Глава пятая. Испытание чувств
Турецкие слова и выражения, использованные в главе:
Lanet olsun! — Проклятье!
Allahım sen büyüksün... — Аллах Всемогущий!
Canım benim — Мой дорогой/ моя дорогая
Он
Барыш вошел в дом, чувствуя сильную усталость. Дорога оказалась долгой и изматывающей. Еще в самолете он принял решение не лететь к семье, а дождаться их дома — тем более они должны были вернуться уже через два дня.
Первым делом написал Айше:
«Я вернулся домой. К вам не полечу — появились срочные дела. Буду ждать вас здесь. Если будет что-то нужно — напиши, все решу. Встречу вас. Поцелуй ребят от меня».
Телефон зазвонил почти сразу.
— Привет, — дружелюбно ответил он.
— Почему не приедешь? Что это за новости? — в голосе Айше слышалась претензия.
— Айше, появились важные дела. Нужно за короткое время прочитать много документов.
— Какие дела? Почему я ничего не знаю?
— Приедешь — все расскажу.
— Вообще-то я твой менеджер и должна быть в курсе всех дел.
«Аллах, Аллах», — пробурчал про себя Барыш. — Айше, хорошо, будешь в курсе.
— Ты нас встретишь?
— Конечно, встречу.
— Я расстроилась, что ты не приедешь, — недовольно сказала она.
— Мне ехать на один день, а вы послезавтра уже вернетесь.
— Это ведь будет твой день рождения! Ты уже думал, как мы отметим?
— Знаешь, я совсем об этом не думал. Не до того было.
— Ладно, хорошо. До встречи, — Айше закончила разговор.
Барыш налил себе виски, вышел на балкон, сел в кресло и закурил сигарету. Сцена прощания на вокзале встала перед глазами.
«Почему я так импульсивно повёл себя там? Что она такого сказала? Почему я так нервно реагировал? Аллах, Аллах, как дурак себя повел...
Ну ладно, всё, не буду об этом думать. Буду думать о нашем отдыхе, о своём сюрпризе. Мне надо всё организовать, мне надо удивить Эврим, надо её поразить. Мне хочется, чтобы она улыбалась, была счастлива. Это же только начало ее отпуска. Она так много работала этот год. Наверняка очень устала.
Так... Возьму в аренду яхту. На три дня. Надо придумать какое-нибудь интересное историческое место, зайти, что-нибудь особенное ей показать. А то любит моя стрекоза по музеям ходить» — усмехнулся Барыш.
...
Барыш проснулся от звука СМС. Нащупал телефон на тумбочке и взял его в руку. На экране горело: 6:05.
«Аллах, кто пишет в такую рань?» — мелькнуло у него в голове.
Вдруг он увидел имя — Эврим. Глаза загорелись.
«Она мне написала!» — пронеслось в сознании. Нажал на экран, и на нём высветилось её сообщение.
Мой Барыш,
Мне так хотелось сегодня быть первой, чьё поздравление ты прочитаешь. Ты необыкновенный, и я безумно счастлива, что судьба нас свела.
Ты умеешь быть таким добрым, нежным, заботливым, внимательным и любящим. Рядом с тобой я чувствую себя окружённой теплом, защищённой, нужной и важной. Ты умеешь любить так, как никто другой.
Я невероятно по тебе скучаю. Ты не поверишь, но каждый вечер я разглядываю наши фото и видео из Парижа. Увеличиваю, как сумасшедшая, и подолгу смотрю на тебя.
Осталось совсем немного до нашей встречи. Я брошусь тебе на шею и буду целовать без остановки. Будь счастлив, canım benim. Как же хорошо, что ты родился!
Твоя Эврим
Не в силах сдержать эмоций, Барыш вскочил с кровати. Широко улыбаясь, подошёл к стулу, засунул руку в карман брошенных на него брюк и достал оттуда медальон. Погладил его, прочитал еще раз смс и на глаза навернулись слёзы радости.
— Моя стрекоза прилетела, — улыбаясь, сказал он.
Опомнившись, Барыш стал писать ответ Эврим.
«Милая моя, спасибо тебе! Ты сделала мой день. Я доволен, как слон! Бегу покупать сачок — буду ловить свою стрекозу. Я так счастлив, что она прилетела».
Подумал немного и решил написать второе сообщение:
«У меня для тебя хорошие новости. Я всё решил с отдыхом, всё организовал, всё заказал. Жду тебя с нетерпением. И знай — сразу нападу на тебя! Люблю тебя больше жизни».
