Глава 8
Когда на празднике в честь воскрешения дочери Магистр объявил о начале третьей фазы войны, которую он и Льюис с довольными улыбками назвали заключительными, Эдгар чуть не подавился перепелками. Оказалось его отец все это время был в курсе, что перемирие временное и более того, это не было следствием исчезновения Сары и того что никто на целом материке не имел ни малейшего понятия где она ,а самый настоящий план о котором его, Эдгара, не предупредили. И все бы ничего, он сам догадывался что будет третья фаза, так как Магистр продолжал подготовку новобранцев и за эти три года его личная армия окрепла, а личные отряды генералов которые находились под их крылом только росли. Но стоило признать, что каждый новый солдат, присягавший на верность, теперь избирался с десятикратными пробами. Также как нужно было помнить, что Магистр незаметно прибрал к рукам один из заводов с оружием, а точнее человека, владеющего им. Поэтому глупо было надеяться, что война не возобновиться и Эдгару не придётся вновь влезть в чёрный мундир. Однако, когда вернулась Сара он действительно ожидал что Магистр подарит ей долгожданный покой. Можно бесконечно говорить о том, что никто толком не знает где она была последние три года, что делала и как жила. И врятли кому-то кроме ее отца об этом известно, но кое что Эдгар для себя уяснил за тот месяц, что Сара провела не выходя из дома, а потом пришла во всей своей красе на праздник после которого некое количество людей получили письма о встрече следующим вечером и Эдгар был единственным из них кому об этом было известно заранее, так как на кануне Сара явилась к нему в дом в компании одной очень хорошо знакомой ему брауни и заявила о своих надеждах, что ее комната ещё не перекочевала в склад.
Аргументы были весьма весомыми. Сейчас нельзя было пользоваться рунами перемещения и, если кто-то их использовал это вызывало слишком много внимания. Поэтому Саре и вправду нужно было место, где она сможет работать и куда большинство смогут добраться без труда. И все же вместе с ней в дом пришло что-то ещё, давящее и манящее чувство, что паук плетёт свою паутину. Ее приход даже стены в доме заставил шептать. Слуги ходили напуганные, хотя она ни разу не обращалась к ним и врятли бы обратилась. Ребекка лишь недовольно провожала ее взглядом. Эдгару же было сложнее. Он физически ощущал ее присутствие, а каждый раз, когда видел, под его кожей начинал скрестись зверь, намереваясь вырваться. Озноб был наименьшим из крайностей, в которые бросалось его тело. Но нельзя было игнорировать кто поселился в комнате напротив или ту, кем она стала. А изменилось многое. И дело тут было вовсе не в том что ее волосы стали много длинен чем он помнил, взгляд туманней и движения медлительнее, даже не в шрамах или интонации с которой теперь она говорила, будто голос ее шёл из далека, но всегда звучал четко. Изменения, которые заставляли остатки сознания Эдгара содрогаться были эфемерны и едва ощутимы. Тени, что подрагивали, когда она проходила мимо. Свет в комнате утихал, когда она входила. Иногда ему казалось, что по дому гуляет едва ощутимый ветерок, что морозит кожу, но Эдгар знал ветра не было, а Сара была и была ее магия что изменилась.
Ещё в ночь ее возвращения он заметил это. Отчего и ожидал что все изменится. Думал, что Магистр наконец отдаст дочери борозды правления или на худой конец просто отдаст приказ уничтожить тех, кто виновен в ее лже-смерти. Но в ответ на все свои вопросы Эдгар получал лишь молчание и запрет на месть. Магистр предупредил его, что если он приблизится к королю, то станет следующим чья голова окажется на плахе. Это мало волновало Эдгара, но мужчина нашёл аргументы заставляющие его бездействовать. Когда же он сказал, что начнётся третья фаза войны Эдгар негодовал. Они и так почти достигли статических изменений, а третья фаза означала хаос. Им буквально предстояло погрузить материк в бои, устроить междоусобицы и все зачем? Какой аргумент? Процедура для каждого неволшебника лишающая его любых возможностей освоить магию и использовать ее. Магическое клеймо. И когда? После того как почти шестьдесят процентов инвентов согласились украсить себя браслетами, не пропускающими магию?
Это заставит страну встать на дыбы. Церковь может и промолчит, но вот корона встанет на сторону обычного народа, и министр заявит, что это противоречит гуманизму. Тогда армии Магистра придётся сражаться не только с военными, но и с наемниками короны, которые наверняка только и ждут возможности вспороть брюхо Саре, после того как она уничтожила малый дворец. А если их поддержит церковь? С наемниками креста, с тысячами обученных убийц тягаться будет ох как непросто. Эдгар видел в этом проигрыш, но здравый смысл ему подсказывал что Магистр бы никогда не стал так рисковать.
Кровь.
В нос ударил тошнотворный запах, и Эдгар резко затормозил.
Почему в его доме так омерзительно воняло? Здесь и так всегда витал запах роз и смерти, теперь еще и кровь.
Оглядевшись, Эдгар не заметил источника. Коридор выглядел, как и всегда. Ряд светлых дверей ведущих в спальни и охрана, слоняющаяся взад перед.
Подозвав одну из женщин в форме, Эдгар, поинтересовался как можно мягче в чем дело. Его и так побаивались, не стоило усугублять ситуацию.
- В комнате госпожи мёртвый волк, - смущенно пояснила женщина.
Эдгар удивился, но моментально взял себя в руки и спросил:
- И почему он там?
Ответом послужило неуверенное движение плеч.
- Разве вы не должны были как минимум предотвратить появление животного в доме, либо хотябы убрать труп если это сделали за вас?
- Так госпожа сама его и привела.
Эдгар совсем запутался.
- Ты хочешь сказать, что она привела волка и убила его в своей комнате?
- Нет, что вы, - замахала руками та. – Когда она его привела он уже был полумёртвый. Госпожа попросила ее не беспокоить, но двери в ее комнату открыты, и я увидела, что животное уже лежит недвижимым. Но уверена, что госпожа не убивала его.
