вернулась.
С моей последней поездки к бабушке прошло целых два года.
За столь долгий промежуток времени, случилось:
1) Я сдала программу 10-11 классов, и сразу после 9 ушла учиться. Поступила в Московский институт имени Н.И.Пирогова. Прям как бабушка.
2) После двух лет учения в институте нас отправили на практику, в Казань.
Радости моей не было предела, ведь это давало возможность провести время с бабушкой.
И на данный момент, я еду на поезде в Казань.
—————————
Пыльный перрон Казани встретил меня криками встречающих, слезами провожающих, и ссорами между молодыми парнями.
Сейчас меня не волновало ничего, кроме как встречи с моим родным человеком.
Нет, отношения с родителями к меня были нормальные.. но бабушка.. она мне заменяет абсолютно всех.
Родителей всегда тревожила только карьера. А я — просто сожитель в доме.
Конечно, бывали вечера, когда мы все собирались, кушали, смотрели фильмы вместе.
Но.. это все не то.
Посидеть с бабушкой, слепить вареников, подарить блинов — а потом быть полностью в муке.. намного лучше, чем эта искусственная «любовь».
Когда я дошла до дороги, я остановила рукой такси.
Закинув чемодан в багажник, я уселась на заднее сиденье.
Я назвала адрес, и мы сдвинулись с места.
Казань была не самым ярким городом.
Наоборот — одним, из самых серых.
Пейзаж за окном особо не менялся.
Сухие ветви деревьев, старые многоэтажки, хрущевки. Все это напоминало — реальность сурова.
Группировщики захватывают города.
Массовые протесты, которые не могут остановить власти.
С моим увлеченным взглядом в окно, я даже и не заметила, как такси со свистом притормозило у подъезда.
Заплатив пару копеек водителю, и забрав свой чемодан с багажника, я поднялась на второй этаж.
Такого странного чувства, как два года назад — не было.
Я со спокойной душой, и полной уверенностью, постучала в дверь.
— Софочка! — воскликнула женщина,и накинулась на меня с объятиями. — Ты чего не сказала что приедешь? Позвонила бы хоть.. я убралась бы..
— Та бабушка...все хорошо! К чему все эти переживания?
— Ладненько.. — протянула она. — идем на кухню.
— Пошли, чай попьем. И я побежала в больницу.
— В смысле? Тебе плохо?
— Да нет, бабуль. Я на практику.
— Все таки поступила? — на глазах бабушки показались слезы.
Бабуля знала, что я хотела быть как она.
— Да, — я улыбнулась.
Бабушка обняла меня.
—————————
Вчера только приехала в Казань, сегодня уже стою у проходной. Сумка на плече, в руках — направление на практику из института.
У ворот стояла женщина, в сером халатике и потертом беретике — вахтерша.
— Здравствуйте..скажите пожалуйста, как пройти в отдел кадров?
— А ты кто будешь?
— Меня направили на практику ,из института имени Н.И.Пирогова из Москвы.
— А-а.. студенточка. Иди прямо, второй корпус, третий этаж. Там Мария Егоровна сидит, оформляет всех.
Проходя через двор, я обратила внимание: всё немного облуплено, но живое. Курили у стены санитары, кто-то тащил каталку. Медсестра в голубом халате поправляла челку на ходу, материлась на кого-то через
плечо.
Пройдя по направлению названным вахтершей,я все таки нашла отдел.
В комнате с облезлой мебелью сидела женщина с короткой стрижкой и сигаретой в пепельнице.
— Фамилия? — спросила та,не поднимая головы.
— Шахова. Софья. Второй курс, Институт имени Пирогова, Москва. Направление с собой.
Мария Егоровна молча взяла бумагу, постучала ею об стол, потом взглянула на меня поверх очков.
— Москвичка, значит? Много у нас таких было. Скромная, небось?
— Я просто хочу работать, — ответила я уверенно.
