Глава 17
— Прикалываешься что ли? — возмутился парень.
— Нет, — фыркнула я.
— О нет, этому не бывать! Я против, ещё как против! — возмутился Давид. — Забыла, как он бросил тебя?! Оставил и уехал?
— Нет, не забыла, но в основном виноваты его родители. И я не собираюсь снова быть с ним.
— Ты сама то слышишь себя? Я этого Итана не то что в дом не пущу, я даже не дам заехать на парковку. Какого черта он вообще вернулся после стольких лет! — раскричался друг.
Давид с каждой секундой начинал злиться только сильнее.
— Давид... — умоляя позвала я его.
— Ни за что не поверю, что он не мог ничего сделать. Если бы любил, то готов был бы горы свернуть ради тебя, а он даже с родителями не мог поговорить! — в зелёных глазах друга пылал огонь.
Его густые брови встретились вместе:
— Забыла, что любовь к нему сделала с тобой?
— Давид, прошу.
— Нет, — он замотал головой.
— Да черт с тобой! Дай ей встретится с ним, он же не будет здесь ночевать. — крикнула подруга жестикулируя.
Давид выдохнул.
— Ладно, но я тебя предупредил. Один раз.
Я кивнула.
— Он через двадцать минут приедет.
Друг сжал челюсть.
— Картошку будете?
— Да.
— Отлично, — едко ответил он.
Когда подруга ушла, я подошла к парню, чтобы поговорить с ним наедине:
— Давид.
— Нора, прости, что я так резко. Но я ненавижу твоего Итана. Он мне не понравился уже сразу же после твоего рассказа о нем, — говорил друг нарезая картушку.
— Он не такой уж и плохой, — я облокотилась о кухонный остров.
— Иногда поражаюсь, как ты можешь любить всех этих идиотов, которые ради тебя не то, что с родителями поговорить не могут, даже штаны перед встречей погладить не могут!
— Давид!
— Молчу, но это правда так. Ты блин себя то видела? Как ты можешь считать привлекательными всех тех идиотов? — возмутился парень.
Я молча выслушивала его, потому что знала, его слова правда.
— Ох, Нора, — продолжил друг.
Давид вытер руки о полотенце и притянув меня к себе, обнял:
— Ты создана, чтобы ставить всех тех идиотов перед собой на колени. Но ты готова целовать им ноги лишь за то, что они сумели прийти вовремя на встречу, — друг вздохнул и погладил меня по волосам.
— Спасибо.
— Да не за что.
Мы отстранилась друг от друга и Давид вернулся к готовке.
— Минут пятнадцать и готово, так что доставай тарелки.
Я кивнула. И как только я потянулась за посудой в дверь постучали.
— А я надеялся, что смогу спокойно насладиться едой, но видимо не в этот раз, — буркнул Давид и скорчил гримасу.
Я с неловкой улыбкой глянула на него.
— Будь хорошим мальчиком, Давид.
— Только ради тебя, Нора. Только ради тебя, — тяжело выдохнув, парень выключил газ и начал наполнять тарелки.
Я тем временем подошла к двери и открыв её, увидела Итана. Увидев уже знакомые глаза сердце пропустило удар, всё тело вдруг начало чуть дрожать, то ли я так рада, то ли наоборот нервничаю.
— Привет, входи.
Я отошла, впуская парня внутрь. И как только он очутился в доме, то моментально загреб меня в крепкие объятия. Но от чего то эти объятия не были мне приятны. Да я в принципе не тактильный человек, только с близкими. Да, с Итаном мы когда-то были близки, но прямо сейчас мне было не совсем комфортно.
— Как ты?
— Более менее.
— Хорошо.
Увидев, что я в доме не одна, Итан тут же отстранился и заметив Давида, его взгляд вдруг сменился. Стал... злым, его брови напряглись, губы чуть подсжались. Давид встретил его таким же недовольным взглядом.
— Привет. — процедил тот.
— Рад видеть, — совсем неискренне ответил Итан.
— Это Давид, мой друг. — представила я их.
В кухню забежала Кира.
— О, все собрались. Привет, Итан, — девушка без волнения встретила гостя и приземлилась за стол. — Присаживайтесь.
Мы втроём заняли места и во всем доме повисла тяжёлая тишина, было слышно лишь пережёвывания пищи и стук приборов о тарелки.
— Вы давно знакомы? — внезапно спросил Давид и его голос рассёк, словно кинжал, тишину.
— Да. В школе познакомились.
— И почему перестали?
И тут я осознала, к чему ведёт Давид.
— Обстоятельства вынудили, — едко ответил Итан.
— И что, эти обстоятельства нельзя было решить? — насмешливо спросил друг.
— Нельзя, — тон Итана приобрёл жестокость.
— А может ты просто не хотел? — фальшиво заулыбался друг.
