Глава 6. Почему ты грустный, клоун?
— Какая замечательная погода! — вскинув руки к небу, Смеющийся Джек неспешно брёл по улицами, а я послушно следовала за ним и часто оглядывалась по сторонам. Погода была не такой уж и замечательной. Немного грязи в тёмных уголках домов после давнего дождя, а небо потемнело и было усеяно тысячами звёзд разных размеров. Кто-то из них подмигивал, а кто-то просто светил. И среди них можно было разглядеть летающий спутник где-то на орбите Земли, а также летающий над землёй самолёт, который был готов приземляться возле ближайшего аэропорта. В Нью-Йорке их достаточно. Но та часть улицы, по которой мы ходили, не была наполнена людьми. Здесь стояли обычные жилые дома от двух до трёх этажей. Некоторые дома огораживались невысокими заборами, через которые мне открывался вид на тропинки или дорожки, а также на зелёные лужайки. Здесь получше, чем в центре города. Машин там очень много и очень шумно. Каждый день случаются пробки и аварии, а люди целыми толпами ходят в этом месте, громко разговаривая и устраивая "базар". Здесь люди тоже проходят мимо, хоть и не в большом количестве, и, стоит им оказаться у нас за спинами, они как-то странно озираются на нас. — Ты не боишься? — вопрос сам вылетел из губ, хотя я хотела мысленно спросить об этом Смеющегося Джека. И я дала себе мысленную пощёчину. — «Боюсь» чего? — замедлив свои шаги, монохромный клоун повернул голову в бок и взглянул на меня краем глаза, а тёмные брови нахмурились в переносице. — Ну… — я остановила свои шаги. Нервно облизнув тёмные губы и прикусив нижнюю губу, я смущённо отвела взгляд куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на брюнета, который тоже остановился впереди напротив меня и терпеливо ожидал моего ответа. Вообще, когда я с Джеком вышли за территорию заброшенного парка, я могла бы сбежать как можно дальше. Но стоило мне это сделать или же сделать один неверный шаг в бок, как маньяк, словно читая мои мысли и предугадывая мои действия, хватал меня за руку и вёл за собой вперёд, куда он, собственно, и собирался. Я даже говорила, что хочу в туалет, хотя это было неправдой, отчего приходилось идти в кусты. И даже тут брюнет не отставлял меня в покое, подходя ближе к тому месту, где я скрывалась из его поля видимости за листвой. — Не так близко. Отойди. — Говорила я ему краснея, на что он только извращённо улыбался и хихикал, но мужчина отнюдь отходить не собирался. Теперь мне даже по-настоящему идти куда-то по нужде никак не хотелось, когда я находилась один на один со своим собеседником. Я также сделала себе мысленную заметку о том, что даже мысль о побеге звучит, как самоубийство. — Тут же так много людей, а ты привлекаешь внимание. Ты же… — я замолкаю и отчего-то кровь залила щёки. Стоит ли мне продолжить говорить последнее слово, или мой собеседник меня и так понял без слов? — Убийца? — всё-таки черноволосый меня отлично понял и склонил голову к плечу, а на его тёмных губах заиграла широкая улыбка, оскалившая острые, как у акулы, зубы. — Не волнуйся, маленькая проказница. — Смеющийся обернулся в мою сторону и, спрятав левую руку за спину, второй махнул куда-то в сторону. — Если они видели, то и пусть. Так легче заманивать людей в свои сети, чем выпрыгивать из угла и хватать их, как делают это некоторые мои… Знакомые. — Последние слова были произнесены с ноткой ядовитости и презрения. — Так что молчи и… — На минуту замолчав, монохромный убийца протянул мне левую руку, которую он спрятал за спину, и разжал ладонь. — … скушай конфетку. — Опять тот же батончик, от которого я не собиралась отказываться, и