vkook

Вечер постепенно крадется к деревне. Высокий, статный мужчина в медвежьей шкуре, прищурившись, смотрит на заходящее солнце. Острый слух улавливает тихие, почти бесшумные шаги. - Вы нашли его? – голос грубый, низкий, с едва заметной хрипотцой. - Да, Владыка – слышится в ответ. Юноша двадцати пяти лет кланяется в знак уважения к своему господину. - Отлично – отзывается тот – Снаряжайте повозку и запрягите коней. Мы скоро выезжаем. Тот кивает, кланяется вновь и спешно уходит. Шинхека боятся все. И не только потому, что он главарь их маленькой деревушки. Его фигура – высокая и крупная, его походка – ровная и уверенная, его характер – волевой и неукротимый. Такого невозможно не бояться или, хотя бы, не уважать.

Шинхек провожает взглядом уходящее за горы солнце, и возвращается к своему народу. Там, на ровной, сухой и песчаной площадке уже толпятся люди, пытаясь поближе рассмотреть очередную жертву. Юный, всего семнадцати лет, парнишка испуганно озирается по сторонам, отказываясь верить в свою участь. Неужели его, не успевшего ничего повидать в своей жизни ребенка, приносят в жертву диким волкам? Но таковы обычаи деревни: в знак признательности и для хорошей урожайности и охоты Природе каждое десятилетие приносят жертву в виде юноши или девушки. Её, или его, заводят в лес, сразу после заката, в час, когда поднимается полная луна, чтобы оставить ее там, а утром найти на ее месте лишь безобразную лужу крови. - Тэхен – обращается к парню Шинхек – Тебе выпала честь представлять наш народ перед Матерью-природой. Но Тэхен знает, что все это говорят ему лишь для того, чтобы успокоить, утихомирить, вселить надежду в безболезненную смерть и лучший мир. На самом деле Тэхен знает, что будет с ним, знает, что от него ничего не останется и знает, как именно прервется его жизнь. - Подготовьте его – отдает приказ Шинхек. Двое крепких юношей подхватывают Тэхена за руки и куда-то ведут. Парнишку отмывают от грязи, что прилипла к его коже, когда он пытался спрятаться, надевают на него полупрозрачные, легкие, шелковые одежды и вплетают в светлые волосы пару свежих цветов. Ким не смеет сказать что-то против, поэтому лишь отмалчивается. Он понимает, почему отдают именно его: сирота. Мать умерла при родах, отец погиб в схватке с голодным медведем. Он никому не нужен здесь, поэтому это самый лучший вариант. Тэхена провожают до повозки, помогают сесть внутрь и везут в лес. Рядом на лошадях едут Шинхек и несколько его проверенных людей. Родная деревушка постепенно пропадает из виду, скрывается за густыми кронами деревьев. Тогда приходит страх. Тэхен чувствует, как внутренности сжимаются в узел, как дико колотится сердце, норовя прорвать грудную клетку, как в горле встает ком. Повозка останавливается, Тэхена подталкивают к многолетнему дереву, возле которого обычно оставляли прежних жертв, и отходят подальше, на довольно приличное расстояние, но так, чтобы контролировать жертву, если Ким вдруг захочет сбежать. Уже скоро вдалеке слышится протяжный волчий вой, а потом множество желтых пар глаз окружают потерянного и испуганного Тэхена. Ким дышит глубоко, в глазах темнеет, а все вокруг него, кажется, уже качается. Из-за дерева показывается крупный черный волк. Он скалит зубы, глухо рычит, а потом бросается вперед, прямо на Тэхена. Ким жмурится крепко-крепко, но… ничего не происходит. Тэхен несмело приоткрывает один глаз и шумно сглатывает – напротив него, совсем близко, стоит тот самый черный волк. Он щурит желтые глаза, смотрит, словно пытается заглянуть в душу, а потом делает пару мягких и легких шагов навстречу. Тэхен сжимается, но уже не жмурится, внимательно наблюдая за хищником. Волк подходит ближе, еще ближе, настолько близко, что Тэхен чувствует исходящий от него запах хвои. Разве волки пахнут хвоей? От них должно нести страхом и стойким запахом крови. Животное приближает к лицу Кима мохнатую морду и тщательно обнюхивает напуганного до смерти парня. - Чего они там копошатся? – спрашивает сам себя Шинхек, наблюдая за волками – Пустите стрелу – отдает приказ он – Заденьте мальчишку, но не убейте. Капли крови подействуют на инстинкты животных. Мужчина, что сидел на лошади рядом, слева, согласно кивает. Он спрыгивает с коня, бесшумно подкрадывается ближе и натягивает тонкую тетиву. Стрела вонзается в дерево, прямо возле тэхенового уха, от чего тот испуганно дергается и невольно жмется ближе к черному волку. Зверь рычит, скалясь на лучника, и в то же мгновение бросается на мужчину, прямо там разорвав на куски острыми когтями. Шинхек погнал лошадей, остальные, напуганные этим зрелищем, последовали за ним, а Тэхен, бледный, как мертвец, сидел на земле, пряча мокрое от слез лицо в ладонях. Волк подходит к юноше, тычет носом в личико и слизывает крупные капли шершавым языком, успокаивая. Он прижимается животом к земле и неуверенно подползает ближе, боясь напугать. - Садись на него – раздается вдруг откуда-то приятный мелодичный голос. Из-за деревьев показывается еще один волк, крупный, светло-серый, почти белый. На нем сидел невысокий парень, на вид – ровесник Тэхена. - Не бойся – говорит тот, мягко улыбаясь – Я Пак Чимин, я твой друг. Чимин слезает с волка, подходит к напуганному Киму и гладит по голове, как малыша, запуская пальцы в волосы и убирая уже увядшие цветы из светлых прядей. - Пойдем – зовет Пак, помогая Тэхену подняться – Они не тронут тебя. Ты особенный… Чимин стирает оставшиеся слезы с чужого лица, мягко улыбается и снова гладит по волосам. - Просто садись на него, не бойся – произносит Чимин, указывая на волка, до сих пор прижимавшегося животом к земле. Тэхен подчиняется. Он неуверенной поступью подходит к животному и забирается на спину. Зверь поднимается, издает длинный протяжный вой и срывается с места, унося хрупкого юношу с собой. Тэхен обнимает двумя руками крепкую шею, прижимаясь к зверю вплотную, чтобы не упасть, и жмурится, боясь, как бы его не вывернуло от мельтешащих с быстрой скоростью деревьев вокруг. Впереди бежит и тот самый волк, на котором сидел Чимин. В отличии от Тэхена, Пак чувствовал себя гораздо увереннее. Он внимательно следил за тропой, уворачивался от низких ветвей и даже бесстрашно оборачивался назад, проверяя, как чувствует себя Тэхен. Уже через несколько минут таких скачек вдалеке виднеются небольшие дома. Должно быть, это еще одна деревня. Волки направляются именно туда. Очень скоро они останавливаются. Тэхен слазит с животного и, слегка покачиваясь с непривычки, неуверенно оглядывается, заметив, что почти все жители этой деревеньки выбежали из своих домов и теперь со всех сторон рассматривают Тэхена подозрительными взглядами. Ким сжимается весь, ему некомфортно так, перед сотнями глаз. - Слушайте все! – произносит Чимин, встав рядом с Тэхеном и приобняв за плечи – Этот человек принадлежит вожаку. Не троньте его! Он теперь с нами. Всюду слышатся перешептывания и недовольные возгласы. Косые взгляды, направленные на Тэхена, заставляют юношу смутиться. - Почему мы должны принимать в стаю человека? – высказался кто-то. Черный волк, что привез Тэхена тут же рычит, скаля острые зубы, и бросается вперед, к тому, кто посмел возразить. - Я понял, понял – испуганно произносит тот – Простите, мой повелитель. Мужчина склоняет голову, встав на колени, и зверь отходит, фыркнув на него. Светлый волк, на котором приехал Чимин, подходит ближе, а потом… вдруг обращается в человека. Тэхен испуганно вздрагивает, отшатывается и издает какой-то странный звук, на подобии громкого и хриплого «Ой» - Не бойся – отвечает обратившийся юноша, подходя к Чимину и приобнимая за талию – Меня Юнги зовут. Тебя тут не тронут. Тэхен лишь смотрит на него расширенными от удивления, смешанного с ужасом, глазами. - Тебя-то как звать? – снова спрашивает Юнги, хмыкнув и приблизив свое лицо к чужому, оценивающе глядя в глаза.

