Опора из шелка и стали
Как только замок щёлкнул, и дверь за мной закрылась - всё рухнуло. Всё, что я сдерживала, всё, что прятала за маской стойкости, растворилось в тишине пустой квартиры.
Я просто прислонилась к двери, опустилась на пол, и...
Разбилась.
По-настоящему. Без остатка. Без фильтров.
Слёзы сами покатились по щекам, а вместе с ними - вина, страх, бессилие.
Я закрыла лицо руками, прижав колени к груди, и всхлипывала - не сдерживая ни звуков, ни эмоций. Мне было всё равно. Никто не видел. Никто не слышал. Только стены. Только я. Только это чувство, что я подвела его.
- Как?.. Как я могла не заметить?.. - прошептала я в пустоту.
Я-то думала, что знаю его лучше всех. Что вижу его насквозь, чувствую каждое его движение, каждый намёк. А он... Он улыбался, шутил, обнимал, целовал... И при этом выгорал. Медленно. Молча. Один.
Может, он просто не хотел меня нагружать? Или думал, что справится?
Или я была слишком занята своими коллекциями, проектами, капризами?
Я прикусила губу, злясь уже на себя.
Почему я? Почему не увидела?
Почему он вообще оказался в такой ситуации?
- Чёрт, Кайл... - снова всхлип. - Почему ты не сказал?..
Каждая мысль ранила. Каждое воспоминание последних дней становилось тяжёлым грузом на плечах. Он падал у меня на глазах, а я только сейчас поняла, как близко он был к краю. И всё это время я была рядом. Но, получается... не рядом так, как нужно.
Я провела дрожащими пальцами по лицу, вытерла слёзы, но их было слишком много. Они лились будто сами, будто не я - а моё сердце плакало.
Потом медленно поднялась, устало подошла к зеркалу в прихожей, посмотрела на своё лицо - красные глаза, мокрые щеки, разбитый взгляд.
- Завтра всё изменится, Кайл, - прошептала я. - Я буду рядом. Настоящей. Настоящей опорой. Я не позволю тебе больше страдать в одиночестве. Обещаю.
На утро я проснулась, глядя в потолок, и в голове крутилась всего одна мысль:
К чёрту работу. К чёрту всё. Он важнее.
Без всяких угрызений совести я взяла телефон и набрала Элис.
- Тэйт? - её голос звучал немного встревоженно. - Всё хорошо?
- Я сегодня не приду, - уверенно ответила я, застёгивая куртку. - У меня... появились дела.
- Какие такие дела? Мы же должны были встречаться с поставщиками и смотреть ткани на осеннюю коллекцию.
- Элис, - спокойно, но твёрдо перебила я. - Я разберусь. Просто мне нужно быть кое-где. Сегодня - не до тканей.
Она замолчала на пару секунд, и, кажется, поняла.
- Это из-за него? - мягко спросила она.
Я не ответила. Потому что, да. Это из-за него. Из-за моего упрямого, уставшего, прекрасного Кайла, который вчера потерял сознание после концерта.
И если я не поеду к нему сейчас, не буду рядом, я не прощу себе никогда.
Я сбросила звонок, быстро собрала волосы в пучок, натянула джинсы, худи и без макияжа - впервые за долгое время - вышла из квартиры.
Завела машину. Молча. Ровно.
Но внутри всё дрожало.
Каждый поворот руля, каждый светофор был как будто лишним препятствием.
Мне просто нужно было увидеть его. Убедиться, что он в порядке. Что его дыхание ровное. Что глаза не потухли. Что он здесь.
И вот уже больница. Та самая, где вчера сердце билось в тревоге. Я припарковалась почти на автомате, выбежала из машины, проскочила охрану на входе, как будто меня вела невидимая сила.
- Алессандро Кайл. - бросила я дежурной медсестре на ресепшене. - Палата?
Она что-то посмотрела в мониторе.
- Второй этаж. Палата 214. Но...
Я не дослушала. Уже поднималась по лестнице. Уже бежала к нему.
Потому что больше я не позволю ему проходить через это без меня.
