Глава двадцать четвёртая.
Весь месяц что Айлин, что Римо были заняты и виделись только вечерами. Айлин разъезжала по городу в поисках нужных материалов и декора, а Римо вёл свою «идеальную стратегию». И вот сегодня, воскресным днем, оба были дома. Айлин в спальне гладила вещи отпаривателем, а Римо работал за ноутбуком.
-Скоро Кавалларо сдастся, - пробормотал он. Айлин вопросительно глянула на него. - Я отправил им простыни.
Девушка старалась быть не в курсе всех деяний Римо и она не знала о простынях. Она полностью развернулась к Римо:
-Надеюсь они поддельные?
-Но кровь там её, на случай, если они решат сделать ДНК тест, - пожал плечами Римо.
-Dahi, - пробормотала она и покачала головой.
(пер. с турец. : «гений» дохе)
Римо хмыкнул. Раздался телефонный звонок и Римо сел с ухмылкой:
-Лёгок на помине…Данте! - поднял он трубку. Айлин скрылась в гардеробной, развесить глаженные вещи и краем уха слушала разговор.
-Вам понравился подарок? - глумился Римо. - Ты знаешь условия, Данте: твой консильери в обмен на племянницу.
Нет, мы встретимся только на моей территории и на моих условиях, - жёстко сказал Римо, в голосе слышалось раздражение. Айлин вышла из гардеробной, но зацепилась и ударилась мизинцем о дверь. Девушка ахнула от боли:
-Ай!
Это было громко и Данте это точно услышал. Римо посмотрел на Айлин, которая корчилась от неприятных болей, и поднял большой палец вверх:
-А как ты думаешь Данте? - наверно он спросил, не Серафина ли издала этот звук. - Тогда до завтра, Данте, - Римо криво улыбнулся и отключился. - Спасибо, мотылек, ты помогла Кавалларо принять верное решение. Завтра Скудери будет у нас.
-У меня чуть палец не сломался, а он радуется, - прошипела Айлин. Римо рассмеялся. - Он ещё и смеётся, - девушка запустила в него мерный стаканчик от отпаривателя и он попал прямо в лоб. Она зларадно засмеялась.
-Ты сейчас в окно полетишь, - сказал Римо, поднимаясь.
-Я ночная бабочка, летаю только ночью, - выпрямилась Айлин.
-Жить захочешь полетишь.
-Интересно, на что готов будет отец завтра? - задумчиво произнесла она.
-Он будет готов стать ковриком под нашими ногами.
Айлин хмыкнула и кивнула. Она повесила на вешалку рубашку, чтобы отгладить её, но скрутилась от сильной боли внизу живота.
-Где твои таблетки? - Римо быстро оказался рядом и приобнял её.
-В ванной, - пробормотала она.
Из-за того, что Айлин часто получала пинки и удары по животу у неё развился оофорит( воспаление яичников). Сначала она не обращала на боли внимания, потому что месячные у Айлин всегда были болезненными, но когда появились странные выделения, она все таки обратилась к врачу. Болезнь ей вылечили, но последствия остались: месячные стали намного болезней и врач сделал предположение, что Айлин не станет матерью. Так что Рокко в буквальном смысле оставил внутренние шрамы у Айлин, не говоря уже о внешних.
-Спасибо, - Римо принёс ей таблетки и стакан воды. Айлин осторожно разогнулась и медленно выдохнула.
-Оставь свои тряпки и ложись в кровать, - проворчал Римо.
-Сейчас все пройдёт, - сказала Айлин и по телу прошла судорога. Римо скрипнул зубами и подтолкнул её к кровати, а потом принёс грелку, обмотанную в полотенце.
-Он заплатит за все, мотылек, - пробормотал Римо и поцеловал её в лоб.
-Знаю, - хрипло ответила она.
~*~
Айлин была за барной стойкой в “Сахарнице”. Она видела, как Фабиано тащил их отца в одну из камер в подвале. Сейчас все ждали прилёта Маттео Витиелло и Ромеро Кансио, которым тоже было что сказать Скудери.
-Айли? - рядом появился Нино и девушка подняла голову, выныривая из воспоминаний. - Все в порядке?
-Да…просто.. какое то странное ощущение.
-Наверно ты в шоке от произошедшего, - прищурился Нино. Айлин пожала плечами. - Фабиано ждёт тебя в камере.
-С отцом?
Нино кивнул. Айлин встала и в сопровождении Нино направилась в подвал.
Айлин была вся в белом: мини-платье пиджак с позолоченными пуговицами, туфли на высокой шпильке с пояском из крупных бусин. Образ невинной жертвы жестокого домашнего тирана. Вот только сейчас роли поменялись: жертвы восстали из руин испорченного детства и стали сильнее, закаленнее.