— Посмотрим. В отделении хирургии сейчас практикантка нужна. Старшая медсестра - Ирина Павловна.
Найдёшь её — она тебя всему научит.
Только не строй из себя барышню с Арбата, ясно?
— Я не такая.
— Ну-ну. Там ещё одна девчонка с практики, Наташа. Вы, может, с ней сдружитесь.
В перевязочной я встретила её.
Худая, с выразительными скулами и прищуром, в халате с закатанными рукавами и уже в бахилах, она протирала инструменты и напевала что-то под нос.
— Новенькая? Сразу видно. Халат чистый, глаза круглые.
— Софа. Из Москвы.
— Наташа. Из Казани. Добро пожаловать в ад. Хочешь — покажу, где у нас туалет и где прячется чайник. Всё остальное — сама поймёшь.
— Буду благодарна.
— Не благодари раньше времени. Тут либо влюбляешься в это место, либо бежишь. Посмотрим, кто ты.
Слова Наташи меня не пугали.
Я знала, куда я иду.
Я знала, на что я согласилась, и я понимала, что мне предстоит пройти.
Ну что, на этом мой день в больнице закончился.
Встретимся завтра. Первая смена..
—————————
Наташа сунула лоток с инструментами в стерилизатор и махнула мне рукой.
— Пошли, покажу тебе, где халаты запасные, а то к обеду твой будет уже как у дворника.
— А у вас тут... всегда так шумно?
— Это ты ещё не видела, как ночью бабка с инсультом по отделению бегает. Или когда санитар Юра на третий этаж спать уходит — а мы тут, значит, одни. Весёлый дом. — Наташа посмеялась.
Мы свернули в узкий коридор. Запах — хлорка, йод, старые стены. Наташа открыла шкаф, вынула чистый халат, кинула мне.
— Держи. Запоминай: если что-то уронила — протри. Если кто-то орёт — не пугайся. Если врач матерится — не воспринимай на свой счёт.
— А если я сама захочу орать? — сказала я в шутку.
— Тогда ты своя. — девушка посмотрела на меня с улыбкой.
Мы вернулись в перевязочную, и почти сразу же влетела медсестра постарше, тяжело дыша, в очках.
— Наташа! Где ты ходишь? Больной с аппендиксом лежит в процедурной, хирург злой как чёрт! Ты обещала шприцы приготовить!
— Всё готово. Вот, заодно и практикантку вам привела.
Ирина Павловна посмотрела на меня так, будто я опоздала на неделю.
— Москва? Ладно, разберёмся. Только у нас тут не институт. Смотри, чтобы руки не дрожали и ноги не подкосились. А то в прошлый раз одна такая девочка прямо на капельницу упала. Бабка её потом всю смену проклинала.
Блин, да что они с этой Москвой? Ну училась, да. Но я в Казани родилась!
— Я справлюсь.
Ирина Павловна кивнула — сдержанно, но будто одобрила.
После смены, мы с Наташей остались постоять за углом.
На улице пахло пылью. Я и Наташа стояли у чёрного входа, пили чай из алюминиевых кружек. Медленно наступал вечер.
— У тебя, видно, рука тонкая. Шприц держала уверенно. Видать, не из балета пришла.
— У нас в общаге девчонка упала в обморок от вида крови. Я ее потом отпаивала валерьянкой. Так что я — не одна из них.
— Тут главное — не к людям липнуть сразу. Привыкаешь — потом тяжело отпускать. А они уходят. Быстро. Иногда молча.
— А ты давно тут?
— Почти год. Сначала на курсах была, потом сама напросилась остаться. Тут по-своему тихо... если не считать, что кругом шумят.
— Знаешь, я рада, что попала именно сюда. В Москве — как будто всё чужое. А тут — живое.
— Ну тогда держись. В Казани всё просто так не бывает. Тут, если судьба сводит, — значит, так и надо. — она улыбнулась.
