11
— Например… — Глеб вдруг схватил Маресю за руку и потянул за собой. Она не успела возразить.
Они бежали сквозь тёмные дорожки лагеря, по лужам, которые разбрызгивались под ногами, мимо освещённых окон корпусов.
— Глеб! — выдохнула Мареся. — Куда?
— Сейчас увидишь.
Он свернул за угол, и вскоре они оказались на небольшой поляне позади лагеря. Здесь не было фонарей, только небо, затянутое облаками, и тусклые блики далёкой молнии. Глеб остановился, отпуская её руку.
— Вот, идеальное место.
— Для чего?
— Для того, чтобы просто быть.
Мареся посмотрела на него, пытаясь понять, серьёзно он или просто подшучивает. Но в этот момент он вдруг раскинул руки в стороны и запрокинул голову вверх, позволяя дождю стекать по лицу.
— Попробуй, — сказал он, не открывая глаз.
Она поколебалась, но потом всё же сделала шаг вперёд и закрыла глаза.
Когда Глеб снова оказался рядом, она даже не заметила.
— Знаешь, мне кажется, это один из тех моментов, которые не забудутся, — сказал он тихо.
Мареся повернула голову, встретившись с его взглядом.
И в этот момент за их спинами раздался голос:
— Ага, попались!
Они резко обернулись.
Вожатый Андрей, тот самый, с которым Мареся разговаривала за ужином, стоял под зонтом, скрестив руки.
— Что вы тут устроили? — он подошёл ближе и устремил взгляд на Глеба. — У тебя же планёрка! Тебя все ищут.
— Блять, я забыл… — пробормотал Глеб, почесав затылок.
— Бегом на планёрку, — строго сказал Андрей, указывая в сторону корпуса. — А ты, Мареся, в комнату сушиться.
Глеб ушёл, а дождь только усиливался.
Андрей подвёл Маресю под своим зонтом к корпусу.
— Всё, беги, меня мои дети ждут, — похлопал он её по плечу и свернул в другую сторону.
Она зашла в комнату. Пока никого не было, успела принять душ, переодеться в сухую одежду и повесить мокрые вещи сушиться.
Через некоторое время вернулся весь отряд. Кто-то промок до нитки, а кто-то успел остаться сухим.
На вечер всем выдали телефоны. Мареся лежала в кровати и писала брату, который давно переехал от них с мамой — он был старше её на десять лет.
Позже всех позвали на свечку. Никто не хотел туда идти, но выбора не было.
Наутро Мареся с трудом открыла глаза. Тело ломило, голова болела, а глотать было неприятно.
В холле её состояние заметила Дарина.
— Сходи на завтрак, а потом в медпункт, — сказала она.
Но аппетита не было совсем. Почти ничего не поев, Мареся вернулась в корпус вместе с отрядом.
Солнечный свет ярко заливал лагерь. От вчерашнего ливня не осталось и следа.
— Глеба нет, а мне надо вести отряд на занятия, — Дарина окинула взглядом вожатых. — Сейчас найду, кто тебя отведёт. Полежи пока.
Она вышла, оставив дверь открытой. У Мареси не было сил подняться и закрыть её.
Когда она уже почти задремала, дверь снова скрипнула, и в комнату зашёл Андрей.
— А вот не надо было вчера под дождём бегать! — улыбаясь, сказал он. — Давай, вставай.
Мареся через силу поднялась, и они вместе направились в медпункт.
Сегодня там был молодой врач. Он померил ей температуру, осмотрел горло, послушал дыхание и проверил давление.
— Простуда, — заключил он, положив приборы на стол, а затем повернулся к ней. — В комнате много людей?
— Она вообще одна, — ответил за неё Андрей.