Нино открыл тяжёлую дверь камеры, впуская Айлин вперёд. Там уже был Фабиано и Римо. Рокко лежал на полу на боку с заклеенным ртом и связанными ногами и руками. Она видела ужас в его глазах, когда он смотрел на Фабиано, но ужас сменился удивлением, когда он увидел Айлин. Девушка медленно подошла к нему и встала напротив, с интересом оглядывая его.
-Надо же, ты совсем не изменился за столько лет, - протянула она.
-Зато мы изменились. Что, я теперь не тот тощий мальчишка, которого ты мог мучить ради удовольствия? - пробормотал Фабиано и присел на корточки, чтобы оторвать скотч со рта.
-Ох, отец, мы с Айлин так долго ждали этого дня и я намерен сделать все, чтобы он длился как можно дольше. Нино в этом поможет и мы, если повезёт, продержим тебя в живых два или три дня.
-Фаби, я твой отец! Ты уже потерял мать, неужели ты хочешь потерять и меня? - он пытался возвать к его чувствам, манипулировать как прежде, но это уже был проигрышный маневр. Он стал лишь ноющим шрамом в жизни Фабиано и Айлин.
-Заткнись, - страшно прорычал Фабиано.
-У меня есть маленькие дети, которые нуждаются во мне!
-Им будет лучше без тебя, - выплюнула Айлин. - Нам всем уж точно.
Скудери старший мотнул головой в её сторону и его лицо исказилось в безумной усмешке:
-А ты, как я и говорил, стала безмозглой подстилкой, на большее ты не способна.
-Неправильные слова, папа, - улыбнулась Айлин. - Хотя бы сейчас соври, пока можешь говорить, а не молить о пощаде.
-Жалкая шлюха, - с улыбкой произнес он. Айлин видела как оттолкнулся от стены Римо, но опередила его. Она со всей силы ударила отца каблуком, рырывая верхнюю губу и ломая передние зубы. Рокко замычал от боли.
-Зато я живая, - ухмыляясь сказала Айлин. - А ты скоро станешь мешком, полным червей.
-Напоследок я вырву тебе язык, Скудери, - пророкотал Римо, подойдя к Айлин сзади и положив руку ей на талию. - Никто не будет так говорить о моей жене.
Айлин стояла гордо расправив плечи, хоть внутри её резало от боли.
Дверь открылась и вошли Маттео и Ромеро. Они подняли брови, увидев кровь.
-Прошу прощения, я не смогла сдержаться, - невинно пожала плечами Айлин, а потом повернулась к отцу. - Надеюсь ты будешь корчиться в агониях.
-Он будет, - ухмыльнулся Фабиано, закатывая рукава рубашки. Айлин улыбнулась ему и вышла. Она пришла в кабинет Римо и села на диванчик, вытянув ноги. Девушка заметила брызги крови на идеально белых туфлях.
Сейчас отец прольёт много крови на бетонный пол. Он будет искуплять свою вину кровью. И Айлин не будет против этой крови, потому что это была плата. Плата за её испорченную душу и тело, за покалеченную жизнь. Ведь из всех сестер больше всего досталось ей. Все три могут стать счастливыми мамашками, а она? Это был открытый вопрос. Её шрамы так и продолжали ныть, реагируя на перемены в погоде.
Из мыслей её вывела вибрация телефона. Высветился незнакомый номер, но Айлин уже выучила его. Это была Ария, которая не прекращала попытки поговорить с ней. Айлин игнорировала сестру, не видя смысла что либо менять. Но сейчас она подняла трубку:
-Да, - выдохнула она.
-О, Айли, наконец то ты ответила, - облегчённо произнесла Ария. - С тобой все хорошо?
-А почему должно быть плохо? - парировала девушка.
-Отец уже там? - с грустью спросила Ария.
-Да. Я слышу как он верещит. Словно девчонка, - усмехается Айлин.
-Боже мой, Айли, как ты можешь все это слушать?
-С наслаждением, Ария,- чуть повышает голос Айлин.
-Неужели замужество с Римо на тебя так повлияло?
-Почему именно замужество? - Айлин начала раздражаться. - Римо никак на меня не влиял, я была такой. Я никогда не любила отца, как и он меня, и давно ждала его смерти. Он издевался надо мной и Фаби, тебя, Джианну и Лилиану продал как скот, и не говори, что он не заслуживает всех извращенных пыток!
-Месть не сделает тебе лучше.
-Поверь, мне станет лучше, когда он испустит последний вздох, - язвительно сказала Айлин.