Но Тэхен молчит. Голос будто бы исчез, пропал, и Тэхен чувствует, что не сможет сказать ничего вразумительного. - Юнги-я, ты пугаешь его – с упреком произносит Пак, выпутываясь из чужих объятий и подходя к Киму – Не бойся, малыш. Мы тебя не обидим. Я позабочусь о тебе. Пойдем. Чимин берет Тэхена за руку и ведет к одному из домов. Он заводит его внутрь, и теперь Тэхен понимает, что замерз. Тонкие шелковые одежды не греют его совсем. - Тебе холодно? – заботливо интересуется Чимин, заметив, как парень начал дрожать. Тэхен робко кивает – Пойдем, я приготовлю тебе ванну, а потом ты ляжешь спать. Ты весь трясешься. Пак ведет Тэхена в небольшой уголок, спрятанный за плотной тканью. За этой своеобразной шторой находилась большая деревянная ванна. Чимин открывает небольшой самодельный кран и в ванну с шумом начинает литься вода. - Юнги! – зовет он – Принеси кипятка! Через пару минут появляется и сам Мин. Он выливает три ведра горячей воды в ванну и ободрительно улыбается, сразу уходя, чтобы не мешать. Чимин помогает Тэхену раздеться и усаживает в теплую, чуть горячую воду. Ким крупно дрожит, но от страха или холода – он не понимает сам. - Ты не бойся, не бойся – успокаивает Пак – Давай помогу. Чимин берет с полочки большой кусок мыла и мягкую мочалку, намыливая чужую кожу и смывая с нее пыль и грязь. - Ты приятно пахнешь – произносит он – Сколько тебе лет? - С-семнадцать отроду – стуча зубами, отвечает Ким. - Семнадцать? Ты еще так юн – говорит Пак – Я старше тебя, можешь звать меня «хен», мне двадцать один. А зовут тебя как? - Тэхен… Мое имя Ким Тэхен… – отвечает тот. - Родители есть? - Умерли… Чимин молчит некоторое время, смотря в большие, теплые, карамельные глаза. - А кто ты? – спрашивает вдруг Тэхен, повернувшись к старшему – Эти люди… И Юнги… - Они оборотни – сразу отвечает Пак. - Оборотни? – переспрашивает Ким. - Люди, умеющие обращаться в животных. Вожак нашей стаи – Чон Чонгук – самый сильный волк в округе. - А ты… тоже? – неуверенно спрашивает Ким. Он и раньше слышал рассказы охотников про людей, умеющих обращаться в зверей. - Я? Нет – улыбается Чимин – Я сначала тоже в таком шоке был, когда узнал – усмехается Пак, погружаясь в воспоминания – Я тут уже года четыре живу. Юнги моя пара. Слышал истории про «Родственные души»? - Предначертанные судьбой? – недоверчиво спрашивает Ким. Чимин кивает. - Я из восточной стороны леса. Там наша деревушка. Чем-то мы похожи на вас. Меня, как и тебя, в свое время принесли в жертву, но Юнги запретил им трогать меня. Потому что мы с ним – родственные души. - Я думал, что это всего лишь легенды – признается Тэхен. - Нет, что ты! – возражает Чимин – Это правда. Ты тоже особенный, Тэхен. Ты – пара нашего вожака. Черный волк, что принес тебя сюда – это Чонгук. - Чонгук? – спрашивает Ким, пробуя имя на вкус. - Он почувствовал тебя, так же, как и Юнги почувствовал меня. Поэтому ничего не бойся. Никто не причинит тебе зла. Я буду присматривать за тобой, пока самые сильные оборотни будут охотиться. А все остальное время с тобой будет Чонгук. - Он… - Он не причинит тебе боли, Тэхен – спешно произносит Пак, словно опасаясь реакции младшего – Он… у него, правда, необычный характер… Но своей паре он не сделает ничего плохого, поверь мне. Тэхен лишь кивает в ответ. - Почему он не показался? – спрашивает Ким. - Он... – Чимин мнется, подбирая слова – У него много боевых шрамов, и один из них – на лице. Думаю, он просто не хотел тебя напугать. - У меня тоже есть шрамы – тихо говорит Тэхен. - Да, я заметил – произносит Пак, кинув взгляд на чужую исполосанную спину – Откуда они? - Я работал у одного мужчины… Я же сирота, мне негде было жить, поэтому я ночевал у него. И он бил меня… За любую провинность. - Здесь никто не будет бить тебя, Тэхен. Тут, правда, немного другие порядки, но ты скоро привыкнешь. Я обещаю, что позабочусь о тебе. Тэхен робко улыбается в ответ. Чимину очень хочется верить... Через полчаса Тэхен, переодетый в чистую одежду, сидел на полу на множествах теплых шкур, что служили постелью. Сейчас Ким находится в доме Чонгука, как сказал ему Чимин, значит, и сам хозяин скоро придет. Через несколько минут дверь открылась, а на пороге показался большой черный волк. Он бесшумно подходит ближе, осматривает сжавшегося парня с ног до головы и валится рядом, на те самые шкуры, прикрывая глаза. Он очень устал сегодня… Тэхен внимательно смотрит на него, а потом подползает ближе, еще ближе и неуверенно укладывается рядом, теснее прижавшись к теплой шерсти. Тэхен не понимает, что сейчас движет им, но отчего-то кажется, что рядом с Чонгуком будет гораздо безопаснее. Чонгук превращается в человека посреди ночи. Он рассматривает спящего рядом парня и глубоко дышит, накрыв обоих шкурами. Этот мальчик очень приятно пахнет, что, собственно и остановило Чона, когда он хотел убить его. Чонгук, вроде как, не верил в истинность и родственные души, но этот юноша… Чимин сказал, что его зовут Тэхен и что он сирота. Он еще совсем глупенький… жмется теснее, не смотря на то, что даже не знает Чонгука, и тепло ищет, потому что замерз. Чон улыбается, укладывает руки на чужую талию и перетаскивает парня на себя, на свою обнаженную грудь, чтобы поделиться своим теплом. Тэхен ворочается, устраиваясь поудобней, а потом крепко обнимает в ответ, тихо посапывая в чужую шею. Глупый… Такой глупый… Проносится у Чона в голове. *** Утро для Тэхена начинается с протяжного волчьего воя, заставившего юношу подскочить на постели. Ким разлепляет тяжелые веки и жмурится от яркого, слепящего солнца. Голова и глаза немного болят после короткого сна и насыщенной событиями ночи. Тэхен тихо стонет от пронзившей виски боли и вновь укладывается обратно, глубже зарываясь в шкуры, чтобы не терять тепло. Он засыпает еще на пару часов, а просыпается от прохладных ладоней, прикасающихся к лицу. Ким открывает глаза и сквозь легкую пелену дремоты пытается рассмотреть гостя. - Это я, Чимин – слышится знакомый голос – Доброе утро, Тэхен. Тэхен медленно садится на постели и трет глаза. - Уже утро? Где Чонгук? – спрашивает он, широко зевнув. - Ушел на охоту – отвечает Пак – Он оставил тебе еды и наказал никого не впускать. Тебе пока лучше не выходить на улицу, а то мало ли… Остальные еще не привыкли к твоему присутствию. - Я не понравился им, да, хен? – спрашивает Тэхен. - Дело не в том, понравился ты или нет. Оборотни обычно не доверяют людям, поэтому просто дай им время. Не переживай, ладно? – Чимин проводит ладонью по чужим волосам и подает глубокую тарелку и палочки – Покушай, Тэхен-а, тебе надо набираться сил. - Спасибо, хен – благодарит Ким, сразу жадно набрасываясь на еду. Тэхен уже давно вкусно не кушал. Последние семь лет он питался в основном остатками еды мужчины, на которого работал, или ягодами, травами и корешками, которые находил в лесу. - Не торопись, ты можешь подавиться – советует Пак, поглаживая младшего по спине. Но Тэхен не обращает на него внимания, продолжая поедать вкусное, еще горячее мясо. Когда тарелка опустела, Ким удовлетворенно облизнул губы.