в этот раз приняла его куда увереннее, чем это было в первый раз. Но стоило мне поднять глаза на лицо Смеющегося, которое было достаточно близко к моему, я вздрогнула от хитрой улыбки на тёмных губах, словно он что-то задумал. Проходя мимо знакомого дома, я заметно замедлила свои шаги и пыталась разглядеть в одном окне на первом этаже, где был включён свет, чей-то силуэт. Но все мои попытки получились неудачными. — Джей, детка, — позвал меня Смеющийся Джек, стоило ему заметить, что я вообще остановилась и откровенно смотрю на этот дом. — Что-то не так? Прогулка ещё не завершена. — Если эту прогулку вообще можно назвать «прогулкой». Он мне как-то рассказал во время нашего похода, что собирается пойти в парк. Ведь обычно многие дети со своими родителями в этот выходной любят гулять на улице и провести вместе время, которого у них не хватает на будние дни. — Ох… Всё нормально. — Моё лицо раскисло. В голове появилась, даже промелькнула, как заяц пробегавший дорогу, жуткая мысль. Но я не имела малейшего понятия, как обратиться по этому поводу к Джеку. Да и вообще захочет ли он меня выслушать? — О, не-не-не-не… — сделав наигранное взволнованное лицо, клоун подошёл ко мне как можно ближе и, положив одну руку мне на щёку, легонько её коснулся, вызывая у меня стадо мурашек. — Моя игрушка должна быть в хорошем настроении. Что тебя тревожит? — Просто… — опять я смущаюсь. Проблема в том, что у моих родителей были проблемы с деньгами, отчего я лишний раз не хотела просить их о чём-то. Даже купить обычную шоколадку. От этой привычки я лишний раз боялась кого-то о чём-то просить, так как это мигом вызывало неловкость. — Там живёт моя учительница по алгебре и геометрии. — А! — протянул черноволосый, а на тёмных губах вновь появилась улыбка. — Очень много людей, особенно школьники, не любят математику. Как вы говорите: «Школа — это Ад, а учителя - помощники Сатаны!»? А ты, как я помню, ещё к этому добавила как-то раз: «А Сатана подчиняется Люциферу». — Я неловко улыбнулась и вжала голову в плечи. Ну, да… Сатана — директор, а Люцифер — министерство образования. Неужели Джек и правда наблюдал за мной? — Хочешь, чтобы я её убил? — я промолчала, даже не зная, что сказать. С одной стороны хотелось сказать «да». Но с другой каждый человек хочет жить, будь он плохим или хорошим. — Ладно, Джек. Забудем. — Вздохнула я. На мои слова клоун только пафосно пожал плечами, после чего вновь направился куда-то прямо, где должен был быть парк. И опять дождь. Этой весной, в самый последний её месяц, он идёт долго, как это было в прошлом году. Дождь начался под конец апреля, и шёл до самого конца июня. Чувствую, это опять будет происходить, как и в прошлом году. Словно мы живём в Англии! Самого ливня в это время так и не было, да и дождь сам по себе был слабым. Его капли тарабанили по крышам домов и зданий, попутно делая мои и Джека волосы мокрыми. Идя у него за спиной, я его вновь оценивала: чёрные, намокшие от дождя, волосы, бледная кожа и высокий рост. Он смотрел только прямо, и я этому мысленно обрадовалась, так как мои щёки почему-то залились румянцем, и он этого не видит. Нельзя сказать, что Джек - мой тип мужчины. Отнюдь. Мне нравятся парни старше меня на два-три года, высокие или имеющие щетину. Я не любила брюнетов. Их слишком много. А вот блондины, шатены и так далее привлекали моё внимание. Смеющийся Джек мог мне приглядеться только высоким ростом. Но чтобы влюбиться в убийцу… Я не хочу в это верить. Клоун и правда необычный, а необычные люди меня всегда притягивают. И почему-то эту «необычность» я вижу только у него.