-Ты ведь не такая жестокая, Айли. Что они с тобой сделали? С тобой и Фаби, - Ария была Арией. Она верила, что младшие брат и сестра не могли стать такими, какими являлись сейчас. Она искала выдуманные причины, но они жестоко их опровергали, говоря о реальности. А реальность была такова:
-Нас такими сделал отец. Не Фальконе, а родной отец, который хотел нашей смерти. Поверь, не из любви он приказал выбросить нас в Канзасе избитых до полусмерти. Та Айлин умерла, Ария, двадцать четвёртого ноября семь лет назад. Прими это Ария и смирись. Я и Фабиано другие, потому что мы приспосабливались к новой жизни, чтобы выжить, пока вы жили счастливой жизнью в Нью-Йорке, - едко добавила она в конце. Послышался судорожный вздох Арии, наверняка она плачет. Айлин же продолжала:
-Может я сейчас прозвучу, как бесчувственная сволочь, но по крайней мере это будет правда. У нас с тобой не было крепких сестринских отношений и я знаю, что дело во мне. И сейчас я не хочу иметь с вами ничего общего, кроме как ДНК, это не отменишь. У меня уже есть крепкая семья, которая уж точно меня не бросит. До свидания, Ария.
-Айли, - начала Ария, но Айлин уже отключилась.
Может быть Айлин выглядела как большой обиженный ребёнок. Может быть ей стоило быть мягче с сестрой. Очень много разных «может быть» разбивало одно «а кто был мягок со мной?»…
Рокко оказался слишком слабым. Всего несколько часов и он уже не глубоко дышал, лёжа в луже собственной крови. Из подвала вышли Маттео, Ромеро и Нино.
-Ты неплохо раскрошила ему зубы, - усмехнулся Маттео, увидев Айлин. Она пожала плечами и обратилась к Нино:
-Где они?
-Все ещё там.
Айлин спустилась в подвал. Дверь была приоткрыта и она чуть помедлила, прежде чем заглянуть. Фабиано что-то бормотал Римо, потом настала гробовая тишина. Айлин открыла дверь и шагнула внутрь. На полу было месиво, некогда бывшее их отцом. Рядом на коленях были Фабиано, весь в крови и поту, и Римо. Видимо добили они его вместе.
-Он мёртв, - с улыбкой сказал Фабиано, глядя в глаза Айлин. От осознания этого на душе стало как то легче. Спало какое-то напряжение.
-Свершилось, - слабо улыбнулась Айлин в ответ. Римо поднялся и вышел, давая брату и сестре время для разговора. Это был их момент. Айлин подошла к Фабиано и села на корточки:
-Ты тоже это чувствуешь? Будто камень, который тянул на дно, исчез.
Фабиано кивнул.
-Олицетворение нашей боли исчезло, - хмыкнул он.
-Мы свободны, - усмехнулась Айлин. Они прислонились лбами друг к другу и сидели так некоторое время.
-По традиции мы должны сказать “одни против всех”, - пробормотал Фабиано.
-В этом и парадокс, мы больше не одни, - улыбнулась Айлин. - Идём, они ждут нас.
-Мне нужно в душ, прежде чем появлюсь перед Леоной.
-Я принесу тебе одежду.
В особняк все ехали молча. Айлин прижалась к Римо на заднем сидении, положив голову ему на грудь и слушала как размеренно бьётся его сердце. Дома их ждали Киара и Леона, Савио и Адамо. Они не задавали лишних вопросов, просто были рады видеть всех. Фабиано и Леона сразу уехали, им хотелось побыть наедине.
Айлин прошла на кухню, чтобы взять свой йогурт, но, конечно же, не нашла его.
-Однажды я подсуну ему просроченный йогурт, - проворчала она на французском.
-Я спрятала его на нижней полке, - Киара появилась на кухне. Айлин нагнулась и обнаружила прямо под стенкой свой йогурт с кусочками персика.
-Благодарю, - подмигнула Айлин.
-С тобой все хорошо, Айли? - осторожно спросила Киара. Айлин внимательно посмотрела на нее: Киара была такой чуткой и доброй, настоящий ангел. Ей она готова была доверять и говорить все, что на душе. В Киаре она видела друга в женском обличии. В мужском их было много.
-Да, - кивнула Айлин. - Возможно это ужасно, но я чувствую себя прекрасно, зная, что мой отец мёртв, - призналась она.
-Он причинил тебе много боли, так что это даже нормально.
-Но тебе ведь не стало лучше, когда Нино убил твоего дядю.
-Все по разному все воспринимают и чувствуют, - пожала она плечами. Киара подошла и крепко обняла Айлин. Девушка обняла её в ответ также крепко, потому что искренне любила её. Киара была для Айлин той самой сестрой, с которой были близкие отношения.
-Спасибо, - прошептала Айлин и отступила. - Завтра мне нужно в питомник растений. Поедешь со мной?
-Зачем тебе в питомник? - выгнула бровь Киара.
-Мне нужны пальмы.
-Пальмы? - удивилась Киара, но Айлин лишь загадочно улыбнулась и ушла:
-Доброй ночи, kız kardeş, - помахала она рукой.
(пер. с турец. «сестренка» кыз кардеш)