Эпилог
Я вернулась домой с полными пакетами еды и поставила их на кухонный стол. Запах свежего хлеба и спелых фруктов наполнил комнату.
— Лу, солнышко, я дома! — крикнула я, ожидая услышать быстрые топотки ножек и звонкий голосок моей доченьки.
Но было тихо.
Моё сердце замерло, а затем забилось быстрее. Я бросила взгляд на разбросанные в гостиной игрушки и поспешила обойти весь дом. В спальне пусто, в ванной тоже. Я выбежала во двор, и только тогда заметила знакомые фигурки у пруда. На мягком пледе сидели Луна и Дэйв, увлечённо играя в настольную игру. Солнечные лучи золотили их волосы, а лёгкий ветерок шевелил пряди на лбу у Дэйва.
Я перевела дыхание, позволяя себе успокоиться, и медленно подошла к ним.
— Я уже испугалась, куда вы пропали? — спросила я, садясь рядом.
— Мамочка, садись с нами играть! — радостно воскликнула Луна, захлопав в ладошки. Её глаза сияли от восторга.
— А что это за игра такая интересная? — улыбнулась я, заглядывая в картонное поле.
— Это «Котополия»! Тут все играют за котят! — с энтузиазмом объяснила Луна и протянула мне фигурку розового котика.
Я села поудобнее, наблюдая, как Дэйв, сосредоточенно склонившись над картой, бросал кубики. Он выглядел расслабленным, спокойным, но в его глазах горело что-то тёплое, что я видела нечасто — искреннее счастье.
Как же быстро всё изменилось. Ещё неделю назад мы только переехали в этот дом, по соседству с бабушкиным. Луна не могла без бабушки, поэтому теперь постоянно бегала туда-сюда. А бабушка очень ее любит. Я видела, как светились радостью глаза моей мамы, когда она понимала, что её мечта сбылась — мы стали настоящей, крепкой семьёй.
Сегодня вечером к нам приедут родители Дэйва и мои. Мы будем готовить шашлыки, смеяться, разговаривать о жизни, делиться историями. Мы будем семьёй. По-настоящему.
— Папа, у тебя два хода назад, и теперь ты читаешь карточку! — гордо заявила Луна, сияя от предвкушения своей победы.
Дэйв приподнял бровь, взял карточку и нарочито драматично зачитал:
— «Отправляйтесь в тюрьму. Захватите с собой котёнка».
— Не-е-ет! Только не меня! — взвизгнула я, когда он с ухмылкой схватил мою фигурку и поставил её рядом со своей, заперев наших котят в тюрьме.
— Ну спасибо, — притворно обиделась я, но не смогла сдержать улыбку.
Дэйв засмеялся и, не раздумывая, потянулся ко мне, нежно коснувшись губами моего носа.
— Всё равно выберусь, — прошептала я, притворно сужая глаза.
— Посмотрим, — ухмыльнулся он.
Луна заливисто рассмеялась, радуясь, что мы дурачимся.
Вечером, когда гости уже начали собираться, Луна с папой накрывали стол во дворе, развешивая гирлянды и готовя огонь для мангала. В воздухе пахло свежескошенной травой и дымком от дров, которые потрескивали в камине. Луна бегала вокруг стола, раскладывая тарелки и вилки, а Дэйв ловко раздувал угли, следя, чтобы всё горело ровно.
Я же осталась на кухне, где готовила мясо для шашлыков и запекала картошку с ароматными специями. Тихий гул разговоров из-за окна говорил мне, что наши родные уже приехали, а я чувствовала тёплую радость от того, что дом наполнялся смехом и уютом.
Когда родители вошли во двор, первой, конечно, подбежала Луна. Она с визгом радости бросилась к ним, а они тут же обняли её, не скрывая эмоций. Бабушка крепко прижала её к себе, дедушка взял на руки, кружил в воздухе, а родители Дэйва засыпали её поцелуями. Они обнимали и нас с Дэйвом, но большую часть внимания, конечно же, получила наша малышка.