Он прошёлся по комнате, запрокинул голову, провёл руками по лицу и воскликнул: «Аллах, как я счастлив!»
...
Барыш посмотрел на часы.
«Через два часа надо ехать встречать своих», — подумал он.
Он привёз их домой.
Айше сразу спросила, что за дела были у него. Барышу совершенно не хотелось разговаривать на эту тему, но и ссориться он не хотел.
— Я думал, ты меня поздравишь сначала.
— Я хотела поздравить, но я переживала за твои дела. Ты так неожиданно уехал из Греции и не вернулся к нам. Мальчики тебя ждали. Я ничего не понимаю, и меня, конечно, это беспокоит.
— Айше, давай сегодня будет моим днём. Начнем с праздничного завтрака, и потом вечером я хотел встретиться с друзьями, отметить в мужской компании.
Она
Эврим прижала телефон к груди и засмеялась. Ответы Барыша её очень развеселили.
«Господи, какой же ты у меня большой ребёнок! Сачок он пойдёт покупать!»
Сегодня был сложный день. Они только приехали в Цюрих, а ей уже надо было идти на репетицию. Реквизит обновили, да и сцены везде были разного размера, поэтому репетиция была обязательной. Её назначили на раннее утро, чтобы потом было время отдохнуть и подготовиться к самому спектаклю.
Она собралась и пошла на завтрак. В ресторане отеля уже сидел Керем, и Эврим села к нему за столик. Щёки её были розовыми, а глаза светились. Керем не мог не обратить на это внимания.
— Какое у тебя хорошее настроение с утра. Ты не устала от этих переездов, от гастролей?
— Устала, конечно. Очень жду, когда всё это закончится. Хочется в отпуск. Но осталось всего два спектакля, поэтому я готова.
— Тогда сейчас поедим и поедем вместе на репетицию, — предложил он.
— Хорошо.
На самом деле советы Барыша очень даже пригодились. Она как-то смогла перенастроиться внутренне и стала воспринимать Керема как партнёра. Всё в общем-то, не так уж плохо. Она любила сцену и любила играть. И была благодарна Барышу за то, что он смог изменить её отношение к ситуации в этом спектакле.
Ещё когда ехала в поезде, она задумалась, почему ей стало так некомфортно с Керемом и что именно ей не нравится. И потом поняла: когда они играют, то в сценах, где он должен держать её руку пять секунд, он зачем-то держит десять, зачем-то сильнее сжимает пальцы. Иногда отклоняется от сценария и удерживает её дольше, чем надо. И всё это ей казалось некой манипуляцией и использованием.
Но потом она подумала о Барыше, о «Клюквенном щербете», где он себе не то что позволял выходить за границы — а вообще никаких границ не соблюдал. Это её либо веселило, либо было приятно. Ни разу у неё не возникло мысли, что Барыш нарушает её границы. И она поняла, что у неё в голове какие-то двойные стандарты. Нужно просто перестать относиться к этому так предвзято.
И уже на первом же спектакле в Австрии она адекватно реагировала, когда на поклонах он брал её за руку. Она прекрасно понимала, что вызывает у него некоторые чувства. И, наверное, он имел на это право. Когда-то она сама дала ему эти авансы.
...
Закончился последний спектакль в Европе. Эврим вышла из театра, Керем ждал её на улице.
— Эврим, я приглашаю тебя на ужин. Пойдём, отметим наше успешное европейское турне.
— На ужин? Куда на ужин?
— В какой-нибудь ресторан сходим. И мне надо с тобой обсудить наши дальнейшие планы.
— Ладно, хорошо, пойдём.
В этот момент к ним подошёл работник театра и попросил сделать фотографию на память и дать автограф. Они сфотографировались.
...
— Эврим, нам остался один, но очень значимый выход на сцену в Стамбуле, в этом огромном зале. И первый сезон мы с тобой завершили, — начал Керем.
— Безусловно, выступать в зале на пять тысяч человек — это очень волнительно. У меня были, конечно, большие площадки, но такой огромной ещё не было. Хорошо бы всё прошло на ура, — отметила Эврим.
— Я знаю, что у тебя был тяжёлый этот год: и много спектаклей, и сериал. Тебе надо отдохнуть, но я все же хочу с тобой обсудить второй сезон.
— Керем, мне кажется, ты выбрал неудачное время. Я действительно очень устала, и мне надо отдохнуть и подумать.
— Но ты же можешь дать принципиальное согласие, что ты не против? А потом мы попозже вернёмся к этому разговору.