Я быстро шла по коридору второго этажа, скользя глазами по табличкам на дверях. 210... 212... 214. Вот она. Его палата. Сердце стучало, как барабан на рок-концерте, и с каждым шагом стук становился громче.
Я остановилась перед дверью, вдохнула глубже, будто перед прыжком в холодную воду, и открыла.
- Кайл...
Он лежал на кровати, полулежа, опираясь на подушки. Его волосы чуть растрёпаны, под глазами лёгкая тень усталости, но он был жив. И в этот момент мне больше ничего не нужно было.
Его глаза тут же нашли мои. Взгляд - сначала немного сонный, потом удивлённый, потом - тёплый.
- Ты пришла? - голос хрипловатый, с легкой улыбкой. - Я... я не ожидал тебя так рано.
- А я не ожидала, что ты рухнешь прямо после сцены, - сказала я тихо, подходя ближе. - Что ты так долго скрывал, Кайл?
Он хотел что-то сказать, но я не дала. Просто подошла, села рядом и взяла его за руку. Его кожа была теплая, но уставшая. Как будто тело ещё не отпустило тот стресс.
- Ты дурак, - прошептала я. - Зачем так работать? До изнеможения?
Он посмотрел на меня с той самой полуулыбкой, которую я знала наизусть.
- Потому что я хотел быть достойным тебя. Твоего костюма. Своего концерта. Всего этого.
- Кайл, - я качнула головой. - Мне не нужны титулы и суперконцерты. Мне нужен ты. Настоящий. Живой.
Ты не обязан быть героем. Просто будь... моим.
Он молчал. А я чувствовала, как в груди что-то щемит.
Я провела рукой по его волосам, и, кажется, на мгновение он расслабился.
- Знаешь, - прошептала я. - Я вчера чуть не умерла от страха. Когда ты вышел с сцены, ты был как тень.
А теперь я здесь.
И я не уйду.
Он крепче сжал мою руку.
А потом - тихо, с хрипотцой - выдохнул:
- Ты даже не представляешь, как мне повезло с тобой, Тэйт.
А мне - с ним.
Я молчала, пока он говорил. Сидела рядом, сжимая его ладонь, и смотрела в его глаза. Те самые, в которых всегда было столько света, уверенности... и как оказалось, маскировки.
Кайл перевёл взгляд в потолок и сказал глухо:
- Я... Я никогда не показываю, что мне плохо. Даже если внутри - кошмар. Я просто улыбаюсь.
Понимаешь? Это проще.
Проще сделать вид, что всё хорошо, чем признаться, что я устал... или боюсь...
Иначе все начнут задавать вопросы. А я не хочу жалости. Никогда не хотел.
Я почувствовала, как в груди начинает сжиматься. До боли. До дрожи.
Он не просто улыбался, он боролся молча.
Даже передо мной.
- Кайл... - голос предал. Я чуть не сорвалась, но быстро собралась. - Но ты же знаешь, что я - не «все».
Я не спрошу из жалости. Я спрошу, потому что мне не всё равно.
Он повернул голову ко мне. В его взгляде мелькнуло что-то болезненно-уязвимое, почти детское.
- Мне легче улыбнуться, Тэйт...
Легче сказать, что всё в порядке, чем рассказать, что внутри - буря.
Потому что если я начну говорить, я не знаю, смогу ли остановиться.
Я не выдержала. Подалась ближе, прижалась лбом к его щеке и прошептала:
- Тогда говори. Пусть всё вырвется. Я рядом. Я - не уйду.
Даже если ты не улыбаешься. Даже если тебе тяжело.
Кайл ничего не ответил. Только вдохнул дрожащим носом, и я почувствовала, как его руки слегка затряслись.
Это был не страх. Это было освобождение.
Он позволил себе быть слабым. Только со мной.
И в этом было больше любви, чем в тысяче слов.
Я выскользнула из палаты тихо, не желая его будить. Он только начал расслабляться, и я не хотела рушить этот покой даже шорохом. Шла по коридору, накинув куртку поверх пижамной футболки, и чувствовала себя одновременно уставшей и собранной, как будто мне наконец дали чёткую цель - заботиться о нём.
