Потерянные

Продолжение того же дня. Повествование от лица автора.

Девушка старается отвлечься всеми возможными способами: говорила с Наташей о последнем писке моды в одежде, помогла повесить грушу Роджерсу, хотя там она скорее мешала, и смотрела за тем, как Брюс пытается смешивать зелёные с голубыми колбочки между собой, тот говорил, что пытается приготовить какой то химикат.
Всё, что угодно, лишь бы не оставаться наедине с собственными мыслями, и.. не разговаривать с Баки. Ли знает, что он переживает о том, что с ней происходит, но этот взгляд безостановочно напоминает о том, что Локи может в любой момент ударить ножом в спину.

Алисию, вероятно, услышал сам Бог, потому что Фьюри позвал ее в кабинет.

— У меня к тебе есть дело, — сообщил он, на что девушка одобрительно кивнула, — на одном из самых нижних этажей у нас располагается лаборатория, она собственность щита и ей никто не пользуется в целях изготовления чего либо, скорее для хранения и экспериментов над тем, что там лежит.Спустись туда, мне сказали, что необходим ассистент. Работа ведётся с тессерактом — о том, что это и для чего, узнаешь на месте.

— Да, сэр.

Ни о чем не подозревая, решив, что наконец займет себя делом, Ли отправилась в самый низ здания.

Идя по коридору, в котором видна только одна дверь в самом конце (вероятно лаборатория настолько огромная, что по обе стороны от длинного помещения находятся ее апартаменты), тусклый свет переодически подмигивает, навеивая жутковатую атмосферу. Сложилось чувство, что сейчас девушка находится настолько глубоко под землёй, что даже электричесство сопротивляется в провождении сюда.

Постучав и не услышав ответа, Алисия распахнула дверь и начала медленно входить.

— Ау?.. тут есть кто? — вдоль двери стоят гигантские, почти в потолок, шкафы со стеклянными дверцами, заставленными с одной стороны какими то папками и бумагами, а с другой пузырьками и бутылочками; повторяя эти вопросы, она отдаляется от входа, проходя к середине.

— О, наконец то, думал мне никогда не дадут ассистента, — не отрываясь от работы, произнес голос, явно увлеченный чем то.

Ли пошла на звук и дойдя до момента, где наконец шкафы закончились, она посмотрела по сторонам, справа увидев продольное помещение, с кучей странных медицинских пренадлежностей о существовании которых она даже не догадывалась, а слева стол, с ярко светящей лампой, которая висит над ним.

На мужчине надет белый халат и он очень внимательно и осторожно пытается что то изъять из какого то сверкающего куба, подойдя к нему чуть ближе, Ли поняла, что знает его.

— Ты специально это спланировал? — недовольная происходящим рявкнула она.

Локи поднял на нее безразличный взгляд и, посмотрев несколько секунд ей в глаза, ответил:

— Возьми вот этот инструмент, — он кивнул в нужную сторону, так как не мог оторвать руки от процесса, — и обойди стол с другой стороны. Когда я скажу, этим предметом подхвати то, что достану.

— Издеваешься?

— Это ты издеваешься, бери, сказал.

Она послушалась и выполнила его указания. Трикстер трепетно вынул из голубого квадрата крапинку, а девушка была готова ее принимать. Закончив этот этап, он улыбнулся довольный проделанной работе, и уже тогда был готов обсудить все.

— Нет, я не знал, что придёшь именно ты, — ответил на пилящий взгляд мужчина, — мне нужен был помощник, видимо, Фьюри решил, что ты иделаьно подойдёшь. Лично мне все равно, — он снял медицинские перчатки и стал копаться в каких то бумагах, лежащих позади него.

— Что это? — поинтересовалась девушка, глядя на куб.

Лафейсон улыбнулся, на эту тему он готов говорить столетиями.

— Э-это, — в энтузиазмом подошёл он, не дотрагиваясь обняв его, — прозрачный кубообразный сосуд камня пространства, который содержит безграничную силу, — начал рассказывать мужчина, — Тессеракт олицетворяет Космос. С его помощью можно открыть проход в любую точку Вселенной.

— Звучит интересно, — без одержимости, присущей словам Локи, поддержала диалог Ли.

