Глава 8
Вскоре один из них, тот, что ждал в джипе, возвращается к старой девятке, на которой меня сюда привезли, а эти двое садятся в машину.
- Прокатимся? - оборачивается тот, что Чимин.
Вжимаясь в спинку сидения, я дышу через раз.
Второй тоже разворачивается и проезжается по мне тяжелым взглядом. Интуитивно его я боюсь больше Чимина. Есть в его взгляде что-то маниакальное.
- И вот за этим мы ехали три сотни километров? И еще столько же назад?
- Видимо да, - проговаривает Чим, почесывая подбородок.
- Пусть хоть отсосет.
- Отсосешь, малыха?
Судорожно мотаю головой, не в состоянии выдавить ни слова.
- Ладно, поехали. Хрен знает, зачем она ему понадобилась. Если Лютый разрешит, значит и отсосет и... все остальное. Да, малыха?
Волосы на затылке встают дыбом, но чего греха таить, вдоль позвоночника проносится дрожь облегчения. Сразу убивать меня они не собираются.
- Кто он такой? Этот Лютый? - проговариваю, с трудом узнавая свой голос.
- Тот, кого ты из речки выловила. - отвечает Чимин беспечно.
- Хорош базарить с ней. - осекает его второй.
И он сразу слушается. Отворачивается от меня и принимается настраивать музыку в автомагнитоле.
Лютый.
Кличка такая? Наверное, сидел - столько наколок.
Уставившись в окно, мусолю одну мысль - зачем я ему нужна?
Единственная причина, которую сгенерировал мой мозг - я ненужный и опасный свидетель, который знает, что этот самый Лютый жив.
Ну, действительно, не за наградой же за спасение его жизни меня буквально выкрали из дома и везли в багажнике?
Я так понимаю, эти отморозки сами не в курсе, зачем именно везут меня к нему, поэтому заговорить с ними даже не пытаюсь.
Глядя в окно, бездумно смотрю на проплывающий мимо пейзаж.
По этой трассе я не ездила никогда, но, кажется, она ведет в сторону Пусана. Чем ближе мы к нему подъезжаем, тем загруженнее становится трасса и тревожнее на сердце.
Однако сам город мы обходим стороной. Сворачиваем на какую-то другую трассу и едем по ней еще около сотни километров.
Мужчины негромко переговариваются. Курят и часто упоминают Лютых и каких-то турков.
- Подлатали, через неделю уже на ногах будет, вот увидишь. Он больше воды нахлебался, когда от них уходил.
- Да, че я не знаю, что ли?
- Майкл труп.
- Всему свое время, - отзывается тот, что маньяк, - все красиво сделаем... Охуеет турок.
- Хм... сука... я уже предвкушаю! Чон ему печень вырежет!
Я просто слушаю. На страх не осталось ресурсов.
Слушаю и пытаюсь глазами все сканировать и запомнить, куда мы едем.
- Ты с кем жила? - неожиданно повернувшись ко мне, спрашивает Чимин. - Родственники есть?
- Н-нет.
- Одна, что ли?
- Одна.
Сощурив глаза, он недоверчиво всматривается в мое лицо, а затем, отвернувшись, снова закуривает.
Машина, тем временем, сворачивает с трассы на узкую дорогу, потом делает еще несколько поворотов и я тут же путаюсь.
Долго едет вдоль какой-то реки, переезжает по мосту на другую сторону, пересекает небольшое поселение и небольшую рощу и останавливается у высоких железных ворот.
Прижимаю колени к груди, пытаясь до невозможности сделать вдох и вытягиваю шею.
Чим вытаскивает рацию из бардачка и подносит ее ко рту.
- Торнадо, я Вихрь девятьсот три.
Ему что-то отвечают и через несколько мгновений ворота начинают отъезжать в сторону.
Джип вкатывается на территорию и останавливается у под странным, похожим на рамку, сооружением.
Подходят два охранника и начинают проверять машину.
Что это? Секретная база? Или что?
Тщательно осматривают и внутри, и снаружи, заглядывают даже под днище.
- Лютый должен был предупредить. - говорит маньяк, когда меня проверяют металлоискателем.
- Предупредил. - подтверждает охрана и разрешает проезд.
Пока едем дальше, я пытаюсь мысленно сфотографировать все, что вижу. Получается плохо, потому что я совершенно не понимаю того, что видят мои глаза.
Какие-то строения, ангары, гаражи. Много разной техники. Ипподром с конюшней и даже что-то напоминающее стадион.
- Что это за место? - вырывается у меня.
Однако отвечать мне никто не собирается, потому что джип останавливается еще у одних ворот, которые открываются сразу без каких-либо запросов.
Эта территория тоже похожа на базу, но выглядит более обжито.
Здесь тоже полно машин и очень много мужчин. Все они в одинаковой черной форме и все как один похожи на тех, кто меня привез сюда.
Я снова леденею от ужаса. Воображение подкидывает картинки, от которых волосы встают дыбом.
Вскоре машина останавливается около трехэтажного кирпичного дома. Чимин тут же выскакивает наружу и здоровается с кем-то за руку.
Второй, которого, как оказалось, зовут Намджуном, снова оборачивается ко мне. Не пряча ухмылки, протягивает руку и проводит по моей голени подушечкой большого пальца. Я снова в камень превращаюсь.
- Тут тебя залюбят, кроха. Будешь послушной - не пропадешь.
- Приехали. - говорит Чимин, распахивая дверь с моей стороны.
Не очень деликатно дергает за руку, и я неуклюже вываливаюсь ему прямо в руки.
- Воу - воу, полегче, малыха! - ржет, грубо тиская мои ягодицы.
Я начинаю стучать по нему кулаками, он отпускает и меня тут же подхватывают уже другие руки, которые смыкаются на моей груди.
- Кто это? - звучит над ухом мужской голос.
- Доставка для Лютого.
Их становится все больше, каждый норовит потрогать, ущипнуть, отпустить похабную шуточку.
- Свежее мясо? - повергает в шок чей-то очередной вопрос.
- Ага... свеженина.
- Если хорошо сосет, я себе забираю. - заявляет Нам громко.
- Да, щас! Общая будет, да, курочка? - недвусмысленно ударяются в ягодицы чьи-то бедра.
- Я ее привез!
- А я ее контролировал - восклицает Чим, театрально разведя руки в стороны. - Вместе ездили, вместе из-под кровати вытаскивали, значит и драть вместе будем!
Я на грани обморока, а толпа взрывается дружным хохотом. Лучше бы они меня сразу убили.
- Ладно, идем. - толкает в спину Леха.
Под общий свист и улюлюканье заводит меня в здание и разворачивает к ведущей наверх лестнице.
Спотыкаясь и отбивая пальцы, переставляю ноги, пока мы не оказываемся на втором этаже. Проходим несколько метров по тускло освещенному коридору и оказываемся у темной деревянной двери. Толкнув ее, он снова пихает меня в поясницу.
- Здесь будь.
Обхватив себя руками, останавливаюсь в центре небольшой комнаты.
- Жрать хочешь?
Отрицательно мотаю головой.
- Сортир тут, - показывает на узкую дощатую дверцу. - Выйдешь отсюда, пеняй на себя.