6
После той ночи в Барселоне, когда они полностью открылись друг другу, Кайло и Аврора неразрывно связались. Их редкие встречи были наполнены нежностью, а долгие видеозвонки через континенты стали такой же важной частью их жизни как воздух. Кайло был терпелив и внимателен, продолжая разрушать те последние стены, которые Аврора все еще инстинктивно пыталась возводить вокруг себя.
Он не давил, а обволакивал ее заботой.
Месяц спустя, Кайло прилетел в Осло. Для Авроры это был сюрприз. Он появился у ее двери без предупреждения, лишь с одной маленькой сумкой и огромным букетом норвежских тюльпанов – её любимых цветов. Сердце Авроры забилось радостно и тревожно одновременно.
Они провели несколько дней, гуляя по городу, посещая любимые места Авроры, наслаждаясь простыми моментами, свободными от публичности и давления.
Однажды вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в нежные розовые и золотые тона, они сидели на скамейке в старом парке, откуда открывался вид на фьорд. Кайло обнимал её, и Аврора чувствовала себя абсолютно счастливой, по-настоящему дома, рядом с ним.
Внезапно Кайло слегка отстранился. В его глазах играл мягкий, но решительный огонек. Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшую, элегантную бархатную коробочку. Сердце Авроры замерло.
— Аврора, — начал он, его голос был глубоким и немного дрожащим, что было для него нехарактерно. — Я знаю, что все происходит очень быстро. Возможно, быстрее, чем ты привыкла. Но я больше не хочу ждать. Я никогда не встречал никого, кто мог бы так же легко вывести меня из себя и так же быстро заставить меня чувствовать себя самым счастливым человеком на свете. Ты – моя полная противоположность, и именно поэтому ты идеальна для меня.
Он открыл коробочку. Внутри лежало кольцо. Оно было простым, но изысканным: тонкое платиновое кольцо с одним, но безупречно сияющим бриллиантом.
— Аврора Фрейя, — он взял её руку, его пальцы слегка дрожали. — С нашей первой встречи я понял, что ты будешь для меня вызовом. Ты заставила меня почувствовать то, чего я давно не чувствовал – искренность, уязвимость, настоящую связь. И теперь я не представляю своей жизни без тебя. Ты мой маяк в этом сумасшедшем мире. Станешь ли ты моей? Моей девушкой, моим партнером?
Аврора смотрела на кольцо, затем на его глаза. Слезы навернулись на ее глаза, но это были слезы чистой, неподдельной радости. Все её страхи, все сомнения развеялись в этот момент.
— Да, Кайло, — прошептала она, её голос был едва слышен. — Да! Да, я согласна!
Он надел кольцо на её палец, и оно идеально село, сияя в лучах заходящего солнца. Затем он притянул её к себе и поцеловал. В этот момент Аврора чувствовала себя самой счастливой женщиной на Земле.
Их счастье казалось абсолютным, нерушимым. Кайло оставался в Осло, насколько позволял его график, и каждый день был наполнен смехом, открытиями и укреплением их связи. Аврора впервые почувствовала себя по-настоящему любимой и понятой.
Однако, как это часто бывает, судьба имела свои планы. Однажды вечером, когда Кайло был на тренировке, Авроре позвонили. Это был звонок из больницы. Холодный, официальный голос сообщил ей то, что заставило мир остановиться и рухнуть в одно мгновение.
Её приемная мать, та женщина, которая взяла её к себе в семь лет, вырастила и дала ей всё, что могла, скончалась. Внезапно. Из-за осложнений, о которых Аврора даже не подозревала.
Телефон выпал из её ослабевшей руки. Воздух словно вырвали из легких. Боль была настолько физической, что она согнулась пополам. Мама. Её мама, единственная настоящая опора, которую она знала, ушла. Женщина, которая дала ей дом, любовь, которая научила её быть сильной и независимой, больше не была рядом.
Когда Кайло вернулся, он застал Аврору на полу, свернувшуюся клубком, сотрясаемую беззвучными рыданиями. Его лицо мгновенно изменилось. Он бросился к ней, опустился на колени и крепко обнял.
— Аврора? Что случилось? Что с тобой?