Эдгар изогнул бровь и поблагодарив женщину направился выяснять в чем дело. Хорошо бы чтобы то, что он услышал оказалось правдой. Иначе мёртвый символ его семьи вполне можно было расценить как угрозу, тем более после их разговора на празднике. Пусть он и решил для себя что держаться подальше хорошая мысль развязывать вражду с Сарой было ни к чему. Ставить под угрозу мир и жизнь своей семьи тоже. Все чего он хотел, это чтобы девушка, которую он застал смотрящей на закатное солнце не толкнула его в пропасть. Поэтому предпочёл заковать монстра в цепи и не позволить своей любви вернуться. Однако как выяснилось без любви их общение превращается в перепалку спустя пару слов.
- Госпожа, - поклонился он, но Сара даже не обернулась.
Вонь становилась невыносимой. Мертвое животное просто не могло так смердеть в первые часы после смерти. Однако, когда Эдгар подошёл к туши волка запах стал лишь сильнее. Животное не двигалось, хотя внешне выглядело абсолютно невредимым. Не было ни следов крови, ни отметин болезни. Только стеклянные глаза распахнуты и светятся янтарём.
- Он умер из-за сгустков магии в крови, - раздался голос Сары, и Эдгар взглянул на неё, но она продолжала смотреть в окно. – Если все ещё думаешь, что его убила я, посмотри на пасть.
И вправду. Он сразу не заметил ртутных подтеков на его губах.
- Я не думал, что ты убила его, - сказал Эдгар.
- Я слышала, что ты сказал своей охраннице, Эдгар. Не лги хотя бы мне. Я ведь знаю тебя.
- И мои мысли? - фыркнул парень.
Сара обернулась и устремила на него свой туманный взгляд, от которого побежали мурашки по спине.
- Я уберу волка, - произнесла она, подходя к животному.
Встала возле него на колени.
Провела рукой по серой шерсти.
Сложно было понять, о чем сейчас думала Сара, но Эдгару почему-то она напомнила потерянного ребёнка.
- Зачем ты вообще его сюда привела? – решил утолить любопытство Эдгар.
Когда девушка оторвала взгляд от серой шерсти и впилась в его лицо, он уже немного жалел. Внезапно ему показалось что это не его дело.
- Я хотела помочь. Ты же обзавёлся клетками с волками, а он, пришёл сюда издалека задыхаясь от слизи и надеясь найти спасение. Вчера ночью я его не нашла хоть и слышала вой, а сегодня твоя охрана хотела его пристрелить. Вот я и подумала, что смогу помочь, но он умер.
Она вновь опустила взгляд. Ее пальцы продолжали вычерчивать круги на жесткой шерсти.
Как ее не тошнило от зловония?
- Разве это не убило бы тебя?
- Но тебя же не убило.
Эдгара охватил озноб.
- Думал я не узнаю, что ты сделал, спасая меня от смерти? - он видел, что она улыбалась. – Мой тебе совет Морэнтэ, который я повторяю уже не в первый раз. Не доверяй моему отцу. Он ткнул твоими ошибками мне в лицо, как только представилась такая возможность.
Эдгар ничего не ответил. Пока тишина разливалась по комнате он смотрел как девушка, которую он когда-то любил до беспамятства, как молоко растекалась по полу рядом с трупом волка. Белые распущенные волосы плясали по плечам, смешивались с бахромой на ее кимоно. Он видел ее перебинтованные запястья и внезапно словил себя на мысли что переживает о проступившей на бинтах крови.
- Ты знал, что отец убил ящеров пока меня не было? – внезапно спросила Сара, поднимаясь с пола и Эдгар почти отшатнулся, когда она, переступив мертвого волка подошла к нему заглядывая в глаза. – Он заставил их загрызть друг друга до смерти.
Эдгар поморщился, представляя это. Ящеры всегда пугали его и он находил их омерзительными в их железных панцирях, но также помнил что Сара любила их. Считала своими питомцами. Скучала. Боялась такой участи для них.
- Я не знал, - честно признался Эдгар. – Мне жаль, - подумав добавил он.
- Я же просила не лгать, - она прижала руку к сердцу словно мучаясь от боли, но в ее глазах плясали огни.
- Привычка.
Сара улыбнулась и сделала шаг вперёд. Теперь она стояла так близко, что Эдгар ощущал ее дыхание. Чувствовал, как она пахнет его прошлым.
Под кожей вновь начали скрестись, и он нахмурился.
- Что же ты наделал Морэнтэ, - прошептала она.
- Спасся, - одними губами ответил он.
- Ты поймёшь, что это ложь прежде, чем все закончится.
- Эта война закончится нашей смертью.
Сара поджала губы.
- Разве я не доказала, что смерть — это не конец? – спросила она.
Эдгар ничего не ответил просто продолжал смотреть ей в глаза и бороться с болью под кожей, в мозгу, сердце.
Между ними протекали бескрайние океаны лжи. Его бесчувственность. Предательство. Ее тайны раскрытые и те, что она навсегда похоронила в себе и никогда не выпустит наружу. Ее уход. Уверенность что Эдгар сделает все что угодно чтобы добиться желаемого. И уверенность Эдгара в том, что она лжёт.
Их переглядки прервала Дорина, внезапно вошедшая в комнату. Эдгар ещё не привык что брауни теперь всегда неподалеку.
Увидя их она растеряно замерла, так и не закончив что-то говорить о полотенцах, а потом хотела было попятиться назад, но Сара жестом заставила ее остаться.
- Увидимся в твоём кабинете Эдгар, - сказала Сара, обходя его и указывая на дверь.
- Конечно госпожа.
И он ушёл, ловя на себе задумчивые взгляды брауни и сгорая под давлением изумрудов, которые мерещились ему все эти годы, а теперь стали реальностью.
Когда он вышел в сад и ушёл достаточно далеко от дома, то демоны его души утихли. Поддались ему или просто услышали мольбы.
На улице было холодно, но этот холод не пробирал Эдгара до костей и не снимал боль в них, а так хотелось, чтобы это случилось. Облака пара, вылетавшие из его рта, вторили пару, исходящему от воды.
Он сел на ближайшую скамейку и спрятал лицо в ладони тяжело дыша. Хотелось, чтобы борьба наконец закончилась, но видимо это было только началом.
Как только тьма окутала природу вокруг и зажглись фонари, Эдгар, уже чувствуя себя заметно лучше вернулся обратно в дом. Несмотря на продроглость, единственное, о чем он думал это собрание, которое затеяла Сара и что это означало для него лично.
