер один.
Дальше шла информация о семье, но и тут особой пользы не было. У Ника были родители, но не было не братьев, ни сестер, ни кузенов, ни кого-либо еще. Музыкант был единственным ребенком в семье, что весьма сказалось на его эгоистичном и избалованном характере.
«Между прочим, не такой уж этот парень и плохой!» - парировал внутренний голос. - «Вон, он даже тебя от расправы фанаток спас, телефон сломанный починил и даже оплатил ужин в лучшем ресторане города!»
- Ты его что ли защищаешь? - возмутилась я. - Блохастая, ты вообще на чьей стороне.
Интуиция промолчала, но мы и так обе знали ответ.
Что касалось образования, тот тут можно было ставить огромный прочерк. Нет, Валери вроде говорила, что ходили слух, мол, Ник учился в одном из калифорнийский университетов, но вылетел из-за неуспеваемости, только вот, в достоверности сей информации я сомневалась.
Последним пунктом оставалась внешность. Ник был довольно высоким, голубоглазым и светловолосым. Эдакий типичный принц, о котором в тайне мечтает каждая из нас. Конечно, сценический образ исполнителя сильно отличался от повседневного, но суть оставалась та же.
- Не густо, - заключила я, подводя черту под «досье» Ника. - Ладно, теперь Никита Котиков.
В отличие от нашей звезды мирового масштаба, информации о Никите у меня было куда больше и все благодаря Стасу.
Котикову Никите Евгеньевичу было двадцать четыре году отроду, отец его был профессором аналитической химии, а мать играла когда-то в столичном оркестре на скрипке. До двенадцати лет жил с семьей в университетском городке, так как его отец уже тогда преподавал университете, а потом его родители развелись, после чего мать повторно вышла замуж и уехала в Штаты вместе с новым супругом. Никита то жил с мамой в Сакраменто, Калифорнии, то возвращался к отцу. А после окончания школы молодой человек уехал учиться в Германию.
- Судя по тому, что он сам мне вчера сказал, учит он в своей Германии всю ту же химию, - добавила я, еще раз перечитывая свои заметки.
Что касалось внешности, то Котиков был полной противоположностью Ника. Нет, он тоже был весьма симпатичным и высоким («Как будто это в парне главное!» прим. Интуиции), но не было в Никите того пафоса и надменности, которой был пропитан музыкант.
Да и если вспомнить, то у Никиты были русые волосы, зеленые глаза и располагающая улыбка, чем, кстати, Ник похвастаться точно не мог.
- Если смотреть на все эти записи, то становится явно понятно, что Ник и Никита - это разные люди, - решила для себя я.
«Если верить простым фактом из их биографии, то ты права. А если верить тому, что происходит на самом деле, то...» - перебило меня мое второе «я».
- То тут что-то не сходится, - согласилась я. - Ладно, что мы знаем об этих двоих лично? Оба появились в городе в одно и то же время. Это первое. Оба приехали из заграницы. Это второе. Оба каким-то чудным образом оказались знакомы со мной, пусть и не без помощи моих друзей. Это третье.
«Оба явно пытаются съесть тебе мозг чайной ложечкой. Это четвертое», - захихикала интуиция.
- Очень остроумно, - съязвила я, - но и это можно считать за одно из совпадений. И наконец, самое главное, и у Ника, и у Никиты есть похожие браслеты.
«И это при том, что один из наших мальчиков сказал тебе, что это эксклюзив, а другой заявил, что купил его в качестве сувенира. Нестыковочка!» - заметил внутренний голос.
- Либо Ник соврал и этот браслет всего лишь глупая безделушка, либо врет Никита. А может, браслет и правда один, что делает Ника и Никиту хотя бы косвенно знакомыми.
«Запутанно как-то!» - устало вздохнула другая я. Я последовала ее примеру.
- Кстати, мы совсем забыли о татуировках, - вдруг спохватилась я. - У Ника есть татуировка в виде Чеширского кота прямо на шеи, в то время как у Никиты нет татуировок вовсе. Даже Стас это подтвердил.
«А ты не думала, что твой Миронов тоже может врать? Ну, скажем, в качестве помощи другу?» - предположила интуиции.
Эти слова заставили меня задуматься. В голове сразу же всплыли еще кое-какие нестыковки насчет слов Лерки и Стаса, которые явно что-то недоговаривали. Лерка ведь сказала, что не говорила Стасу, что я попала в полицию, при том, что Стас сначала как бы подтвердил слова Соколовой и сообщил, что она ему не звонила, а потом вдруг неожиданно вспомнил, что подруга ему все же звонила. Да и Никита явно что-то темнил, когда забирал меня из полицейского участка.
«Позвони Лерки и просто еще раз спроси у нее о том дурацком звонке!» - посоветовал внутренний голос, что я сразу же и поспешила сделать.
Только вот, к моему большому сожалению, телефон подруги был отключен, а на страничке в социальной сети красовалась запись, что Валерия была в сети четыре часа назад.
Звонить Стасу явно было бесполезно, поэтому, отложив телефон в сторону, я вновь вернулась к раздумьям.
- Кстати, я ведь караулила Ника почти целую ночь, но стоило мне только заснуть, как он тут же сбежал! Возникает вопрос: как он это сделал без посторонней помощи? Или же кто-то все же помог ему? Но тогда кто?
Даже у общительного советчика в моей голове не было толкового ответа на все эти вопросы, что немало огорчало меня.
- Ну что я могу сказать? У нас есть уйма вопрос и ни одного ответа. Замечательно!
«И что ты собираешься делать?» - поинтересовалась интуиция.
Я уже была готова махнуть рукой и погрузиться в пучину отчаяния, но что-то не давало мне сделать.
- Кажется, нам надо поговорить с обоими героями этой истории и сделать это всем вместе в одно время и в одном месте! - вдруг выдала я, словно бы наконец улавливая суть происходящего.
Если нет ответов на вопросы, то почему бы не задать эти вопросы тому, кто может знать на них ответы. В моем случае, Нику и Никите. По крайней мере, если это один и тот же человек (а поверьте, даже такая мысль посещала мою голову), то это сразу же многое объяснит. Ну а если эти парни не имею ничего общего, то я хотя бы буду знать наверняка, что меня кто-то обманывает и тогда останется только выяснить, кто это делает.
«Что ты задумала, Веленская?»
- Кажется, меня ждет двойное свидание.