Часть 47
Пройдя несколько километров, оба почувствовали, что стало гораздо прохладнее. Впереди, насколько хватало глаз, виднелась лишь степь, укрытая белым ковром. А затем и вовсе пошёл снег. Началась метель. Чуя поступал со снегом так же, как и с дождём, ограждая и себя, и Осаму от него способностью. Несколько раз он взлетал и пытался рассмотреть, что ожидает их на пути дальше, но из-за метели видимость была довольно плохой и толком разглядеть ничего не удалось. А вскоре эсперам на пути начали попадаться какие-то деревья. Их стволы и ветви были голыми, листва полностью отсутствовала, и в этом не было ничего удивительно, ведь везде лежал снег. Скорее всего, в этом мире деревья на зиму сбрасывали листву.
— Замёрз? — спросил Осаму, когда Чуя в очередной раз спустился на землю.
— Терпимо, — ответил альфа. — А ты?
— Тоже пока нормально.
Пройдя ещё несколько километров, эсперы углубились в лес, а затем заметили где-то вдалеке что-то светящееся. К тому времени на улице начало смеркаться, и, подойдя ближе, они поняли, что светящееся пятно является пламенем от костра.
Осаму остановился, вглядываясь вдаль, взяв Чую за руку.
— Подожди, — сказал он. — Нужно разведать обстановку. Мало ли кто там и сколько их, а наши шаги по хрустящему снегу слышны издалека. Судя по расстоянию, которое мы прошли, где-то там должна быть та самая минка, которая указана на карте.
— Из-за метели и темноты я вряд ли что-то увижу, Осаму. Кстати, стемнело как-то быстро.
— Здесь зима. В это время года обычно рано темнеет, наверное, и в этом мире так же, как у нас. Всё же попробуй, может, подлетишь поближе.
— И оставить тебя одного?
Осаму пожал плечами, сказав:
— Ты же ненадолго. Всё будет нормально. Дай свой пистолет и нож: у меня патроны закончились.
— Держи, — Чуя передал Осаму оружие и взлетел вверх, оглядываясь по сторонам. Видимость стала ещё хуже, и дальше чем на десять метров ничего нельзя было разглядеть. Спустившись ниже, стараясь скрываться между деревьями, хотя они и были лысыми, Чуя осторожно перемещался вперёд, иногда оборачиваясь и поглядывая на Дазая, желая убедиться, что с ним всё в порядке.
Накахара подлетел к костру ещё ближе, остановившись метрах в десяти от него, и заметил несколько фигур, похожих на людей, а чуть дальше от них виднелся какой-то домик. В темноте и из-за метели его плохо было видно, но то, что это дом, Чуя не сомневался, к тому же в его окнах что-то слабо светилось.
«Какое-то искусственное освещение», — промелькнула мысль в голове Чуи.
Он понаблюдал ещё несколько минут за людьми, сидевшими у костра, и решил вернуться к Дазаю, так как отсюда его не было видно. Однако Осаму на том месте, где он его оставил, не оказалось. Чуя в панике оглядывался по сторонам, но нигде не увидел эспера, а затем обратил внимание на следы. Они вели куда-то вправо, и там были лишь следы Дазая — никаких других Накахара не заметил. А вскоре он увидел Осаму, который стоял за широким стволом дерева и, похоже, за чем-то или за кем-то наблюдал. Обернувшись к Чуе, Дазай приложил палец к губам.
— Что там? — тихо спросил альфа, подходя к Осаму.
— Пока не знаю. Я услышал какой-то слабый шум.
— Ты тоже при ходьбе издаёшь шум, — зашептал Накахара, но при этом его глаза гневно сверкнули. — Так какого чёрта ты сюда попёрся один?
— А что, волнуешься, Чуя? — с улыбкой спросил Дазай. — Это так мило.
— Идиот. Так какого хрена ты сюда пошёл, не дождавшись меня?
— Потому что заметил кое-что странное.
— Что именно?
— Сначала я услышал шум и, сделав несколько шагов в эту сторону, заметил, как что-то быстро перемещалось между деревьями. Там точно была какая-то фигура, похожая на человеческую, но люди с такой скоростью двигаться не могут.
— И где она? Я ничего не вижу.
— Понятия не имею. Исчезла. У тебя что?
— Там действительно горит костёр. Чуть дальше какой-то дом, а у костра сидят люди или что-то иное. В темноте не видно, но фигуры очень похожи на человеческие. Я заметил шестерых, но, возможно, их больше. В доме тоже наверняка кто-то есть.
