22. Исповедь
Двадцатилетний Кид Клэй был поистине гордостью семьи. Отец ждал от него покорений высот в области науки, мать была рада видеть, что у сына были отличные взаимоотношения с людьми, как из университета, так и в просто повседневной жизни, а маленькая Клариса была счастлива, когда старший братик приносил ей новые игрушки и оставлял их у кроватки. Девочка только-только начала ползать, но радостно хохотала, когда Клэй младший корчил перед ней рожицы.
У Кида было все: семья, дом, уважение среди сверстников и, вроде бы, достойная спутница жизни. Парень был поистине счастлив, что нашел человека, который был с ним и на взлете, и смягчал падения. Но так казалось только ему. Кид был самой настоящей восходящей звездой - добрым и отзывчивым человеком, который не шел по головам ради достижения цели, а добивался всего мирным путем переговоров и оттачивания мастерства, чему его учили родители. Этим и жил Кид - стать лучше для своей семьи, чтобы о них говорили только хорошее, чтобы они никогда ни в чем не нуждались. Но именно это расценилось как слабость и недальновидность. Та, которую Кид действительно любил, вдруг заявила, что паре стоит расстаться, что у них нет будущего. Конечно! Какое будущее могло быть с человеком, который найденный кошелек вернет его владельцу или потратит все свое свободное время на помощь в доме пенсионеров?
Предложение о неожиданном разрыве отношений стало для Кида точкой отсчета. Как бы он ни пытался узнать причину, достойного ответа не получал. Пусть Кид и стал вести себя иначе, он не распространялся об этом в семье и всегда надевал счастливую маску, чтобы порадовать их, когда на сердце скребли кошки.
И в один день сердце Кида перегрызли вовсе. После расставания с любимой девушкой прошла едва ли неделя, но он своими глазами видел, как она нескромно обнималась с другим парнем, покрытого татуировками и державшего в свободной руке между пальцами сигарету.
Такого удара сердце Кида не сумело пропустить. Ему попросту вонзили нож в спину. Парень упал прямо на улице. Он был напуган, ведь не понимал, что происходило с телом, а перед глазами сначала мелькали лица, а потом они искажались в жутких гримасах и плавно стали лампочками под потолком. Кид слышал голос отца, который сначала с кем-то спорил, а потом смиренно вздыхал. Кидман славился на весь город своими достижениями в области хирургии, и он не мог не помочь сыну. Вот только простую помощь оказать бы не удалось, ведь Кид прибыл слишком поздно. Тогда Клэй старший принял решение сделать седьмую попытку создать носителя «идеального тела» - совершенного солдата.
Волосы Кида потеряли цвет, который он унаследовал от матери, глаза стали светлее и походили на звериный прищур, словно у хищника, выискивавшего себе жертву. А тело его, особенно в области сердца, было щедро исполосовано и зашито по канонам «Франкенштейна». Вот только парень увидел своего «создателя» далеко не сразу.
Кидман был счастлив. Вот только рад он был не как отец, а скорее как профессиональный хирург, ведь его опыт наконец прошел успешно. Этого врач не скрывал, когда сухо читал отчет своему сыну. Но все же из Кида не получился по-настоящему совершенный солдат, и было это по вине Кидмана - он наградил его наследственной четвертой отрицательной группой крови. Именно эта особенность и делала парня уязвимым - он, как и любой человек нуждался в крови, пусть его раны и заживали быстрее, но его кровь не восстанавливалась, а целый ряд витаминов, необходимый для жизни, попросту не вырабатывался ни от взаимодействия с солнцем, ни при еде. Поэтому, чтобы поддерживать жизнь в этом «почти-совершенном» теле, нужна была именно эта группа крови.
Кид не был солдатом. Он был добрым и отзывчивым парнем, который всегда протянул бы руку помощи. Так и родился Спектра - совершенный солдат, готовый без зазрения совести перерезать глотку человеку, чтобы защититься.
Но мама не должна была знать, что ее добрый мальчик мог сделать что-то подобное. Пусть Кид и остался жить где-то глубоко внутри, Спектра не позволял себе действовать открыто и всегда прятал лицо за маской. Не Кид совершал преступления, а Спектра, которого не знал никто.
Одного за другим, как фанатка, Спектра вытаскивал из лап Кидмана своих собратьев, по несчастью. Когда парень встретил Шедоува, то еще не нажил постоянной крыши над головой и не оброс должностями главы семейства. Он был братом, другом, опорой. И лишь с появлением оставшихся троих Спектра все больше стал походить на отца семейства, который воспитывал, учил, что хорошо, а что - плохо, и отдавал необходимые распоряжения. Их команда была похожа на семью.