- Ты можешь поспать еще, если хочешь – произносит Пак – Чонгук вернется только вечером. Но если они найдут хорошее место, где много дичи, то придут раньше. Здесь особо нечего делать, поэтому лучше ложись спать и набирайся сил. Тэхен кивает и послушно укладывается обратно. Чимин заботливо подправляет ему покрывала и, проведя напоследок ладонью по приятным на ощупь волосам, выходит из дома, плотно закрыв за собой дверь. Вечером часть стаи возвращается в поселение. Тэхен, вместе с Чимином выходят встречать охотников – таков обычай. Пак держит Тэхена за руку и идет рядом, чтобы присматривать за Кимом. Тэхен внимательно изучает прибывших. Впереди – Чонгук, держащий зажатую между зубами тушу оленя. Его походка бесшумная, уверенная и завораживающая, с привычной для хищника грацией. Тэхен с восхищением смотрит на него, а потом, поймав на себе лукавый взгляд Юнги, прячет глаза. За Чонгуком еще пятерка крепких волков, тоже не с «пустыми руками». Народ встречает их радостными криками и восхищенными возгласами, девушки – жгучие красотки-оборотни – строят Чонгуку глазки и улыбаются, но тот даже не реагирует на них, подходя к Киму и кладя добычу возле его ног. - Хен? – удивленно шепчет Ким, бросая на стоящего рядом Чимина красноречивый взгляд. - Это знак того, что он преклоняется перед тобой – тихо поясняет Чимин, шепча на ухо Тэхена – Что он готов отдать тебе все, что принадлежит ему. Склони голову в знак почета и благодарности, если принимаешь подарок. Но если хочешь отказаться – дай знать. - Нет, я… - Тэхен закусывает губу, но склоняет голову, показывая, что принимает такой щедрый подарок – Спасибо, мой господин… Девушки сверлят Тэхена завистливыми, гневными взглядами, но угрюмо молчат, понимая, что ничего не исправить. А Ким лишь смущенно бормочет слова благодарности, до тех пор, пока чиминова ладонь не ложится на его плечо. *** Проходит около недели. За это время Тэхен неплохо освоился в стае, мог самостоятельно выходить на улицу, не боясь быть подкарауленным или избитым и даже иногда присматривал за детишками, если кто-то из женщин просил. Со старшим поколением Тэхен быстро сдружился, а вот со своими ровесниками, в особенности с девушками, долго еще не мог сблизиться. Но это не особо расстраивало его, ведь рядом всегда находился Чимин, ставший для Тэхена хорошим другом и наставником. Пак умеет располагать к себе. Одна его улыбка чего стоит… Чонгук так и не показал Тэхену свой человеческий облик, и это, по правде говоря, немного расстраивало. Тэхен хочет взглянуть на свою пару, хочет поговорить с ним, но Чон не обращается в человека при нем. Чимин говорит, что всему нужно свое время, и советует Тэхену не торопиться. А Ким, как послушный мальчик, покорно кивает и терпеливо ждет. *** Этой ночью Тэхену от чего-то не спалось. Он то проваливался в легкую дремоту, то просыпался и вглядывался в темноту. Тэхен не ощущал рядом привычного тепла животного, потому что сам Чонгук этой ночью проверял окрестности. Но уже ближе к полуночи он вернулся… Тэхен слышит тихие шаги, без постукивания коготков по полу, слышит шорох одежды и чье-то сбитое дыхание. Должно быть, Чонгук гонял медведей. Чимин говорил, что иногда медведи забредают на их деревушку по ночам, поэтому волки-охотники и устраивают патрулирование, чтобы отгонять незваных гостей. Тэхен, затаив дыхание, ждет, когда Чонгук уляжется рядом. Но Чон почему-то медлит… Наверное, он догадался, что Тэхен не спит. Оборотень опускается на шкуры и бросает взгляд на притихшего юношу. Тело Тэхена напряжено, а дыхание – сбито. - Ты не спишь – звучит как утверждение, а не вопрос. Тэхен вздрагивает. Этот голос… Он первый раз слышит голос Чонгука. Приятный, пробирающий до мурашек, заставляющий сердце сбиваться с привычного ритма. - Простите… господин… - бормочет Тэхен, отчего-то смутившись. Чонгук лишь усмехается и укладывается рядом, обняв мальчика со спины. Тэхен чувствует как чужое, полуобнаженное тело прижимается к нему сзади, и щеки его предательски краснеют. Ким дышит через раз, но помимо жгучего смущения чувствует, как ни странно, спокойствие и умиротворение. А еще силу и чувство защищенности, исходящее от оборотня. - Что-то беспокоит тебя? – интересуется Чон, словно прочувствовав настроение парня. - Нет, господин, я просто… - Ким мнется и кусает губы - Я могу увидеть Вас? – вдруг робко спрашивает он. - А ты не испугаешься? – в голосе усмешка и едва заметное волнение. - Нет – сразу отзывается юноша – Так… я могу? Чонгук не отвечает, и Тэхен принимает это за согласие. Он медленно переворачивается в кольце сильных рук и смотрит на лицо Чонгука, освещенное слабым светом луны и пары одиноких свечей. В глазах Тэхена плещется что-то странное, похожее на удивление, смешанное с нежностью. Ким вытягивает руку и осторожно касается кончиком прохладного пальца шрама под скулой. Чонгук очень красив. Черные волосы, ярко-желтые глаза, крупный нос, полные, чувственные губы. И этот шрам не портит его внешность, а наоборот добавляет мужественности и определенного шарма, как считает Тэхен. - Слишком уродлив? – усмехается Чон. - Нет, что Вы! – спешно отвечает Ким – Мне нравится так… - уже тише добавляет он. - Не боишься меня? – снова лукаво улыбается Чонгук. - Не боюсь – отвечает Тэхен – Разве стоит бояться того, с кем чувствуешь себя защищенным? Чонгук лишь снова усмехается, мягко убирая светлые пряди с чужого лба. Невинный ребёнок… - Почему ты не спишь? – спрашивает тихо, оседая теплым дыханием на чужом лбу. - Мне не спится – отвечает Ким, подняв на оборотня взгляд – А еще я немного замерз… - признается он. Чонгук обнимает крепче, перекладывая на свою грудь, как в первый раз, и плотнее укутывает в шкуры. - Спи – настоятельным тоном произносит он – Тебе нужно набираться сил. Ты выглядишь измученным: весь бледный и худой – в голосе нотки упрека. - А Вы… больше не будете задерживаться? – снова спрашивает Ким. - А ты разве меня ждешь? – вопросом на вопрос, с легкой усмешкой. - Жду… - признается Тэхен, опуская глаза и пряча смущение, которое Чонгук все равно замечает. - Мой волчонок скучает по мне? – снова усмехается Чон. Тэхен не отвечает на вопрос, его щеки вновь заливаются краской. Тэхен впервые чувствует что-то такое… странное… Словно сердце сбивается с привычного ритма, то срываясь на бешеный темп, то замирая на пару секунд, а дышать становится трудней. Тэхен укладывается горящей щекой на чужую грудь, заставляя Чонгука снова коротко усмехнуться. Оборотень тянется ладонью к чужому личику и проводит большим пальцем по румяной щеке, спускаясь ниже и задевая пухлые губы юноши. Тэхен снова замирает, задерживает дыхание и чувствует, как непривычно, но сладко тянет низ живота. Что же Чонгук с ним делает? - Ты горишь, мой мальчик – с насмешкой произносит Чон – Твое тело такое чувствительное… Тэхен краснеет еще гуще и отворачивает голову, чтобы поглубже спрятать пылающее лицо под одеялами. - Не стоит смущаться – произносит Чон – Ведь я твоя пара. Ким кусает губы, но все же несмело приподнимает голову, смотря на обветренные губы оборотня. Тот улыбается, подтягивает юношу ближе к себе и снова невесомо проводит по щеке, заставляя Тэхена вновь смущенно отвести взгляд.

