Глава 19
Все это время Сэмми держал меня за запястье и не отпускал. Он решительно вел меня прочь из столовой сквозь пустые коридоры. В это мгновение я забыла про все: про ненавистные сережки Алана, свинский поступок Сары, усмехающееся отвратительное лицо Зака, их смех... С ним я забыла все неприятные мысли, что так тревожили меня, ощущая лишь смятение и лёгкое смущение.
Я видела перед собой немного сутулую спину с хаотично уложеными белокурыми волосами на голове, которая уверенно смотрела далеко вперёд. Он неспеша шёл в неизвестном направлении, делая большие редкие шаги, из-за которых мне приходилось бежать, чтобы хоть как-то поспевать за ним. Он крепко держал мою руку, не оставляя никакой возможности вырваться и снова ощутить желанную свободу.
Сэмми был в белой рубашке с закатанными по локти рукавами, выпущенной поверх чёрных джинс с увесистой цепочкой на правом боку, и потертых кедах. Его внешний вид был более сдержанным чем при нашей первой встрече, что не могло не порадовать мои уставшие от панковских образов глаза.
- Сэмми... - набравшись смелости, я тихо позвала его и вжала голову в плечи, когда он остановился и медленно обернулся, уделяя мне все своё внимание. Я потянула руку на себя и молча указала на захват на моём запястье, смотря на парня как затравленное животное. Сэмми отпустил мою руку, но продолжал смотреть на меня все теми же глазами. С минуту он оценивающе бегал своими холодными глазами по моему потрясенному лицу, а после заговорил.
- Ты способна на многое, Элизабет Джонс, но с умением заводить друзей полный напряг, - в голосе Сэмми не было красок злости, радости и даже иронии. Его голос был таким блеклым, что я не могла понять какие чувства им движут: смеётся ли он надо мной или упрекает, а может жалеет или все же злорадствует - я не могла этого понять. От наклонил голову набок, продолжая изучать мое настроение, пока я набиралась решительности, чтобы ответить ему без дрожи в голосе.
- С друзьями напряг, это правда, - я отвела взгляд и тяжело вздохнула. - Как-бы последнего не потерять...
Мне понадобилось полминуты, чтобы решиться вновь посмотреть ему в глаза. Сэмми молчал и не двигался, я знала это. Он снова изучал меня своими серыми глазами, выведовал все мои тайны, раскрывал самое потаенное и читал запретные страницы моего личного дневника, что хранил все секреты. Я вздрогнула. Сэмми смотрел на меня, как я и думала, даже его поза совсем не изменилась, но его лицо...
Он улыбался.
На тонких бледных губах парня родилась лёгкая юношеская улыбка, совсем незаметная и простая, но такая искренняя и настолько милая, что мне показалось его лицо даже немного симпатичным... Щеки запылали, а улыбка Сэмми от моего смущения стала ещё шире. Я смогла разглядеть его белоснежные правильной формы зубы, а его чуть прищуренные глаза впервые за все время нашего знакомства источали тепло. Моё сердце было готово вырваться из груди и отправиться в полёт высоко-высоко за облаками, покинуть тесные рамки и ощутить свободу на вкус.
Я забыла, как дышать, когда он медленно подошел ближе и легким незамысловатым движением вручил в руки мой же рюкзак. От такого неожиданного действия, я неосознанно пошатнулась, снова ощущая тяжесть всех моих учебников и его прикосновения. Он держал меня за плечи, опустив голову, и смотрел в глаза. Не будет лишним снова рассказать о моих бессовестно покрасневших щеках и сошедшем с ума сердце, от стука которого закладывало в ушах. Сэмми снова продемонстрировал мне что-то подобие улыбки и, убедившись в том, что я стою достаточно крепко на своих двоих, неспеша убрал свои руки и ушел вперед, не сказав ни слова. Не оглядываясь назад и несильно размахивая руками, он быстро пересек длинный коридор и скрылся в одном из кабинетов.
Мое состояние было сложно описать словами, но простояв как статуя еще пару минут, я быстро покинула место происшествия и быстро вернулась в класс, который по-прежнему пустовал. Я положила ладони на щеки и тихо чертыхнулась про себя, понимая, что я горю сейчас не хуже факела. Попытка все забыть и приготовиться к следующему уроку оказалась полным провалом - все буквально валилось с рук, которые продолжали дрожать после небогатого но красноречивого разговора с седым кошмаром всех учеников.
Не придумав ничего лучше, я решила продолжить диалог с Неизвестным, который так не вовремя прервали минутами ранее.
Я - Тебя устраивает наше общение? Тебе нравиться каждый раз щелкать меня по носу, наблюдая за каждым моим шагом? А я даже возразить тебе ничего не могу! Даже не знаю как к тебе обратиться! Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой, в то время, когда я даже имени твоего не знаю... Я ничего о тебе не знаю!
Друг - Элизабет мне больно видеть тебя такой подавленной. У тебя такая красивая и лучезарная улыбка, почему ты прячешь её под своей хмуростью? Ты можешь обращаться ко мне как пожелаешь, я приму любой твой выбор.