— Ладно, пойдём туда, — сказал Дазай, делая шаг в обратном направлении. Чуя тоже сделал шаг, а затем Осаму резко развернулся назад. Какая-то смазанная тень на мгновение промелькнула рядом с ними, и Дазай взмахнул рукой, в которой держал клинок. Сверкнула белая вспышка, послышались ругательства, и кто-то противно взвизгнул. Чуя засветился красным, и чьё-то тело рухнуло к ногам Дазая. Всё это произошло слишком быстро, за какие-то секунды, и эсперы сами не совсем поняли, что случилось.
Чуя зажал рукой плечо. Между его пальцев обильно сочилась кровь. Осаму склонился над существом, лежавшим у его ног. Оно было мертво. Из страшной раны на его горле обильно вытекала тёмная, почти чёрная кровь. Когда существо атаковало Чую, перемещаясь довольно быстро, Дазай среагировал мгновенно, нанеся ему смертельную рану ножом. Но похоже, что оно успело за секунду до этого ударить Накахару лапой, который случайно коснулся Дазая, так как эсперы стояли слишком близко друг к другу, и не успел вовремя активировать способность, чтобы защититься от атаки.
— Присядь, — произнёс Осаму, включая телефон и фонарик на нём. Он осветил рану, когда Чуя присел на корточки. — Убери руку.
Накахара выполнил просьбу любовника, не проронив при этом ни звука. Плечо болело; он пытался сам посмотреть на рану, но она располагалась довольно высоко, и ему почти ничего не было видно.
— Что там? — спросил Чуя.
— Глубокие рваные раны от когтей, — проговорил Дазай, снимая одежду с плечей эспера, чтобы осмотреть рану получше. — Сантиметров пятнадцать в длину. Эта тварь до кости тебе плечо разодрала. Сильное кровотечение. Ты как себя чувствуешь? Голова не кружится?
— Вроде бы нет.
Осаму извлёк из кармана плаща жестяную банку и передал её Чуе.
— Открой.
Чуя, активировав способность, откупорил банку, и Дазай, окунув в неё пальцы, сказал:
— Будет жечь.
— Потерплю, — буркнул Чуя, и Осаму нанёс слизь на его раны, после чего Чуя закупорил банку и передал её Дазаю.
— Что это за тварь? — Осаму склонился над телом, освещая его фонариком. — Ты только посмотри!
Дазай взял сморщенную, без волосяного покрова, лапищу монстра в свои руки. Она оказалась в два раза больше, чем обе его ладони, хотя само существо вряд ли имело рост больше двух метров, скорее даже меньше. Чуя с интересом посмотрел на лапу, пытаясь разглядеть когти, но их не было. Осаму выпустил лапу из своих рук и посветил фонариком в лицо существа.
— Странно, — проговорил он. — Раны на твоём плече точно от когтей, но у этой твари их нет. Как же она умудрилась нанести тебе такие повреждения?
— Я не знаю. Не успел её рассмотреть вблизи: она двигалась слишком быстро.
Дазай взял в руки вторую лапу и посветил на неё, рассматривая. Там тоже не было никаких когтей.
— Возможно, после смерти когти исчезают. Или оно их как-то выпускает? Смотри, у него на пальцах кровь. Значит, нанёс удар именно этой конечностью, — сказал Осаму и, выпустив лапу существа из рук, снова посветил ему в лицо.
Оно было без признаков какой-либо растительности. Кожа монстра оказалась гладкой, сероватого цвета, а возле заострённых ушей, находившихся по бокам лица, сморщенной; на лбу имелись три не слишком больших ороговевших нароста. Нос как таковой отсутствовал — на его месте располагались две дырки, через которые существо дышало. Тварь имела толстые мясистые губы. Приподняв одну из них ножом, Дазай обнажил острые, сантиметра по три в длину, зубы во рту. Монстр совсем не походил на человека, если только издалека его можно было с ним спутать, но, тем не менее, носил одежду. На нём было надето что-то вроде кожуха чёрного цвета, длинной до колен. Кожух был сшит из кожи, мехом внутрь, и спереди имел шнуровку, выполненную то ли из жил какого-то животного, то ли из чего-то растительного, но довольно прочного. На ногах существа были надеты грубо сшитые кожаные сапоги, утеплённые мехом внутри. Они имели деревянную подошву.
Осаму расшнуровал кожух и приподнял грубую нательную рубашку, рассматривая сморщенное тело существа. Чуя также с любопытством разглядывал тварь, но продолжал сидеть немного поодаль.