- Ну же, мой волчонок, взгляни мне в глаза – произносит Чонгук, подцепив кончиками пальцев чужой подбородок. Ким послушно заглядывает в ярко-желтые глаза, встречаясь с лаской и мягкой насмешкой в чоновом взгляде. - Ты красивый – нараспев произносит Чонгук, касаясь мягких губ шероховатой подушечкой большого пальца. - Вы тоже… - робко отвечает Ким, заставляя Чона коротко рассмеяться. - Ты такой глупый, Тэхен-и – улыбается оборотень – Ложись спать. Завтра я хотел бы показать тебе кое-что. Тэхен кивает и послушно закрывает глаза, ощутив на своем лбу прикосновение теплых, суховатых губ. *** Весь день Тэхен не мог найти себе места. Юношу буквально распирало от любопытства и нетерпения – так интересно было узнать, что же хотел показать ему Чонгук. Чимин лишь по-доброму посмеивался над ним, на все вопросы отвечая, что ничего не знает. - Успокойся, Тэхен-а. Чонгук вернется только вечером – усмехается Юнги, обнимающий Чимина за талию – Эх, жаль, что я сегодня не пошел с ним… - Юнги, ты ранен – упрекает его Пак – Чонгук сказал тебе отлежаться. - Ранен? – переспрашивает Ким. Действительно, как он раньше не заметил марлевую повязку, «украшающую» предплечье оборотня? - Да пустяки – отмахивается Мин – Не заметил противника. - Это не пустяки – снова дует губы Чимин – Медведь крупнее в два раза, он мог бы убить тебя. Хорошо, что Чонгук вовремя подоспел. Юнги лишь закатывает глаза и прикладывает тонкий палец к пухлым чиминовым губам. - Я слышу упреки в свой адрес – улыбается он – Чимин-и, со мной все в порядке, слышишь? Прекрати уже дуться. Пак кидает на оборотня обиженный взгляд, но молчит, потому что Юнги невесомо чмокает его в щеку. Тэхен лишь умиляется с них. Он бы тоже хотел так, чтобы любовь и нежности море… Вечером слышится протяжный волчий вой – знак того, что вернулись с добычей охотники. Тэхен, не дожидаясь Чимина и Юнги, сразу выбегает из хижинки, направляясь навстречу. Чонгук складывает тушу убитого животного в общую кучу и направляется к Тэхену, по пути превращаясь в человека. Теперь, при свете редких солнечных лучей, Тэхен может уже тщательнее рассмотреть Чона. Ким вглядывается в мужественное лицо с неизменным шрамом под скулой, опускает взгляд на выпирающие ключицы, скользит ниже, к кубикам пресса, которые так и манили к ним прикоснуться. На губах Чона появляется нежная улыбка, что заставляет всех людей удивляться. Никогда Чон Чонгук не улыбался никому так. Оборотень подходит ближе, обвивает крепкой рукой талию смущенного парня и невесомо целует в макушку, словно тем самым показывая, что он уже занят. - Мой волчонок – шепчет Чон на ухо – Ты уже готов? Тэхен кивает и в ответ получает короткий смешок. - Тогда садись на меня. Чонгук превращается в черного волка и смотрит на юношу взглядом желтых глаз. Тэхен медлит, но потом все же усаживается на спину животного, обнимает за шею, как в первый раз, и жмется ближе, уже понимая, что его ждет несколько минут беспрерывных скачек по просторам леса. Чон срывается с места, унося Тэхена с собой под взгляды довольных Чимина и Юнги. Деревушка постепенно скрылась из виду, поэтому Тэхен ближе жмется к оборотню, пугаясь непривычной обстановки. Чонгук бежит быстро, недолго, поэтому уже скоро останавливается на небольшой лесной поляне. Тэхен слезает с животного и оглядывается, пытаясь ровно устоять на ногах: к такому перемещению он был не особо готов. Чон превращается и ведет Тэхена куда-то за деревья, спускаясь вниз по тропе, к небольшому скалистому берегу. Тэхен слышал, что в лесу есть большая река, но ему никогда не доводилось видеть ее вживую. Чонгук помогает Тэхену забраться на огромный камень и пристраивается рядом. Заходящее солнце приятно ласкает теплыми лучами, а красноватый свет создает необычную, романтичную атмосферу. - Так красиво – восхищенно произносит Ким, стараясь обхватить взглядом все происходящее вокруг. Чонгук лишь усмехается. Он уже давно не замечал прекрасного в простых вещах. Времени не было, да и положение в стае не то… Вожак не должен быть сентиментальным и чувствительным. Но сейчас, рядом с этим мальчиком, Чон чувствует, что тяжесть ответственности на время покинула мощные плечи оборотня. Рядом с Тэхеном можно позволить себе быть собой, расслабиться и улыбаться, думая о чем-то далеком и отвлеченном. Чонгук переводит взгляд на Тэхена. Сейчас он выглядит еще прекраснее, чем обычно. Может, дело в особом, мягком, красноватом свете? Или в легкой, нежной улыбке, играющей на губах юноши? Или это просто Чонгук влюбился по самое нехочу, что Тэхен кажется ему самым красивым в мире? Чон кладет ладонь на чужую талию и обнимает крепко, придвигая ближе к себе. Тэхен не сопротивляется, позволяет Чону обнять себя и укладывает голову на чужое плечо. Оборотень проводит ладонью по мягким волосам и невесомо целует в макушку. Возможно, в такой ситуации, Чонгук смог бы сорвать с пухлых губ первый сладкий поцелуй… - Тебе нравится здесь? – спрашивает Чон, шепча на ухо и касаясь его губами, заставляя юношу смутиться. - Да – робко кивает тот – Мне нравится. - Тогда мы будем приходить сюда чаще – усмехается Чон, чмокая покрасневшее ушко. Тэхен смущается очень, краснеет и отводит взгляд, когда Чонгук осторожно целует сухими губами кожу за ушком. Теплые приятные волны расходятся по всему телу и отдаются сладкой истомой внизу живота. Ким склоняет голову, подставляя кожу горячим поцелуям и вместе с тем борется с желанием отвернуться от смущения. Чонгук ухмыляется своей маленькой победе и ведет губами ниже, к шее, целуя уже ее. Тэхен прикрывает глаза. Это все так ново для него и так… интимно… Никто раньше не касался Тэхена там, где касается Чонгук, никто не обнимал так крепко за талию и не водил кончиками пальцев по бедру, и уж точно никто не целовал и не ласкал так, что краска приливает к щекам. - Мой волчонок – шепчет Чонгук, высовывая язык и ведя кончиком по шее – Я хочу поцеловать тебя. Твои губы… Тэхен буквально горит от смущения. Никто никогда не говорил ему таких слов, а Чонгук сейчас так просто озвучивает все свои желания. Оборотень подцепляет пальцами чужой подбородок и приближает свое лицо к покрасневшему тэхеновому. Чон улыбается, заметив горящие щеки и невесомо чмокает в нос, плавно переходя на мягкие, чувственные губы. Ким жмурится сразу же и дыхание задерживает, но Чон не торопит, лишь прижимается губами к чужим. - Не бойся – успокаивающе шепчет Чонгук в чужие, плотно сомкнутые губы. - Я не боюсь – отвечает Тэхен, чем оборотень сразу же пользуется, проскальзывая язычком в рот. Тэхен несдержанно стонет, закрывая глаза и подаваясь вперед, вплетая пальцы в черные волосы. Ощущения… много ощущений… таких ярких, необычных и непривычных Тэхену. Рука Чонгука самовольно блуждает по тэхенову телу, оглаживает спину и талию, прощупывает стройное тело через ткань и ласкает кончиками пальцев. Стянув с худенького плечика легкую рубаху, Чон прикасается к нему губами. Ким закусывает губу, стонет еле слышно и ерошит волосы оборотня на затылке, вцепляясь в них тонкими пальцами. Чон перемещается с плеча на ключицы и выцеловывает уже их. Кожа Тэхена тонкая, беленькая и бархатная, как у девушки, так и хочется вонзить в нее зубы. Чон водит по ключицам носом, вдыхая приятный аромат, а потом вонзает клыки в кожу, сорвав с чужих губ болезненный стон, смешанный со всхлипом. Чонгук, словно извиняясь, зализывает ранку языком, собирая проступившие капельки крови, а потом притягивает притихшего юношу к себе, крепко обняв.