«Джей! — осуждающее воскликнула я самой себе. — Он тебе не нравится. Он плохой. У тебя ещё будет много парней». — Я пару раз хлопнула себя по щекам и отвела взгляд хоть куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на своего «друга». Хотя можно ли мне его так назвать? Вскоре мы пришли к парку. Посаженные деревья расступались между аллеей по обе стороны и возвышались над людьми, которые проходили под ними. Рядом с ними стояло несколько скамеек и несколько декоративных ярких статуэток. Уличные фонари освещали мокрую аллею в столь поздний час, отчего создавалось впечатление… романтики. Красиво, это да. А я, дура, сидела дома в четырёх стенах и лишний раз не выходила в это место. Ведь не с кем было сюда приходить. А с Натальей я редко гуляла. Поравнявшись со мной, Смеющийся схватил своими когтями мою руку и потащил к ближайшей лавочке. Я лишь тихо ойкнула от боли, но лишний раз ничего не хотела говорить, хотя вопрос «Что такое?» так и вертелся на языке. — Посидим тут. — Словно прочитав мои мысли, Джек сел на лавочку, а меня посадил между своих ног и прижал к груди, чтобы лишний раз я не вставала со своего места. А был бы у меня вообще выбор? Ответ — нет. Тяжёлый вздох вырвался из моих губ, а глаза устремили свой взгляд вперёд. Только потом я стала медленно понимать, почему монохромный маньяк решил остановиться здесь. Этот парк немного «узковат». Деревья были в три ряда, после чего они были ограждены сеткой. По обе стороны этого парка были дороги, через которые стояли общественные здания, либо жилые дома. И среди них был один такой: в доме, который был ровно напротив нас, в нескольких комнатах горел свет. Что было на первом этаже, я не видела из-за штор. Но на втором этаже я заметила мальчика, лет от одиннадцати до тринадцати, а рядом с ним стояла женщина и что-то ему строго говорила, судя по её жестам рук. Кричит? Ругает? А может и то, и другое вместе? — Бедный мальчик. — Хихикнул брюнет, обжигая своим дыханием изо рта мою макушку. — Я с ним познакомился только вчера. И сегодня вновь хотел увидеться. — В эту секунду женщина, которая, возможно, была его матерью — занесла руку вверх и ударила сына с такой силой, что он отшатнулся, а я рвано вдохнула в себя воздух и изумлённо захлопала глазами. — Джек, она его ударила! — волнительно воскликнула я и хотела подскочить с места, но когтистая рука не дала мне этого сделать и усадила обратно рядом с моим собеседником. — Джек, тебе его не жалко? Зачем ты убиваешь детей? Уж лучше убил бы таких родителей! — я вновь приняла попытку выбраться из «объятий» черноволосого, пытаясь убрать его руки со своей талии. — Отпусти! — Тс-с-с! — шикнул мужчина и, схватив одной рукой меня за волосы, сильно потянул на себя. От этого действия я болезненно застонала и практически легла на маньяка, коснувшись затылком его плеча. Шея от столь резкого действия заболела и, казалось, могла вот-вот сломаться. — Не кричи так. Я понимаю этого мальчика. Он не один такой в семье. Их очень много, — Улыбнулся Смеющийся Джек. Женщина, подойдя к окну, задвинула тёмные шторы, тем самым скрывая детскую комнату, — И она тоже получит по заслугам. Нужно только ждать. — Я послушно кивнула головой и облегчённо выдохнула, когда когтистые пальцы отпустили мои волосы. И мы ждали. Сидели и ждали, когда жители этого дома лягут спать. Время так медленно текло… Дождь всё шёл, но широкие ветки с зелёными листьями закрывали нас от дождя, чему я была рада. От скуки я закрывала глаза и иногда клевала носом. Я устала ждать, отчего хотелось спать. Но в то же время я понимала, что мне этого делать нельзя. Особенно в руках Смеющегося Джека, который сам терпеливо ждал подходящего момента, когда