конец
В доме Суворовых
-Вов! - кричит с кухни тёть Дилара. - помоги с пирогом!
Суворов старший откладывает газету, поправляет красную шапку деда мороза на голове и лениво плетётся на кухню, пока его брат в коридоре возиться с гирляндой, которую нечаянно сорвал.
Вся квартира уже украшена. В углу стоит высокая ёлка до потолка, украшенная игрушками и дождиком, а под ней - подарки.
Где-то там лежит красивая коробка, предназначенная для Кати, которая с минуту на минуту должна подойти. Но Катя не прийдёт.
Вова заносит только что испечённый пирог в гостиную, ставя на стол, который застелен праздничной скатертью, специально для нового года. Там же стоит курица, салаты и разные закуски.
-Марат! - кричит младшему, воруя с тарелки кусочек огурца и отправляя к себе в рот. - Катя скоро?
-должна вот-вот прийти. - отвечает ему брат, подходя к столу.
Катя не прийдёт.
-ну что мальчики? - мама довольно улыбается, глядя на настенные часы. - садимся?
-катю подождём и садимся.
Катя не прийдёт.
***
Я зажимаю рот рукой, второй держа огнестрел и закусываю губу. Циган скорее всего расправился со всеми и наверное уже ушёл, поэтому я осталась один на один с собственной смертью.
Я хочу к Марату, к Вове. Хочу праздновать новый год и кушать оливье, не задумываясь не о чём. А не сидеть под партой в каком-то заброшенном складу, с тремя патронами в барабане и молиться господу, что бы выжить.
Я не успела сказать ему люблю.
Дверь противно скрипнула. Я сжалась, слушая громкие шаги. Задержала дыхание, в надежде, что он не сможет меня услышать.
-предсказуемо, сестра. - протянул цербер, прыгая на одну из парт. - вылезай добровольно, я знаю, что ты тут.
Он перепрыгивал парты, тихо посмеиваясь. Меня бросило в холод, по щеке потекла одинокая слеза. Страшно, безумно страшно.
***
В коридоре зазвонил телефон. Суворов старший недовольно закатил глаза, направляясь к назойливому звуку.
-может Катя? - хмыкнул за спиной Марат, разливая по стаканам Буратино.
Подняв трубку, Вова, уже был готов начать отчитывать Ме́ндину за то, что она шляется непонятно где, но мужской голос в трубке прервал все мысли.
-Суворовы? Можно Вову к телефону?
-это Вова. - удивлено ответил тот. - с кем разговариваю.
-цыган, домбыт. Бери всех и быстро на заброшенный склад на победе. Катя в огромной опасности, это Цербер. Цербер - игрок.
После этого последовали долгие гудки. В голове тут же лихорадочно начали возникать мысли, руки затряслись.
-Марат, собирайся! - крикнул адидас, быстро набирая номера универсамовских. - дилар, празднуйте без нас!
-что такое? Что случилось? - Суворов младший появился в коридоре, удивлённо смотря на брата.
-Катя в опасности, беги в качалку, собирай всех и жди меня.
Настроение тут же улетучилось. Адидас младший пошатнулся, хватаясь за стену и огромными глазами смотря на Вову. Катя в опасности, его Катя.
Повторять два раза не надо было. Младший тут же сорвался, нацепил куртку с шапкой и вылетел из квартиры, со всех ног бежа на место сборов. Он должен успеть. К своей любимой.
***
Меня трясло, ледяной револьвер в руках приносил лишь долю уверенности. Слёзы скатывались, капая с подбородка, голова жутко болела. Засохшая кровь на ресницах докучала, из-за этого, веки становились тяжелее.
-вышел месяц из тумана. - хитро прошептал парень, перепрыгивая на следующую парту. . Я вжалась спиной в дерево и продолжила молча сидеть. - вынул ножик из кармана, буду резать,буду бить . Все равно тебе водить.
Детская безумная считалка, которой он меня научил. Именно тогда уже можно было понять, что с головой у него проблемы. Почему я поняла это только сейчас?
Парта позади меня скрипнула, он перепрыгнул на неё. Он знает, где я.
Раз это конец , значит сыграть надо красиво.