— Как плечо? — задал вопрос Дазай, оборачиваясь к возлюбленному и освещая фонариком раны, которые за прошедшие несколько минут стали меньше.
— Печёт, но терпимо. Может, стоит убраться отсюда?
— Уберёмся, как только твоё плечо придёт в норму.
Осаму вновь посветил на существо фонариком, снимая с него сапоги и рассматривая их снаружи и изнутри. Они оказались довольно тёплыми и так же, как и кожух, были на шнуровке.
— Кажется, твой размерчик, — произнёс Дазай, протягивая Чуе сапог. — Примеришь? Всё-таки в туфлях холодно.
— Тогда может, ты примеришь?
— Думаю, на меня большие будут: я 42 ношу. А в обуви, которая велика, далеко не уйдёшь.
Чуя пожал плечами и, взяв из рук Дазая один сапог, надел его и зашнуровал. Затем Осаму протянул ему второй сапог, после чего Накахара поднялся на ноги, проверяя, насколько удобно стоять в новой обуви.
— Немного непривычно, — произнёс он и сделал несколько шагов. — Но вроде бы действительно мой размер.
Когда раны Чуи затянулись, эсперы решили пойти всё-таки к костру, прежде содрав с убитого существа кожух, который, по настоянию Накахары, надел на себя Дазай; сам же он набросил поверх плаща шкуру, которая до этого была на плечах Осаму.
— Как-то неудобно в нём двигаться, — пробормотал Дазай, на что Чуя сказал:
— Зато тепло.
— Ты видел тех существ у костра. Они похожи на того, которого мы убили?
— Точнее, ты убил. Не уверен. Было темно, я плохо их рассмотрел. Но на них была какая-то тёмная одежда, это я заметил сразу.
— Нужно быть готовыми к тому, что они окажутся такими же. Думаю, не стоит с ними церемониться — следует сразу же нанести удар.
— Хорошо, стукну их до того, как они что-то поймут. Скорость мне их не нравится, да и когти с зубами тоже.
— Ну ещё бы!
Осаму закинул на плечо что-то вроде импровизированного рюкзака, который они с Чуей соорудили из его плаща и пояса, сложив в него свои вещи.
Пройдя половину пути по направлению к костру, Чуя сказал:
— Стой здесь, иначе они услышат.
Осаму кивнул, кинул «рюкзак» на землю, извлекая из-за пояса пистолет, и огляделся по сторонам. Чуя засветился красным и, взлетев верх, переместился на огромной скорости к монстрам. Он приземлился рядом с шестью тварями, сидевшими у костра и пившими что-то из огромных деревянных кружек. Твари переговаривались между собой на непонятном языке, но Чуя тут же нанёс удар по всем присутствующим гравитацией, ломая им шеи.
Существа ничего не успели понять перед смертью, однако, как и предполагал Чуя, в доме оказалось ещё несколько тварей, и они, быстро перемещаясь, бросились на Накахару. Но на этот раз он знал, чего ожидать, поэтому успел защититься способностью и нанести ответный удар. Послышался выстрел. Затем ещё один. Чуя обернулся назад и бросился туда, где оставил Осаму. Дазай стоял над трупом ещё одного существа, в руке он держал дымящийся пистолет.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Чуя, схватив возлюбленного за плечи и оглядывая его в поисках ран.
— Всё нормально, — ответил Дазай. — Он пытался атаковать меня, но обнуление сработало. Выходит, это способность. Странно, правда? Вот почему у мёртвого существа не было когтей. Тварь, напавшую на меня, удивило произошедшее, когда сверкнула белая вспышка. За мгновение до того, как способность полностью сработала, я успел рассмотреть огромные клыки в её пасти. Они были намного больше, чем у того мёртвого существа, и когти оказались не менее пятнадцати сантиметров.
Осаму склонился над убитым монстром и осмотрел его пасть, а также лапы. В пасти оказались такие же зубы (именно зубы, не клыки), как и у первой твари, которой он перерезал горло. Когти на огромных конечностях сейчас тоже отсутствовали.
Чуя также осмотрел тварь, затем произнёс:
— Нужно проверить дом.
— Пойдём.