Вот только Шедоув не желал быть снова узником семейных уз. Поначалу именно этот патлатый, неотесанный бунтарь был главной опорой Спектры. Они вместе ввязывались в драки, если была нужда, вместе искали еду и укрытие на ночь. Даже поначалу вместе помогали и другим подопытным адаптироваться. Вот только, когда порог дома стал переступать очередной новый жилец, Шедоува начинало съедать чувство тревоги. Но он отчаянно старался быть ближе к Спектре! Стать для него самым незаменимым! Парень истошно искал способы, как быть похожим на своего «кумира», чтобы быть им понятым и принятым. Но однажды зашел за черту.
***
Блондин успокоился и вроде как не собирался больше устраивать бои, потому Сара и решила, что сейчас было подходящее время, чтобы оставить его со своими мыслями. Но стоило девушке подняться с места, как ее за руку тут же схватила дрожащая ладонь.
- Нет! Останься еще здесь! - в какой-то степени испуганно прикрикнул Спектра.
- Хорошо-хорошо, остаюсь, - смиренно и в то же время удивленно ответила Сара и снова села на кровать. Девушку напрягала эта долгая тишина, и она расценила ее за призыв к уходу, только и всего. Но Спектра ярко осознал, что не хочет снова оказаться один. А ведь теперь, кроме Сары, у него никого и не осталось.
Но она заняла чужое место - в этом был уверен последний выживший подопытный.
- Т-ты... наверняка много раз задавалась вопросом, что мы из себя представляем, - нерешительно начал Спектра.
- Жертвы научного эксперимента. Или не так? - уточнила Сара.
- Близко, но не то, - вздохнул блондин и поднялся с места. Вингрет была честна с ним, и парень желал отплатить ей тем же. Сара уже и сама достаточно видела, поэтому наконец стоило поставить точку во всех вопросах.
Порывшись в своем письменном столе, в котором царил маниакальный порядок, Спектра вытащил со дна неприглядную папку. Первые ее слои для безопасности украшали рисунки Гаса, чтобы любопытный взор наблюдателя счел это за хобби коллекционировать «абстракционизм». Зато внутренности папки хранили в себе тайны на миллионы.
- Возьми. Это не фантазии Стейси, но тоже может быть интересным, - протянул папку документов Спектра.
- Спасибо, - дрожащими руками приняла этот кладезь знаний Вингрет. Она и сама давным-давно забыла, что жила действительно не с простыми парнями, у которых были «странные увлечения», а с бывшими подопытными. Когда-то девушка бесстрашно врывалась в комнату Спектры, чтобы наскрести ответы, а сейчас уже и потеряла тот злобный интерес.
- Странная просьба, но... - вздохнул блондин, - не могла бы ты побыть здесь, пока я не засну? Не хочу пить лишние успокоительные, а с тобой всяко спокойнее будет.
- Без проблем, - кивнула Сара.
- Если хочешь, можешь сесть рядом. Я не возражаю.
Но это нужно было даже не Вингрет, а самому Спектре. На протяжении всех прошедших ночей парня мучила если не бессонница, то ночные судороги и кошмары. Он не хотел просыпаться в темной комнате один и снова пытаться заснуть, зная, что в комнату не ворвется Гас и не свернется калачиком по-соседству, как он делал, когда и ему снились не самые приятные сны, спровоцированные воспоминаниями об отце. Комната казалась мальчику в такие моменты тем холодным холодильником, где запирал его родитель в качестве наказания. Поэтому Гас и накрывался даже в летнее время пятью одеялами и прижимался ко всем возможным источникам тепла.
Сара устроилась поудобнее у изголовья кровати, держа на коленях папку документов. Она не решалась открыть ее, пока не убедилась, что Спектра заснул. Парень старался убедить себя в том, что он находился в безопасности, ведь был не один. Пусть это был и не Гас, но это был близкий человек.
Спустя какое-то время, Вингрет наконец решилась. Как можно тише вытащив нужные страницы, отделив их от милых попыток Гаса нарисовать что-то, девушка так и ахнула: на пожелтевших страницах в левом верхнем углу значилось, что это были досье на каждого подопытного. Только фотографии помогали Саре ориентироваться, ведь настоящих имен парней она не знала.
«Пациент №7: Кид Клэй, сын профессора Клэя.
Дата рождения :30.03.1966
Дата эксперимента :1986 год.
Поступил с остановкой сердца в возрасте 17 лет. Причина - фибриляция желудочков.
У пациента № семь в ходе операции была выявлена генетическая проблема. Устранить не удалось. Пациент не может восполнять потерянную кровь и не вырабатывает ряд жизненно необходимых витаминов. Решение проблемы - насыщение организма нужным типом крови здорового человека. Но другая проблема состоит еще и в том, что четвертой отрицательной группы крови не так много.
Эксперимент прошел успешно.