-вышел месяц из тумана. - он продолжил считалку. Я резко толкнула ногой свое укрытие и с вытянутой рукой встала , снимая предохранитель.
-вынул пушку из кармана. - процедила, уверенно держа его на мушке. Он не ожидал что у меня есть какое-то оружие. -и стрелять и убивать..
Я не успела договорить, Рома тут же спрыгнул, разрезая воздух у моего лица. Я быстро юркнула под его руку, переворачивая парту и становясь за ней, сжимая холодную сталь.
-сука, стрелять буду. - моё дыхание сбилось. Цербер обернулся, окидывая меня взглядом.
-столько пустых обещаний. - он скучающе покрутил мой нож, двигаясь ко мне. - когда уже хоть одно выполнишь?
-чья бы корова мычала. - хмыкнув, я спустила курок, но пуля ушла в молоко. Рома пригнулся, улыбаясь и снова двинулся, уже более весёлый.
-у тебя почти пустой барабан, будешь ещё пробовать? - он подходил медленно, зная, что я всё равно могу стрельнуть. - даю фору, десять секунд.
Я сорвалась с места, выбегая за дверь и лихорадочно начала оглядываться, думая, где спрятаться. Лысый громко засмеялся и его смех будто засел у меня в голове.
Не бойся, страх надо мною не властен.
Пробежав длинный коридор, я остановилась на повороте, смотря как его фигура надвигается на меня. Сплюнув кровь я подняла руку, прицеливаясь.
-и сколько пуль осталось? - весело спросил, медленно подступая.
-на тебя хватит, на месте стой! - я угрожающе дёрнула револьвером, целясь точно в голову.
-ну стреляй. - Рома остановился, разводя руки. - давай, ну же. Или не можешь?
Я поджала губы, размышляя, попаду ли я. Руки трусились, но я продолжала держать огнестрел. Я хотела к Марату, в его объятия, к любимым чёрным глазам и лучезарной улыбке.
-у тебя не осталось времени думать, сестра. - лысый снова сделал шаг, перекидывая мой нож из одной руки в другую. - отправишься в след за нашей мамкой. Привет ей передашь. И Юре.
В следующую секунду он сорвался и метнул оружие по точной траектории. Я пригнулась и как только лезвие просветлело у меня над головой, быстро подняла его и взяла в другую руку.
-ход не защитан. - я улыбнулась, желая встать на ноги.
-разве? - Рома хмыкнул. Через секунду прозвучал выстрел и плечо отозвалось острой болью. Я упала на стену, скатываясь по ней и испугано прижимая руку к пулевому.
Он побежал на меня. Перед глазами пронеслась вся моя жизнь, а мозг, будто специально, выделил счастливые моменты с Маратом.
Через боль я вытянула руку, стреляя почти в слепую. Место, куда попала пуля, начало гореть и пульсировать, а на пол полилась кровь.
В этот раз пуля в молоко не ушла. Цербер заскулил, отшатываясь к стене и хватаясь за ногу. У меня появилась фора, поэтому не секунды не думая, я ринулась за поворот, в надежде не свалиться в обморок.
Он тут же побежал за мной, ковыляя и вздыхая от боли.
Почему я не добила? Откуда у него револьвер?
Тупик.
***
-быстрее! - кричал Марат, стуча по переднему сиденью Вовы.
Десять минут до нового года. На дороге пробки, люди бегают туда сюда в надежде, что магазины ещё не закрылись.
Как бы Адидас не играл в шашки на дороге, он всё равно не успевал. Как он раньше не заподозрил цербера? Когда оступился?
-да не ори ты. - процедил турбо, проверяя карманы. - успеем, обязательно успеем.
Вахит на переднем сидении молча пялился в окно, не понимая, что происходит. Он знал только одно - Катя в большой опасности, а это значит, что он должен помочь.
Турбо вспоминал все разговоры с черноволосой. Как бы он её не ненавидел, она была его подругой. Он боится за неё.
А Марат кажется потерял смысл жизни. Его любимая может умереть, а он ничего не сможет сделать. Но он обязательно успеет во время, потому, что любит.
Суворов за рулём тихо шептал молитву, надеясь, что его подруга, с которой он знаком почти пять лет, жива. Он порвёт цербера на немецкий крест, если она его ещё не убила. Она не может умереть. Она - Катя Ме́ндина. Кровь.