— Ой, как много всех, — смеялась Луна, когда её передавали из рук в руки.
— А как же без подарков! — воскликнула моя мама, доставая из пакетов игрушки, книги и красивые наряды.
Луна ахнула, хлопая в ладоши, её глаза сияли от восторга. Она принялась рассматривать коробки, показывать всем свои новые игрушки и прыгать от счастья.
Я, наблюдая за этой сценой, чувствовала, как сердце наполняется теплом. Это был именно тот момент, который я всегда мечтала пережить — когда все родные рядом, когда смех звучит искренне, а счастье витает в воздухе.
Дэйв обнял меня за плечи и улыбнулся.
Я посмотрела на него, затем на Луну, которая продолжала радоваться подаркам, и чуть сильнее прижалась к нему.
— Спасибо, — я обняла его.
— За что? — спросил он, наклонив голову.
— За то, что любишь меня и Луну. За то, что дал нам всё, что нужно. За твою заботу, тепло... и просто за то, что ты есть, — я чмокнула его в щёку.
Дэйв не ответил сразу. Вместо этого он мягко обнял меня, прижимая ближе, и зарывшись носом в мои волосы, прошептал:
— Я всегда буду рядом, вы же мои любимые девочки.
— Вдруг вдалеке послышался едва уловимый топоток. Он становился всё отчётливее. Алиса торопливо вытерла глаза – надо же ей было посмотреть, кто это идёт. Оказалось, что это был Белый Кролик. Разодетый, с парой белых лайковых перчаток в одной руке и с большим веером в другой, он очень торопился и на ходу бормотал себе под нос… — тихо рассказывал я, замечая, как Луна всё глубже погружается в сон.
Её дыхание выровнялось, ресницы чуть дрогнули, и я понял, что она уже не слышит сказку. Осторожно закрыв книгу, я положил её на столик рядом с кроватью, склонился и мягко поцеловал дочь в лоб. Затем бережно поправил одеяло, укутывая её потеплее. Мы уже третий вечер читаем этот подарок от бабушки и дедушки, и кажется, «Алиса в Стране чудес» ей особенно нравится.
Тихо выйдя из комнаты, я направился в спальню. Менни там не оказалось, но из ванной доносился звук воды. Я заглянул — она стояла перед зеркалом, очищая лицо и не спеша чистя зубы.
Я подошёл сзади и мягко обнял её, уткнувшись носом в шею. Она хмыкнула, глядя на меня в отражении, и чуть улыбнулась.
— Уснула? — спросила она, не переставая водить щёткой по зубам.
— Как только Белый Кролик появился на горизонте, — усмехнулся я, вдыхая её тёплый аромат.
Менни прополоскала рот, отложила щётку и, повернувшись ко мне, заглянула в глаза.
— Значит, завтра снова читаешь?
— Похоже на то. Но ты же знаешь, я не против.
Она улыбнулась и обняла меня в ответ.
— Ты самый лучший папа, — прошептала она, зарываясь носом мне в грудь.
Я усмехнулся, проводя рукой по её волосам.
— И муж тоже?
Менни хмыкнула, отстраняясь.
— Сейчас узнаем, — улыбаясь сказала она.
Я рассмеялся, и притянул ее ближе.
***
Она лежала передо мной — хрупкая, нежная, словно созданная из тончайшего фарфора. Ее глаза сияли в полумраке, наполненные ожиданием и теплом.
Я тонул в этом взгляде. Терял рассудок.
Кто бы мог подумать, что я когда-то влюблюсь в такую девушку? Она совсем не вписывалась в мои представления. Но черт возьми, я хотел ее. До безумия.