- Ну же, мой волчонок, не плачь – вполголоса произносит Чон, стирая оставшиеся влажные дорожки с чужих щечек. Ким лишь жмется ближе, прячет порозовевшее лицо на груди оборотня и позволяет чужим рукам лечь на талию. Бесспорно, сейчас Чонгук причинил ему боль… Но Тэхен… хотел этой боли? Ким вдруг понимает, что ему… нравится то, что Чонгук укусил его, нравится принадлежать ему… Чон мысленно ругает себя за то, что сорвался, поддался инстинктам, причинил Тэхену вред. Но разве сам Тэхен не понимает, как сильно Чонгук хочет его? Об этом говорит все в оборотне: глаза, голос, движения. Все кричит о том, что Чон не отдаст Тэхена никому, заставит полюбить, так, как полюбил теперь Чонгук. Оборотень вновь невесомо целует в макушку, зарывается носом в светлые пряди и дышит, дышит, дышит. Запах Тэхена успокаивает его, расслабляет и заставляет подчиниться даже такого опасного существа, как Чонгук. - Ты такой необычный, Тэхен-и – шепчет Чон – Сколько тебе лет? - Семнадцать – тихо отвечает Ким. - Ты еще такой юный, мой волчонок. Я не могу завладеть твоим телом, ты слишком мал. Но я буду ждать, когда тебе исполнится девятнадцать. И тогда ты будешь принадлежать мне. Будешь только моим. Навсегда. Тэхен смущенно кусает губы, пряча пылающее лицо на чужой груди, а Чонгук лишь смеется над ним и поглаживает по волосам. Чон раньше никогда не встречал таких людей. Тэхен просто манит его к себе, притягивает, как запретный плод, искушает, заставляет хотеть себя ежесекундно. - Мой волчонок – ласково зовет оборотень – Пойдем домой? Тэхен с готовностью кивает и позволяет Чону взять себя за руку. *** Два года пролетают почти незаметно. Тэхен так привык к торопной жизни в стае, что буквально не успевал следить за сменой времен года. Лето, осень, зима, весна. И снова, лето, осень…. К слову, первая зима далась Тэхену плохо. Бедный мальчик сильно заболел. Заснул на полу, забыв запереть дверь, когда дожидался Чонгука. Около месяца Тэхен провалялся в постели. Он очень похудел; животик, который Чимину едва удалось создать, буквально «прилип» к позвоночнику, ребра можно было посчитать не прощупывая, милые щечки исчезли, впали, а под глазами залегли крупные тени. Тэхен отказывался от еды, много спал. А Чонгук все это время просто сходил с ума. Он не отходил от Тэхена ни на шаг, лежал рядом, грея в обличии волка дрожащего юношу, и рычал на всех, кто посмел приблизиться к Киму. Оборотень корил себя за то, что не вернулся той ночью домой, что оставил Тэхена одного мерзнуть, что тот, в конце концов, заболел. - Чонгук, позволь мне дать ему настойку – произносит Чимин, заглядывая к Чону. В ответ лишь глухое рычание и злобный взгляд желтых глаз. Чимин лишь вздыхает и оставляет чашку с напитком на пороге. Чонгук превращается в человека, берет чашку в руки и осторожно подносит к белым тэхеновым губам, по капле вливая настойку в чужой приоткрытый рот. Тэхен кашляет, но глаз до сих пор не открывает, он сейчас не здесь, его жизнь висит на волоске, и только от него зависит, что будет дальше… Чон спаивает Киму половину настойки и отставляет в сторону, сразу же укладываясь рядом с юношей. Тэхен тяжело дышит, лоб покрывается испариной, а сам он беспорядочно мечется по постели, что-то мыча сквозь сжатые зубы. Чонгук успокаивающе гладит по волосам, обнимает так крепко-крепко, чтобы не двигался, и прижимает к себе, чувствуя жар чужого тела. - Бедный мой волчонок – шепчет Чон, утыкаясь носом в светлые волосы. Но уже во вторую зиму Тэхен был на ногах и даже смог отпраздновать день своего рождения. Все жители стаи подарили юноше подарки, Тэхен был счастливее всех, ведь раньше ему никто ничего не дарил. - Сегодня тебе уже девятнадцать – щебечет Пак, приглаживая всклокоченные пряди Кима – Оборотни считают, что девятнадцатилетие – особый день, когда наступает совершеннолетие. Вот у нас в деревне совершеннолетними становились в двадцать лет. - А у нас в двадцать один – произносит Тэхен, попивая горячий травяной чай. - Ну, у каждого народа свои обычаи – улыбается Чимин – Но раз ты живешь здесь, то и традиции должен соблюдать здешние. Тэхен послушно кивает и улыбается. - Знаешь, твой природный запах стал сильнее… - задумчиво произносит Пак – Ты действительно подрос с нашей первой встречи. - Правда? – наивно интересуется Тэхен, смотря на старшего большими от удивления глазами. Чимин лишь смеется над ним и ласково треплет по волосам. - Ну конечно – улыбается он – Кстати, забыл спросить… Чонгук уже подарил тебе подарок? - Нет – грустно отзывается Тэхен – Он ушел рано утром на охоту, как обычно… - Да? Странно… - задумчиво тянет Пак – Это на него не похоже. Может, он готовит что-то особенное? Тэхену очень хотелось в это верить. А вечером Чонгук вернулся, буквально подлетел к Тэхену и, схватив тонкое запястье, утащил куда-то в сторону, далеко за деревню, чтобы скрыться от чужих глаз. - Сегодня день твоего рождения, Тэхен-и – почти мурлычет на ушко Чон Киму – Я так долго к этому готовился. Мне пришлось припугнуть соседнюю стаю, где находятся лучшие мастера. И этот подарок… - Чон протягивает юноше красивое жемчужное украшение – Для тебя, волчонок. - Для меня? – неверяще спрашивает Тэхен, заглядывая в желтые глаза напротив. - Конечно, мой мальчик – Чон аккуратно надевает украшение на чужую тонкую шею – Тебе нравится? - Да, мне очень нравится – кивает Ким, бросаясь на оборотня с объятиями – Спасибо, Чонгук-и… Так тихо-тихо, ласково, на ушко, едва касаясь его губами. Впервые так неформально и нежно. Чонгук улыбается, обнимает в ответ, укладывая широкие ладони на тонкую талию. - Называй меня так чаще – усмехается он, целуя вмиг покрасневшее ушко – Я чувствую себя счастливым. Тэхен смущенно кивает и жмется ближе, прильнув к чонгуковой груди. Оборотень снова улыбается, ерошит светлые пряди волос, а потом тянется рукой к лицу Кима, подцепляя подбородок и смотря в глаза. Взгляд Чонгука теплый, насмешливый, но ласковый. А потом Чон вдруг склоняется и накрывает чужие губы своими. Целует мягко и нежно, посасывая и покусывая нижнюю, лаская языком и сплетая его с чужим. Это уже не первый их поцелуй, но Чонгук все равно трепещет от каждого прикосновения чужих губ, и внутри разливается приятное тепло. А Тэхен жмется ближе, коротко стонет от нахлынувших чувств и не знает, куда деть руки. Чон отстраняется и долго смотрит в теплые карамельные глаза. Взгляд Тэхена расфокусированный, подернутый легкой пеленой возбуждения, а влажные губы призывно блестят, приковывая к себе все чонгуково внимание. Хочется снова и снова касаться этих губ своими, целовать, кусать, облизывать. И Чонгук не отказывает себе в удовольствии. Снова впивается губами в тэхеновы, целует напористо и страстно, как оголодавший зверь. А Тэхен поддается, кладет руки на крепкую шею, притягивая оборотня ближе к себе и чувствуя, как чужие широкие ладони легли на его талию. - Тэхен… Тэхен-и… - шепчет Чон прямо в губы напротив – Я люблю тебя, ты знаешь? И снова затягивает в поцелуй. Ким стонет коротко, ему жарко, даже несмотря на то, что кругом снег и температура минус тридцать. Объятия Чонгука теплые, а губы обжигающе горячие, хочется просто растаять, как хрупкая снежинка, с шипением, не оставляя после даже маленькой капли.

