28
⸻
Ночь после эфира была как раскалённый воздух перед грозой.
Слова Сабрины и Эктора уже гуляли по соцсетям: в нарезках, в замедленных кадрах, в фан-арте и фанфиках, которые писались в прямом эфире. Все ведущие футбольные паблики спорили: это любовь, PR или начало нового спортивного сериала.
Но пока сеть кипела, у Пау Кубарси — всё было куда проще.
Он кинул сообщение в общий чат:
«Всем, кто хочет по-настоящему выдохнуть — у меня. Вечеринка. Без камер. Без журналистов. Только те, кто помнит, что мы просто люди».
Через пару часов его пентхаус на холме над Барселоной заполнился светом, музыкой и голосами. Молодые футболисты, медиа-команда, подруги, друзья, даже знакомые из мадридского лагеря — все собрались, чтобы на несколько часов забыть про напряжение последних дней.
Эктор пришёл позже всех.
В серой худи, кепке и — впервые за долгое время — без привычной маски осторожности на лице.
Сабрина была уже внутри. Она смеялась с девушками из пресс-офиса, держала в руке бокал с апельсиновым соком и отвечала на шутки Пау. Но как только взгляд пересёкся с Эктором — всё вокруг исчезло.
Он просто кивнул ей. Она — подошла к нему. Без слов. Только лёгкое касание плеча и негромкое:
— Пойдём?
Он повёл её вверх по лестнице, на террасу. Ночь была тёплой. Барселона светилась внизу, как сцена театра. Пау заранее оставил им плед и свечу на низком столике.
Они сели на диванчик. Эктор натянул одеяло на её плечи, потом и сам подвинулся ближе.
— Я не думал, что всё так повернётся, — сказал он.
— Я тоже. Но ты пришёл. И это всё изменило.
Он посмотрел на неё.
— Я боялся, что если скажу вслух, это разрушит всё.
— А я боялась, что если ты не скажешь — разрушусь я.
Он протянул руку, провёл пальцами по её щеке. Она прижалась к его плечу.
— Эктор, я не хочу быть твоей проблемой. Или "фактором нестабильности".
— Ты — моё самое точное решение. Не случайность.
Они замолчали. Только ветер играл в волосах Сабрины, и свеча дрожала от лёгких порывов.
— Значит, мы... — она не договорила.
Он продолжил:
— Мы вместе. По-настоящему. Не для камер. Не для клуба. Не против кого-то. А просто... потому что я хочу идти с тобой.
Сабрина закрыла глаза и, не говоря ни слова, поцеловала его в щёку.
— Только давай беречь это. Без громких слов. Без суеты. Просто быть.
Эктор кивнул.
— Просто быть.
⸻
Утро после вечеринки принесло неожиданный поворот.
На официальной странице "Барселоны" в Instagram появился пост:
"Мы, как клуб, ценим искренность, эмоции и любовь. Иногда в попытках защитить игрока — можно задушить его свободу.
Сегодня мы хотим извиниться перед Эктором Фортом и Сабриной Харт. За недоверие. За ограничения. За контроль.
И пригласить Сабрину стать официальным талисманом команды на главный матч года.
Потому что когда сердце свободно — игрок играет лучше."
Под постом — фото: Эктор и Сабрина, та самая живая стена, где видно только их глаза и обнятые силуэты.
Подпись: "Let them play. Let them love."
Комментарии разрывались:
«Барса раскаялась!»
«Сабрина вернётся!»
«Форт с талисманом на поле? Это уже кино»
⸻
В тот же день Сабрина стояла в кухне, листая этот пост. Агент уже звонила трижды. СМИ — по сто раз.
Но она пока ничего не отвечала.
И только когда Эктор вошёл к ней — в своей старой майке и с шоколадом в руке — она сказала:
— Что ты думаешь?
Он улыбнулся:
— Я думаю, они поняли, что лучше ты — со мной, чем против них.
— И если я соглашусь?
— Я буду горд. И благодарен.
Она чуть склонила голову.
— А если нет?
— Я всё равно буду рядом.
Сабрина положила телефон на стол и обняла его.
— Тогда я пойду на этот матч. Не ради «Барсы». А ради тебя.
— Спасибо, принцесса, — прошептал он.
⸻
Наступал новый этап.
Не пиар. Не конфликт. Не скандал.
А — любовь, за которую боролись. И которую, наконец, разрешили. Пусть и не сразу. Пусть и неохотно. Но — дали место дышать.
И в календаре уже стояла дата:
«Главная игра года. Барселона. Камп Ноу.
Эктор Форт.
И её — Сабрины Харт.
С талисманом на плече — и сердцем на поле.