35
Pov Валя
Едва я вхожу в квартиру и закрываю за собой дверь, как бросаюсь на кровать и начинаю горько, отчаянно рыдать.
Я плачу и плачу, так долго, пока во мне не остается ни единой слезинки, пока не закладывает нос, а затылок и виски не начинают нещадно, болезненно пульсировать.
Лишь тогда я поднимаюсь, и начинаю выполнять все то, что должна была сделать сразу же после приезда. Принимаю душ, переодеваюсь в домашнее, начинаю распаковывать вещи.
Звоню сестре и сообщаю, что все в порядке, я долетела нормально и сейчас нахожусь дома.
Принимаю пару таблеток успокоительного.
Еще раз сверяюсь с графиком сдачи экзаменов, и договариваюсь с Соней сходить завтра на один из модных показов.
Я принимаю решение жить своей обычной жизнью. Той, что я вела до этой поездки, той, что я уже выстраивала для себя однажды, когда тоже приходилось выживать.
На следующий день у меня начинаются месячные, и я вздыхаю в некотором облегчении. Несмотря на то, что мы с Егором предохранялись, пару раз получалось так, что был хоть и совсем крошечный, но все же шанс забеременеть.
Я сознательно не пила таблеток, даже допуская, что тогда с большой вероятностью не смогла бы продолжить работать моделью. Разве что меня согласились бы взять рекламировать одежду для беременных.
Но мне отчего-то хотелось пустить все на самотек.
Не знаю, сказалось ли невольное влияние сестры, либо желание стать с Егором еще ближе, а что может быть ближе крошечного общего малыша. Или хотелось поступить вопреки наказам семьи. В общем, в душе я понимала, что была бы не против... Хотя не представляю, как бы воспитывала малыша одна.
Но, сестра же как-то справлялась. Всю беременность и потом целых три месяца, пока отец Игорька, Демьян, не приехал за ней и не потребовал жить у него.
Возможно, если бы у меня появилась маленькая дочка или сыночек, мне бы перестало быть так грустно и одиноко.
Конечно же, где-то на периферии маячила мысль, что Егор, узнай он о таком повороте, ни за что бы меня не бросил.
Но, с другой стороны...
Это же так подло и жалко, удерживать мужчину возле себя при помощи ребенка. Так что я рада, что в итоге не забеременела и могу продолжать вести привычный образ жизни.
Не все так ужасно.
Он даже предложил, чтобы я ему звонила. Если мне захочется секса с ним.
Слезы снова готовы хлынуть лавиной из глаз, но на этот раз я сдерживаюсь, и не позволяю себе расклеиться.
Как-нибудь, если уж будет совсем невмоготу, позвоню...
Да, именно так, если наступит совсем край, я ему наберу.
А пока что я держусь. Справляюсь, умираю изнутри, но не звоню.
Находясь в каком-то полусне-полубреду, я проживаю неделю, и выныриваю из депрессии только благодаря работе.
Марта Сергеевна предложила мою кандидатуру знакомым, и несколько дней я была занята на съемках нижнего белья для каталога. Заплатили, и сразу же по приезду домой я тщательно спрятала деньги, выделив только на еду и оплату счетов по квартире.
На предложение девочек пройтись по магазинам и спустить часть гонорара на наряды сообщила, что у меня слишком много дел.
А вот сейчас, сидя на подоконнике, и пялясь на темный двор, немного жалею, что так безапеляционно отказалась от шопинга. Вернулась бы уставшая, и сразу завалилась бы спать. А так, сижу, и сна ни в одном глазу, и снова разрушающие ненужные мысли.
Верчу телефон в руках, стараясь не думать о том, чем сейчас занят Егор. Очень тянет позвонить, но...
В конце концов я срываюсь с места и решаю немного прогуляться по городу. Сажусь на автобус и еду в сторону тетиного дома, где когда-то жила, потому что именно там находится квартира Егора.
Точнее, находилась. Возможно, он уже давно там не живет, но я не знаю, где еще его можно найти. Поэтому тянет туда, словно магнитом.