- Я тоже… тоже… - в перерывах между поцелуями бормочет Ким. - Тоже? – переспрашивает Чон, шепча в губы напротив – Ты чувствуешь то же, что и я? Оборотень заглядывает в карамельные глаза юноши, держит за подбородок и улыбается так легко и ласково, что Тэхен смущается и отводит взгляд, облизывая свои покрасневшие и припухшие губки. - Тэхен-и? - Да… - кивает юноша, залившись краской – Я тоже… люблю тебя – тихо произносит он. Чон лишь коротко смеется в ответ, притягивая Кима к себе и прижимая к своей груди так близко, насколько это возможно. Широкая ладонь Чона гладит тонкую талию, спину и узкие плечи юноши, поднимается выше, ложится на затылок, ероша светлые волосы. - Мой волчонок – шепчет Чонгук, чмокнув парня в кончик носа – Мой мальчик. Ты уже совсем взрослый. Теперь ты будешь принадлежать только мне. Если хочешь… Мы можем обвенчаться… - неуверенно предлагает Чон, словно боясь услышать отказ. Тэхен смущенно улыбается, прижимается щекой к груди оборотня, поглубже вдыхая его хвойный запах. Так хорошо… И спокойно…. - Если ты хочешь… – робко произносит Ким. Чонгук лишь смеется над ним и целует в макушку, крепче обнимая. - Волчонок, я сделаю все, чтобы ты был рядом со мной. И мы с тобой обвенчаемся. Этой весной, в апреле, перед всей стаей, чтобы люди видели, чьи судьбы теперь переплетены раз и навсегда. Тэхен снова улыбается, тихо хихикает и поднимает на Чонгука полный нежности взгляд. А Чонгук лишь усмехается, чмокает в макушку, в кончик носа, в губки, берет чужие ладони в свои и в который раз шепчет тихое признание, думая, как же хорошо, что судьба свела его с этим наивным и милым мальчиком, за которого Чон готов был отдать все, что потребуется – дом, украшения, жизнь. Даже свою душу, если что. Ведь он принял его таким – грубоватым и не самым красивым. - Я люблю тебя, Чонгук-и… - слышится тихий шелест, а потом смущенная улыбка и нежный румянец на тэхеновых щечках. - Я тоже – шепчет Чон – Безумно… *** Свадьба вышла роскошной… Так считали абсолютно все. В этот день Тэхен буквально светился от счастья. Он, правда, очень волновался, но Чимин всегда спешил на помощь, успокаивал и улыбался, говоря, что Тэхену нечего бояться. Еще бы, ведь его будущий муж внушал страх и уважение лишь одним взглядом пронзительно желтых глаз. - Он любит тебя, Тэхен-и, не волнуйся – ласково произносит Пак, причесывая светлые волосы и укладывая их в простую, но красивую прическу. На Тэхена надевают легкую, светлую полупрозрачную шелковую рубашку, что Чимин зашнуровал на спине, свободного покроя штаны и удобную кожаную обувь. - Ты похож на ангела – улыбается Чимин – Такой беленький, светлый и весь светишься. Тэхен лишь смущенно улыбается в ответ. Чимин всегда засыпает его комплиментами. - Будем веселиться всю ночь – произносит Юнги, неизвестно откуда взявшийся – А потом еще два дня. Верно я говорю, Чимин-и? - Все верно – улыбается Пак, поправляя тэхенову прическу – Таковы традиции – поясняет он Киму. Вот и долгожданные клятвы, слова любви и легкий, целомудренный поцелуй на глазах всей деревни. Повсюду слышатся поздравления и радостные возгласы, а Тэхен лишь улыбается смущенно и прячет покрасневшее лицо на широкой груди Чона. - Я люблю тебя, волчонок – улыбается Чонгук, оставляя на чужом лбу легкий поцелуй – Теперь ты навсегда мой. Господь этому свидетель. Чонгук переплетает свои пальцы с тэхеновыми, целует снова, на этот раз в макушку, и поворачивается к людям, объявляя пиршество открытым. Все потянулись к столу с едой, кто-то взял в руки инструменты, и полилась музыка. - Хочешь перекусить? – заботливо интересуется Чон. Ким поднимает на него глаза, легко улыбается и отрицательно качает головой. - Я хочу танцевать – произносит он – Ты потанцуешь со мной? - Конечно – ответная улыбка. После изморительных танцев, Тэхен отдыхает где-то в стороне от всеобщего веселья. Он сидит на мягкой подстилке, прижав ноги к груди и смотрит на звезды. Сегодня они поистине прекрасны. Мелькают на черном полотне неба и подмигивают ему, Тэхену, словно зная, что сегодня он самый счастливый… - Вот ты где… - слышится недалеко уже ставший родным голос – Я потерял тебя, волчонок. Не пугай меня так больше. Чонгук присаживается сзади, обнимает тонкую талию, укладывая широкие ладони на чужой животик, и невесомо чмокает в шею, лаская ее легкими поцелуями. - Устал? – заботливо спрашивает Чон. - Совсем немного – отвечает Ким – Взгляни, Чонгук-а… звезды такие красивые… Тэхен указывает тонкой рукой на небо. Чонгук лишь коротко смеется. - Но им так далеко до тебя – отвечает он, целуя мужа в ушко. Тэхен смущенно улыбается в ответ и накрывает чужие руки своими. Так хорошо… - Может, пойдем домой? – спрашивает Чон. - Да, конечно – кивает Тэхен. Чонгук помогает ему подняться, берет за руку и ведет в сторону хижины, под довольный взгляд Чимина, уже успевшего заметить новоиспеченных молодоженов. Чон стягивает с себя праздничную одежду и идет поправлять постель, пока Ким перед зеркалом избавляется от украшений в волосах и на шее. Оборотень сегодня немного устал, но пусть так… Зато его Тэхен-и принадлежит теперь только ему. Чонгук снимает обувь, устраивается на теплых шкурах, терпеливо дожидаясь мужа, и думает над чем-то своим, когда слышит бесшумные шаги. Брюнет поворачивает голову и замечает смущенного до невозможности Тэхена. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, и кусал свои губы. Эту привычку Чонгук уже выучил наизусть. Волнуется… - Ты… мне не поможешь? – неуверенно просит Ким, подходя ближе. Чонгук с готовностью поднимается. В чем проблемы? Он готов что угодно сделать для своего мальчика… - Конечно, волчонок – кивает он – Что случилось? - Я… я не могу развязать… Ты можешь помочь? – Ким поворачивается спиной и указывает на множество веревочек, что сегодня утром завязал ему Чимин. - Да, конечно – соглашается Чон – Постой смирно. Грубоватые теплые пальцы умело развязывают каждый бантик и каждый узелок, иногда касаясь бархатной белой кожи, заставляя ее покрываться мурашками. Тэхен дышит через раз и краснеет от осознания интимности такого момента. Чонгук всегда заставляет его чувствовать себя странно… Последний узелок развязан. Чонгук распахивает подолы шелковой рубахи в стороны и не выдерживает: касается губами худеньких плеч мужа. Тэхен вздрагивает, но отстраняться не спешит, давая Чонгуку возможность исследовать губами свое тело. Оборотень медленно, осторожно спускает ткань с плеч, скользит по тонким рукам и убирает ее совсем, отбрасывая куда-то далеко в сторону. Она сейчас кажется ему такой ненужной... Чон вновь склоняется и мягко целует плечи пары, поднимается выше, к шее, касаясь ее губами и выводя замысловатые узоры на тонкой коже. - Ты прекрасен, мой волчонок – шепчет Чонгук, обвивая чужую талию и разворачивая Кима к себе. У Тэхена снова закусанные губы и розовые щечки, что Чонгук не сдерживает себя и впивается в его губы мягким поцелуем. Тэхен сейчас податливый очень, льнет навстречу, ластится, как котенок, позволяет делать все, что Чонгук захочет. Оборотень плавно опускается на постель, потянув мужа за собой и уложив на покрывала, нависая сверху. Чонгук изучает внимательным взглядом все изгибы тела своего возлюбленного, запоминая каждую деталь. Тэхен прекрасен. Чонгук уже в который раз этому убеждается. Его хрупкое телосложение, тонкая талия, светлая бархатная кожа так манят его…