Эсперы направились к дому. Осаму включил фонарик на телефоне, так как при нападении Чуи на существ от костра почти ничего не осталось, лишь несколько тлеющих палок валялись то тут, то там, но освещения они не давали. Бегло осмотрев трупы, эсперы зашли в дом, который оказался довольно большим и имел восемь комнат, помимо той, в которой они оказались, едва войдя внутрь, и служащей, видимо, прихожей. Из неё можно было пройти в другие помещения. Каждое из них от прихожей, которая была довольно большой, отделяли двери, но они не открывались наружу или вовнутрь, а отъезжали в сторону. Одна из комнат, судя по всему, была кухней. Ещё одна заменяла ванную, а шесть других комнат оказались спальнями. В трёх из них были какие-то деревянные, явно самодельные, кровати без ножек, довольно большого размера. На них свободно могло разместиться от двух до четырёх человек. Вместо матрасов на них лежали огромные тюки, набитые сухой травой — это сразу стало понятно, едва эсперы прощупали их. В трёх других комнатах тоже оказались похожие кровати, но поменьше размером. В каждой из них находился деревянный, грубо сколоченный столик, на котором стояла странного вида лампа. Днище её было также сделано из дерева и имело квадратную форму, а по центру располагалась светящаяся многогранная штуковина, похожая на кристалл. Лампа не имела никаких проводов или кнопок. Дазай взял её в руки и осмотрел. Деревянная подставка под кристаллом на ощупь оказалась довольно гладкой, и на ней не было никаких выступов, впадин, трещин и прочего. Если она и открывалась как-то, то, видимо, нажатием на какую-то скрытую точку. Осаму, прощупав поверхность со всех сторон, так и не смог открыть лампу, хотя и подумал о том, что, возможно, она просто не открывается. Сам кристалл был вставлен в подставку из дерева; непонятно, как он крепился к ней, но держался на своём месте довольно надёжно.
Пройдя в ванную, Чуя с Осаму обнаружили там похожую лампу, только она не имела квадратной подставки внизу — это была какая-то тонкая дощечка, которая крепилась к стене. В комнате стояла огромная деревянная ёмкость, похоже, заменявшая местным обитателям ванную. Рядом находилась странная плита, заметив которую, эсперы вспомнили, что видели нечто похожее, когда направлялись к деревне, разрушенной Чуей из мира Дазая. Они ещё тогда не поняли сразу, что же в них такое летело, охваченное красным свечением, а потом и вовсе позабыли о поломанной кастрюле с остатками какого-то варева и горячей штуковине, похожей на плиту. Вспомнив о том инциденте, Осаму подумал о том, что именно Чуя тогда отправил в полёт плиту и кастрюлю гравитацией.
На плите стояло что-то вроде ведра из какого-то толстого материала, но так, навскидку, невозможно было определить, что это: металл или нечто совсем иное. Чуя заглянул внутрь ведра и сказал:
— Снег, наполовину растаявший.
— Похоже, что кто-то собирался принимать водные процедуры, — усмехнулся Осаму. — Но, видимо, не судьба. Хотя принять ванну нам тоже не помешает.
— Ещё бы! Ты-то хоть под дождём немного помылся, а вот у меня тело зудит так, что кожу содрать хочется.
— Надо было раздеться и со мной купаться, а не пытаться утащить меня в пещеру.
— Я за тебя переживал. Тебе не стоит переохлаждаться.
— Ты слишком обо мне заботишься. Я не какая-то неженка.
— Знаю. Но сейчас несколько иная ситуация. Тебе действительно стоит поберечься.
— Скажи это моим ногам, которые топали десять километров в туфлях по снегу.
— Нужно подобрать тебе сапоги. Кстати, в них вполне можно ходить. Я думал, что деревянная подошва будет не слишком удобной, но если бы не знал, что она из дерева, сам бы не догадался по своим ощущениям.
— В некоторых странах до сих пор изготавливают обувь из дерева, — проронил Осаму, оглядывая комнату.
— Неужели? — удивился Чуя, на что Дазай кивнул и покинул ванную, направившись в кухню.
Там тоже была лампа на подставке, массивный, грубо сколоченный деревянный стол, большое количество табуретов вокруг него и плита, такая, как в ванной.
— Один, два, три... — начал считать Дазай.
— Что ты делаешь? — не понял Чуя, но Осаму остановил его жестом, подняв руку вверх, и продолжил считать.
— Двенадцать, — заключил он, затем обернулся к Чуе и сказал: — Где-то бродит ещё одна тварь. Ты запер дверь?
— Да, на засов. С чего ты взял, что ещё кто-то остался?