Найдя под столом ногу Давида я тихонько пнула его. Он почувствовал это и сморщил лицо, злобно глянув на меня, а я в ответ приказала ему замолчать одним лишь тяжёлым взглядом.
— Хотел, безумно хотел, но чтобы не навредить ни себе, ни Норе, пришлось принять.
Давид недовольно хмыкнул, прожигая взглядом Итана.
— Верим, — саркастично произнёс он, пережёвывая пищу.
Итан наклонился ко мне и прошептал:
— Я даже не думал, что твои друзья так сильно ненавидят меня.
Я сглотнула и неловко пожала плечами.
— Я тоже.
— Если уж говорите, то давайте вслух, — огрызнулся друг.
— Сказал, что не понимаю, за что вы так ненавидите меня.
— Эй, я вообще молчу и ем, — наконец послышался голос подруги, и она была права.
Все время, что мы сидим за столом она молчала.
— Ладно, я не понимаю, почему ты ненавидишь меня, Давид, — Итан напрямую обратился к парню.
— Потому что не ценишь девушку, что по-прежнему ценит тебя, даже после того, как ты уехал и оставил её. Даже не попытался узнать, как она. Ты мог бы воспользоваться телефоном друзей, чтобы написать ей. Ты мог бы найти миллион способов, чтобы связаться с ней, но ты этого не сделал. Потому что просто не хотел, но ты ведь не признаешься. Ни он, ни кто либо другой не цените её. Используете лишь для своих целей! — злость заполонила друга, он резко встал из-за стола и с ненавистью глянув на Итана, ушёл из дома, оставив нас втроём.
Никто... никто прежде не защищал так меня.
После ухода Давида никто из нас не проронил и слова. Минуты текли невероятно долго.
— Что же... — и голос подруги наконец нарушил эту, казалось, бесконечную тишину. — Успокоится и всё нормально будет, бывает.
— Понятно, — кивнул Итан.
Доев картошку, мы так и продолжили сидеть за столом.
— Я, пожалуй, пойду в спальню, не буду вам мешать, — Кира неловко улыбнулась и ушла.
Итан тяжело выдохнул и нервно потёр ладони.
— И...
— Давид хороший, просто переживает за меня, — резко ответила я.
— На самом деле я даже завидую тебе. У тебя хорошие друзья. Действительно дорожат тобой. Видимо, это моя карма. Сначала моя семья не принимала тебя, а теперь наоборот. И, кажется, я начинаю немного понимать, что ты тогда испытывала.
— М, да, — выдохнула я. — Но, давай о другом, не хочу вспоминать прошлое. Мне итак тяжело далось забыть обо всем.
— Да, конечно.
— Идём на задний двор.
Оказавшись на улице я сделала глубокий вдох и мои лёгкие наполнил холодный, ночной воздух. Мы сели на скамью и глянули на тёмный лес.
— Итан, ты действительно думаешь, что у нас что-то получится? Да и к тому же я с другим... точнее мы расстались, но... — я попыталась сказать всё как можно мягче.
— Что за парень? — он перебил меня.
— Познакомились в университете и после начали встречаться, но я своими страхами, паранойей всё испортила.
— Ты до сих пор любишь его?
Я посмотрела ему в глаза.
— Люблю, очень люблю. И я не буду этого скрывать, Итан. Мы с ним знакомы давно и нас связывает много общего, с ним мне хорошо. Но к тебе, Итан, я того же не испытываю, мы не виделись почти пять лет, а это много.
— Я понимаю и благодарен тебе за честность. Так и что тебе мешает быть с тем парнем? — его спокойная реакция меня удивила.
— Ну, мои страхи, я ведь сказала, но я работаю над ними, пытаюсь, потому что я не хочу быть в отношениях, пока не разберусь в себе, так что пока мы друзья.
— Желаю вам всего хорошего.
Итан погладил меня по щеке и отстранился.
— Будь счастлива и любима, ты этого заслуживаешь.
Я нежно улыбнулась.
— Спасибо, тогда друзья?
— Друзья, — кивнул парень. — Думаю, мне уже пора.
— Хорошо, увидимся.
Итан ушёл, а я осталась одна, думая о сказанном.
— Эй, дурочка влюблённая. — крикнула подруга выглядывая из окна.
— Кира! Ты подслушивала? — обернулась я и увидела подругу, стоящую на балконе.
— Фу, не хочу слышать ваши смазливые речи о любви, — она скорчила физиономию.
Я фыркнула.
— Я щас поднимусь и закидаю тебя подушками, — крикнула я поднимаясь на ноги.
Кира рассмеялась.
— Нора, будь счастлива и любима! — начала цитировать она Итана.
— Кира!
Подруга снова рассмеялась так громко, что было слышно, наверное, на всю улицу.