в детской комнате выключится свет. Сбоку от нас послышался женский и мужской смех, на который я лениво обратила внимание. В нашу сторону направлялась пара, которая составляла собой молодого парня в чёрной кожаной куртке и джинсами и девушку с распущенными кудрявыми волосами в красном облегающем платье и накидке. Они бурно что-то обсуждали, и, судя по их речам, оба были пьяны, отчего я скривила нос и тихо фыркнула. Надо же мне было узнать этого парня из параллельного класса. Он был очень красив, да и сейчас тоже симпатичный. А я в него, идиотка, влюбилась. Знала же, что он бабник и папенькин сыночек. Зря только по этому придурку слёзы пролила. — Иди сюда, — прошептал парень, жадно целуя свою спутницу в губы и прижал её к дереву, а нас они словно не замечали. — Фу, — на моём лице тут же появилось отвращение, а брови нахмурились, создавая морщинку на переносице. Последней каплей стало, когда руки блондина, поглаживая спину рыжеволосой, спустили вниз к ягодицам и сжали их, отчего девушка томно вздохнула и захихикала. — Джек, скажи, когда они закончат. — Попросила я, отвернув голову в бок. Смеющийся ничего не ответил, разве что сам без каких-либо эмоций наблюдал за целующейся парой, которые перестали издавать смешки, и до ушей доходило лишь тихое «чмок». И так несколько раз. — Уже можно? — поинтересовалась я через пять минут, повернув голову в бок так, чтобы я могла видеть только лицо клоуна, но не этих двоих. Разумеется, в отличие от моего спутника, я не слышала никаких звуков. Монохромный несколько секунд смотрел мне прямо в глаза. Потом взглянул в сторону парня и девушки и, слабо улыбнувшись, кивнул головой. Поверив маньяку, я повернула голову в сторону двух людей. — Джек! — смущённо выкрикнула я имя брюнета и скривила губы, стоило наблюдать, как руки блондина, которые поглаживали бёдра спутницы, немного задирали подол и без того короткого платья, готовясь открыть вид на нижнее бельё. Они точно пьяны, иначе все эти действия смутили бы обоих. — Это не смешно! — но Смеющийся Джек продолжал откровенно хохотать. Видимо, его моя реакция позабавила. Моё восклицание и смех черноволосого привлекли внимание парочки. Оторвавшись от губ рыжеволосой девушки, блондин перевёл в нашу сторону недовольный взгляд, как и его спутница. — Кто это ещё за уроды? — глухо спросил парень, нахмурив свои брови. На этот вопрос рыжая ничего не ответила, но на её губах с размазанной от поцелуев красной помадой появилась насмешливая улыбка. — Ты только посмотри на их рожи! — захихикала девушка, и этот смешок подловил светловолосый, расплывшись в улыбке и, прикрыв свои глаза, коснулся своим лбом лба подруги. — Ха-ха! Сбежали из цирка уродов. — Я с ними быстро разберусь. — Шепнул парень, нехотя отстраняясь от своей девушки и пошатываясь, направился в нашу сторону. — Эй! — следом за этим восклицанием послышался свист. — Вы чё тут расселись? Это моя территория, ясно? — я промолчала, даже не имея представления о том, что можно ответить этой фразе. А Смеющийся Джек продолжал улыбаться, словно специально провоцируя человека на дальнейшие оскорбления. — Чё смешного, а? Вали отсюда по-хорошему. И тёлку свою прихвати. — Я на такое обзывание недовольно прикусила нижнюю губу. Не узнал меня или из-за грима или же из-за того, что не обращал на меня внимания в школе. — Вы глухие, что ли? — резко схватив меня за руку, блондин неожиданно потянул меня на себя, отчего я вскрикнула. Но со своего места я только немного привстала. Руки Джека, которые образовывали кольцо вокруг моей талии, не выпустили из своих объятий. Улыбка на тёмных губах медленно стерлась с бледного лица. — Сука… Я же сказал, уходите с моей территории!