Я опустился на кровать и прижал ее к себе. Она тихо вздохнула, уткнувшись лицом в мое плечо. Ее волосы пахли чем-то сладким, тянули меня к себе. Я убрал выбившуюся прядь за ухо, и в ответ она подарила мне мягкую, пленительную улыбку.
Я не выдержал. Перевернул ее на спину, навис сверху. В ее глазах не было страха — только желание. Теплая ладонь скользнула по моей щеке, мягкие пальцы изучали мою кожу.
Контроль? Какой к черту контроль?
Менни была невыносимо соблазнительной в этом розовом белье, и я едва сдерживался, чтобы не разорвать его на ней.
Я накрыл ее губы своими. Почувствовал сладкий, едва уловимый вкус персика. В голове помутнело. Поцелуй становился все глубже, требовательнее, пока она не застонала мне в губы.
Я спустился ниже, обжигал кожу поцелуями, ловил каждый ее вздох. Снял лифчик, провел языком по ее напряженному соску, а пальцами ласкал вторую грудь. Она выгнулась, впиваясь ногтями в мои плечи.
Черт, как же меня заводили эти звуки.
Я двигался ниже, медленно, мучительно. Ее трусики были мокрыми.
Я знал, что она хочет меня так же сильно, как и я ее.
Я стянул с нее ткань и, прежде чем она успела сказать хоть слово, прижался губами к ее самому чувствительному месту. Ее бедра дрогнули, но я только сильнее сжал их руками, не давая уйти от удовольствия. Я вошел в нее пальцами, изучая ее ритм, наслаждаясь каждым ее стоном.
— Ох… Боже…
Ее дыхание сбилось, тело напряглось. Я чувствовал, как она приближается к краю. Решил помучить, замедлил темп. Но она застонала с досадой и начала двигать бедрами быстрее, подстраиваясь под мой ритм.
Она трахает мои пальцы, извивается, хочет большего.
Не выдержав, я ускорился. Ее тело дрогнуло в оргазме, бедра сжались, дыхание стало хриплым. Я не останавливался, целовал ее лицо, шею, ощущая, как она вся дрожит от удовольствия.
— Не прячься от меня, — пробормотал я, убирая с ее лица руку, которой она пыталась скрыть смущение. — Я хочу видеть, как ты кончаешь. Хочу видеть твои прекрасные глаза, когда ты теряешься в этом чувстве.
— Прости… — задохнулась она.
— Никогда не извиняйся, звёздочка..
Она кивнула, все еще запыхавшись. Я провел губами по ее шее, наслаждаясь ее вкусом.
— Мне мало… — тихо прошептала она, дразняще улыбаясь.
— Моей маленькой провокаторше мало меня? — я усмехнулся, поглаживая ее живот. — Опять играешь с огнем маленькая?
— Совсем немного, — ее улыбка стала еще шире.
Я прижал ее бедра к матрасу и проник в нее до самого конца, заставляя выгнуться и застонать громче. Теперь ее тело полностью принадлежало мне.
***
Раньше я бы никогда не подумал, что жизнь может измениться буквально за месяц. Я узнал, что у меня есть маленькая дочь. Я нашел Менни. Она простила меня. Как бы тяжело ни было, я старался идти дальше, хоть и спотыкался, хоть и позволял старым привычкам сбивать меня с пути.
Но теперь я знаю одно: есть вещи, ради которых стоит бороться. Ради которых стоит вставать каждое утро, даже если тебе кажется, что весь мир против тебя.
Менни и Луна стали для меня этим смыслом. Они — мой свет.
Я не идеален. Никогда не был и, наверное, никогда не стану. Но я учусь. Учусь быть тем, кто не прячет чувства за яростью и не бежит от тех, кто дорог.
Хочу пожелать вам никогда не сдаваться. Продолжать любить. Продолжать творить. И знайте: в этом мире обязательно найдутся люди, которые полюбят вас так же сильно, как Менни и Луна любят меня.
А я… Я просто постараюсь быть достойным их любви.