В коридоре он столкнулся с Ребеккой. Та, одетая в платье цвета ночного неба уже шла к библиотеке. Ее взгляд скользнул по его лицу, и она улыбнулась. Взяла его под руку и ничего не говоря пошла рядом.
Уже подходя к двери, Ребекка остановилась и посмотрев ему в глаза произнесла:
- Не дай ей уничтожить нас.
Эдгар ничего не ответил и распахнул дверь.
В комнате осталось все, как и было прежде, за что он не мог мысленно не поблагодарить ее. В душе он опасался, что Сара начнёт устанавливать свои правила, но похоже ей и вправду нужно было лишь помещение. Однако людей здесь было больше, чем он привык видеть, а на столе напротив каждого стула лежали папки. Сары ещё не было, но был Джей, что сразу заулыбался, завидя Эдгара, Леони, что поджала губы и отошла к окну, Жан, сидящий за столом и рассматривавший папку, Давид с его вечно посмеивающимся взглядом и Льюис, который поспешил вперед поздороваться с сыном.
Эдгар моментально выступил, чуть вперёд прикрывая жену. Чувствовал, как Ребекка сжала его предплечье. В ее взгляде мешался страх и ледяной гнев. Весь вчерашний праздник она старалась держаться от Льюиса как можно дальше, да, собственно, как и все эти три года. Эдгар догадывался что она боялась и ненавидела его отца, и никакие заверения о том, что с ней все будет хорошо ее не убеждали. Возможно, потому что он сам в них слабо верил.
- Брось Эдгар, я же не кусаюсь, - усмехнулся Льюис. – Просто хотел поприветствовать твою жену. Поприветствовать меня она же в состоянии в отличии от всего остального?
Льюис протянул Ребекки руки и та, неуверенно покосившись на Эдгара пожала ее.
- Ну вот, - усмехнулся мужчина. – Видите, это несложно. Кстати, как обстоят дела с твоим наследованием? – обратился он к сыну. - Жизель писала мне недавно. Переживает за тебя.
- За тебя она переживает больше, отец. Уже думал как будешь развлекаться когда госпожа узнает что случилось с инвентом?- поспешил перевести тему Эдгар.
Льюис пожал плечами.
- Думаю она будет ко мне также снисходительна, как и я к тебе за то, что убил ее.
- Ну если под снисходительностью ты имеешь в виду угрозы жизни и попытки испортить существование, то желаю удачи, - съязвил Эдгар.
Он буравил взглядом отца. Чувствовал, как напряжена жена. Как вцепились ее пальцы в его руку. Как накалился воздух в комнате.
Духоту.
Взгляды людей.
Их интерес и тревогу.
- И чего вы все такие серьёзные?! – раздался позади гола Коула и Эдгар мог поклясться что тот улыбается.
И точно, когда он хлопнул его по спине и чмокнул Ребекку в щеку на его лице сияла улыбка.
- И надеюсь ты не пьян, - сказал Льюис, улыбаясь Коул пожал ему руку.
- Что ты. Когда бы я успел? - Он обошёл отца и подойдя к Леони приобнял ее за плечи. – Лучше бы переживал за состояние своего советника. Или, - он указал на Жана, - специалиста по рунам. Вчера они знатно повеселились, а сегодня утром, когда я уходил с бара на главной площади, они продолжали свой отдых.
Атмосфера в комнате сразу оттаяла.
- Но ты тоже там был, - заметила Леони.
- И я бы не сказал, что ты уходил, - добавил Жан. – Не приди та девушка, ты бы не пришёл бы сюда сейчас.
- Ну, мне повезло, - пожал плечами Коул. – Есть те, кто готов хранить мой покой.
Жан отвесил пару шуток по отношению Коула, Леони и Джей посмеялись. Льюис отошёл к столу, а Эдгар, предоставив жену болтовне Коула и Джея, пошёл к столу намереваясь осмотреть папки. Но вот все затихло, и эта звенящая тишина заставила его обернуться.
Беззвучно, словно призрак в комнату зашла Сара. Ленты в волосах, едва уловимая улыбка, руки, сложенные за спиной. На ней был корсет и брюки из кожи, а сверху накидка из гусиных перьев, хотя они были в доме, видимо она мёрзла.
- Госпожа... - послышалось со всех сторон и люди поклонились.
Они заранее знали, что не стоит вставать на колени. Это бы испортило ее настроение. Каждый понял, что если бы госпожа желала, то сказала бы об этом и никто не воспринял бы это как наказание, присмыкание или давление. Вставать на колени перед ней и Магистром, было также привычно и нормально, как завязывать шнурки на ботинках.
К удивлению Эдгара, Сара не заняла его место во главе стола, а села посередине с длинной стороны. Люди последовали ее примеру. Эдгар и Льюис сели напротив друг друга в противоположных концах стола. Эдгар на своё привычное место, за что словил укор во взгляде Коула который сел возле Сары и выглядел довольным. По левую руку от девушки села Леони. По другую сторону стола сидели Жан, Джей и Ребекка. Именно в таком порядке. Эдгар мельком взглянул на жену, что оказалась рядом и убедившись в том, что она сидит достаточно далеко от его отца удовлетворенно кивнул сам себе.
- Все что сегодня будет сказано в этой комнате, останется в пределах этих стен, - начала Сара, когда все расселись. – Я не сомневаюсь в вашей верности, но вынуждена соблюдать определенную страховку, дабы не поставить себя в положение, где мной смогут манипулировать или предать. Поэтому если вы хотите остаться причастными к тому, что дальше произойдёт, хотите творить историю и вписать свои имена на веки в толстые книжки, то мне нужна клятва на крови. Если нет, то уйдите сейчас, и я обещаю, что после того, как вам сотрут память стоящие за дверью солдаты вы останетесь живы. Однако если вы нарушите скреплённую кровью клятву и предадите меня, то умрете в мучениях. Возможно ваше тело расслоиться как тесто в духовке, а может разбухнет и истечёт кровью. Может быть что угодно, - она достала карточку с руной из кармана и положила ее на стол. – Эту руну составлял мой отец и, по правде, я не представляю какие он вписал сюда последствия.
Сара умолкла меря окружающих взглядом.
