31
— Это всё, что я хотела услышать. Просто помните, что всегда есть границы, и нужно уважать не только свои чувства, но и чувства других людей. В любом случае, если возникнут ещё вопросы, я всегда здесь.
Мареся встала первой, чувствуя, как напряжение уходит. Она обернулась к Глебу, и они оба молча направились к двери. Когда они вышли из кабинета, воздух за стенами казался легче, но внутри обоих ещё оставались вопросы.
— Ты как?— спросил Глеб, когда они оказались на лестнице.
— Да всё нормально. Просто странно как-то. Они, правда, ничего не сказали прямо. Просто намекнули, что нас заметили.
Глеб посмотрел на неё с лёгким удивлением, а потом взглянул вниз, будто думая, что сказать.
— Ты не расстроилась?— спросил он тихо.
— Нет, просто не ожидала, что это будет таким важным для них. Но мы справимся. Всё будет нормально.
Они шли молча, но в этот момент каждый из них чувствовал, как легко можно всё потерять, если не быть осторожными. С каждым шагом, с каждым взглядом вокруг, они оба понимали, что отношения, которые казались простыми и естественными, на самом деле были очень хрупкими.
Лагерь проснулся, как обычно, но с самого утра было ощущение чего-то необычного. Когда Мареся вышла из корпуса, она сразу поняла — день будет странным.
На линейке вожатые объявили, что сегодня — День наоборот.
— Всё, что вы знаете о распорядке, сегодня не работает!— с улыбкой объявил один из старших,— Вожатые становятся детьми, а дети вожатыми!
Толпа загудела, кто-то зааплодировал, а кто-то удивлённо переглядывался.
— Значит, теперь я могу приказывать Андрею? — вполголоса пошутила Мареся подруге. Та фыркнула.
— Хотела бы я на это посмотреть.
Но уже через десять минут мечта Мареси начала сбываться.
Маресю и ещё нескольких ребят назначили «старшими вожатыми». Им вручили свистки и блокноты, после чего отправили раздавать задания.
Она сразу нашла Андрея.
Он сидел на лавке, ел яблоко, абсолютно не переживая, что теперь он не вожатый, а просто «лагерник».
— Андрей,— строго сказала Мареся, пряча улыбку.
— Да, начальница?
— Ты назначен ответственным за зарядку.
— Боже,— простонал тот,— Дайте отдохнуть!
— Иди уже!
Он хмыкнул, встал и медленно потянулся.
— Ну ладно. Только если ты будешь рядом.
Мареся закатила глаза, но всё же осталась, наблюдая, как Андрей неуклюже командует разминкой. Было странно видеть его в роли «лагерника».
После завтрака началась главная часть дня — испытания для вожатых.
Они должны были пройти полосу препятствий, съесть «ужасный обед» и устроить концерт для детей.
— Ты будешь участвовать?— спросила подруга Мареси.
— Конечно,— кивнула она, с интересом глядя, как Андрей пытается пролезть под натянутыми верёвками, но постоянно задевает их плечами.
— Ты нарочно такая сложная? — проворчал он, когда в очередной раз запутался.
— Ты просто слишком большой для этих испытаний.
— Спасибо, мне стало легче.
Но хуже всего для вожатых был концерт.
— Глеб, ты должен спеть,— с ухмылкой заявила Мареся.
— Чего?!
— Или станцевать. Выбирай.
Он тяжело вздохнул.
— Хорошо.