— Посиди здесь, Джей, — прошептал на ухо монохромный клоун, обжигая его своим горячим дыханием. — Никуда не уходи. Я скоро. — Как скажешь, Джек. — Послушно кивнула я головой, опустив взгляд на свои ноги. Я уже примерно знаю, что он задумал, и останавливать не собиралась. Зачем? После такого грубого обращения ко мне я должна заступиться? Глупо. Очень глупо. Синяки после хватки на запястье по-любому останутся и не хуже синяков от клоуна. — А вы какие-то грустные. — Отодвинув меня в сторону и встав со скамейки, Смеющийся Джек наигранно улыбнулся. — Не хотите конфетку? — вытащив из кармана штанов на подтяжках гроздь шоколадных конфет, черноволосый протянул свою когтистую руку в сторону парня. Его улыбка постепенно из дружелюбной превращалась в маньячный весёлый оскал. Тёмные брови нахмурились в переносице, а серые бездушные глаза смотрели прямо на человека, терпеливо ожидая его действий. Повисла минута молчания, которую нарушал только стук капель дождя по листьям деревьев. — Не нужны мне твои грязные конфеты. — Фыркнул светловолосый и оттолкнул от себя когтистую руку, отчего все конфеты рассыпались по земле. — Что стоишь и не собираешь их, урод? Становись на колени! — хохотнул блондин. — «Алле, хоп!», Клоун. Где твои фокусы, м? Давай, «Алле, ап!». — Но не получив каких-нибудь ответных действий, парень скривил губы. — Идём, детка. — Подойдя к своей девушке, мужчина приобнял её за талию и повёл в противоположную от нас сторону, а Джек даже не шелохнулся. С его губ стерлась улыбка, словно ластиком провели по уголкам губ так, чтобы весёлая улыбка сошла с лица. На секунду мне показалось, что ему впервые стало обидно. Но когтистые руки сжались в кулак, и только этот простой жест говорил о том, что маньяк очень сильно разозлился. — Никуда не уходи. — Повторил, вернее, прошипел сквозь плотно стиснутые острые зубы свои вышесказанные слова, после чего убийца неспешно направился за напившейся парочкой, явно придумав план по убийству. Оно должно быть красивым, как искусство. Оно не должно повторяться и должно быть запоминающимся. Я осталась одна. От скуки я собрала рассыпавшиеся конфеты с земли и спрятала их в карман. Раскрывать их фантики и класть сладость в рот я не хотела. Даже желания никакого не было. От одной такой мысли мой живот почему-то скрутило, словно меня вот-вот должно было вырвать. Слишком много есть шоколада - плохо, и я особо не верю, что сахар полезен для мозга. -… А как потом люди провожали этого Годзиллу восторженным взглядом! — услышала я голос, который постепенно приближался в мою сторону, и я повернула туда свою голову. Это была семья из трёх человек: отец, мать и сын. Последнему, на вид, от девяти до десяти лет. И уже по слову «Годзилла» я понимала, что они пошли смотреть этот фильм в кинотеатре, который уже как несколько дней идёт в кино. Хах! Я своих родителей уговорила пойти на него сразу на второй день после его выхода, и у меня тоже после него остались хорошие впечатления. Ох… Сколько бы я отдала за то, чтобы вновь сидеть перед любимым телевизором и переключать по нему свои любимые каналы. Или же сидела перед ноутбуком марки «HP» и играла в свои любимые видеоигры. У меня столько было планов на будущее: я хотела поступить на рекламного агента или дизайнера, после пойти на работу, купить дом, помочь маме накопить деньги на операцию по устранению грыжи позвоночника, обзавестись семьёй (Если же это могло бы когда-нибудь случиться)… И тут, где-то под конец школы, всё обрывается. И всю вину я кидаю на Смеющегося Джека. — Мама! Мама! — дёрнув ткань юбки своей мамы, мальчик попытался привлечь её внимание к себе. — Смотри: Клоун! — его правая рука потянулась в перёд, а указательный палец указывал прямо на меня. — Можно я к ней подойду? Можно? Можно?.. — ребёнок пару раз подпрыгнул на своём месте, на что женщина вздохнула. — Ладно. Иди. Только быстро. — Её