Эдгар почувствовал страх окружающих. Взглянул на отца. Тот улыбался. Потом на Ребекку. Та смотрела под стол. Он знал, что та хотела уйти и мечтала не участвовать во всем этом. На самом деле он волновался, как бы она не вытворила какой-то глупости.
Коул же облокотился на локти и продолжал улыбаться.
- Ну раз никто не решился уйти, тогда начнём, - Сара поднялась из-за стола.
Когда все принесли клятву в комнате появилась Дорина и раздала всем полотенца. Льюис попытался швырнуть его обратно брауни, и Сара одарила его таким взглядом, что Эдгару показалось, что он сейчас подавится. Это заставило его улыбнуться.
- Теперь перейдём к делу, - Сара села обратно за стол и вывела какую-то руну, хотя Эдгар был уверен, что это лишь подобие руны и в их папках появились листы. – В папках вы найдёте иллюстрации ко всему что я сейчас буду говорить, если вдруг вы лучше воспринимаете информацию визуально. А говорить я буду очень много.
И Сара не соврала. Но она не предупредила, что чем дольше она будет говорить, тем в больший шок, будут погружаться присутствующие. Все это время Эдгару казалось, что Сара феникс, восставший из собственного пепла. Теперь он понимал, Сара была больше змеей чем фениксом.
- И все же я хочу уточнить, - вмешался Льюис, когда Сара закончила говорить. – Наша конечная цель — это полная монархия путём переворота с полнейшим уничтожением министерства и пресмыкающейся церковью в итоге?
- Да, генерал, именно так, - кивнула Сара. – Однако с одним маленьким нюансом в виде полного восстановления магии.
- И почему народ должен принять вас? – поинтересовалась Леони.
Сара улыбнулась.
Эдгар ощутил покалывание во всем теле, а потом перед ним развернулось зрелище прекрасней и ужасней которого он никогда прежде не видел.
Сара положила руки на стол ладонями вверх чтобы их все видели и когда положение ее ладоней изменилось, тени заплясали в комнате, свет померк, неощутимый ветер заиграл с ее волосами, а из под ее ладоней поползли пауки и змеи. Они извивались по столу. Падали на пол. Хрустели под ногами вскочивших людей. Но Эдгар не двигался с места. Чувствовал, как сжалась рука стоящей сзади жены на его плече. Понимал, что за картина перед ним и чем вызваны изменения в доме. То, что он чувствовал было силой. Силой Сары Лэдэр, что сейчас из ничего ткала ночные кошмары наяву. Это были не иллюзии, нет. Это были самые настоящие монстры, которых она могла контролировать, и Эдгар был уверен, что если бы Сара хотела, то сейчас комнату заполоняли бы не насекомые и рептилии, а самые настоящие чудовища. Осязаемые. Созданные ее магией.
Эдгар не мог свести с нее глаз.
Свет разгорелся ярче также внезапно, как и потух. Тени уползли в свои укромные углы, а люди, наблюдавшие за расползающимся пауками и змеями, постепенно сели на свои места.
Поднявшись с места, Сара произнесла, глядя Леони в глаза:
- Вот, причина по которой люди примут меня. Я потомок Веги и истинная королева Альканты. Престол мой по праву рождения. Моя магия уже превосходит магию любого в этой комнате, да и любого, кого может предоставить церковь, министерство или корона. Но это не предел. Я не намерена полагаться лишь на предков. Мне нужно чтобы церковь признала во мне новою святую, четвёртого бога или пятого если считать лжебога. Тогда никто не станет оспаривать мои права на престол. Также, подобная сила позволит раз и навсегда наладить баланс магии. Ведь проблемы появились не только из-за инвентов, но и из-за истребления потомков первых трёх, а те, кого не истребили либо отказывались от силы, либо не развевали ее.
Так вот оно что. Эдгар сглотнул и отвёл взгляд. Вот истинный план Магистра. Восстановление магии и ее контроль с дочерью на троне. Сара была потомком Веги. Имя первой святой, почти засветилось у него в мозгу слепя и убивая.
Вега.
Догадка которую его тень разрушила еще годы назад. Он вспомнил как впервые подумал о ее родстве с святыми. Вспомнил как рассказал об этом Луизе еще в академии, сидя на полу с болью в груди. И сейчас все страхи оказались правдивыми.
Так значит их судьба была предрешена ещё столетия назад, за долго до того, как они встретились. Почему зная историю, Сара все равно пошла на это? Почему позволила любить себя? Вега и Антарес двое святых предателей. Говорили, что они любили друг друга ещё когда, святая сидела на троне, а потом Антарес сверг ее, за что и был убит почти век спустя. Эдгар всегда знал, что Магистр неспроста так близко подпустил к себе Морэнтэ, но теперь было ясно, что он держал потенциальных врагов на расточники вытянутой руки. Если вдруг слухи оказались бы правдивы, и кто-то из них оказался потомком Антареса, Магистр бы избавился от претендента на трон. Этот завиток истории стал заключительным для них всех. Снова, как и сотни лет назад, главное действо на сцене развернулось между тремя.
Эдгар заставил себя вернуться в реальность. Взглянул на Сару. На улыбку что блуждала по ее губам. На серьезное лицо. Глаза. Бинты на шее и руках. Кровь больше не проступала.
- И как вы намерены добиться такой силы? – поинтересовался Джей подаваясь вперёд.
- Получить силу несложно, - улыбнулась Сара, ласково смотря на мужчину. – Сложнее ее контролировать и не умереть при этом. Так что пока я не намерена становится хаосом в юбке. Но мне определённо нужны чётки. Они все ещё у нас?
- Да, - Эдгар скептически взглянул на брата и добавил. – Слава святым, мы их сохранили.
Коул ответил ему улыбкой.
- Очаровательно.
Сара достала свёрток карты откуда-то из-под стола и Эдгару понадобилось приложить усилия чтобы не посмотреть, где она его прятала.
- Полагаю у вас есть четкий план? – спросил Льюис.
- Именно, - задумчиво протянула она, разворачивая карту материка.
- И как вы намерены убедить церковь в своём божественном начале без силы? – полюбопытствовала Ребекка.
- Это хороший вопрос, - улыбнулась Сара. – Церковь предвзято настроена на мой счёт и слишком строга к моим промахам. Поэтому захват власти и переворот в стране пройдёт в пять этапов и первый будет связан как раз с убеждением церкви в том, кем я хочу, чтобы они меня видели.