— Я сейчас никакого согласия давать не буду. Правда, мне надо просто отдохнуть, взвесить всё.
— А что тебе взвешивать? Это успешный спектакль. У нас постоянные аншлаги. Просто неразумно бросать такой проект.
— Я не говорю, что я его брошу. Я просто говорю, что для принятия решения мне надо отдохнуть. Это же нормально.
— Хорошо, хорошо, — ответил он. — Знаешь что, ещё у меня есть к тебе одно предложение. Когда отыграем стамбульский спектакль, я бы хотел тебя пригласить в небольшое путешествие. Хочу, чтобы ты со мной разделила эту радость и успешный год в нашем проекте. Как тебе моё предложение?
— Керем, я же сказала, мне надо отдохнуть и подумать. И потом я тебе дам ответы на все вопросы.
— Но отдых-то ты можешь сейчас запланировать?
— Керем, ты сейчас давишь на меня, зачем?
— Я тебя понял. Тогда давай вернёмся к этому разговору после спектакля в Стамбуле.
Побег
Дверь квартиры захлопнулась, и Эврим наконец-то ощутила полное, всепоглощающее счастье. Всё позади. Сложнейший сезон, два огромных проекта — всё это осталось за порогом. Она дома. А завтра она увидит его. Боже, как же она по нему соскучилась! Сколько времени они не виделись... Париж казался сейчас далёким сном. Не верилось, что уже завтра он будет рядом. От этого ожидания на душе было так светло и хорошо. Нет, она верила — они будут вместе. Она так ждала его объятий, его поцелуев. Мечтала снова проснуться рядом, чувствуя его тепло.
Эврим закутала мокрые волосы в полотенце, натянула длинную майку Барыша, которую забрала себе в Париже, и с наслаждением плюхнулась на кровать, прихватив с собой телефон.
«Он уже должен был написать», — мелькнула мысль.
Но она тут же отогнала её:
«Почему он до сих пор не поздравил? — на секунду в сердце заныла обида. — Глупости! Он обязательно напишет. У нас же завтра встреча. Успокойся, — строго сказала она себе. — Всё будет. Он появится, поздравит, всё устроит».
Чтобы отвлечься, она потянулась за телефоном — проверить Instagram*.
Что они будут делать завтра? Он наверняка всё продумал. Возможно, куда-то уедут. Боже, как она ждала этого! Как ей этого хотелось! Она больше не представляла своей жизни без него — это было и страшно, и прекрасно.
— Так хочу на море... — мечтательно сказала она. — Наверняка мы поедем.
Она безумно соскучилась по морю. По купанию, по палящему солнцу, по полному, блаженному ничегонеделанию. Неужели её настоящий отпуск наконец-то начался?
Открыв Instagram, Эврим сразу же наткнулась на видео с сегодняшнего спектакля.
«И всё-таки», — с улыбкой подумала она. Это же невероятно — пять тысяч человек!» — она впервые выступала на такой огромной сцене. Их так горячо приветствовали. Она выдержала, отыграла хорошо, на пределе сил. Наверное, можно собой гордиться?
«Нескромно это», — тут же одёрнула она себя.
Но ведь это правда — это было круто! И в первую очередь — благодаря ему. Благодаря Барышу, благодаря Парижу, который подарил ей эту встречу, она смогла вырваться из своего капкана тревог и достойно завершить сезон.
«Барыш будет мною гордиться», — прошептала она, и от этой мысли по телу разлилось тёплое, щемящее чувство. Она поймала себя на том, что уже представляет, как рассказывает ему о каждом моменте этого вечера, а он смотрит на неё своими тёмными глазами, в которых читается восхищение и... да, гордость. За неё.
Она перевела взгляд на часы в углу экрана. Время шло, а заветного сообщения всё не было. Лёгкая тень сомнения снова попыталась подкрасться к сердцу, но на этот раз Эврим была твёрже.
Она продолжила бесцельно скроллить ленту, как вдруг на экране всплыло видео. Барыш сидел за столиком вместе с Айшегюль и беззаботно выпивал.
— Что это за день? — удивлённо пробормотала Эврим вслух. — Что это? Когда это было?
Она резко перешла на аккаунт мероприятия.
— Двадцать пятое июня? То есть сегодня он был на мероприятии с Айшегюль... — растерянно произнесла она.
Эврим судорожно продолжила листать ленту. Вот они снимаются на фоне афиши — она прижимается к нему. Яркая надпись гласила: «25 июня». Дальше — снова они, окружённые журналистами, на том же мероприятии...
