16
4 месяца спустя
Январь, месяц, когда не выспавшиеся ученики, приходят на учёбу, сидят словно стали отказываясь воспринимать любую информацию, которую пытаются забить ему в голову. Так четыре месяца, мы и живём. Я работаю, Глеб работает, а Регина выносит мозг с своей беременностью.
Всё это время, она пыталась вернуть Глеба в семью, клялась, что ребёнок от него и что скоро, он очень пожалеет, что вообще позволили себе такое непристойное поведение. Мы скачем по каждому её требованию, утром, днём и ночью, чтобы не расстраивать беременную, волноваться нельзя.
Сейчас, я еду на машине Глеба, в поликлинику к Регине, ведь она хочет узнать пол малыша и позвала блондина. Он он отмахнулся и остался в студии, а мне чисто по-женски, стало жаль беременную мамашку, даже если выгонит меня из кабинета, пускай. Моя совесть будет чиста.
Я поставила машину на парковку и побежала в больницу. Кое-как нашла отделение этой идиотки. Я увидела как она одиноко сидит на железной лавочке и наглаживает свой живот, что-то шепча ему. Я в свою очередь осторожно выглядываю из угла и выхожу, моментально попадая в её поле зрения.
— Что ты тут делаешь? Где Глеб. — меня пытались убить взглядом.
— Думаешь, Голубин сорвётся смотреть, кто у него родиться, бросив работу? — я сажусь рядом.
— Да мне плевать, ты тут что забыла?
— Поддержать тебя пришла.
— Мне ты, твоя поддержка нахуй не сдалась! Ясно?
— Регина? Проходите. — врач открывает дверь и зовёт беременную.
— Выходи, мне потом сказано домой тебя отвезти. — бурчу ей в спину и достаю телефон. За врачом закрывается дверь и я остаюсь сидеть. Через две минуты, дверь открывается.
— Алёна? Зайдите в кабинет. — она растерянно смотрит на меня, как и я на неё. Но быстро встаю и захожу в кабинет. Регина лежит на кушетке с животом, а на экране малыш. По её щекам текут слёзы. Я сажусь рядом, а она хватает меня за руку.
— Ты чего? Что-то с малышом?
— Я боюсь...— шепчет она.
— Вот мамаши пошли, боятся пол ребёнка узнать. — смеётся врач. — Ну что, посмотрим.
Рука моя сжимается чужой ещё сильнее. А я завороженно смотрю на телевизор, где вижу маленького малышка или малышку.
— Мальчик у вас. — улыбается врач.
— Боже...мой сынок. — Регина заливается и улыбается.
— Я рада за тебя. — я улыбаюсь.
— Сфоткай Глебу, позвони. Выйди. — Регина толкает меня.
Я выхожу из кабинета, высылаю Глебу фото и звоню.
— Поздравляю, сын у тебя. — грустно улыбаюсь.
— Это не мой ребёнок, Алён. — грубо произносит Глеб. — Я уже сделал тест, не спрашивай как, сходи в пятый кабинет и скажи, что ты от Голубина, тебе выдадут документы, посмотри от кого малой.
— Это ты должен делать, а не я! Ну Глеб!
— Лён, пожалуйста, помоги, у меня куча работы, я умоляю тебя.
— Ну хорошо, хорошо, горе луковое.
Я не возвращаюсь в кабинет, а бегу до пятого, осторожно стучусь и захожу в кабинет, где сидит мужчина.
— Здравствуйте, вам что-то подсказать? — он по-доброму мне улыбается.
— Да, я от Голубина Глеба, пришла за результатами теста. — киваю головой. Лишь бы не отказал.
— О, понял, вы Алёна?
— Да.
— Покажите пожалуйста документы, сами понимаете, выдаю третьему лицу.
— Конечно.
Осмотрев мои документы, он отдаёт их обратно и подходит к своему столу, долго роясь в бумагах. И наконец-то достаёт заветную бумажку. Отдаёт её мне. Дрожащими руками, я достаю огромный лист и прихожу в шок. Глеб идиот. Он взял материал, буквально каждого из династии, из своей семьи, из семьи Регины, тут собрались все дядя отцы, братья и друзья.
Первый шёл Глеб, и он был в нуле. А значит не он отец ребёнка. Резкий вздох и облегчение, легкая улыбка, но моментальное внимание, кто отец ребёнка?
Глаза бегают по строчкам и по всплывающим нулям рядом со всеми именами, и люди которые перечислены в списке, заставляют меня гордится ими и расслабиться. Все. Кроме Ильи, который на 99,9% процентов, является отцом ребёнка...
****
Сейчас я еду в студию, чтобы дать пизды Илье. Регина едет рядом со мной, в абсолютной уверенности, что ребёнок от Глеба.
— Ты нервная. — усмехается Регина. — Боишься, что в Глебе всё таки проснуться отцовские чувства? — ядом плюется, дура.
— Да конечно? Обязательно проснуться. — я слабо улыбаюсь.
Мы подъезжаем. Выходим. Момент истины, когда всё встанет на свои места. Мы заходим в студию и все приветливо улыбаются нам.
— Ну что? Увидели ребеночка? Красивый? Милый? — Дима улыбается, боюсь даже огорчать его.
— Да, он очень похож на Глеба. — Регина наглаживает животик.
— Конечно, каждый из династии на Глеба похож, и ребенок тоже. — пожимаю плечами и подхожу к Глебу, который целует меня в лоб и ждёт заветную бумажку.
— Ты это о чём? — Илья хмурится.
— Сейчас поймешь, любитель соблазняться и поддерживать в трудную минуту. — я щурюсь.
— Что значит, ребёнок от Ильи? — Голубин резко поднимает голову от бумажки и смотрит на всех растерянным взглядом.
— Что? Какой ребёнок? — Илья встал со стула.
— Что? Что это всё значит? — Регина опускает руки.
— Поздравляю, папаша. — улыбаюсь Илье. Вот тебе и пуси санлайт.
Было ожидаемо, да?