Благодарности.
Эта книга появилась на свет благодаря букве «ø». И букве «ӕ».
Я влюбилась в них с первого взгляда и просто не могла не выучить язык, к которому они принадлежали. Язык оказался норвежским, с его богатым наследием народных сказок о троллях, полярных медведях и умных юношах и девушках в поисках счастья. Я лишь надеюсь, что не оскорбила своих датских предков-кузнецов, избрав для изучения в колледже норвежский вместо датского.
По этому поводу я хотела бы поблагодарить моих учителей норвежского: профессора Сандру Штраубхаар, Генриетту Кристоферсон (тоже датчанку, говорящую по-норвежски) и Джастина Гэлоуэя. Я также хотела бы поблагодарить профессора Джорджа Тейта, который научил меня старонорвежскому и познакомил с такими изумительными персонажами, как Эгиль, Ньяль и настоящий Скарпхедин. Моя очарованность экзотическими буквами и завораживающими легендами Севера не только заводила меня в странные места, но и служила мне бесконечным источником радости. И я питаю самую глубокую любовь и уважение ко всем, кто вел меня на этом пути.
Большая благодарность также моему замечательному агенту Эми и моему дивному редактору Мелани за приведение рукописи в надлежащий вид и обуздание моей склонности вводить длинные бессмысленные описания людей, чешущих шерсть или чистящих яблоки. История эта происходила под внимательным взглядом моей писательской группы SLAG, кому я действительно обязана многим.
Моя сестра несколько расстроилась, что «Драконьи тапочки» посвящены не ей. Эта книга тоже посвящена не ей, поскольку совершенно особенная книга с ее именем на форзаце ждет публикации и я отказываюсь смягчать удар путем посвящения ей других книг, даже притом что она одновременно моя лучшая подруга и стилист. Мой муж, сын и остальные члены нашей безумной семейки также повлияли на написание этой книги, но им, как ни печально, она тоже не посвящена.
А посвящена она, и с большой любовью, моим дорогим любимым родителям. Пусть они закатывали глаза, когда я переключилась с театра на скандинавистику, но продолжали поддерживать меня (и оплачивать мое обучение!).
И знаете что? Скандинавистика в долгосрочной перспективе оказалась полезнее. Многие годы они мирились с моей страстью ко всему норвежскому, и эта книга, надеюсь, поможет мне, пусть в самой ничтожной степени, воздать должное тем, перед кем я в неоплатном долгу.