сын довольно улыбнулся и быстрым шагом направился в мою сторону, а его родители, проводив своё чадо взглядом, сели на другую скамейку и стали о чём-то разговаривать. — Привет, Клоун! — теперь ребёнок стоял рядом со мной на очень близком расстоянии, а его руки нервно теребили краешек курточки. — Привет, — я натянула на своё лицо дружелюбную улыбку. А мальчик ведь такой миленький! — Ты хочешь со мной поговорить? — брюнет кивнул головой. Издав короткий смешок, я похлопала рядом собой на скамейке, приглашая мальчика сесть ко мне поближе. От этого щедрого предложения мой собеседник не собирался отказаться, так что он сел как можно ближе ко мне. И наступила минута молчания. Я не знала как завести разговор, а ребёнок и подавно. И всё же, через некоторое время, в мою голову пришла одна мысль: — Будешь конфеты? — засунув свою руку в карман на штанах, я вытащила оттуда небольшую гроздь шоколадных конфет в разных разноцветных обёртках и поднесла их как можно ближе к лицу ребёнка, в чьих глаза засияли огоньки. Что ж, сочту этот блеск в глаза за ответ «да». — Хех, держи. — Я пересыпала конфеты на ладошки мальчика, отчего его улыбка стала шире. — Спасибо, Клоун! — и вновь молчание. Пока ребёнок издавал довольные и, в то же время тихие звуки от поедания сладостей, я устремила свой взгляд вверх, на тёмное небо. На нём я не видела ни звёзд, ни луны. Только тучи от сегодняшнего дождя. Они не были серыми или тёмными. Скорее, их оттенок напоминал коричневый цвет. — Почему ты грустный, Клоун? - неожиданно спросил мой новый, но временный друг, пряча остатки конфет к себе в карман, а фантики выкинул в ближайшую урну. — Я не грустный Клоун. — Ответила я, слабо улыбнувшись. — Я просто устал. — А… А я впервые вижу девочку-клоуна. — Заявил мальчик. — В цирке ведь только дяди выступают. Ты не знаешь, почему? — Нет. — Хотя в моей голове тоже появился этот вопрос, над которым я никогда не задумываюсь: почему клоуны мужского пола выступают чаще, чем клоунессы? Может, девушка не может также хорошо шутить, как парень? Или не может так хорошо выступить в роли клоуна, как парень? Возможно, да. Они куда более открытые даже при незнакомых людях, в отличие от скромных девушек, на мой взгляд. К тому же весёлых ребят публика принимает куда лучше, с распростёртыми объятиями. Даже многие девушки влюбляются в таких парней, так как с ними скучно не будет даже в семье. — И всё же ты грустная. — Голос моего собеседника прозвучал тихо и без привычной звонкости. — А клоуны должны улыбаться. — Я, скривив губы, согласно кивнула головой. Да~… Клоуны должны улыбаться. Джилл улыбалась, Джек улыбался. Почему я не улыбаюсь? Мне нечему улыбаться. — Улыбнись, Клоун. — Проскулило чадо, смотря на меня грустными глазками. И я улыбнулась как можно искреннее. Улыбнулась, скорее всего, от его выражения лица, нежели от его просьбы или желания. Это личико такое круглое, пухлые щёчки с еле заметным румянцем. Плюс эти большие глаза, в которых отображается блеск… И от моей улыбки на его лице тоже появилась дружелюбная улыбка.
— Кен, домой! — позвал громкий мужской голос, и в эту секунду со скамейки поднялись родители Кена. — Сейчас! — мальчик, кинув быстрый взгляд на своего папу и маму, вновь посмотрел на меня. — Не грусти, Клоун! — раздвинув руки в стороны, ребёнок обнял меня очень крепко. В эту секунду я замерла, удивлённо расширив глаза и изумлённо раскрыв свой рот. Меня обнимают. Впервые в жизни меня просят, чтобы я не грустила. Я не знала, что делать в эту минуту, разве что только подняла руки вверх в полусогнутых локтях. Только появилась мысль ответить взаимностью, как мальчик быстро отпустил меня, крикнув напоследок: «Пока!» и убежал к родителям. «Кен, — я блаженно выдохнула воздух и опрокинула голову назад, вновь устремив свои глаза к небу. — Я попытаюсь не грустить. Но я ничего не обещаю. Прости.»
Продолжение следует…