— Интересно. Это ни то слово, — улыбнулся он, — в свое время я крал его столько раз… Что тебе и не снилось. Вскоре, когда я стал вроде как свой, мне позволили работать с ним и изучать то, на что он способен. Таким образом, все довольны.

Девушка кивает, откровенно не понимая, от чего человек, с наивностью и воодушевлением рассказывающий о какой то не понятной для нее вещи, но определенно занимающей в его жизни большое место, может способен быть жестоким. Сейчас перед ней не стоит тот мужчина, что заставил ее рыдать с утра, сейчас перед ней стоит подросток, хвастающийся любимой наклейкой.

— Почему ты так поступаешь со мной? — вдруг прервала его рассказ Ли.

От неожиданности, его широкая улыбка сменилась серьезным взглядом, который кажется, что смотрит сквозь нее.

— Ты тут не при чем.

— А кто при чем?

Он отвернулся от нее, сложив руки крестообразным образом на груди.

— Меня разозлило то, что Барнс навязал тебе обо мне мнение. Хотя он сам, поверь, — он развернулся вновь к ней, — не намного лучше меня воротил дела. Но к нему никаких претензий. А я — плохой.

— Что делал Баки?

— О-о-у, ты уверена, что хочешь узнать? — с коварной мимикой лица, в его стиле, начал он.

— Говори и всё. Ты же всё равно рано или поздно сделаешь это, так давай сейчас, я устала от этой игры.

— Знаешь, в чем заключается моя месть к нему?

Девушка вопросительно посмотрела на него, убрав торчащие по бокам волосы за уши.

— Я хочу, чтобы он испытывал то, что испытываю я, из раза в раз, когда меня считают плохим. Во первых, конечно по нему ударит то, что ты обо всем узнала не от него.

— А во вторых?

— А во вторых... твое прошлое.

Если бы Ли была парнем, то его слова сейчас были бы ударом ниже пояса.

— Здесь все наоборот. Думаешь я скажу ему? Может быть. Или нет? Не знаю, интересный вопрос. Знаю только то, что воздействие на тебя психологически будет выводить этого идиота из себя, ты будешь злиться и плакать, — активно жестикулируя, — потом снова плакать и злиться. А самое главное — ты не скажешь ему ничего сама. Потому что тебе стыдно, да? Тебе противно от самой себя, и я вижу это насквозь. А в чем моя выгода? Наверное этот вопрос крутится у тебя в голове, а я отвечу: Барнс, или как его ещё называют, зимний солдат,— он сделал акцент на этих двух словах, — будет смотреть на тебя и ему будет на душе ещё хуже, чем тебе, потому что он будет испытывать чувство безысходности, ведь не знает как тебе помочь.

— С чего ты взял, что ему есть дело до того, как я себя чувствую?

— Хорошая попытка, Принцесса, — он усмехнулся и вопля эта была сравнима со смешком сумасшедшего, придумавшего безумный план уничтожения планеты, — Хочешь доказательств, пожалуйста. Сегодня с утра он накинулся на меня, пытаясь понять, что я тебе сказал. Ой, так неловко было. Не переживай, — наклонился в ее сторону он, — я ничего не рассказал. Пока.

— Прекрати, — слезы вновь подступают, ей мерзко от всего, что он говорит, от каждого его слова и… от себя. Как она только могла допустить ситуацию до этого.

— Ну ты чего, я только начал. А поплачь лучше наверху, для большего эффекта.

— Локи, остановись. Ты не такой, — Ли больше не может сдерживаться и из ее глаз стала без остановки вытекать соленая вода, — ещё не поздно, про-шу, — разделяя слова из-за того, что не может совмещать уговаривание и подступающую истерику.

— С чего ты взяла, что я не такой? — почти крича на нее, ответил Лафейсон.

— Ты-ы, сам сказал, — слегка заикаясь, — что все не правильно тебя понимают. Докажи, что ты не такой.

— Ахахах, какая же ты жалкая. Хватаешься за последнюю надежду? Так вот, спешу тебя огорчить, моя рана слишком глубокая. Всё равно, что на открытый перелом брызнуть перекисью и рассчитывать, что всё срастётся.

