Глава 15 | Без слов
Т/и тяжело выдохнула, делая глоток воды. Голос у неё почти не дрожал, но внутри всё сжималось сильнее, чем за последние четыре года. Ваня молчал. Он сидел напротив, глядя на сестру, будто пытался переварить услышанное, понять, как вообще всё это могло остаться за кадром. Он уже собирался что-то сказать, но Т/и вдруг отвела взгляд и слабо улыбнулась.
– Прости... я на минуту, – пробормотала она и встала из-за стола.
Ваня молча кивнул.
Она быстрым шагом направилась к уборной, стараясь не встречаться взглядом ни с кем, хотя чувствовала — кто-то смотрит. Не кто-то. Он. Данила.
В закрытом пространстве туалета было тихо. Слишком тихо. Она уставилась в зеркало. Слёзы стояли на глазах, но не текли. Просто давили изнутри. Она провела руками по лицу, сделала пару глубоких вдохов и попыталась вернуть себе хотя бы внешний контроль. Хотя бы видимость, что всё под контролем.
Когда она вышла из уборной, в коридоре у стены стоял Данила.
Он поднял глаза сразу, как только дверь открылась. Никакой попытки скрыться, никаких случайностей — он ждал. Ждал именно её.
Т/и застыла на секунду. Всё вокруг будто потускнело. Только он. И её бешено стучащее сердце.
– Нам нужно поговорить, – сказал он тихо.
Т/и словно окаменела. Всё внутри сжалось, ладони вспотели, а дыхание стало неровным. Она не ответила сразу. Просто смотрела на него. Такой знакомый и в то же время чужой.
– Только пару минут, – добавил Данила, глядя ей в глаза. – Пожалуйста.
Тишина. Она кивнула.
Он кивнул в сторону выхода, предлагая выйти из ресторана. Т/и ещё раз оглянулась — за их столиком сидел Ваня, что-то рассказывал Лизе, они их не заметили. И всё-таки она пошла за Данилой.
На улице был прохладный вечер. Воздух обжигал кожу, но ей это даже нравилось — хоть что-то реальное среди этого тумана.
Они отошли чуть в сторону от входа, ближе к парковке. Молчали. Сначала он. Потом и она. Словно никто не знал, с чего начать.
– Хорошо выглядишь... – произнёс он тихо, не зная, с чего начать.
Т/и закатила глаза, губы скривились в сухой полуулыбке.
– Ты ведь меня позвал не чтобы сказать это.
Он чуть поёжился от её тона, а Т/и скрестила руки на груди, будто закрываясь.
– Я не знал... – начал он, но потом запнулся. – Я не знал, что у тебя... ребёнок.
– Дочка, – резко поправила она. – Её зовут Лиза.
Данила кивнул, взгляд стал потерянным.
– Она... твоя?
– А ты как думаешь? – холодно ответила Т/и, не отводя глаз. – Считанные недели прошли после того, как ты... исчез.
Он закрыл глаза на секунду, будто хотел выдохнуть всю вину и боль сразу.
– Я не мог. Тогда. У меня... мама умерла, – прошептал он. – Это случилось внезапно. Я не справился. Всё развалилось. Мне казалось, что я задыхаюсь. И я просто... уехал.
Т/и молчала. Где-то глубоко внутри защемило — слишком знакомо. Потеря. Паника. Побег. Она поняла. Но понимание не значило прощение.
– Я тогда ждала тебя, Данила. Каждый день. Думала, может заболел, может что-то случилось. А потом узнала, что беременна. И ты даже не знал об этом... потому что тебя не было. Потому что ты просто... исчез. Я думала ты умер...
Он отвёл взгляд, будто не мог выдержать её взгляда. Губы дрогнули.
– Мне жаль.
– Поздно, – прошептала она. – Должно было быть жаль тогда. Когда я спала ночами с телефоном в руке, надеясь, что ты позвонишь. Когда врачи спрашивали, кто отец, а я не знала, что ответить. Когда я впервые держала Лизу на руках — одна. Всё это время... я была одна.
– Я не знал, – прошептал он снова, почти бессильно.
– А теперь знаешь, – её голос дрожал. – Вот только зачем?
Он поднял глаза — полные боли, вины и чего-то ещё, непонятного. Сожаления? Нежности? Надежды?
– Я не пришёл с претензиями. Я просто... хотел понять. Хотел... тебя увидеть. Услышать. Всё это время я жил, будто часть меня осталась там, с тобой. Я не забыл. Ни дня. Но я не мог вернуться, мне казалось что обратно пути нет. Я боялся что ты меня не приймешь обратно, боялся что уже поздно...
Т/и сглотнула, чувствуя, как сжимается горло. Но она не позволила слезам упасть.
– И не ошибся, уже реально поздно. Я научилась жить без тебя.
Молчание. Напряжённое. Глухое.
И вдруг голос из-за угла — Ваня окликнул Т/и, зовя её обратно. Она кивнула Даниле.
– Мне пора.
Развернулась. Сделала шаг. И только тогда позволила себе вздох — тяжёлый, полный всего.
А Данила остался стоять там, глядя ей вслед, будто только сейчас по-настоящему осознал, что потерял.