Сара сияла изнутри, а Эдгар не мог перестать смотреть на неё. Перед его глазами стояла не девушка из прошлого, не та, кого он похоронил в своём сердце, а какое-то новое, до-сели неведанное ему воплощение. Как завоеватель, взирающий на свои владения, Сара смотрела на мужчин и женщин, собравшихся в этой комнате. И каждый из них чувствовал, что причастен к чему-то важному, особенному, тому, что изменит историю. А потом девушка поправила волосы и одарив присутствующих удовлетворённой улыбкой произнесла:
- Часть первая «Малый дворец».
****
Собрание завершилось на благоприятной ноте. В какой-то момент Эдгар даже словил себя на мысли, что и сам удовлетворён. Но когда все люди были проведены к выходу, весь благоприятный настрой улетучился. Ему не нравились гости. Особенно когда в их числе был его отец. Но вот все было кончено. В коридоре остались четверо. Эдгар с женой, его брат и девушка, в которую он был когда-то влюблён. Одним эта ситуация могла показаться комичной, но все что он чувствовал это пустоту. А потом в коридоре появился ещё один человек. Звук его шагов он услышал немного раньше своих спутников. Все застыли на месте.
Сперва в мозгу Эдгара мелькнула мысль что это кто-то из охраны, но он всех распустил на сегодняшнюю ночь, дабы обеспечить Саре полную анонимность в ее собрании. Остались лишь те, кто патрулировал периметр, и они бы точно не шли так вальяжно по его дому, да ещё в плаще накинув капюшон на голову.
Эдгар взглянул на Сару что так же, как и он всматривалась в приближающийся силуэт. Губы поджаты, глаза чуть сощурены. Это и не ее гости. Но потом произошло то, чего он не ожидал. Сара просияла улыбкой, какой он не видел с того самого дня, когда она пропала. Ее рука припала к губам, а дыхание участилось. Казалось, вот-вот в ее глазах появятся слёзы. Эдгар хотел было шагнуть к ней и спросить в чем дело, но не успел.
Сара шагнула вперёд.
Всего один шаг. Ее волосы покачнулись, разгоняя тени. Глаза блеснули в свете свечей. И вдруг она побежала навстречу к незнакомцу. Ее каблуки удивительным образом бесшумно касались пола, будто ее нёс ветер. Она затормозила лишь у тёмного силуэта. Эдгар мог поклясться, что секунду Сара вглядывалась в его лицо. Что он чувствовал переполняющий ее восторг и лишь от того мог поверить, что эти перемены правдивы. А потом Сара что-то прошептала, и незнакомец обнял ее, и она обвила руками его в ответ. Они сплелись словно тень со светом. Белое пятно разрезало чёрное. Тень приподняла Сару, и Эдгар слышал, как та глухо засмеялась.
Эдгар хотел подойти, но Коул удержал его, сжав ему руку. Ребекка ждала, как и он пояснений, прожигая взглядом.
- Кто это? – спросил Коул в пустоту и в этом вопросе Эдгар ощутил именно то, что чувствовал – потрясение.
Однако ещё в сердце что-то кольнуло, будто он упал на иголку.
А потом тень отделилась от света и скинула капюшон.
- Твою мать, - выдохнул Коул.
- Сириус? – удивилась Ребекка и шагнула вперёд чтобы убедиться, что ей не кажется.
Сара сияла.
- Сколько прошло времени? – услышал Эдгар ее вопрос.
- В последний раз мы виделись на твоём шестнадцатилетии, - ответил Сириус широко улыбаясь.
- Я не верю, что ты здесь.
- Как и я, - буркнул Эдгар, когда пара подошла ближе.
- Мы договаривались сходить сегодня в мельницы, - напомнил ему Сириус с улыбкой. – Ты что забыл?
Он и вправду забыл.
- Вы двое выглядите так будто хорошо знаете друг друга, - вставил Коул.
- Конечно я знаю ее, - засмеялся Сириус. – Я попал сюда только потому, что искал ее. Помните?
Троица переглянулась, но ответил Эдгар:
- Ты не говорил, что ищешь дочь Магистра, - сказал он.
- Потому что не был уверен в каком амплуа она предстала перед вами, - Сириус взглянул на Сару. – Мало ли кого Магистр показывает миру, - пожал плечами он. – К тому же все говорила, что та, кого он называл дочерью мертва, а это точно не то, чему позволили бы случиться. Верно, Андромеда?
Сара улыбнулась ему.
- Андромеда? – переспросили все трое.
- Ну я знаком с ней под этим именем. Однако боюсь если скажу больше, то меня ждёт гильотина.
- Вы все ещё пойдёте в мельницы? – спешно поинтересовалась девушка.
- Боюсь это вам решать госпожа, - холодно заметил Эдгар и от его взгляда не укрылось как она нахмурилась от этого ледяного тона.
- Тогда вы сходите туда в другой день, - заявила она и взяв Сириуса под руку добавила. – А мы попытаемся наверстать восемь лет.
Сириус лишь улыбнулся, и они пошли прочь. Эдгар слышал, как тот спросил что-то о том сколько уже людей, пострадали из-за своих длинных языков, и Сара засмеялась, пряча лицо в его плече.
Теперь Эдгар точно не уснёт. Его демоны ему не позволят. Их когти уже терзали плоть изнутри.
****
Дойдя до своей комнаты, Сара отослала Дорину, что ожидала ее с ужином. При виде Сириуса брауни расплывается в улыбке и даже успела обменяться с ним парой слов, пока Сара отвлеклась на скептическую оценку содержимого тарелки. Похоже сегодня ей снова предстоит лечь спать голодной, а еду отдать волкам в клетках. Такова судьба любого ее ужина куда кладут утку, а сказать Дорине что теперь ее любимое блюдо ассоциируется с королем, ей духу нехватало. Но вот она заметила бокал вина и попросила брауни донести ещё один вместе с бутылкой. Та недовольно повела бровью, но кивнув удалилась.
Сара повернулась к Сириусу и протянула руки для объятий. Он послушно повиновался.
- Ты даже не представляешь как я рада, - шептала она. – Встретить тебя после всего этого...