В помещении пахнет чем то отдаленно напоминающие аптеку или старинную библиотеку, словно эти несколько запахов смешались в один. Сильным ароматом является и запах бога. Словно его парфюм слишком сильный и держится уже несколько столетий: мята. Концентрация на запахах немного отвлекает от неприятных и громких звуков его голома, что помогает ей немного держать себя под контролем.

— Перейдем к сути, Принцесса. Знаешь что такое гидра?

Она не перестает плакать и шмыгать.

— Я не слышу, да или нет?

Ли закивала, не желая вступать в диалог.

— Барнс работал с ними и убивал пачками людей, без разбору: тех, кто виноват, и тех, кто просто увидел то, чего не должен был. Руку он заработал там же.

Алисия встревожена и удивлена, она не ожидала услышать нечто подобного и потому ее истерическое состояние постепенно спадает на нет.

— Что скажешь? — улыбнулся он, — хочешь себе парня, у которого за спиной гора трупов?

Девушка тронулась с места, чтобы сбежать отсюда подальше. Ещё секунда в компании асгардца и она точно не выдержит. Ее сердце раскалывается напополам — слишком много свалилось за раз. Ли уже давно привыкла к тому, что обычно груз, который она несет, ей не по плечу. Так было всегда, тогда чему, черт подери, удивляться? Может судьба у нее просто такая… сложная.

Она бежит прочь по длинному коридору, не оглядываясь. Ее душа кричит так сильно, что звуковая волна внутри нее просто на секунду затемнила всё перед глазами — девушка споткнулась. Она упала на колени, успев выставить перед собой руки, теперь боль не была только душевной, физическая смягчила рёв сердца, но заставила ее в этот момент заорать во всю свою мощь. Изо всех сил, надеясь, что это сможет помочь разрядить угнетающее давление внутри. Так и произошло, ей стало чуть легче, но как только затуманивание разума отошло на задний план, она почувствовала как отдают колени, как они в миг стали горячими из-за прилива крови, подступившего в следствие сильного удара.

«Благо это всего лишь плитка, а не асфальт» — пыталась подбодрить себя девушка, разглядывая ладони, — «иначе на руках не осталось бы живого места».

Она поднялась на ноги и пошла к лифту. Утерев оставшиеся слезы и чуть прихрамывая из-за того, что мышцы ног хотят отказать, но не останавливаясь.

Ли следует вперёд до тех пор, пока не оказывается на кухне; третий этаж встретил ее приятным запахом яблочного пирога, который кто то готовит, но сейчас она не хочет ничего так сильно, как увидеть Его.

Как только Барнс заметил приближающуюся бестию, хромую и с красным носом он тут же встал, на что она ускорила шаг к нему.

Оказавшись в метре друг от друга, Ли рванула вперёд и принялась изо всех сил его обнимать, чем вызвала лёгкое недоумение, но и умиление всех присутствующих. Джеймс ответил ей тем же, один из всех понимая, что что то случилось.

— Хочешь уйти? — он шепнул ей на ухо так, чтобы никто не услышал.

— Да.

Выйдя из помещения, Ли облакотилась на Барнса, давая понять, что ей сложно идти, худо бедно, но они добрались до ее комнаты и она тут же сняла с себя дурацкие брюки. Колени девушки разбиты в дребезги, кровь стекает по ногам и она вздыхает от боли, присев на постель.

— У меня в комнате есть аптечка, подожди секунду, — он со скоростью ветра выбежал и также быстро вернулся, начав обрабатывать ее ноги. Осторожно промывая ранки, каждый раз дуя, когда она начинала мычать. Раненная стискивала зубы, но звук всё равно прорывался сквозь них.

— Ты сильная девочка, потерпи ещё немного.

— Баки, нет.

— Что нет? — не переставая мазать лекарствами, пытаясь разговаривать с ней, чтобы отвлекать от проведения мини операции.

— Я не сильная.

— Ну как же нет, смотри, я закончил, скоро всё затянется, а через неделю вообще забудешь об этом.

— Послушай, — слезы снова объявились на ее лице, — я всё знаю. Про тебя и про зимнего солдата.

Он закрутил флакон и отложил его в сторону, сев на пол перед кроватью, рядом с ее ногами. Джеймс провел рукой по направлению от лба к затылку, понимая, что предстоит нелёгкий разговор.