***
-бежать некуда, сука. - цербер появился за моей спиной, сжимая огнестрел в руке.
Я повернулась, так же направляя на него пистолет. Комната будто закрутилась, время остановилось.
Это абсурд, враньё
Череп, скелет, коса
Смерть прийдёт -
У неё будут твои глаза
-почему не стреляешь? - я подавила всхлип, понимая, что шансов выжить мало. Но он почему-то медлил.
-хочу насладиться твоим отчаянием сполна. - он мерзко улыбнулся, скаля зубы.
-ради тех, кого любишь. - парень улыбнулся. - иди, Кать. Закончи игру.
-но знай, что я тебя тоже. - он снова поцеловал меня, сжимая крепко крепко.
- все будет хорошо? - прошептала я , находясь в его объятиях.
-обещаю.
Сглотнув, я отпустила своё плечо, зарываясь в карман в поиске ножа.
-наслаждайся в гробу, мразь. - и рванула на него.
Он тут же выпустил очередь, но к счастью, в молоко. Хорошенько разбежавшись, я юркнула ему под ноги, прокатываясь и тут же доставая нож, разрезая ему здоровую ногу.
Он закричал, падая на колени. Молниеносно встав, я вскинула руку и спустила курок, не дожидаясь, пока он опомниться.
Мир перестал существовать, будто в замедленном действии я наблюдала, как пуля вылетает из револьвера, медленно летит и разбивает его затылок.
Он качнулся, заваливаясь вперёд. Под Ромой быстро растекалась лужа крови.
-я выиграла. - а после я заплакала, снова прижимая руку к плечу и опуская голову.
С улицы послышались фейерверки. Новый год.
Я ринулась на выход, желая поскорее сбежать отсюда. Но не выдержав сильной боли, перешла на медленный шаг. Всё равно опасность позади, а впереди - только светлое будущее.
Выйдя из коридора, я спокойно и без спешки проверяла ходы, выискивая нужный выход к залу. Цыган всех убил и наверное доложил Вове, поэтому, я надеялась, что он вот вот приедет.
А там и новый год отпразднуем и поговорим. Я поцелую Марата, наконец-то скажу, что люблю его и крепко крепко обниму, не желая больше отпускать не на секунду.
Доковыляв до зала, меня затошнило. Четыре тела валялись посреди комнаты, с перекошеными гримасами ужаса. А перед глазами дверь. Моя свобода. За ней - только хорошее.
Собрав последние силы в кулак я прошла половину зала и резко обернулась на шум. Выживший домбытовец наставлял на меня пистолет, другой рукой держась за окровавленный бок.
Ему осталось минуты две.
Хмыкнув и вкусив вкус полной мести я не задумываясь подняла руку и нажала на курок. Выстрел и я отвернулась, больше не желая смотреть на трупы.
Я ухожу в новую жизнь, без проблем и переживаний. С любимым человеком.
Хватаюсь за ручку и почему-то смотрю вниз. Хочу проверить, нет ли ещё каких-то повреждений.
В области сердце активно разрастается красное пятно на моей белой майке. Отшатываюсь, роняю револьвер. Там не осталось патрон? Вдруг мне прийдется ещё раз отстреливаться.
Больно падаю, давясь собственной кровью. Она безжалостно вытекает из уголков рта, сливаясь с красной лужей подо мной. Тяжело дышать, голова болит. Плечо болит, но кажется проблема вовсе не в нём.
Мне надо встать, найти Марата и сказать, что я его люблю. И чуму покормить, наверное голодный. И подарок Вове сделать, у него день рождение скоро.
Глаза предательски закрываются, пуля прошла на вылет. Жизнь утекает, наверное я натерпелась.
Это та свобода, мама? Я её чувствую, прости. Знаю, что не должна. Я люблю его...
***
-сюда! Скорее. - кричит зима, наблюдая за своими пацанами, которые бегут со всех ног по проезжей части, перепрыгивая машины.
Прошло двадцать минут после нового года, они должны успеть. Вова, Марат и Валера забежали на склад, тут же судорожно начиная осматривать каждый угол.
-Валер, давай в подвал, Марат, ты со мной. - крикнул Вова, осматривая двери и пытаясь их выломать.