Она отбросила телефон на кровать экраном вниз и закрыла глаза. В одно мгновение налетела туча, превративший солнечный ясный день в серый и холодный. Ливень смыл всё тёплое настроение за секунду.
Эврим лежала с закрытыми глазами, ощущая, будто мозг отключился. Исчезли мысли, желания, эмоции. Осталась лишь серая пустота. Она не понимала, что делать, что чувствовать.
«Всё, конец? Неужели всё это был сон? А наяву ничего не изменилось: он — с семьёй, я — одна в этой квартире».
Эврим села на кровать, и её накрыла новая волна мыслей.
«Как же ты глупа, Эврим. Как наивна...»
Она рассмеялась.
— Я идиотка! Безнадёжная идиотка! Господи, да когда же что-то меняется? Ничего не меняется — в этом мире всё стабильно! — снова горько засмеялась.
Но, к удивлению, голова вдруг прояснилась.
«Что делать? Как себя вести?»
Она взглянула на время — было уже поздно, но ещё можно было позвонить. Набрала брата.
— Привет, Эврим. Почему так поздно?
— Ты знаешь, я хотела...
— Поздравляю! Мы все тобой гордимся, очень рады. Ты же хотела приехать к нам? Мы как раз готовим тебе встречу. — Арда, у меня к тебе дело. Планы поменялись — я не приеду.
— А куда ты?
— Неважно. Меня ждёт одно интересное мероприятие, я туда отправляюсь. Ладно? Передай маме, что я не смогу позвонить сегодня, и что приеду через две недели. Всех вас целую и люблю...
«Интересно, можно ли ещё забронировать место?» — открыла приложение — к счастью, это оказалось возможным. «Тогда я выезжаю на рассвете».
Эврим засуетилась по квартире, начала торопливо собирать чемодан...
...
Барыш проснулся и попытался нащупать телефон, но его не было.
«Аллах, Аллах, сколько времени? Почему я сплю?»
Он посмотрел вокруг — рядом спала Айше. Тихо встал. Не найдя свой телефон, спросил:
— Айше, где мой телефон?
— Барыш, я сплю, ты что, не видишь?
— Где мой телефон?
— Откуда я знаю?
— Lanet olsun! А кто знает-то? Дай мне свой, я наберу.
— Твой телефон в гостиной.
— Понятно.
«Allahım sen büyüksün... Уже почти час ночи. Что подумает Эврим? Я даже ей ещё не написал».
Барыш вышел на балкон.
«Милая, как ты? Я поздравляю тебя. Я посмотрел отрывки. Ты была великолепна. Извини, что я сразу не написал. Я потом объясню. Я уже через шесть часов прилетаю к тебе. Люблю тебя безумно. Жду нашей встречи больше всего на свете».
Он смотрел в телефон, ждал двух галочек, но их не было.
«Наверное, она уже спит. Аллах, как я мог уснуть? Вроде немного выпил».
У Барыша неконтролируемо нарастало чувство тревоги.
«Конечно, она спит, устала. Сегодня такой день. С утра всё решу. Я сумею её утешить и не дать ей успеть обидеться. Пойду ещё часа четыре посплю».
...
Барыш уже собрался выходить из дома, но в дверях появилась Айше.
— Барыш, ты так и не собираешься мне объяснять, что происходит и куда ты уезжаешь?
— Айше, вроде бы мы вчера обо всём договорились. У меня просто срочные дела. Давай не будем так глубоко погружаться в жизнь друг друга. Вот когда ты уезжаешь с подругами или по своим делам, ты же не отчитываешься передо мной, не согласовываешься со мной — просто ставишь в известность.
— Это совершенно разные вещи, и ты прекрасно это понимаешь. Обычно ты знаешь, куда я еду и с кем.
— Это твоё желание — делиться со мной подробностями.
— Барыш, мне непонятно твоё поведение. Скажи честно: у тебя появилась кто-то? Поэтому ты в Греции заговорил о разводе?
— Айше, не начинай снова. К чему сейчас эти разговоры? Это же не вчера случилось. Мне уже пора, некогда. Если есть необходимость, мы можем обсудить всё, когда я вернусь. Я правда не понимаю, в чём смысл это постоянно мусолить. Ты разве нуждаешься во мне? Нет! Ты сама подумай, как бы ты хотела поступить в этой ситуации. Я постараюсь учесть твои ожидания.
— У твоих детей каникулы, и они хотели провести время с отцом, а ты всё время куда-то уезжаешь.
