Глава 15.
Тебе кажется — АИГЕЛ
Над бескрайним полем высоко поднималось солнце. Полдень. Оно встало ровно посередине.
Лиза стояла в поле, которое было усеяно белыми увядшими лилиями. Эти цветы росли плотно друг к другу, не оставляя ни одной проплешины. На девушке было свадебное платье. Белая пышная юбка волочилась по земле, а длинные рукава из кружева закрывали её руки от палящего солнца.
Гурьянова озиралась по сторонам, ища кого-то. Вот наконец-то впереди она увидела Льва. Он стоял в чёрном классическом костюме с белой рубашкой и небольшой аккуратной бутоньеркой на пиджаке. Да, да, он именно стоял. Стоял на ногах. Он тоже заметил Лизу и стал идти к ней навстречу. Она улыбнулась, увидев его, и побежала вперёд, подбирая подол платья, который мешал этому.
Но вот парень исчез, испарился, пропал. Вот он есть, а вот его нет.
— Лёва! — зовёт она его.
Лиза повернула голову в правую сторону. Теперь Штейн стоит там. Они вновь начинают идти навстречу друг другу, но он снова исчезает.
— Лёва, ты где? — снова кричит Гурьянова во весь голос.
Она должна найти его, ведь они опаздывают на собственную свадьбу, блуждая по этому чёртову полю.
Над собой Лиза слышит громкий противный крик птиц. Подняв голову, она видит стаю стервятников, которая кружит прямо над ней. Однако старается не обращать на это внимание и продолжает звать своего жениха дальше:
— Лёва!
— Я здесь, — слышится в ответ.
Лиза испуганно озирается по сторонам. Поле пустое. Никого. Внезапно она чувствует чьи-то руки на своей талии, а затем её разворачивают назад. Это был Штейн, который только что исчезал и появлялся перед ней с помощью какой-то невиданной силы. Без слов Лев целует её. Делает он это жадно, ненасытно, так, будто хочет запомнить Гурьянову до последней капли. Крепко, даже с силой сжимает её талию, притягивая ближе. Девушка тянется руками к его шее, чтобы наконец-то обнять, однако он снова испаряется в воздухе. Стервятники продолжают кружить высоко в небе и громче кричать.
— Лёва! — Лиза в очередной раз не находит его глазами на поле и из-за этого зовёт.
Вдруг парень снова появляется. На этот раз где-то вдали, около края поля. Он идёт в противоположную сторону от девушки.
— Лизонька, я здесь, — она слышит его голос будто откуда-то сверху, хотя он сам далеко впереди неё.
Гурьянова, подбирая юбку, бежит к нему. Однако когда наконец добирается до него, то видит, как Лев садится в машину, стоящую на обочине дороги. Она замечает, что за рулём сидел Карасёв. Но откуда он тут взялся?
— Лёва, стой! — кричит девушка и бежит вперёд, ведь до трассы остаётся совсем немного, всего каких-то несколько метров.
Машина трогается с места и едет. Лиза спотыкается на обочине, падает на землю. Резкий удар челюстью непонятно обо что, и она чувствует во рту что-то очень странное. С трудом размыкает губы, и из полости рта на асфальт сыпятся её зубы. Тридцать два. Все белые. В ожидании волны крови Лиза протёрла рот белым кружевным рукавом, однако, взглянув на него, обнаружила, что он абсолютно чист. Да и на самих выпавших зубах не было ни единой алой капли. Девушка быстро поднимается на ноги и, игнорируя всё это, направляется вперёд.
Наконец она догоняет машину, которая припарковалась у ЗАГСа. Зайдя в здание, Гурьянова обратила внимание на стены, на которых росли те самые белые лилии с поля. Они и тут были увядшими, вялыми, безжизненными. Цветы словно забирали силы у неё.
В главном зале уже собрались все гости. Возле алтаря стоит Лев, однако рядом с ним никого. Справа Лиза видит Карасёва, сидящего на лошади. Кобыла была необычной: мало того, что она белоснежного цвета, так ещё и у этого причудливого животного три ноги. Сам Пётр одет в чёрный плащ и штаны такого же цвета. В одной руке он держит пистолет, а в другой — уздечку лошади. Штейн поворачивает голову и смотрит на пустое место, громко произносит:
— Да.
В этот момент Карасёв вытягивает руку с пистолетом вперёд, направляя его на Льва. Петя хладнокровно смотрит на Лизу и выстреливает. Штейн падает на пол от пули, полученной в спину. Затем он направляет оружие на девушку, которая пыталась кричать от того, что увядшие лилии своими стеблями начали душить её, однако получалось только хрипеть.
* * *
Гурьянова проснулась от нехватки воздуха. Она подняла голову и поняла, что лежала лицом в подушку, которая мешала дыханию. Резко вскочив с кровати, побежала в ванную.
— Лиз? — озадаченно проговорила Таня, приподнимая голову.
Кудрявая посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась, показывая зубы, которые были на месте. Она приблизилась и, тщательней вглядываясь в отражение, провела языком по ним. Да, действительно, все тридцать два зуба никуда не делись, а ведь сон был слишком реалистичен.
— Чё уже случилось? — спросила Морозова, подойдя сзади. Она облокотилась на дверной косяк и устало зевнула. Была только спросонья.
Лиза обернулась на подругу, облегчённо вздыхая.
— Ересь какая-то приснилась. Всё нормально уже.
— Ну и прекрасно, — снова зевнула Таня и ушла.