Что-то около часа я, как дура, прохаживаюсь рядом с его домом, то и дело кидая взгляды на унылые темные окна, а потом захожу в ближайший бар и заказываю алкогольный коктейль.
Выпиваю, и тут же прошу бармена смешать еще один.
Мне приятно.
Все проблемы притупляются, а в теле появляется такая легкость, какой я давно не ощущала.
Замечаю, что двое парней принимаются слишком активно коситься на меня. Мне не нравится их пусть и невербальное, но назойливое внимание. Одним махом я допиваю содержимое бокала, поднимаюсь со стула, и поскорее покидаю бар.
Я чувствую, что пьяна, как-то резко ударяет в голову, но на воздухе становится чуточку легче.
Я снова направляюсь к дому Егора, решив вдруг, что мне необходимо во что бы то ни стало с ним поговорить. Но едва подхожу к будке охраны, понимаю, как бы не была пьяна, я не смогу ему навязаться.
Разворачиваюсь, чтобы убраться восвояси, но тут глаза слепит столь сильный свет фар, что я вынуждена закрыться от него рукой и уклониться.
Пока я промаргиваюсь, дверца машины хлопает, и земля уходит из-под ног, потому что ко мне уверенной расслабленной походкой направляется брат Егора, Демьян.
Возможно это глупо, но я до жути, до оцепенения боюсь этого человека, и...он последний, кого бы я хотела встретить сейчас, да и вообще.
Боже, а вдруг он расскажет Егору, что я здесь ошиваюсь?
Недолго думая я разворачиваюсь, и принимаюсь быстро трусить по тротуару. А когда слышу за спиной движение, перехожу на скоростной бег.
— Стой, — рычит Демьян за спиной, и от звука его голоса я припускаю еще быстрее. Но...
Не стоит и пытаться, когда ты попадаешь в фокус внимания такого парня, как Демьян.
Брат Егора нагоняет меня в считанные секунды, хватает за плечи, тормозит, а потом разворачивает к себе.
Я задыхаюсь уже от того, что этот человек рядом, а уж когда все его внимание оказывается направлено на меня. Его цепкий, пронизывающий до основания взгляд...у меня все мышцы враз деревенеют.
— Не успела прилететь, как ошиваешься под его окнами, — не спрашивает, но утверждает он.
— Пусти, пусти меня, п..пожалуйста, пусти, — хлопаю глазами и беспомощно лепечу я.
Алкоголь вовсю разгуливает по моей крови.
Голова кружится, ноги совсем не держат, а язык, кажется, что он заплетается.
Красивое лицо Демьяна с безжалостным пронизывающим взглядом приближается к моему и от страха я даже зажмуриваюсь.
— Пьяная? — цедит он точно так, как это делает Егор. — От тебя несет за версту.
Я дергаюсь, но вырваться не удается, а Демьян начинает куда-то меня тащить.
— Пусти, — восклицаю я, и начинаю отчаянно вырываться.
Но он, не обращая на мои попытки освободиться никакого внимания, подтаскивает меня к очень дорогой, вымытой до блеска машине, открывает дверь, и бесцеремонно запихивает внутрь.
Пока он обходит капот, я изо всех сил дергаю за ручку двери, но толку от этого ни на грош. Он же тем временем плюхается на сиденье и снова блокирует все двери.
Я жму на кнопку, опускаю стекло и пытаюсь, на самом деле пытаюсь выбраться таким глупейшим способом.
Но Демьяну достаточно дернуть меня за край кофты, чтобы я упала обратно на сиденье.
— Угомонись уже, — рявкает раздраженно, и я замираю.
Он перегибается ко мне, вводя в еще больший ступор, и быстро защелкивает на мне ремень безопасности.
Заводит двигатель, и одновременно с этим раскуривает сигару.
— Ну что, поговорим? — произносит вкрадчиво, выруливая на дорогу, а я понимаю, что пусть он больше и не смотрит на меня, а смотрит куда-то вперед, не смогу произнести в его присутствии ни единого слова.
И...и....куда он вообще меня везет?