Сара умолкла и отстранилась. Сириус улыбнулся ей поправляя свои роскошные каштановые волосы.
- Я пришёл, как только истёк срок запрета твоего отца, - сказал он, садясь на табуретку возле туалетного столика. – Мне хотелось увидеть старого друга.
Сара заставила себя взглянуть на него. В груди опасно щемило от понимания как закрутила их жизнь.
- Не думай, что я не скучала раз не искала тебя Сириус Констант, - сказала она, подходя к окну и садясь на подоконник напротив Сириуса. Отсюда она могла коснуться его плеча стоит лишь протянуть руку.
- Андромеда о чём-то сожалеет? Не похоже на тебя. Но, - Сириусразвернулся к ней и заглянул в глаза. – Я и не рассчитывал, что ты станешь искать меня. Ты всегда была выше этого. Люди для тебя ничего не значили. Для меня до сих пор тайна, как так вышло что мы были друзьями. Без сомнения ты удивительна, невероятна, таких как ты я больше не встречал, но чтобы вот так близко сидеть возле тебя, все могли лишь мечтать об этом.
Он говорил это без укора или осуждения. В его голосе не было даже обиды. Но Сара не узнавала в его словах себя и ей хотелось оправдаться.
- Сириус, ты же не серьезно. Ты всегда был моим другом. Моим единственным другом. Дни, когда вы с отцом приходили к нам были лучшими в моем детстве.
- Я тоже их любил.
Сара печально улыбнулась.
- Прошло так много времени, - задумчиво произнесла она, упираясь затылком в стекло. – Твой отец министр, твоя сестра работала на самого Петра, а у тебя свой ресторан и куча недвижимости. Ты стал завидным холостяком, и вроде даже был женат пару месяцев - она улыбнулась ему. – Не верится, что мальчишка, таскавший со мной печенье с кухни, создаёт свою империю в сердце страны. О тебе много говорят.
- Странно слушать от тебя свою биографию. Когда успела навести справки?
Сириус посмеивался над ней, и Сара закатила глаза.
- Ты плохо знаешь меня Сириус, если думаешь будто я оставила тебя в прошлом, как только мой отец захлопнул за тобой дверь. Забыть тебя я себе не позволяла.
Она чуть наклонилась к нему.
- Так значит следила за мной? – удивился парень.
- Просто наблюдала.
Он улыбнулся, вглядываясь ей в глаза. Дверь хлопнула. Дорина принесла поднос с бутылкой вина и ещё одним бокалом.
- Ваш ужин стынет, госпожа, - заметила брауни подавая Саре и Сириусу бокалы.
- И мне это известно, Дорина.
Сара сверкнула глазами и брауни, недовольно покачав головой, удалилась.
Разлив вино по бокалам Сириус задумчиво произнёс:
- В последнюю нашу встречу ты так веселилась, – он отпил вина под Сарену улыбку. – Тогда мне показалось что ты счастлива, но сейчас мне кажется, что я ошибся. Теперь, когда твои цели достигнуты ты кажешься такой умиротворённой. Не знаю, - он пожал плечами ставя бокал возле себя. – Мне нравилось вспоминать детство и думать будто те дни делали нас особенными. Ностальгия опасная штука.
- В те дни я была в клетке, Сириус, - ответила Сара.
- Неправда. Ты Андромеда, любимая дочь, гордость Магистра. Всегда с улыбкой получала все чего пожелаешь. Тебе сходило с рук любое безумство. Твой отец делал все чтобы ты была счастливой. Я помню, как думал, что вот и бы и мне так же. Чтобы и во мне видели свои сбывшееся мечты, а не разочарования.
Поставив бокал на подоконник, Сара изогнула бровь смотря на юношу, что с явным одухотворением ударился в воспоминания. На ее языке ещё остался сладковатый привкус вина, когда она полная удивления поспешила переубедить его.
- Гордость Магистра? Сириус, ты видел, насколько тяжелые у меня отношения с отцом. Откуда такие выводы? Нам запретили видеться, когда я заступилась за тебя и...
- Ну нет, - отмахнулся Сириус. – Магистр наложил запрет, потому что я разбил стеклянный стеллаж, а осколок стекла вошел прямо мне в плечо, отчего я чуть не умер. Ты пришла в ужас от этого. Твой отец переживал что ты не сможешь продолжать обучение, после твоих истерик. Дело было в твоём ужасе, а не в том, что ты так сблизилась со мной.
- Чушь, - Сара возмущённо стукнула себя по колену. – Я точно помню, что он разозлился на то, что мы слишком много были вместе, а про твое ранение я вообще не помню. Может это было не со мной или...
- Андромеда ты вытащила стекло пока не прибежали брауни, - Сириус наклонился ближе. – Как ты можешь не помнить?
- Потому что этого не было, Сириус.
Девушка сложила руки на груди показывая свою непреклонность. Тогда Сириус скинул пиджак и расстегнув рубашку продемонстрировал ей глубокий рубец на плече.
- Но откуда тогда у меня это? – с вызовом спросил он.
Сара лишь пожала плечами. Ее взгляд замер на шраме, и она в замешательстве взглянула на юношу, сурово смотрящего на неё. Она не помнила этого. Сара была уверена, что этого не было. Но зачем Сириусу убеждать ее в том, чего не было? В любом случае тот день был тяжелым. Они оба могли что-то напутать.
- Неважно, что было причиной запрета, - наконец произнесла она, бережно прикрывая шрам на плече парня. – Теперь мы снова можем общаться и это главное.
Сириус лишь задумчиво оглядел ее и принялся застегивать рубашку.
- Так значит теперь ты святая?
- Я это я, - пожала плечами Сара.
- Знаешь, - Сириус провёл рукой по волосам словно не решаясь продолжить. – Я много слышал о тебе от генерала, Андромеда. Правда не был уверен, что именно о тебе, но все же Эдгар часто упоминал госпожу.
- Жаловался на меня? – усмехнулась девушка.
- Наоборот. Боготворил. Поэтому я и не думал, что ты исчезла. Мне казалось, что ты просто ещё не явила себя.
- Эдгар превосходный лжец, Сириус. Он часто говорит то, что от него хотят услышать.
- И все же я не могу не отметить, как ты изменилась.
