25
Мареся стояла молча, её взгляд был направлен в землю, но Глеб видел, как её губы немного дрожат. Он знал, что она переживает, что она ещё не готова ответить, но не мог уже больше скрывать то, что чувствовал.
Она подняла голову и посмотрела на него. В её глазах не было страха, только понимание и, возможно, лёгкое облегчение. Она сделала шаг вперёд, и её рука осторожно коснулась его.
— Глеб,— она произнесла его имя так, как будто это было главное слово в её жизни,— Я тоже хочу быть с тобой.
В её голосе не было сомнений. Он видел, как её глаза искрятся, как в них отражаются её чувства. Она была готова, так же как и он. И в этот момент всё, что они пережили, стало чем-то завершённым, что-то, что они могли назвать своим.
— Серьёзно?— его голос был тихим.
Мареся улыбнулась и кивнула.
— Да, Глеб, серьёзно. Я хочу быть с тобой, как с кем-то, кого я могу назвать своим.
Он почувствовал, как весь мир будто остановился. Он взял её за руку, и в этот момент между ними было что-то большее, чем просто слова. Это было обещание, обещание, которое они оба не могли не исполнить.
— Тогда, кажется, мы официально встречаемся,— сказал Глеб, улыбаясь.
Мареся улыбнулась, и её улыбка был такая лёгкая, такая искренняя. Они стояли друг перед другом, понимая, что это начало чего-то нового, чего-то значимого. И хотя мир вокруг них продолжал вертеться, для них этот момент был важным и единственным.
Лагерь уже просыпался: дети носились по дорожкам, вожатые переговаривались, солнце вставало из-за деревьев. Мареся быстро переоделась и выбежала на улицу, ведь снова заснула поздно, а проснуться не смогла.
После завтрака были обычные мероприятия. Мареся сидела на лавке у костровой площадки, лениво переплетая нитки браслета, когда услышала знакомый голос.
— Не скучно?— она подняла глаза - Глеб стоял рядом, чуть улыбаясь, но взгляд у него был серьёзный.
— Скучно.
— Тогда пошли.
— Куда?
Он не ответил, просто кивнул в сторону лесной тропинки.
Мареся огляделась – никто особо не обращал на них внимания. Она быстро убрала нитки в карман и встала. Они пошли по тропе, ведшей к заброшенной беседке.
— Как ты?— тихо спросил он, когда они остались одни.
— Нормально.
— Ты всегда так говоришь.
Она не нашла, что ответить. Глеб сел на перила беседки, глядя вдаль.
— Думаю, сегодня ночью ты опять не уснёшь,— заметил он,— Если хочешь, можешь прийти ко мне.
Она не сразу поняла смысл слов. Он сказал это так просто, без какого-то скрытого намёка, будто приглашал посидеть у костра.
— В смысле?
— В смысле, если не сможешь заснуть. Просто приходи.
Она кивнула, будто это было чем-то совершенно обычным, но внутри всё перевернулось.