Я нашла пост медсестры, и, улыбнувшись дежурной, спросила:
- Простите, а можно поговорить с лечащим врачом Кайла Алессандро?
- Конечно. Сейчас узнаю, где он. Присаживайтесь, пожалуйста, - медсестра ответила с участием.
Через несколько минут подошёл врач. Молодой, но видно - опытный. В очках, с папкой под мышкой, с уставшими глазами.
- Доброе утро. Вы... девушка Кайла, верно?
- Да, - кивнула я. - Я хотела узнать... когда его выпишут? И вообще... что с ним?
Врач чуть помолчал, будто собирался с мыслями, потом спокойно, но чётко объяснил:
- У него серьёзное переутомление. Эмоциональное и физическое. Мы не будем скрывать - организм буквально дал сбой. Внутренний ресурс почти на нуле.
Хорошая новость - он в безопасности, под наблюдением, без угроз. Но плохая... ему нужно время. Минимум неделя на восстановление. А потом - постепенное возвращение в режим.
Я тихо выдохнула.
Неделя. Всего неделя.
Но, глядя на лицо врача, я понимала - если он не изменит свой образ жизни, это повторится.
- Он... сможет вернуться к концертам?
Врач задумался, потом кивнул:
- Да. Но если он не будет слушать своё тело и психику - это может закончиться гораздо хуже. Он молодой, сильный... но не железный.
Я сжала кулаки. Не от злости - от бессилия.
Он творит чудеса на сцене, да. Но по какой цене?
- Спасибо, доктор, - сказала я, - Я прослежу, чтобы он отдыхал.
И не только неделю.
Доктор слегка улыбнулся:
- Это и правда самое лучшее, что вы можете для него сделать. Психоэмоциональная поддержка - не менее важна, чем медикаменты.
Иногда - даже важнее.
Я вернулась в палату.
Мой мальчик спал.
И в ту секунду я поклялась - я не позволю ему сгореть. Ни за славу. Ни за успех. Ни за публику.
Он будет жить. Счастливо. Спокойно. И со мной.
Я сидела на жёстком пластиковом стуле у кровати, держа его ладонь в своей. Он спал. Спал спокойно, без дёрганий, без тяжёлого дыхания, без фальшивых улыбок. Просто был... настоящим. Уставшим.
И почему-то от этого у меня внутри было всё наоборот - тревожно, пусто, напряжённо.
Я не знаю, сколько часов прошло. Мир как будто остановился. Никаких рабочих звонков, никаких сообщений от команды, никаких идей в голове - только он и белые стены больничной палаты.
Телефон завибрировал в кармане.
Мама.
Я вышла в коридор, на ходу отвечая:
- Алло?
- Тэйт, доченька, ты где? Как Кайл?
Я выдохнула и села на подоконник, глядя в окно:
- Он спит. Врачи говорят, что всё будет хорошо. Просто переутомление. Серьёзное. Я... я не знала, что всё настолько плохо.
- Солнце моё, ты не могла знать. Мужчины такие. Терпят до последнего, молчат, улыбаются, когда внутри всё рушится... - голос мамы был мягким, но с ноткой боли.
- Главное - ты рядом. Это сейчас самое важное.
Я почувствовала, как защипало в глазах.
- Мам... А если бы его не удержали вовремя?
- Не думай об этом. Он в безопасности. И благодаря тебе, кстати. Он теперь знает, что у него есть кто-то, кому не всё равно.
Я кивнула, будто она могла видеть.
- А ты как? - вдруг спросила она. - Ты сама ела вообще? Отдохнула?
- Нет... не до этого, - пробормотала я.
- Так! - строго сказала мама. - Сейчас выйдешь из палаты, купишь себе нормальную еду, выпьешь воды и только потом обратно.
Ты ему не поможешь, если сама вырубишься от истощения.
Я фыркнула сквозь слёзы:
- Да-да... ты как всегда права.