— Двенадцать стульев. На столе также стоят двенадцать деревянных мисок. На плите кипит кастрюля, в которой что-то варится. Твари готовились ужинать, и, к слову, пахнет довольно мерзко. — Дазай подошёл к плите и приподнял крышку кастрюли, заглядывая внутрь. — Какая-то пакость, — констатировал он, опуская крышку на место. — Довольно крупные куски мяса, вперемешку с чьими-то внутренностями.
Осаму отошёл от плиты и, посмотрев на Чую, сказал:
— Возле дома валяется девять трупов, ещё двоих тварей убил я — осталась одна. Но боюсь, она уже знает о том, что мы здесь, и вряд ли нападёт в открытую.
— Я могу убрать трупы гравитацией и прикрыть их снегом.
— Если тварь ещё здесь не побывала, то, возможно, это поможет. Не хотелось бы, чтобы она напала во сне, иначе снова придётся спать по очереди. Пойдём, нужно осмотреть следы возле дома. Если существо было здесь, мы их заметим.
Эсперы вышли из дома и, подсвечивая себе фонариком, осмотрелись вокруг. Никаких следов, которые вели бы от леса к дому и телам, обнаружено не было, и Чуя сказал:
— Возможно, тварь ушла охотиться и пока не знает, что здесь произошло.
— Может быть, — задумчиво произнёс Дазай. — Но когда ты их мочил, тут стоял такой грохот! Нужно либо находиться слишком далеко, чтобы не услышать, либо быть абсолютно глухим. У них есть уши, вряд ли они глухи от природы.
— Они не глухие. Перед тем как атаковать их, я слышал, как они общались между собой.
— Ладно, давай подыщем себе подходящую одежду и обувь. И убери их подальше.
Дазай вместе с Чуей осмотрел тела и нашёл себе сапоги по размеру, а также кожух поменьше. Поскольку Чуя был выше и хоть и не намного шире в плечах, то кожух, который был на Осаму, сел на него идеально.
Когда Дазай снимал с трупа тулуп для себя, а Чуя держал в это время в руках телефон и светил на тело фонариком, его луч выхватил лицо твари, и оба эспера заметили, что на лбу у неё не было наростов, а на теле, в районе груди, выделялись два довольно больших бугорка.
— Это существо отличается от того, которое мы встретили первым, — произнёс Накахара.
— Да, — кивнул Осаму. Едва увидев его, он сразу понял в чём дело. — Особь женского пола. К тому же она намного меньше той твари, которой я перерезал горло.
— Значит, это женщина? — Чуя удивлённо вскинул левую бровь.
— Если так можно сказать. Но эти твари точно подразделяются на два пола, как в моём мире. Ладно, Чуя, убери их подальше от дома. Крови тут нет, поскольку у них отсутствуют раны, а беспорядок, думаю, особо никого не насторожит, но всё же я сложу эти разбросанные палки и поломанные кружки в костёр.
— Мне придётся отойти. Уверен, что всё будет нормально?
— Конечно, я ведь обнуляю способности этих существ. Их когти против меня бесполезны, ты сам будь осторожен.
Чуя кивнул и, подняв тела девяти тварей гравитацией, переместил их в глубь леса, после чего ему пришлось отойти от Осаму, чтобы присыпать их снегом. Чуя вернулся минут через пять, Дазай к тому времени собрал разбросанные палки и сложил их в том месте, где был костёр. Обломки от кружек отправились туда же в самый низ, чтобы их не было видно.
— Нужно бы и тела тех двух тварей снегом присыпать. Хотя бы того, что ближе.
— Ладно, — сказав это, Чуя направился в ту сторону, где Дазай недавно пристрелил одну из тварей. Засыпав тело снегом, он вернулся назад, возлюбленный ждал его возле входа в дом.
— Пойдём, — сказал он, и они с Чуей скрылись внутри.
Первым делом Чуя вылил уже кипящую в ведре воду в деревянную ванну, больше похожую на кадку. Затем он сходил на улицу и, набрав снега и утрамбовав его гравитацией, дабы воды при таянии в ведре было больше, поставил его на плиту. Варево, кипевшее на печке на кухне, Чуя перенёс способностью в одну из спален, чтоб не воняло, закрыв после этого дверь в комнату. Отыскав ещё одно ведро в прихожей, Чуя так же наполнил его снегом и поставил на плиту на кухне. Растопив ещё два ведра снега, эсперы кое-как помылись. Перекусив мясом, которое у них ещё оставалось, и выпив немного воды, они отправились в одну из спален.