— Локи?

— Баки, это не самое худшее.

Мужчина резко поднял голову, посмотрев ей в глаза, не имея представления о том, что может быть хуже, чем это.

— Он спланировал целое моральное изнасилование тебя. Придумал как лучше будет воздействовать и что сделать для того, чтобы ты страдал. Баки, я не хочу, чтобы ты страдал, — продолжая плакать, она выпрямилась в положение сидя, заглядывая в его глаза.

Он притянул ее к себе, чтобы обнять, — эй, сейчас со всем разберемся, ладно? — гладя ее по голове, успокаивает Барнс, — Не плачь, малышка, всё будет хорошо.

Когда все ее слезы закончились, они сели друг напротив друга на постели для того, чтобы всё обсудить.
***

Далее повествование от лица Баки Барнса.

Я начал рассказывать ей свою историю, начиная с призыва на войну и заканчивая освобождением, благодаря Ваканде. Я пристально следил за ее эмоциями, пытаясь распознать то, что она думает.

Каждый раз, когда тема заходила об убийствах, я мысленно повторял одно: «только не смотри на меня так, как смотрят все, только не ты». Ли словно слышала это, она не разу не осудила глазами, я видел лишь сочувствие.

Ее огромные глаза, в которых я так сильно и долго нуждался сейчас смотрят на меня, оно готовы простить мне всё, и только за это я влюбляюсь всё больше.

Люди шарохаются каждый раз, как только осознают кто я, но она, выяснив это, побежала не от меня.. навстречу ко мне.

Даже зная настолько ужасную правду обо мне, она стремилась защитить от козней Локи, которых я, разумеется, не боялся.

Но важно не это, важен ее порыв. Черт, Ли... Ты слишком хорошая для этого мира.
***

Далее повествование от лица автора.

Когда Баки закончил, Ли обняла его ещё сильнее, чем сделала это в любой другой прошлый раз.

— Мне очень жаль. Никто не должен переживать такое. Никто, — она пытается найти больше слов поддержки, чувства переполняют девушку. Во время истории ей каждый раз хотелось очутиться рядом, в этих пережитых мгновениях, ей хотелось сказать о том, что он не один. Пусть это было невозможно физически, но сейчас он точно не один, — Твоя рука… Тебе правда не больно?

— Нет. Я чувствую себя в порядке, — вытянув ее перед собой, для того, чтобы полюбоваться, — Что там насчёт злодеяний Лафейсона?

Ли отсела от него и опустила глаза, — он хотел, чтобы ты смотрел на то, как я страдаю.

— Из-за чего, по его мнению, ты должна была страдать?

Девушка прикусила нижнюю губу, понимая, что сейчас ей придется выложить всю поднаготную. Если она расскажет, то на свете не будет другого человека, который знает о ней больше, чем кто либо ещё. И да, Локи не в счёт. Знать один грязный не секрет, не значит, осознавать кто перед тобой.

— Сейчас лучшее время для того, чтобы рассказать обо всем.

— Из-за того, — начала Алисия, — что он знает то, что не знает обо мне никто. Он понимает, что я ни за что не рассказала бы… Тебе. И из-за вечного давления с его стороны, я должна была страдать.

— Не бойся меня.

— Баки, я не могу, — посмотрев в его глаза, наполненные добротой и грустью, и которые она так боится разочаровать, — Я делала отвратительную вещь.

— Я понимаю, — растянул он, — Малышка, я уничтожал людей. Ты правда думаешь, что я похож на человека, который будет осуждать?

— Это делал не ты, тебя заставляли. Я же совершала всё осознанно. Баки, прошу, — она отвернулась от него.

Мужчина пододвинулся ближе и обнял ее со спины, — что бы ты сейчас не сказала, я всё равно буду знать ту Ли, которую знаю. Ту, что успокаивается под «Beautiful Mistakes» и смеётся со своих эмоций. Ту, что начинает робеть, когда неожиданно для самой себя смелеет в действиях по отношению ко мне. Неважно, что было раньше, если сейчас ты осознала, что была не права.

Слова Барнса растопили сердце девушки ещё больше, и теперь страх потерять его возрос в геометрической прогрессии.

