💙 Часть 41💙
Подходя к воротам лагеря я невольно вспомнил как все начиналось. Как минотавр похитил маму, как я сражался с ним. На лице появилась улыбка. Ведь это уже пройденный этап.
- Эй! Младший морской владыка! Может хватит залипать уже 5 минут в одну и ту же точку..давай наконец зайдём в лагерь.
Я встрепенулся от услышанного и такого родного голоса. Я отвёл взгляд и посмотрел на девушку стоявшую рядом. Это была Луанна. Увидев её я расплылся в улыбке, она выглядит просто сногсшибательно:
Она выглядела обворожительно. Чёрное короткое платье с длинными рукавами и открытыми плечами, черные колготки и ботфорты на высоком каблуке. На шее красивое золотое украшение с сердечком, на руке все тот же браслет, но на другой руке тоже золотой браслет с буквой "Л". В ушах сережки - кольца, красивые черные закрученные локоны очень элегантно спадают на её оголённые плечи. На лице небольшой макияж, и все та же улыбка.
- Персефона. Я такое не особо люблю носить. Но она обожает, вот и уговорила меня надеть это все.
- Хех, тебе идёт. Очень красиво и супер необычно.
Мы были первыми героями, которые живыми вернулись на Холм полукровок со времен Луки, поэтому, конечно же, все обращались с нами так, словно мы победили в каком-нибудь телевизионном реалити-шоу. Согласно традициям лагеря, мы надели лавровые венки на большой праздник, готовившийся в нашу честь, затем возглавили шествие к костру, где нам предстояло сжечь саваны, которые обитатели домиков сшили в наше отсутствие.
По мне, так все шло просто отлично.
Даже приветственная речь Диониса не смогла испортить мне настроения.
— Итак, наш маленький хулиган не дал прикончить себя, и теперь извилин у него станет побольше. Уррра! Что касается остального — лодочных гонок в эту субботу не будет…
Я вернулся в домик номер три, но чувства одиночества как не бывало. Днем я тренировался со своими друзьями, а по ночам не спал, прислушиваясь к шуму волн, зная, что мой отец где-то там, неподалеку. Может, он не был вполне уверен во мне, может, даже жалел, что я родился, но он следил за мной. И пока гордился тем, что я совершил.
Что касается матери, то у нее появился шанс начать новую жизнь. Через неделю после возвращения в лагерь я получил от нее письмо. Она писала, что Гейб загадочно исчез — по сути, с лица Земли. О том, что он пропал, мама заявила в полицию, но у нее было странное предчувствие, что им никогда его не найти.
Безотносительно к вышеупомянутому событию мама продала какому-то коллекционеру (через художественную галерею в Сохо) свою первую бетонную скульптуру в натуральную величину, которая называлась «Игрок в покер». За это она выручила столько, что смогла отложить на новую квартиру и внесла плату за первый семестр обучения в Нью-Йоркском университете. Галерейщики из Сохо требовали от нее новых работ в стиле, который окрестили «значительным шагом вперед в уродливом неореализме».
«Но не волнуйся, — писала мама, — со скульптурой покончено. Я выбросила коробку с инструментами, которую ты оставил. Пора возвращаться к сочинительству».
Внизу она сделала приписку: «Перси, я нашла здесь, в городе, хорошую частную школу. Я внесла деньги, чтобы сохранить за тобой место, на случай если ты захочешь записаться в седьмой класс. Жить ты бы мог дома. Но если хочешь круглый год провести на Холме полукровок, я пойму».
Я аккуратно сложил записку и оставил ее на прикроватном столике. Каждый вечер, прежде чем лечь спать, я перечитывал ее и никак не мог решиться, что ответить матери.
Четвертого июля весь лагерь собрался на берегу посмотреть фейерверки, которые устраивал девятый домик. Будучи детьми Гефеста, они не собирались останавливаться на жалких красно-бело-синих шутихах. Они поставили на якорь барку недалеко от берега и загрузили ее всякими прибамбасами размером с боевые ракеты «Патриот». По словам Аннабет, уже видевшей это шоу, взрывы последуют друг за другом вплотную, так что, к восторгу зрителей, в небе появится нечто вроде мультипликационного фильма. Предполагалось, что в финале должен был появиться стофутовой высоты спартанский воин, который с треском оживет над океаном, будет сражаться, а потом взорвется миллионом разных красок.
Когда мы с Аннабет и Луанной расстилали одеяло для пикника, к нам подошёл попрощаться Гроувер. На нем, как обычно, были джинсы, футболка и кроссовки, но за последние несколько недель он намного повзрослел и выглядел почти как старшеклассник. Козлиная бородка сатира стала гуще. Он набрал вес. Рожки выросли по меньшей мере на дюйм, так что теперь ему приходилось постоянно носить кепку, чтобы сойти за человека.
— Вот, уезжаю, — сказал он. — Просто зашёл сказать… ну, вы сами знаете что.
Я понимал, что надо радоваться за него. В конце концов, сатир не каждый день получает разрешение на поиски великого бога Пана. Но прощаться было тяжело. Я знал Гроувера всего год, и все же он был моим самым старым другом.
Аннабет крепко обняла его. Сказала, чтобы он не снимал свои бутафорские конечности.
Луанна так же не оставила его без объятий, она сказала что если ему понадобится помощь он всегда может к ней обратится главное что бы был огонь без него связаться с Луанной будет трудно.
Я спросил, куда он направится первым делом.
— Это маленькая тайна, — смущенно ответил Гроувер. — Хотелось бы мне, чтобы вы пошли со мной, ребята, но люди и Пан…
— Мы понимаем, — сказала Аннабет. — Банок взял достаточно?
— Да-а.
— А тростниковые дудочки не забыл?
— Черт возьми, Аннабет, — проворчал Гроувер, — ты как старая мама-коза.
- Хахах, она же просто переживает за тебя. - сказала Луанна и девичий хохот вновь наполнил пространство вокруг.
— Что ж, — вздохнул Гроувер. — Пожелайте мне удачи.
И в свою очередь крепко обнял Аннабет. Так же крепко обнял Луанну и мило улыбнувшись ей сказал что если что он с ней свяжется. Луанна мило улыбнулась и сказала что если сможет помочь то конечно поможет. Хлопнув меня по плечу, он направился в дюны.
В небе над нами стали взрываться фейерверки: Геракл, убивающий Немейского льва, Артемида, преследующая вепря, Джордж Вашингтон (который, кстати, был сыном Афины), пересекающий Делавэр.
— Эй, Гроувер, — окликнул я его.
Он обернулся, остановившись на краю леса.
— Куда бы ты ни пошел, надеюсь, там готовят хорошие энчилады.
Гроувер усмехнулся и пошел дальше, деревья сомкнулись за ним.
— Мы еще увидимся с ним, — сказала Аннабет.
Хотелось бы верить. Но тот факт, что из отправившихся на поиски за две тысячи лет не вернулся ни один… нет, я решил про это не думать. Гроувер будет первым. Просто обязан.
💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