Она не могла говорить. Просто протянула ему выпавший телефон, на экране которого горел номер больницы. Он взял его, быстро просмотрел историю звонков, и его лицо побледнело.
— О, Аврора, — его голос был полон боли и сочувствия. Он прижал ее к себе еще крепче, качая взад-вперед, словно пытаясь раскачать ее из этого кошмара. — Мне так жаль, так жаль…
Последующие дни были полны горя. Аврора погрузилась в себя, её обычная энергия и дерзость исчезли, уступив место апатии и глубокой печали. Она выполняла все необходимые ритуалы, связанные с похоронами, словно во сне. Кайло был рядом. Он не отходил от неё ни на шаг. Он держал её за руку, когда она плакала, он молчал, когда ей хотелось тишины.
Но горе, особенно такое глубокое и внезапное, начало менять Аврору. Она стала замкнутой, погруженной в себя. Иногда на неё накатывали приступы паники, беспокойства, которое она не могла контролировать. Ночью её мучили кошмары. Днем она могла часами сидеть, уставившись в одну точку, потеряв всякий интерес к окружающему миру.
Она начала принимать. Сначала это были безобидные вещи – лишняя чашка кофе, чтобы заглушить тоску, затем больше сигарет, чтобы справиться с тревогой. Потом она обнаружила, что алкоголь на короткое время приносит забвение, притупляя острую боль.
Одна бутылка вина в день превратилась в две. Затем она начала искать что-то более сильное, чтобы заглушить эту невыносимую пустоту внутри. Кайло замечал это. Он пытался говорить с ней, но она отталкивала его, закрывалась. Она была в ловушке своего горя, и этот плен затягивал её всё глубже. Их любовь, только что расцветшая, теперь оказалась перед лицом самого серьезного испытания.
Однажды утром, после очередной бессонной ночи, Кайло сидел на диване в гостиной. Ему было больно, невыносимо больно, но он понял, что должен был подумать и о себе. Он должен был спастись, если хотел хоть как-то помочь ей в будущем.
Когда Аврора вышла из спальни, её взгляд был мутным, движения неверными. Она заметила Кайло, его напряжённую позу.
— Аврора, — его голос был низким, почти мёртвым. — Мы так больше не можем. Это… это разрушает нас обоих. Я не могу смотреть, как ты это делаешь с собой. И я не могу вытащить тебя, если ты сама этого не захочешь.
Она безучастно посмотрела на него, словно его слова не доходили до неё.
— Что ты хочешь сказать? — её голос был почти шёпотом.
Кайло глубоко вздохнул, собираясь с силами.
— Я думаю… нам нужно взять паузу. Отдохнуть друг от друга. Тебе нужно время, чтобы справиться с этим. А мне… мне нужно понять, как жить дальше. Я всегда буду любить тебя, Аврора, но я не могу быть твоим спасителем, если ты не хочешь, чтобы тебя спасали.
В её глазах на мгновение вспыхнуло что-то похожее на панику, затем это чувство быстро сменилось холодной пустотой.
— Ты уходишь, — сказала она, это было не вопросом, а констатацией факта.
— Я не ухожу навсегда, — он попытался протянуть к ней руку, но она отшатнулась. — Я просто даю нам обоим пространство. Пожалуйста, обратись за помощью, Аврора. Я умоляю тебя.
Он собрал свои вещи быстро, почти механически. Аврора стояла в дверном проёме, наблюдая за ним, как за незнакомцем. Не было слёз, не было криков. Лишь холодная, давящая тишина. Когда он уходил, он обернулся, его глаза были полны боли и надежды.
— Позвони мне, Аврора. Когда будешь готова.
Дверь закрылась. Аврора осталась одна. Опять. И на этот раз – по-настоящему.
Дни после его ухода превратились для Авроры в непрерывный кошмар. Пустота в квартире была оглушительной. Она проводила время в полном одиночестве, теряя счёт времени.
Однажды утром, проснувшись на диване, она нашла свой старый ноутбук. Пальцы дрожали, когда она открыла его. Она не искала ничего конкретного, просто хотела отвлечься. И тут её взгляд упал на одну из новостных закладок, которую она когда-то использовала для работы. Спортивный портал.
