16
— Чем же я так согрешила, что сам Дьявол решил почтить меня своим присутствием? — сощурилась Соëн, когда я вошёл в её кабинет, в котором стояла завеса табачного дыма. Собралась рожать ребёнка, а от своей пагубной привычки так и не смогла избавиться… Надеялась, что её пронесёт, и малыш родится здоровым?
— Может, сама признаешься и не будешь доводить до ещё большего греха? — спросил я, поведя бровью.
Я мельком видел её на корпоративе, но теперь, когда смотрел на эту львицу, которую когда-то считал милой и искренней девушкой, я презирал всё, что связывало нас с ней. Впрочем, ничего уже не поделать, что было, то прошло…
— В чём я должна каяться перед тобой? — фыркнула Соëн и брезгливо поморщилась, однако её губы чуть покривились, выдавая страх.
— Тебе следует заканчивать со своим маскарадом. Чего ты хотела добиться, отправив бедную девочку ко мне?
Я не желал ходить вокруг да около, потому что находиться в компании этой женщины было противно. Она могла стать моей женой, у нас могли родиться дети. Как же хорошо, что этого не произошло.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Дьявол! — взвизгнула Соëн.
— Правда? Ну тогда перейдём к сути… Сотню раз подумай, прежде чем решишься на оплодотворение, потому что предъявлять потом ребёнка и требовать алименты придётся курьеру, который доставил Головину моё семя.
Я хищно улыбнулся, впитывая ужас осознания, плещущийся во взгляде моей бывшей. Соëн растерялась, она стала метаться взглядом по своему кабинету… Только Богу одному известно, что именно она пыталась найти.
— Ты ведь не думала, что я дурак, Соëн? Или именно за такого ты и принимала меня? Тогда мне очень жаль тебя… Я тебя предупредил, дальше тебе решать, хочешь ты этого ребёнка или нет…
Я развернулся, чтобы уйти, но Соëн выскочила из-за стола и схватила меня за рукав пиджака, вынуждая посмотреть на неё.
— И что ты будешь делать теперь? Отнимешь всё, как отнял у своего отца? Для тебя ведь нет ничего святого!
— А для тебя есть? — я одернул руку, с отвращением глядя на женщину. — Ты разыграла спектакль, чтобы посадить меня, чтобы никто не помешал тебе и моему отцу сыграть влюблённых.
— Я любила его! — заверещала Даша.
— О… Правда… Именно по этой причине ты сбежала от него сразу же, как только узнала, что он остался без ничего?
Соëн замолкла, а я вспомнил тот день, когда отец пришёл домой. Побитый, словно пёс, он проклинал меня и говорил, что однажды я отвечу за свои поступки. Вот только я не сделал ничего дурного — просто раскрыл правду о беспределе, который вытворял отец в своём ресторане, и открыл свой. Ресторан, который быстро собрал постоянных посетителей и перерос в огромную сеть. Ресторан, где все сотрудники должны были стать семьёй… Я хотел, чтобы так было, чтобы никто не чувствовал себя ущемлённым и радовался работать на меня, пусть меня и звали Дьяволом.
— Ты не забыла, милая, что подпаивала своего любимого какими-то препаратами, чтобы, когда он женится на тебе и перепишет тебе своё имущество, усилить дозировку и стать вдовой?
Соëн побледнела, а я победоносно улыбнулся.
О том, что она травила отца, мы узнали, когда мать увезла его в больницу по скорой. Она винила меня в том, что отцу стало плохо, но после полного обследования врачи сообщили, что причина ухудшения его состояния — повышенный уровень какой-то гадости в его крови. Отец не желал топить Соëн, согласился умять всё и просто жить дальше. Даже тут проявил слабину перед бабой, которая чуть было не угробила его, зато всем сердцем продолжал ненавидеть меня. Родного сына, у которого увёл невесту.
— Ты ничего не сможешь доказать! — прошипела Соëн, как самая настоящая змея.
— Просто я не собирался этого делать. Живи как хочешь… Если отец простил тебя — это его дело, но ещё раз посмеешь перейти мне дорогу, и я тебя закопаю.
— Ты даже не будешь придумывать наказание для меня? — с дрожью в голосе спросила Соëн, когда сообразила, что я ухожу.
Я видел её страх, чувствовал его кожей, и мне было мерзко смотреть на неё. Возомнила себя заговорщицей, а на деле осталась ни с чем…
— Ты сама себя наказала… Живёшь лишь мыслями о мести, придумала источник проблем для себя, но при этом даже не понимаешь, что главная проблема кроется в тебе. Ты во всём виновата! Только ты одна!
Я вышел, хлопая дверью и понимая, что она больше не посмеет приближаться ко мне, потому что понимает, что против меня ей не выстоять. Мне удалось поставить окончательную точку в своём прошлом, и теперь я хотел двигаться вперёд, вычеркнув из своей жизни Соëн… Лису… И чувства, которые связывали меня с обеими.