- Я всегда права, малышка. Особенно когда речь идёт о тех, кого ты любишь.
Я чувствую - вы с Кайлом... настоящие. Он тебе не просто "парень". Он как твой... человек.
Поэтому береги его. Но и себя тоже.
- Обещаю, - тихо сказала я.
И когда я вернулась в палату, он всё ещё спал.
А я снова взяла его руку в свою.
И мысленно сказала:
"Ты отдохни, а я побуду сильной за нас двоих. Столько, сколько нужно."
Я вышла из больницы, чувствуя, как мир за её пределами движется дальше, как ни в чём не бывало. Люди спешили, смеялись, кто-то разговаривал по телефону, а кто-то просто сидел на лавочке с мороженым в руке. А у меня внутри - будто пропасть.
Ноги сами привели меня в ближайшее кафе через дорогу.
Я зашла, села у окна и машинально заказала самый крепкий кофе и тёплый круассан с миндальной начинкой.
Пока ждала заказ, я опустила голову на руки.
Тихо. Спокойно. Но внутри всё ещё гудело от переживаний.
Когда кофе поставили передо мной, аромат хотя бы на мгновение вернул меня в реальность.
Я сделала глоток, крепкий, с горчинкой. То, что надо.
Достала телефон.
- Ладно, отвлекусь, - пробормотала я, открывая Instagram.
Лента как лента - яркие фото, позы, фильтры, лица, бренды, тренды.
Сначала это было просто... шумом.
Потом я начала вглядываться.
⚪ Новая коллекция Chanel.
⚪ Сандра выставила фото из Парижа.
⚪ Какая-то блогерша рекламирует духи, которые я терпеть не могу.
⚪ Фото Кайла с Евровидения. Старое. Но комментарии до сих пор идут.
Я зависла на этом фото.
Он там улыбается. Легко. Искренне.
А сейчас... лежит под капельницей.
Вдох. Выдох.
Я пролистнула дальше.
⚪ Видео с показа в Милане.
⚪ Кто-то сделал обзор на мою последнюю коллекцию.
⚪ Кто-то в сторис пишет: «Здоровье важнее всего. Не перегорите.»
Вот ирония.
Будто весь мир решил показать мне знаки.
Я посмотрела на круассан и отломила кусочек.
- Тэйт, - прошептала я себе. - Он поправится. Он сильный. А ты... ты должна быть рядом. Но не сломаться.
Сделала ещё глоток кофе и открыла заметки.
В голове уже начали крутиться новые эскизы.
Для него.
Для себя.
Для новой главы.
Я сидела в кафе, будто растворённая в шуме и суете, которые происходили вокруг. Мимо проходили люди, официант что-то весело говорил другому столику, за окном машины мелькали одна за другой. А я... просто сидела.
Смотрела в одну точку. Даже не знаю, на что именно. На пятнышко на скатерти? На капельку кофе на чашке? Или, может быть, сквозь всё это - куда-то в пустоту.
Мысли не складывались.
Они, как беспорядочные обрывки ткани, не прошитые, не соединённые, не имеющие ни формы, ни логики. Только ощущение...
Ощущение тревоги.
«Пусть эта неделя пройдёт быстро...» - тихо пронеслось в голове.
Я не молилась, не просила у Вселенной золотых гор - только этого.
Пусть он поправится. Пусть всё это окажется просто паузой, а не трещиной. Пусть вернётся мой Кайл - живой, яркий, с тем взглядом, который растапливал меня с первой секунды.
Я достала телефон, не зная, зачем.
Зашла в заметки и написала:
> "Кайл.
Мне всё равно, сколько времени это займёт.
Я просто хочу, чтобы ты был здоров.
И чтобы, когда ты вернёшься, я снова увидела ту самую улыбку.
А пока... я просто буду ждать.
И любить."
Я закрыла заметку и снова отложила телефон.
Круассан остался наполовину нетронутым. Кофе уже остыл.
Я не чувствовала вкуса.
Только одно желание било в груди -
чтобы это всё скорее закончилось.
Чтобы снова было «мы».