Парни положили верхнюю одежду на стол, сняли обувь, поставив её возле кровати, и легли в постель, укрывшись огромной мягкой шкурой какого-то животного, которая заменяла местным обитателям одеяло. Дазай, положив голову на плечо Чуи, удобно устроился в его объятиях, чмокнув возлюбленного в губы, но не углубляя поцелуй. Оба понимали, что сексом заниматься в такой ситуации не стоит, так как, напади враг в самый неподходящий момент — во время сцепки, которая могла длиться более тридцати минут, они окажутся беззащитны.
Конечно, спать решили по очереди, и Чуя вызвался дежурить первым, на что Осаму сказал:
— Будь осторожен, Чуя. Тварь до сих пор не появилась, а она должна была вернуться к ужину. Возможно, она знает о нас.
— Не волнуйся, у меня хороший слух.
— Разбуди меня часа через три или когда захочешь спать, — Осаму зевнул, прикрыв рот рукой.
— Конечно, — ответил Накахара, чмокнув Осаму в щёку.
Поглаживая Дазая по голове, Чуя прислушивался к звукам снаружи. Слух у него был прекрасный, как и обоняние, но всё же дом был большой, и эспер опасался, что, если тварь проберётся в одно из окон других комнат, он может и не услышать, хотя все межкомнатные двери они с Осаму специально оставили открытыми. Прошло часа два, Осаму сладко посапывал в объятиях своего альфы, и Чуя чувствовал, что сам уже начинает вырубаться. Он понимал, что спать нельзя и кто-то должен бодрствовать из них двоих, поэтому, аккуратно переложив возлюбленного на какое-то подобие подушки, изготовленной по технологии того же матраса, на котором они лежали, он встал с кровати. Дерево, из которого она была сделана, противно скрипнуло, но затем Чуя услышал какой-то звук за окном. Сначала он подумал, что ему показалось, но звук повторился. Это был хруст, будто кто-то идёт по снегу. Даже не идёт, а тихо крадётся.
Чуя подошёл к небольшому окошку в спальне и осторожно выглянул из него сначала в одну сторону, затем в другую. Окно было сделано из стекла или другого прозрачного материала, и Чуя хорошо мог рассмотреть то, что происходит снаружи. На улице была ночь, но из-за снега видимость была неплохой, да и метель давно прекратилась. За окном он увидел тварь, но она была не одна. В лесу, за деревьями, находилось множество тёмных силуэтов. Накахара бросился в другую комнату, но увидел ту же картину. Похоже, тварь, оставшаяся в живых, всё поняла и сбегала за подмогой — дом был окружён. Чуя бросился к Осаму, собираясь его разбудить, но Дазай схватил его за руку и сжал её, тихо спросив:
— Сколько их?
— Не знаю. Они, видимо, окружили дом. С этого окна я увидел штук двадцать силуэтов и с комнаты напротив — не меньше.
Осаму сел на кровати, обувая сапоги, затем надел кожух.
— Одевайся, — сказал он. Чуя тоже накинул на себя кожух и сунул ноги в сапоги. — Жаль, но мы сегодня останемся без ночлега: вряд ли дом уцелеет. Они не должны понять, что мы знаем о нападении. Уничтожь их, плевать на дом.
— Где рюкзак?
— Здесь, — Дазай взял в руки свой плащ, из которого они с Чуей сделали рюкзак, а затем отовсюду послышался звон разбитых стёкол. Видимо, твари разбили окна во всех комнатах одновременно. Чуя засветился красным и нанёс удар гравитацией по врагам. Дом будто взорвался: от него в разные стороны полетели части древесины, из которой он был сделан. Дазай упал на пол, прикрывая голову руками, но это было излишним, так как Чуя не позволил обломкам лететь в его сторону и направил их во врагов, пронзая мерзкие серые тела.
Однако не все твари сдохли, и Чуя видел носящиеся то тут, то там смазанные тени. Он не прекращал пользоваться способностью, отбрасывая и уничтожая нападавших, круша всё вокруг. Одна из теней бросилась к Дазаю, который к тому времени стоял на ногах и держал в руках пистолет. Перемещение твари едва можно было заметить и успеть среагировать, но, как считал сам Дазай, эти монстры не могли причинить ему вреда из-за его способности обнуления. Однако ринувшаяся на Осаму тварь не собиралась атаковать когтями. В её огромной лапе что-то блеснуло в отсвете той самой странной лампы, которая находилась в комнате и просто каким-то чудом уцелела во время боя.