Однако она знает, что выбора просто нет. Ли расскажет, а дальше случится то, что никак не будет зависеть от нее.

Продолжая сидеть в том же положении, чтобы он не видел ее глаз, она начала свой рассказ.

— За год до окончания обучения погиб человек, взявший меня под свое крыло. Он платил за мое место в заведении и определял деньги на счёт для различных нужд, за это я выполняла просьбы по грабежу или что то вроде того. Когда его не стало, все, кто был с ним, забыли о моем существовании. Я осталась одна без денег. Вот-вот должен был наступить день внесения оплаты за триместр, и от безысходности я пошла в клуб, чтобы напиться и забыть обо всем. Там я познакомилась с мужчиной, — тут она сделала паузу, потому что начиналось самое ужасное, по ее мнению, — мы провели время вместе, а потом поехали к нему. Я проснулась раньше него, потому что привыкла к такому режиму, и уже собиралась уходить… Как увидела на комоде его кошелек. Он был набит купюрами, которые были мне тогда так необходимы. Не долго колеблясь, я взяла половину, но этого было мало. К моему счастью или несчастью, этот человек нашел меня после и, вероятно, его всё настолько устроило, что он предложил мне спать с ним за деньги, — Барнс, обвив рукой ее талию, взял за руку, пытаясь этим жестом показать, что всё в порядке, — это был мой единственный выход, я согласилась. Приходила к нему, а он стабильно перечислял обновленную заранее сумму. Потом я закончила учебу и послала его, но только из-за того, что я практически перестала спать и у меня не было времени на подготовку в целом, я плохо сдала последние из экзаменов, поэтому никто не хотел брать меня на стоящие задания. Тогда я стала существовать сама по себе, хватаясь за любые мелкие дела, которые предлагали незначительные люди. Только этих денег было мало, чтобы одеваться, есть и оплачивать жилье. Тогда, в дни когда все было хреново, я возвращалась к прежней тактике: спала с каким то мужиком, делала всё, чтобы после он просто не мог заявить на меня, а с утра… — Ли опустила голову, ослабив до сих державшую руку Баки, понимая, что он скорее всего он захочет отпустить ее.

Но к ее удивлению, он сжал только крепче.

— Ты не должна была проходить через все это дерьмо. Ты ещё такая малышка, — он приложил лоб к плечу девушки, — мне жаль, что тебе пришлось… — он поднял голову и стал разворачивать ее к себе, — иди сюда, — обняв, мужчина взялся рукой за ее щеку, сделав так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза, — ты нравишься мне. Нравишься такая, как ты есть. И я не позволю больше никому поставить тебя в такое положение, из которого ты должна выкорабкиваться. Ты можешь рассказывать мне все, что посчитаешь нужным. Просто знай, что я никогда не осужу тебя.

Она потянулась к его губам, только что произнесшим самые важные слова в ее жизни, Ли жаждала снова почувствовать их с самого первого дня. Засыпая, ежедневно, она представляла это, и вот сейчас, без всяких препятствий появилась возможность.

Барнс тут же ответил на поцелуй. Но он отличался от того, что был в машине, он нежный, аккуратный, заживляющий раны, словно это самое сладкое и самое сильное лекарство. Его язык ласкает ее, медленно соблюдая траекторию, параллельно Джеймс сминает правой рукой, перетекшей к затылку, ее волосы, придерживая металлической ее подбородок. Их поцелуй сейчас гораздо ближе, как будто они стали частью друг друга, слились воедино, и оба наслаждаются этим.

Наконец то две потерянные души смогли найти покой друг в друге, теперь впереди их ждёт долгая и кропотливая, но счастливая жизнь вместе. И ни никакой Локи Лафейсон, ни наступающие враги не смогут разделить их, потому что теперь им не нужны были тысячи слов, они потратили их сегодня, теперь одно присутствие говорило уже о многом.

‼️пожалуйста прочитайте‼️
Ура, я смогла! для кого то это печаль –окончание истории, но я обещаю что начну писать ещё одну ( кстати у меня в профиле уже есть фф с Баки, только его я писала давно, и он немного корявый ). а так всем спасибо за поддержку мне очень приятно ♡ Так что да, я буду признательна, если вы оставите отзыв со своими впечатлениями или покритикуете работу.