- Ты тоже изменился. Стал таким красивым.
Сара потрепала его по волосам.
- Нет, Андромеда я имею ввиду что ты очень изменилась.
- Я повзрослела. Почему ты так удивлён?
- Потому что я не узнал бы тебя, - вздохнул он и запрокинув голову прикрыл глаза словно воспроизводя что-то в памяти. – Ты наверняка видела свои рисунки на домах, и я их тоже видел. В столице и на севере их больше всего. Прекрасные изображения. Но каждый раз, когда я натыкался на них, меня преследовала мысль, что художник никогда не видел тебя в лицо. Не чувствовал, что это значит стоять возле тебя. Слышать твой смех. Твой надменный, недовольный тон. Но сейчас, - Сириус посмотрел на Сару, и она убрала бокал от губ удивленная этим безумным взглядом. – Сейчас я понимаю, что тот, кто писал эти портреты передал тебя в самых ярких красках. Точнее изображения придумать просто нельзя.
- Прошло много времени, - пожала плечами Сара. – Магия изменила меня, украсила мое тело шрамами, обелила волосы и кожу. Ты помнишь меня ещё полной жизни, сейчас я лишь отражение той Андромеды. Безликая, как призрак.
- Ты не понимаешь, - Сириус придвинулся ближе. – Я говорю не про твои волосы или глаза, а про твою суть. Ещё с детства ты со всем определилась. Знала на какой стороне тебе предстоит быть в будущем и была готова к этому. Училась приказывать, не сомневаться, быть на высоте. Святые, - он вздохнул, разводя руками. – Андромеда, которую я помню была готова заменить речную воду кровью, если того потребует расклад. Ты была отражением своего отца, а сейчас... сейчас, я только и слышу, как ты отводила удары Магистра. Случай в малом дворце заставил меня вспомнить кто ты, но потом генерал как-то вскользь упомянул, что госпожа наверняка осталась недовольна пожаром, если и причастна к этому, а он насколько мне известно был близок к тебе. Я просто ожидал увидеть королеву на шахматной доске, жестокую и беспринципную, но сейчас вижу игрока, что думает какой фигурой ему походить.
- Вздумал меня судить? – возмутилась Сара. – Я делаю все, чего от меня требуют обстоятельства, как и наказывал отец. Ожидал увидеть безумную жестокость? Ну уж прости что разочаровала. Когда отец вынудил меня присоединиться я не хотела понапрасну лить кровь, сейчас придерживаюсь того же мнения.
- И всё-таки я не понимаю кого ты играешь, - вздохнула парень словно и не замечая, как вспыхнули глаза девушки стоило ему усомниться в ней. – Благочестивая святая? Примерная дочь? Милостивая госпожа? Бесстрашный воин? Прости уж, но скажу как друг, все что я слышал наводило меня на мысли что ты не всегда понимаешь, что делаешь.
- Не зная обстоятельств у тебя нет права так рассуждать, иначе рискуешь серьезно ошибиться, - предупредила она, вставая и взяв бокал отпила вина. – Я действую исходя из информации, которая у меня есть, а она изменчива до ужаса. Как я, по-твоему, должна была действовать, когда узнала, что Магистр не мой отец и не причина смерти моей матери? Или, когда человека которого я люблю чуть не убили из-за меня, а до этого он пожертвовал годами своей жизни и частью самой души чтобы спасти меня? Как, по-твоему, я должна поступать, когда мои друзья умирали, а враги заковывали меня в цепи по милости Магистра? Или...
- Погоди, погоди, - прервал ее Сириус. – Что значит Магистр не твой отец?
- То и значит, - фыркнула Сара. – Он рассказал мне об этом, а потом чуть не убил с горя видимо. Очевидно, будь я его дочерью то не совершила бы ошибок.
- Например не влюбилась бы?
- Что?
Сара поставила бокал возле Сириуса и заглянула в его глаза. В них плясали искры.
- Сириус, ты что вздумал меня всерьёз судить?
- Я лишь говорю, что любовь непозволительная роскошь. Ты сама так говорила. Помнишь?
Сара сделала шаг назад, не выдерживая его пристального взгляда.
- Ты всегда была против любви, а я слышал, что будто ради неё ты шла на безумные вещи, - продолжал парень. – Поэтому не стоит сверкать на меня глазами, когда я говорю, что на мой взгляд ты запуталась.
На секунду Саре показалось что в его словах она слышит отголоски отца и ужаснулась от мысли, что это может быть правдой.
- Ты говорил с Магистром? – резко спросила она.
- Я не виделся с ним, - последовал не менее резкий ответ. - За все эти годы я ни разу не видел его. Хотя очень хотел этого. Все мои попытки вступить к приближенным заканчивались провалом. Твой отец, проложил, между нами, надежную стену и не намеревался ее рушить. Поэтому даже когда срок истёк, и я принялся искать тебя, то нашёл лишь генералов и вечный отказ в службе даже им.
Сара пристально на него посмотрела, обдумывая услышанное. В человеке перед ней не было лживой натуры, в той части, которую она помнила уж точно. Но прошло много времени. Возможно ли что прошлый Сириус не истлел, а пронёс себя до сегодняшнего дня?
Подумав, Сара решает сказать:
- История с Эдгаром Морэнтэ очень сложная Сириус, а что касается слухов о моей любви к нему, то да, увы в них много правды, но не думай будто я наивна.
- Святые не будут милостивы ко всем нам, если мы решим будто вы наивны, - Сириус бутафорно от неё открестился. – Сегодня я не ожидал что встречу тебя. Мне казалось, что ты будешь уже на поле боя, как и хотел того Магистр. В моих мыслях ты огнем и мечем шла к лучшему миру. Пред тобой не устояли бы сами боги. Так почему же ты бездействуешь?
Бездействует? Это уже было личное оскорбление. Да, их взаимоотношения с Сириусом славились откровенными разговорами, но сейчас он бесстыдно сомневался в ней, и эта честность была для неё ударом.