Турбо кивнул, тут же открывая с ноги дверь в подвал. Внизу ступеней горел свет и это означало, что там кто-то был или есть.
Сняв предохранитель с револьвера, который он отжал у хадишевского на какой-то драке, парень стал медленно спускаться, мечтая не увидеть гору трупов. Он мечтал увидеть здоровую Катю, которая бы сидела и пыталась подкурить, ругаясь на промокшие в крови спички.
Дойдя до конца, Валера прислонился к стене, вытянул руку с оружием и резко развернулся, пытаясь сразу высмотреть врага.
Турбо пошатнулся. Казалось - пошатнулся весь этот мир. Проклятый мир, который забирает самых лучших.
Среди трупов, лежала Катя. В собственной лужи крови, белая как полотно, с пулей в сердце. В глазах застыли слёзы, так и не скатившись по щекам. Не двигалась, не дышала. Мертва.
-нет! - парень закричал, бросаясь к телу подруги. Было всё равно, живой ли цербер и не выскочит ли он из-за угла, готовый убить и его. - нет, Катя!
Он упал на колени перед её телом, прикладывая пальцы к холодной шее, дабы нащупать пульс. Пожалуйста, лишь бы он был.
Но она мертва.
На его крик сбежались и остальные парни. Марат ринулся первым, чуть ли не падая на лестнице и влетел в зал, останавливаясь.
Следом забежал Вова, тут же роняя револьвер и хватая своего брата, что б он не смотрел.
-пусти, нет, пусти! - парень кричал, вырываясь. Старший брат сильнее прижимал его, смотря на тело своей подруги. - сука, пусти!
Адидас младший вырвался, бросаясь к телу и падая рядом с турбо, отталкивая его. Мёртвые глаза смотрели в потолок, возможно, перед смертью она надеялась выйти и посмотреть на фейерверки.
А он мечтал, что б это оказалось страшным сном. Бредом, злой шуткой, которые Катя так любила. По щекам потекли слёзы, он не успел. Он потерял её - свою любимую.
В его квартире, под ёлкой, в её подарке лежит два билета в Москву, которую она так хотела увидеть. Но теперь не увидит. Он потерял свою любовь, потерял свою девочку, которой был готов положить весь мир к ногам.
Которую любил и оберегал, но не смог. Оступился, ошибся и эта ошибка - стояла ей жизни. Почему он не увёз её раньше? Почему не привязал к батарее и не охранял? Почему? Почему она умерла?
Следом подошёл зима, так же смотря на труп подруги, а дальше и остальные универсамовские. Все молчали. Гораздо больнее молчать.
Но больше всего, больно было Кате. Она не успела сказать Марату одно слово. Люблю. И никогда больше не скажет. И перед смертью думала о нём, как бы было им хорошо, если бы не пуля в сердце.
"Моё сердце железное, его пробьёт только пуля"
Она угадала, именно пуля оборвала её жизнь. Возможно дурость, что не проверила барабан. Дура, безответственная. Но она шла счастливая, мечтая увидеть любимого. Смерть это новая свобода.
Там, после смерти, всё хорошо. У неё больше нет проблем. Нету того, что преследовало всю её жизнь. Нету страха и отчаяния. Нету ничего, за что она держалась среди живых.
Она пала в бою, как воин. Никогда не хотела умереть от собственного туберкулёза, никогда. Возможно, она шла на самоубийство.
Соберите суд, но победителей не судят.
Она выиграла, она убила цербера. Но заплатила слишком высокую цену. Знала, что не вернётся к Марату, но шла до конца и была храброй.
Они ещё долго стояли над телом подруги, слушая безудержную истерику Суворова младшего. Он потерял больше всех, он потерял любимого человека.
А Катя обрела свободу. Умерла, но продолжит жить в каждом сердце. В каждом сне и в каждой фразе.
Погибла Катя Ме́ндина. Кровь. Но будет жить, пока её будут вспоминать. Погибла храбрая маленькая девочка, которая взяла на себя слишком многое. Погибла не любимая дочь, но любимая девушка.
Погибла Катя.
----------
Не буду комментировать. Остался эпилог и фанфик официально завершён.
Подпишешь на тг канал
https://t.me/snburnkvs