- Поцелуй меня, Чонгук-и… - вдруг тихо просит Ким. И Чонгук с удовольствием исполняет его просьбу, касается своими губами чужих, целует страстно и горячо, посасывая и покусывая тэхеновы губки, стараясь через поцелуй передать все свои чувства. - Ты доверяешь мне, волчонок? – спрашивает Чон, на миг оторвавшись от юноши. Тот лишь кивает, зажмурившись от смущения. Чувства Тэхена сейчас в несколько раз обострены, он отзывается на каждое касание, рвано дышит и снова кусает губы, когда влажный шершавый язык скользит по его шее, нежа и лаская. Чон втягивает в рот нежную кожу, оставляет множество ярких меток и укусов, пробует на вкус языком. Он ведет ниже, к ключицам, поочередно целуя каждую, потом еще ниже к розовым, призывно торчащим соскам. Оборотень обводит их языком, берет в рот, посасывает, перекатывает между зубами, срывая с губ смущенного Кима несдержанные стоны. Это необычно для него, не испробовано… - Господи, Чонгук-и… хватит… - произносит Тэхен, прикрывая глаза рукой. - Тебе неприятно? – спрашивает Чон, взглянув на юношу снизу вверх. Прекратить – это последнее, что Чон сейчас хочет сделать… Тот отрицательно качает головой. - Я… так странно… чувствую себя… - признается Тэхен – Что это? Тэхен теряется во всех этих чувствах, тонет в ощущениях, внизу живота образуется узел, а пальцы на ногах поджимаются в предвкушении чего-то неизвестного, но желанного… - Ты хочешь меня – с мягкой усмешкой произносит Чон – Это желание. Взгляни, волчонок… Чонгук проводит теплой ладонью по чужой груди, затрагивает кончиком пальца затвердевшую бусинку соска, заставляя Тэхена поддаться навстречу и тихо простонать. - Твое тело желает меня – шепчет Чон, добегая ладонью до края легких штанов – Ты же хочешь… Хочешь отдаться мне, хочешь получить это? Оборотень забирается под резинку штанов и обхватывает ладонью уже вставший член юноши. Он делает пару пробных движений, слыша низкий и протяжный стон мальчика. Довольная улыбка расцветает на губах Чона. - Господи… хватит… это… это… - Ким не может подобрать слов, заикаясь и забывая делать вдохи. - Неужели ты никогда не касался себя, Тэхен-и? Не ласкал здесь? – спрашивает Чонгук, задевая большим пальцем влажную от проступившей жидкости головку. - Нет! – спешно отвечает Ким. Его щеки раскраснелись еще больше от смущающих разговоров – Я даже не думал… - Мой мальчик, ты слишком невинен – усмехается Чонгук. Он склоняется и снова мокро облизывает соски, продолжая двигать рукой на члене юноши. Тэхен выгибается до хруста в спине, скулит и толкается навстречу плавным движениям. Его тело горит, словно спичка, реагирует на все поцелуи и прикосновения, хочет большего… - Чон… Чонгук-а… п-пожалуйста… - Мой волчонок… - улыбается Чон, оставляя на часто вздымающейся груди фиолетовые метки и укусы. Чонгук стягивает с мужа оставшуюся одежду, чуть отстраняется, чтобы еще немного полюбоваться им, и снова изучает обнаженное под ним тело руками. Ему нравится гладить податливое тело кончиками пальцев, нравится касаться мягкой горячей кожи, нравится выводить на ней различные узоры и писать невидимые слова любви. Чон осторожно переворачивает юношу на живот, целует плечики и кожу между лопаток, оставляет очередные засосы, метки, полу укусы, лижет языком и мажет губами, плавно спускаясь ниже, к упругим ягодицам. Чон несильно сжимает их ладонями, поглаживает и даже оставляет пару влажных поцелуев. Открывшаяся картина нравится ему безумно – совершенно обнаженный, не скрытый за тканями одежд, Тэхен, манивший своей чистотой и невинностью, сейчас лежит перед ним, призывно выпятив аппетитную попку. - Ты только мой волчонок, слышишь? – произносит Чон, склонившись к самому уху и прикусывая мочку – Никому не дам… Тэхен отвечает коротким стоном. Он сжимает в кулачках покрывала, кусает губы и крепко жмурится от невероятного смущения: Чонгук видит его таким, открытым и обнаженным, каким никто раньше не видел. - Чего ты боишься? – спрашивает Чон, вновь покрывая поцелуями спину юноши, следуя точно по линии позвоночника. - Я не… ох… не боюсь… - смущенно отвечает Ким – Я стесняюсь… - Тебе нечего стесняться, волчонок – улыбается Чон – Взгляни на себя… Ты богоподобен… Совершенен… Прекрасен… Чонгук все не может подобрать нужных слов, а краска на тэхеновых щеках даже не думает пропадать. - Невероятен – наконец произносит Чон. Оборотень обхватывает ягодицы юноши ладонями и раздвигает в стороны, склоняясь и проводя языком меж упругих половинок. Тэхен снова протяжно стонет и пытается отстраниться: он дико смущен. - Пожалуйста… прекрати… Чонгук… - шепчет он, всхлипывая от переизбытка эмоций и чувств – Не надо… там… - Ну тише, тише – шепчет оборотень – Просто расслабься и почувствуй… Он снова касается языком сжатой дырочки, ласкает и вылизывает, толкается чуть глубже, заставляя Кима тихо вскрикивать и закусывать губу, больно впиваясь в нее зубами. - Ч-чонгук-а… - Тише… Чон отстраняется и несколько мгновений любуется открывшийся картиной: припухший и покрасневший вход поблескивал от слюны, заводил Чона сильнее, заставляя тихо рычать от возбуждения и накатившего так внезапно чувства собственности – он никому не позволит видеть Тэхена таким… Чонгук чмокает каждую ягодицу и приставляет смоченный слюной палец к сфинктеру. Он легко проскальзывает внутрь, заставляя Кима выгнуться и податься навстречу движению. - Чонгук-а… так надо? – тихо спрашивает Ким, краснея щеками. - Так надо – отвечает Чон – Потерпи, волчонок… Чон осторожно двигает пальцем внутри юноши, растягивает гладкие стеночки и покрывает поцелуями кожу, пока Ким хватается за покрывала и поднимает попку выше. Он встает на колени, чтобы оборотню было удобней, но сам, смущенный своим же поступком, прячет лицо в ладонях и покрывалах. Тэхен кусает губы, приоткрывает рот в немых стонах и подается навстречу движениям. Чон лишь усмехается, добавляет второй палец и снова мягко целует чужую спину, лаская ее языком и оставляя множество меток, которыми было покрыто почти все тэхеново тело. Оборотень разводит пальцы на манер ножниц, вкручивает и сгибает, ища ту самую заветную точку, что заставит Тэхена кричать от удовольствия. Когда к первым двум добавляется третий палец, Ким всхлипывает и даже пытается отстраниться, но Чонгук не пускает, крепко держа за бедра. - М-мне больно… - хнычет Ким, кусая губы и жмурясь от неприятных ощущений. - Волчонок… - зовет его Чон – Просто потерпи. Еще чуть-чуть, и тебе будет очень хорошо… Ты же доверяешь мне? Юноша кивает в ответ, но глаз не открывает, полагаясь лишь на свои ощущения. Пальцы Чона растягивают дырочку, ища комок нервов, а горячие, суховатые губы ласкают тело, покрывая его поцелуями и отметинами. Ким тяжело дышит, иногда задерживая дыхание, и тихо скулит то ли от боли, то ли от чего-то другого. - Волчонок… ты готов принять меня? – шепчет Чон в красное от смущения ушко. Тот лишь кивает в ответ и жмурится, как бы готовясь к тому, что сейчас произойдет. Оборотень избавляется от ставшей ненужной одежды, проводит пару раз ладонью по члену и приставляет сочившуюся смазкой головку ко входу, медленно толкаясь вперед. Ким тихо стонет, хнычет от тупой боли и жжения, даже всхлипывает, но упрямо молчит, стискивая зубы.