В ходе многочисленных опытов выявлено: моторика - в норме, рефлексы - в норме, регенерация - ускоренная, физические данные - на 60% выше среднестатистического человека, работа органов чувств - слух, обоняние и осязание также возросли.
Выявлено: при сильных ранениях процесс регенерации запускается, но, если пациент за это время потеряет много крови, то он умрет от кровопотери.
Пациента № 7 из-за его генетического набора не выгодно содержать.
Запрос об устранении получен.
Негоден.
Уровень опасности: красный»
Сара покосилась в сторону лежавшего рядом Спектры. Не думала она, что этот парень, не раз демонстрировавший свои физические навыки на высшем уровне, для кого-то будет простым проходным мусором. Под такое описание подходил кто угодно, но не Спектра. Зато теперь была кристально ясна причина появления Сары в этом доме - она была не просто донором, но еще и восполняла для Спектры все те витамины, которые не мог получить он из казалось самых элементарных вещей - даже из простого апельсина.
Следующее досье было с фотографией Шедоува, который выглядел куда хуже, чем в настоящее время. На черно-белой картинке был парень с четко выраженными скулами из-за худого лица, под уставшими глазами четко виднелись синяки, а губы были искусанными и потрескавшимися.
«Пациент № 10: Льюис Форелл.
Дата рождения :18.08.1976.
Дата эксперимента :1992 год.
Поступил в критическом состоянии: рак лёгких.
Возраст: 17 лет.
Эксперимент прошел успешно. Не было выявлено никаких отклонений или осложнений.
В ходе многочисленных опытов выявлено: моторика - в норме, рефлексы - в норме, регенерация - ускоренная, физические данные - на 40% выше среднестатистического человека, работа органов чувств - слух, обоняние и осязание также возросли.
Пациент № 10 включен в список потенциальных солдат. Из-за его физических данных точный ответ о полном включении в программу под вопросом.
Временно не годен. На рассмотрении.
Уровень опасности: жёлтый»
Теперь у Сары возник вопрос: было очевидно с первых строк, что врачи «выращивали» солдат, которые были бы лучше обычных людей, но чего конкретно они пытались добиться, если даже не сумели придать Шедоуву эту «недостающую» физическую форму.
«Они хотели с нуля и сразу сделать такого солдата? Чтобы он не нуждался даже в начальной подготовке?»
Ответ был прост - все пятеро выживших и еще с десяток других людей были лишь проходным материалом. Со временем бы Кидман и его шайка добилась стопроцентного результата, и они перешли бы полностью на «апгрейт» солдат.
«Пациент № 13: Джордж Сандерсон.
Дата рождения :10.01.1970.
Дата эксперимента :1998 год.
Поступил с тяжёлой формой туберкулёза в возрасте 28 лет.
В ходе многочисленных опытов выявлено: моторика - в норме, рефлексы - выше среднего, регенерация - замедленная, физические данные - на 70% выше среднестатистического человека, работа органов чувств - слух, обоняние и осязание также возросли. Осязание и рефлексы улучшились ярко выраженно.
Пациент № 13 включен в список потенциальных солдат. Из-за его замедленной регенерации точный ответ о полном включении в программу под вопросом.
Временно не годен. На рассмотрении.
Уровень опасности: жёлтый»
Теперь Сара поняла, почему Аро остался хромым навсегда после злополучной встречи с капканом. И было ясно, почему именно с дротиками связал свою жизнь этот мужчина - все, благодаря своей работе учителем информатики и страсти к играм, которые обострили в нем рефлексы и зрение.
«Пациент №15: Хьюго Норенн.
Дата рождения: 03.12.1982.
Дата эксперимента :2002.
Поступил с РПП (тяжелая анорексия) в возрасте 20 лет.
В ходе многочисленных опытов выявлено: моторика - в норме, рефлексы - в норме регенерация - замедленная, физические данные - на 30% выше среднестатистического человека, работа органов чувств - слух, обоняние и осязание также возросли.
Пациент №15 не годен для входа в программу из-за формы РПП. Физические данные будет крайне трудно восполнить. Пациента №15 не выгодно содержать.
Уровень опасности: зеленый.
Негоден»
«Значит анорексия... Волта замучили буллингом и поэтому он стал таким тощим?»
«Пациент №18: Тейлор Харуко.
Дата рождения :20.03.1994.
Дата эксперимента :2006 год.
Поступил с воспалением лёгких в возрасте 11 лет.
В ходе многочисленных опытов выявлено: моторика - в норме, рефлексы - в норме, регенерация - ускоренная, физические данные - на 40% выше среднестатистического человека (может развиваться), работа органов чувств - слух, обоняние и осязание также возросли.
Пациент №18 может быть признан годным только после прохождения психиатрического лечения.
Запрос на лечение в психиатрическом отделении отправлен.
Уровень опасности: зелёный.
ГОДЕН!»