Аноним снова уходил от ответа и пытался меня успокоить, пока я окончательно на него не обиделась. Моя жизнь стала менее спокойной после его появления, но мне это даже немного нравится - я впервые почувствовала себя живой, впервые осознала себе цену и полюбила всю себя. Неизвестный перевернул мои школьные серые будни с ног на голову, он постепенно смог сломать высокую каменную стену и выпустить меня из плена собственных переживаний, но ему так и не удалось развеять тоску в моей душе. Его замкнутость и скрытность были его единственными недостатками, но такими большими, что порой этого оказывалось достаточно, чтобы убедить себя прекратить с ним общение.
Лёжа на своей кровати вечером после ужина я долго думала над нашими "отношениями". Аноним ещё не давал повода не доверять ему. Пусть он недоговаривает и утаивает от меня все, что мне интересно и умело переводит тему, чтобы не выдать себя, но он ни разу не обманул меня. Я могу часами держать его туманный образ в своей голове, но он так и останется неодушевлённым. Я почему-то больше не могу представить себе его улыбку и тёплые глаза, я словно потеряла тот драгоценный пазл, что нашла накануне.
Мне доставляло удовольствие читать его тёплые сообщения, осознавать его заботу и внимание, но скользкое и зябкое ощущение того, что с тобой играют не давало покоя.
Я - Расскажи мне о себе.
Друг - Что ты хочешь узнать?
Я - Все!
Друг - Элизабет ты удивляешь меня своим любопытством!
Я - Я жду!
Друг - Хорошо, хорошо! Элизабет интересны мои увлечения... Элизабет хочет знать все обо мне... Элизабет с нетерпением ждёт моих сообщений... Хм, Элизабет, я нравлюсь тебе?
Я с таким энтузиазмом, с такой жаждой к открытиям принялась читать его сообщение, что новый удар буквально сбил меня с ног. Я бросила телефон на кровать, наматывая новые круги по комнате, пиная плюшевую игрушку и представляя вместо неё небезызвестного Друга.
Я размахивала руками и бубнила себе под нос всевозможные ругательства, пока я вымещала всю злость на ни в чем не повинном голубом слоненке. Когда у меня, наконец, проснулась совесть к своей игрушке, я отряхнула её и поставила высоко на полку, чтобы с новым порывом злости и возмущения не запинать свой подарок на Рождество до дыр.
"Да, как он вообще смеет?"
Говорить такие глупости он мастер, но причём тут нравиться иди не нравиться? Меня совсем выбило из колеи его сообщение, он снова заставляет моё сердце подпрыгивать и биться об ребра словно мазохист. Даже желание дальше общаться с ним окончательно пропало, выслушивать его бредни совсем не хотелось.
"Он глупец. Именно. Глупец!" - Я кивнула головой, полностью соглашаясь со своими мыслями и с чувством того, что все разрешилось, и выпавшие детали вновь вернулись на свои места, заводя огромный механизм, принялась убирать комнату после небольшого погрома.
Стоило мне снова отвлечься и придти в норму, аноним снова напомнил о себе и с помощью чертовски раздражающего рингтона, вновь позвал меня, будто бы говоря: "Элизабет, это я!"
Друг - Судя по тому, что ты не отвечаешь в течение тридцати минут, я был прав. Элизабет, я же был прав?
Я - Ничего подобного! Я была занята! Это никак не связано с тобой!
Друг - Элизабет, ты можешь больше не скрывать своих чувств, я ведь делаю тоже самое...
Я - Какие чувства? О чем ты? Я тебя даже не знаю! Тебе не кажется, что это уже слишком? И прекрати нести чепуху! Это абсурд!
Друг - Сегодня ты на удивление эмоциональная, Элизабет. Так и будешь отрицать очевидное?
Я была готова задохнуться от возмущения. Щеки уже давно горели как фонарик от мощной батарейки. Я нервно забралась под одеяло, через чур эмоционально занимая удобное положение и пытаясь таким глупым образом спрятаться от того, кто способен найти меня везде. Он же смеётся надо мной! Но я знаю лишь одно: я не хочу принимать в этом участие!
Я - Мне пора!
Друг - Ты больше не хочешь узнать "все обо мне"? Я готов рассказать это своей девушке.
Я - Вот ей и расскажешь! Поговорим потом. Я, кажется, уже писала, что занята. Пока, Неизвестный!
Друг - Надеюсь на скорое продолжение нашего общения! Я уже скучаю, Элизабет! Целую, доброй ночи! Сладких снов, милая!
Мои глаза стали как никогда круглыми и до безобразия выразительными. Я застыла перед небольшим экраном сотового телефона, пытаясь разобраться в том, что итак ясно.
Он назвал меня милой.
Я быстро спрятала телефон под подушку, когда осознала, что улыбаюсь, уделяя трем словам особое внимание. Скучаю. Целую. Милая.
Накрыв бесстыжее красное лицо одеялом, я снова спрятала глупую улыбку, от которой уже начинали болеть скулы. Перевернувшись, потом накрыв голову подушкой, и снова поменяв положение тела на своей маленькой кроватке, я никак не могла улечься и уснуть.
Поперек, вдоль, ногами на подушке, вниз головой, калачиком, звездой, в позе эмбриона, на животе и даже на боку - я никак не могла уснуть. Я ворочалась и резко меняла позы для сна, пока окончательно не рухнула с когда-то любимой кроватки головой вперёд, набивая себе очаровательную шишку на лбу.
"Что б тебя клопы покусали!"