Чонгук входит до конца и замирает, прислушиваясь к возлюбленному. Он ловит каждый его вдох, каждый выдох… - Волчонок… - зовет он юношу, мягко чмокнув в плечо. Тэхен отвечает тихим сопением и всхлипом. Оборотень выходит, аккуратно переворачивает мужа на спину, устраивается между его худых разведенных ножек, заставляя обвить ими свою талию, и заглядывает в мокрые глаза. - Не плачь… - произносит Чон, мягко улыбнувшись – Я люблю тебя, мой волчонок – произносит на выдохе, вновь толкаясь в горячее нутро. Ким прикрывает глаза, кладет руки на крепкую шею мужа, притягивая ближе к себе, и тяжело дышит в губы напротив. Чонгук любуется им, таким откровенным и настоящим, а потом целует, сразу мокро и глубоко, засасывая чужой язычок и прикусывая мягкие губки. Ким коротко стонет, когда Чонгук делает первые плавные движения бедрами, жмется обнаженным горячим телом к оборотню и жарко отвечает на такой необходимый ему поцелуй. - Я остановлюсь, если тебе будет больно – шепчет Чон – Только скажи… Ким лишь отрицательно мотает головой, хватая мужа за плечи и впиваясь в кожу ноготками. Тэхен чуть приподнимается и нежно целует оборотня в шею, пробегаясь по ней язычком, заставляя Чона рыкнуть и особенно глубоко толкнуться в юношу. - А-ах… Чонгук-а… Так… - Ким выгибается дугой, закусывает уже ярко-алые губы и низко стонет, от пронзившей тело волны экстаза – Хорошо… Чонгук улыбается, как довольный кот, склоняется к шее мужа, вдыхая приятный запах и оставляя очередную отметину, и снова толкается под тем же углом, заглушая поцелуем откровенно громкий стон Тэхена. - Мой волчонок… - шепчет Чон, разом ускоряя темп – Скажи, что любишь меня. - Л-люблю… Чонгук-а… люблю тебя… - отзывается тот, захлебываясь собственными стонами – Очень сильно люблю… Оборотень снова улыбается, целует в губы, но не углубляет поцелуй, лишь мажет губами, касаясь чужих, и спускается ниже, выцеловывая каждый сантиметр сладковатой кожи, заново пробуя ее на вкус и оставляя все новые и новые метки поверх уже имеющихся. Толчки становятся максимально глубокими, даже грубоватыми, но Тэхену нравится. Юноша громко стонет, наверное, уже вся деревня знает, чем они занимаются. Ким впивается ногтями в плечи мужа, изредка царапает спину, оставляя красные следы, и сам подается навстречу движениям, подмахивая бедрами в такт. Крепкие бедра Чона с характерными звонкими шлепками задевают тэхеновы ягодицы, что смущает и заводит одновременно. Ким смотрит затуманенным, помутневшим и расфокусированным взглядом, облизывает губы, изредка кусая их, и наблюдает за мужем. Тэхену нравится, как выглядит Чонгук сейчас, хочется коснуться его рельефных мышц, укусить… - Волчонок… - зовет его Чон, взяв за руку и отвлекши от мыслей – Прикоснись к себе… ну же… Чонгук опускает ладошку юноши на аккуратный член, заставляя того смутиться и покраснеть. Чон улыбается, заметив яркий румянец на тэхеновых щечках, и мягко чмокает мужа в губы. - Давай же, мой мальчик… - шепчет он. Ким неуверенно проводит рукой по всей длине члена и закусывает губу. Хорошо… Юноша двигает рукой в такт толчкам оборотня и стонет в голос, позабыв про смущение. - Чонгук-а… - хнычет он – Я… - Попробуй вот так – усмехается Чон, помассировав большим пальцем головку. Тэхена подбрасывает от электрических разрядов по всему телу. Он снова стонет и послушно следует указаниям мужа, надрачивая себе, проезжаясь большим пальцем по розовой, чувствительной головке члена. - Вот так, волчонок… Тебе хорошо? – улыбаясь, спрашивает Чон, ускоряясь и предчувствуя скорую разрядку. - Да… Я… Так странно, Чонгук-а… Я… я… А-ах! Ким надрывно кричит, извиваясь под Чоном от накатившей волны оргазма. Юноша бурно кончает, забрызгивая жидкостью свой живот и пресс мужа, и сильно сжимает член оборотня в себе. Чонгук не выдерживает долго и следует спустя несколько толчков, глухо рыча и изливаясь глубоко в Тэхена, в порыве страсти кусая того в изгибе шеи. Ким закрывает глаза и тяжело дышит, его все еще мелко трясет от недавнего наслаждения. Чонгук валится рядом, смотрит на умиротворенное лицо мужа, убирая прилипшие ко лбу возлюбленного пряди, и мягко чмокает в щеку, потом в нос, в подбородок, оставляя на десерт сладкие, припухшие и красные, искусанные в кровь губы. - Теперь ты только мой… - шепчет оборотень. - Всегда был твоим… - шелестит в ответ Тэхен, улыбнувшись и обняв мужа за шею. Чонгук тихо смеется, перекатывается на спину, утянув юношу за собой и устроив на своей груди, и вновь невесомо чмокает в губы, шепча что-то про то, что Тэхен у него самый лучший. - Я люблю тебя, мой волчонок. - Я тоже люблю тебя, мой ласковый зверь – тихо смеется в ответ Ким, оставляя на чужой груди мягкий поцелуй и смущенно улыбаясь. Чон сильнее обвивает тонкую талию Кима, целует там, где дотянется и шепчет какую-то ерунду, пока Тэхен окончательно не засыпает. - Никому никогда ни за что не отдам…

Фанфик взят с прекрасного акаунта на фикбуке "Julianna Dao" https://ficbook.net/authors/2209068