— Да прекрати ты, ради Аллаха! Какие дети хотели со мной провести каникулы? Ты видела, они заняты своими делами. У них сейчас такой возраст. Я их люблю, и они знают, что я всегда рядом, но они не нуждаются в нас сейчас. Вспомни себя в их годы.
И ты же знаешь, я разговаривал с ними, обсуждал вопрос нашей семьи. Они с пониманием к этому отнеслись. Зачем ты опять начинаешь всё сначала? Кому это надо? Давай уважительно друг к другу относиться и к нашим решениям. Мне кажется, от этого будет хорошо всем. Ты же знаешь меня прекрасно и знаешь, что я никого не обижу.
— Барыш, я тебе уже говорила, что я не принимаю твоё решение, и это моё решение. И надо к нему тоже относиться уважительно. А ты делаешь вид, как будто ты не слышишь меня. Мы с тобой в отношениях больше 25 лет, и я считаю, что это то, что стоит сохранить. Любые отношения имеют свойство то угасать, то возгораться. Я не хочу с тобой разводиться. Я считаю, что правильно сохранить нашу семью. А кризисы бывают всегда. Но я не могу наплевать на 25 лет наших отношений.
— Опять начинается. Айше, ладно, всё, я уезжаю, у меня просто нет сейчас времени. Всё-таки подумай над тем, что я тебе говорил. Я своё решение принял.
...
Самолёт Барыша приземлился в Стамбуле. Он сразу же включил телефон — двух галочек по-прежнему не было.
Написал сообщение:
«Любимая, я прилетел. Думаю, через час буду у тебя».
Как только отправил текст, сразу увидел две галочки прочтения. Немедленно набрал Эврим, но услышал автоматическое сообщение: «Абонент недоступен». Набрал ещё раз — то же самое, снова набрал — без изменений.
Внутри всё сжалось от неприятного предчувствия, сердце защемило.
«Что-то случилось? — подумал он. — Что могло произойти? Почему появились две галочки, и сразу она стала недоступна? Телефон разрядился? Но она же дома. Неужели не хочет со мной говорить? Такого не может быть — она ждёт меня. Не понимаю, что случилось?»
Он попытался отправить сообщение: «Не могу до тебя дозвониться, перезвони мне», но оно не было доставлено.
«В чем дело? Что? Серьезно?! Эврим, ты меня заблокировала?»
Барыш подъехал к дому, поднялся и позвонил в квартиру. Никто не ответил. Он постучал, ещё раз позвонил, снова постучал. Никто не открывал.
«Где она? Что это такое? Её нет. Что могло случиться?»
Он спустился к машине и стал думать:
«Куда она могла деться? Что могло произойти? Кому мне позвонить? У кого спросить? Кто может что-то знать?»
Нашёл телефон брата Эврим и набрал его номер.
— Арда, привет, это Барыш. Мы должны были сегодня встретиться с Эврим, у нас дела запланированы. Не могу её найти, телефон недоступен. Ты не знаешь случайно, где она?
— Она мне вчера поздно вечером позвонила и сказала, что на две недели уезжает, что к нам не приедет, не сможет. У неё планы поменялись, и она уехала куда-то.
— А она тебе не сообщила, куда именно? У меня с телефоном были проблемы... Я тебя понял. А... она не сказала, куда поехала?
— Нет, ничего не объяснила. Сказала просто: планы поменялись.
— Спасибо, Арда. Извини за беспокойство.
— Что? Что могло случиться? — воскликнул Барыш вслух. — Почему ты опять ничего мне не сказала? Почему ты приняла решение уехать? Да что же это такое? Где ты, Эврим?
Барыш треснул по рулю рукой.
«Думай, Барыш, думай, где она может быть? Я должен тебя найти, Эврим, я должен тебя найти. Что могло случиться? Всё же было хорошо... Ты должна была мне что-то сказать. Ничего не сказала. Что произошло? Что могло стать причиной?»
Барыш сидел и отчаянно думал: ну кто? Кто мне может помочь? Кому я могу рассказать, кому довериться? И тут ему в голову пришла идея. Он схватил телефон и набрал.
— Эркан, привет.
— Ты чё в такую рань, Барыш? Что-то случилось?
— Мне надо с тобой встретиться и поговорить. Ты мне должен помочь.
— Чего, вот прям так рано?
— Мне срочно это надо.
— Ладно, давай подъезжай. Встретимся внизу, у меня в кафе. Я собираюсь.
— Всё, я тогда еду.
*Признаны экстремистскими организациями и запрещены на территории РФ.