На главной странице, яркое, жизнерадостное фото Кайло. Он улыбался, его глаза сияли. Рядом с ним стояла высокая, стройная блондинка, тоже улыбающаяся. Их руки были переплетены. Заголовок кричал:
«Новая муза Кайло Алессандро:
звёздный футболист нашёл утешение после сложного сезона на ».
Мир Авроры, который и так уже висел на волоске, рухнул окончательно. Ненависть. Пустота. Отчаяние. Он двинулся дальше. Он нашёл кого-то другого, кого-то, кто не был сломлен горем, кто мог быть с ним рядом. А она… она осталась одна.
Это была красная карточка. Окончательная. Без права на возвращение.
Аврора встала, её тело качнулось. Голова кружилась, но в глазах появилась странная, холодная ясность. Она больше не чувствовала боли, лишь ледяное оцепенение. Её руки больше не дрожали. Она шла медленно, целенаправленно, словно невидимая сила вела её.
В этот день в Осло пошёл снег. Крупные, пушистые хлопья медленно опускались на землю, покрывая всё вокруг белым, чистым покровом.
Год спустя
Год. Двенадцать месяцев без неё. Тридцать шестьдесят пять дней, которые Кайло прожил, словно в вакууме. Мир продолжал вращаться, футбол не остановился, фанаты по-прежнему скандировали его имя, но для него всё потеряло цвет, вкус, смысл. Каждое утро он просыпался с ощущением давящей пустоты в груди, которая не исчезала ни на секунду.
Слух о том, что произошло с известной журналисткой, достиг его спустя несколько дней.
Он не мог поверить. Телефонные звонки, попытки связаться с ней – всё было напрасно. Он так и не смог поговорить с ней после того расставания.
Он винил себя. За то, что не уберёг. За то, что не понял. За то, что не смог вытащить её из того мрака. Её беззвучный крик до сих пор отдавался эхом в его голове, преследуя его в кошмарах.
Его футбольная карьера не остановилась, но изменилась. Он по-прежнему был звездой, его имя звучало на всех спортивных каналах, но прежнего огня в его глазах больше не было. Он играл механически, выдавая блестящие результаты, но без той страсти, без той радости, что была раньше. Мяч всё так же слушался его, но его сердце было разбито. Победы больше не приносили ему того опьяняющего счастья. Каждый забитый гол был лишь ещё одним шагом в пустом, бессмысленном движении вперёд.
Вечеринки, общение с товарищами по команде, интервью – всё это теперь было лишь частью рутины, которую он выполнял на автопилоте.
Его квартира в Барселоне, где они провели те счастливые часы, теперь казалась ему склепом. Он не мог там находиться. Каждый уголок, каждый предмет мебели напоминал о ней: её смех, её прикосновения, её уязвимость. Он переехал. Купил небольшой дом на окраине, подальше от суеты города, от любопытных глаз. Там он мог быть наедине со своим горем.
На его указательном пальце по-прежнему сияло платиновое кольцо Авроры, то самое, которое он ей подарил. Он никогда его не снимал. Это было его постоянное напоминание о ней, о её красоте, о её хрупкости, о его провале.
Иногда, в самые тёмные часы, он приходил на берег моря. Смотрел на бескрайние волны, разбивающиеся о скалы, и думал о ней. О том, как они могли бы быть счастливы. О том, что он мог бы сделать по-другому. Он никогда не переставал искать ответы, но их не было. Только боль.
С течением времени воспоминания о девушке всё реже всплывали в памяти, пока совсем не угасли. Фанаты вскоре забыли о том случае — всего лишь спустя несколько месяцев. Кайло, находясь в здоровых отношениях с близкой подругой, не хотел вновь возвращаться к болезненным переживаниям.
Так, неосознанно, Аврора погибла во второй раз — уже не физически, а духовно. Её душа растворилась так глубоко, что, возможно, даже на небесах её тело осталось неузнанным — окончательно исчезшим из памяти живых.
«Человек умирает тогда, когда умирает последнее воспоминание о нём.»
—Джоан Роулинг
Спасибо за прочтение!💌