— Ты есть будешь? — прокричала ей брюнетка.
— Нет, не хочу. Я скоро пойду!
Лиза же повторно осмотрела свои зубы в зеркале, ещё раз убеждаясь, что они на месте.
Таня, как и обещала, вскоре покинула квартиру Гурьяновой.
Лиза начала скорее собираться, ведь получилось так, что встала гораздо позже, чем планировала, тем более время поджимало, и она должна была встретиться с Давидом.
* * *
Чёрная машина подъехала к месту назначения. Взглянув в окно, Лиза увидела группу людей, человек пятнадцать, одетых в тёмную одежду. Они стояли полукругом и ждали. Глядя на них, Гурьянова почувствовала, как холодок пробежал по телу, а ладони начали потеть.
— Юрич, благодарствую! — воскликнул Давид. — Пойдёмте! — он открыл дверь и вышел на улицу.
За ним — его приятель Григорий Юрьевич, а после — Лиза.
— Юрич! — послышался довольно приветливый тон.
Лысый крепкий мужчина раскинул руки, широко улыбаясь во все зубы.
— Кого это ты к нам привёз? — продолжал Слива. Затем его взгляд перемещается на Давида и мельком улавливает Лизу.
— Давид Султанович, сколько лет, сколько зим? — внезапно его тон меняется на более холодный и настороженный. — Какими судьбами? Экó быстро тебя с зоны вернули?
— Время быстро летит, когда тебе хорошо, Слива, — отвечает Давид. — Я смотрю, ты устроился тут. Каждый жопу тебе бегает подтирает! К хорошему быстро привыкаешь, правда?
На лице Сливы появилась кривая ухмылка.
— Чё ты хочешь?
— Хорошо, — вздохнул мужчина. — Кто решил, что ты всем тут командуешь?
— Султаныч, ты, видимо, забылся, что Гурьяна больше нет? Надо же кому-то дела было возглавить?
— Кандидат из тебя херовый! — подал голос Григорий, стоящий чуть позади.
— Юрич, ты б помалкивал! — выкрикнул Слива. — В крысу без меня дела воротить стал? — его взгляд снова устремляется на Давида. — О чём базар-то? Конкретику мне надо!
Давид усмехнулся, скрещивая руки на груди.
— Дочка Гурьяна, — он кивнул на Лизу, стоящую рядом, глаза которой испуганно бегали с одного бандита на другого. — И ей следует забрать то, что принадлежит ей по праву. Я ж знаю, что ты херню какую-то творишь. Все тобой недовольны, но оспорить почему-то не могут.
Лицо Сливы исказилось, будто его и его семью глубоко оскорбили, так, что это нельзя простить.
— Она чё, язык проглотила? Или как? — лысый в упор смотрит на девушку, ожидая ответа от неё.
Она опустила взгляд вниз, подбирая правильные слова, ведь ей никогда не приходилось бывать в подобных ситуациях, где каждая сказанная буква имеет свой вес и силу.
— Если Вы так не угодны людям, то следует уйти, пока это не привело к чему-то плохому.
— Это уже привело, — добавляет Григорий.
— И раз уж привело, — продолжает Лиза, — то, я думаю, мой отец не хотел бы передавать всё такому человеку.
— Зря уж спросил, — пробормотал он себе под нос. — Понятно всё. Мы в пояснениях бабы не нуждаемся!
— А ты за всех-то не решай! — вдруг воскликнул кто-то.
Слива гневно выдохнул. Видно, что его нервы были на пределе. Он резко повернулся к стоящим сзади него людям.
— А кто решать будет? Ты? Или, может, ты? Я здесь, блять, вас воспитывал! Я вас, сука, в люди вывел!
— Как тя Гурьян в люди вывел? Или забыл уже? — отчеканил Давид. — Подачки всё его забылись, а?
Слива обернулся на него.
— Чё ты, блять, херню какую-то предъявляешь, Давид? Ты где был всё это время? Где? На зоне чалился? А щас пришёл и тут права на что-то заявляешь?
— Может, люди сами разберутся, с кем хотят быть? — встрял Григорий.
— А ты, Юрич, не возникай! — ткнул в него пальцем Слива. — Решала мне тут нашёлся! Привели бабу какую-то непонятную и стоят права качают! Люди понимают, кто вы такие! — он снова кивнул на тех, кто стоял сзади.
— Не «баба», а Елизавета Васильевна. Персонально для тебя!
— А может, они понимают, что ты их обчитываешь или как к ментам притёрся, чтоб в случае чего тебя не трогали, а на них бы всё под чистую повесили? — продолжил Юрич.
Мужчины сзади начали выражать явное недовольство по поводу того, что узнали только что.
— За деяния свои и за «бабу» ответить хочешь? — спросил Давид, приподнимая бровь. Он потянулся к заднему карману штанов, доставая оттуда пистолет, который направил на неугодного всем мужчину.
Глаза Лизы широко раскрылись при виде такой картины, и она еле слышно ахнула.
— Сам пойдёшь на хер или мы проводим? — проговорил Юрич, сверля его взглядом.
Ничего не дожидаясь, какой-то мужчина вдруг сзади набросился на Сливу. Давид и Григорий переглянулись.
— Разойдитесь! — рявкнул Давид.
Раздался выстрел. Напавший на Сливу бандит стоял над его бездыханным телом с пулей в груди.
* * *
Комментарии и звёздочки — лучшая мотивация для писателя🫶
Тгк: https://t.me/lizamelina08
Очень жду вас там🫶