- Хочешь знать кем я стала?! – вспылила Сара, наступая на парня. – Хочешь знать, что из того, что обо мне говорят правда? Тогда слушай, милый друг. Меня зовут Андромеда Эдэрл. Жестокая святая или проклятая дочь. Волшебница с магией равной по силе первым трём. Моя мать, первая женщина за столетия, являющаяся потомком Веги. Мой отец, первоклассный лжец и шпион. Двойной агент сумевший обыграть всех своих врагов. – Она нависла над Сириусом упираясь рукой в стол. - Человек вырастивший меня звал себя Магистром. Сильнейший волшебник которого встречал мир за последние десятилетия. Кровавый тиран, выстроивший собственное движение на костях и страхе. Заставил инвентов отказаться от права на магию. Под его контролем долгие годы были многие сферы жизни простых людей в том числе и министерство под крылом твоего отца. Его будут шёпотом вспоминать ещё столетия. Он научил меня всему что я знаю. Показал, как жить. По его воле я получу страну. Поэтому даже не смей думать будто я не знаю, что делаю.
Но на ее выпал Сириус ответил улыбкой, что обожгла ее лицо будучи слишком близко. Сара убрала руку и отошла.
- Прости меня милый друг, если тебе показалось будто я сомневаюсь в тебе, - произнёс Сириус вставая с табурета и касаясь ее плеча. – В тебе я всегда видел великую силу и мне как человеку, не обладающему силой вовсе, - он блеснул браслетом на руке. – Это, казалось, чём-то божественным. Я не хотел, чтобы мои слова обидели тебя. Но судя по теням, ползущим ко мне из-за углов, ты разозлилась.
Сара передернула плечами и тени в комнате приняли свои естественные формы. Коснувшись его руки, что лежала на ее плече она предупредила:
- Те, кто сомневаются во мне - гниют в могилах.
- Хотел бы я посмотреть, как ты пляшешь на их костях.
Сара улыбнулась. Сириус убрал руку.
- Ты напоминаешь мне сестру, - задумчиво произнёс он. – Алькора тоже ненавидит критику.
- В нашем случае это была не критика, а твоя глупость. Я слишком мягка к тебе, - Сара ткнула его в грудь. – Следовало отрубить тебе пальцы.
Сириус засмеялся.
- Вы точно похожи. В первое время, когда она работала с Петром, то приходила в ярость от того, что тот был вечно ей недоволен. Специфический он человек, надо сказать.
- Я слышала, что Пётр заставляет женщин часами стоять на коленях.
- И молиться?
Сара заговорчески улыбнулась, и Сириус закатил глаза. В этот вечер они много смеялись, вспоминали прошлое и даже строили планы на будущее. Многое в их воспоминаниях не сходилось, многое было грустным, но также они отыскали сотни моментов, что веселили их до слез, иногда ностальгии, а иногда радости. В каждом слове старого друга, Сара ощущала отголосок самой себя. Казалось, она вернула частичку себя, давно утерянную и позабытую. Юноша, с которым она болтала пока горизонт не пошёл едва заметным светом, явился из воспоминаний, которые она никому не показывала. Их не видел Эдгар, блуждая по ее сознанию, и Эрнест не дошёл до них. Сириус был той частью ее прошлого, что принадлежала лишь ей. Наверное, именно поэтому, прощаясь, Сара испытывала душевную тоску, какую обычно ощущают люди приходя на могилы давно умерших возлюбленных. Как, бывало, и раньше Сириус ушел с улыбкой и добрыми словам, а Сара осталась стоять в коридоре, где изредка виднелась набежавшая охрана. Даже возвращаясь в комнату ее взгляд уловил двух мужчин, патрулирующих возле столовой.
Силуэт напротив двери ни капли ее не удивил. Она знала, что увидит его ещё до того, как ее рука коснулась дверной ручки и струйка света с комнаты разрезала тьму коридора. Также тайной для неё не было и то, кому именно принадлежала эта мрачная фигура. Запах ментоловых сигарет защекотал нос, как только она шагнула во тьму. Тени зашевелились, собираясь по углам. Фигура тоже. И вот Сара уже видела лицо.
Эдгар Морэнтэ смотрел ей прямо в глаза с холодом всех ледников этого мира.
- Решил пошпионить за мной, как в старые добрые? – спросила Сара, пытаясь уловить во тьме выражение лица генерала.
- Забочусь чтобы вам не вырезали сердце, госпожа, - ответил он с уже привычным равнодушием и отошел к стене. Сара встала напротив. – Служба обязывает.
- Сириус сказал, что вы работаете вместе. Партнеры в весьма занятном деле. Мельницы любви. Я почти заинтригована.
- Шлюхи разносят не только заразу.
- Так значит партнеры, - Сара улыбнулась и коснулась своих губ. – Не доверять человеку, которого сам же впустил в свой дом, - она хмыкнула. – Даже для твоего нового обличия, это низко.
- Я никому не доверяю, - ответил он и впервые за их диалог Сара заметила, как в его глазах блестели огни жизни.
- Даже Магистру? – спросила она так, словно бросала вызов.
- Магистру я служу и это не одно и тоже. – Эдгар спрятал руки в карманы брюк. – Так как давно ты знаешь Сириуса?
Сара закатила глаза. Он никогда не изменится.
- Разве я должна отвечать тебе? – спросила она, делая вид что задумалась. – Но так уж и быть. Сириус мой хороший друг. Мы давно не виделись, но я точно никогда не забуду человека, которому подарила свой первый поцелуй.
Да. Стрела пробила броню генерала. В темноте комнаты Сара увидела, как блестели его глаза в беглом взгляде. Как он вздёрнул подбородок, словно конь готовый встать на дыбы. Эффект неожиданности снес его маску как порыв ветра, желтую листву с дерева. И пускай этим зрелищем Сара наслаждалась всего секунду — это была победа.
- Думал твой первый поцелуй принадлежал мне, - как ни в чем не бывало сказал Эдгар.
- Ты не был первым Эдгар, также, как и не стал последним. Святые меня помиловали, Морэнтэ.
- Святые как всегда жестоко обошлись с тобой, - хмыкнул он, отходя от стены. – Сириус не преподал тебе ни одного ценного урока.
- Ну не знаю, - Сара шагнула ближе и провела рукой по его пиджаку. – Ты не жаловался.
- Это из уважения. – Он перехватил ее запястье. – Увидимся завтра, госпожа.
Эдгар откланялся и растворился в хлопке двери. Сара подавила смешок. Похоже он и сам не догадывался насколько хитро устроены руны, на которые он так полагается.