38
— Что ты делаешь? — хрипло переспросил он и незамедлительно получил ответ…
Я целовала его решительно, с напором, так, как никогда раньше не делала. Инициатива была полностью в моих руках, и Чон поддался. Чувствуя безумное желание, я стала ерзать на его коленях. Но мы не отрывались друг от друга, продолжая в поцелуе бороться за первенство… Этого мне было мало. Хотелось большего!
Я провела рукой по его груди, задержав ладонь над бешено колотящимся сердцем, опустила ниже, провела по животу, и еще ниже…
— Дженни, черт…
Он не договорил, я вновь не дала, кусая его нижнюю губу, чтобы тут же зализать ранку. Чонгук хотел меня, я чувствовала его возбуждение, и это было так необходимо в тот момент. Я сжала его через брюки, и Чон вновь попытался выругаться, но сейчас это больше напоминало сдавленный стон. Он притянул меня ближе, практически вдавливая в свою грудь, а в следующий момент резко поднял и усадил на стол, прямо на документы, с которыми работал. Мужчина взял инициативу в свои руки, и моя блузка мигом оказалась расстегнутой.
— Чонгук… — это было единственное, на что меня хватило.
Он целовал мою шею, прикусывая нежную кожу, заставляя трепетать в его руках. Грубо оттянув лифчик, стал целовать грудь, поочередно то прикусывая, то зализывая напряженные до невозможности соски. Мы хотели друг друга, сгорая в бешеной страсти, но я не могла допустить, чтобы с ним все было так: спонтанно, в порыве отчаяния, тем более, что потом он обо всем пожалеет. Это сожаление меня бы убило. Оторвавшись от таких желанных губ, я постаралась выскользнуть из его рук, но Чон удержал, не давая сбежать.
— Что, Дженни? — пытаясь восстановить дыхание, хрипло вопросил он.
— Это недоразумение. Забудь обо всем, — холодно ответила я, пытаясь играть в Снежную королеву, когда сама давным-давно растаяла.
— Недоразумение? — вдруг вспылил Чон и за ворот рубашки притянул меня так близко, губы обожгло его дыханием, — врываешься в кабинет, набрасываешься на меня, заводишь, а теперь собираешься просто уйти?
— Именно так. Сейчас я уйду.
— Сейчас?
— Пусти меня! — я оттолкнула Чонгука, и он разжал руки.
Вскочив со стола, я стала судорожно застегивать рубашку под его прожигающим взглядом. Моя игра в холодную неприступность канула в тартарары, и единственное, о чем я мечтала — поскорее сбежать.
— Что случилось? — неожиданно ласково поинтересовался босс, — ведь что-то произошло, так?
— Нет. Ничего, — соврала я, не глядя на него, выбежала из кабинета.
Больше всего я боялась, что Чонгук пойдет за мной и потребует объяснений. К счастью, он этого не сделал. До ужина я не могла найти себе места, постоянно думая о том, что натворила. В голове была настоящая каша. Я даже ловила себя на том, что расцениваю свой поступок как месть Чонгуку за то, как он поступал со мной все это время, то приманивая, то отталкивая. Но ведь на самом деле не это было моей целью. Я выпустила на волю желание, так давно томившееся во мне. К счастью, все зашло не так далеко, ведь это стало бы колоссальной ошибкой. Я желала Чонгука, но не так… Он был нужен мне и телом, и душой, но теперь я точно знала, что отдамся ему, лишь когда почувствую взаимность. Но что же мне делать сейчас? Как смотреть в глаза боссу? К счастью, мне помогла случайность. Во всяком случае, я так думала.
Я собрала Миён к ужину, когда к нам в детскую постучала Лиза. Она сообщила, что Ким Намджун пришел узнать, как прошла поездка внучки в музей. Эта новость обрадовала не только малышку, но и меня, ведь появился шанс избежать компании Чона. Ким Намджун согласился заменить меня за ужином и покормить Миён, а я, сославшись на мигрень, осталась у себя.
— Дженн, я к тебе. Можно? Горяченького принесла, — вновь появилась на пороге Соён, но теперь с подносом в руках.
— Заходи, — я похлопала по кровати рядом с собой, приглашая сесть. На душе было так паршиво, и я катастрофически нуждалась в друге.
— Что-то случилось? — взволнованно поинтересовалась подруга и поставила поднос с ужином на столик.
— Мне звонил Кай… — вздохнув, начала я.
Я рассказала о том, что случилось, потому что больше не могла это хранить в себе. Призналась подруге во всем, даже в том, что у меня произошло с Чонгуком, и стало намного легче. Соён поддержала меня и пообещала сохранить все в тайне.
Следующим утром я дико волновалась, когда с малышкой шла на завтрак. Полночи я проговорила с Соён, и ей удалось меня успокоить, но все равно стыд за вчерашнее брал верх. Вопреки моим опасениям, Чонгук вел себя так, словно ничего не произошло. Более того, он казался приветливее, чем раньше. Шутил, словно мы старые приятели, и обсуждал наши планы на лето. Оказалось, у босса был домик на озере, куда он вывозил малышку Миён, и в этом году собирался отправить ее туда вместе со мной. Идея была превосходной, но до лета, казалось, еще так далеко…
Март закончился, и на смену ему пришел солнечный апрель. Настроение всех домочадцев было на подъеме. Малышка Миён пошла на занятия по изобразительному искусству. Каждый вторник я возила ее в Пушкинский музей, где девочка отлично сдружилась с одноклассниками. Все чаще она говорила про Мунбёль и Хвиин, которые стали ее самыми близкими подругами. Это не могло не радовать ее родителей. Не только Чон, но и Джой с Джисоном поддерживали идею обучения малышки.
Соён и Феликс переживали что-то вроде медового месяца. Они наконец-таки съехались в одну спальню, и по этому случаю даже устроили небольшой праздник. Хмурый Феликс открылся мне с другой стороны, и теперь я понимала, за что его так полюбила Соён. Умный, начитанный, галантный, он умел слушать, давал дельные советы и всегда приходил на выручку. Как признался сам мажордом, теперь он стал воспринимать меня как свою. Он сказал, что по своей натуре весьма недоверчив и ему потребовалось несколько месяцев, чтобы присмотреться и принять меня.
Произошло и другое важное событие. Ким Намджун все-таки решил завоевать Наён и попросил меня о помощи. Как-то раз, когда я гостила у него с Миён, пока у Чонгука были гости по работе, мужчина попросил меня на пару слов. Оставив малышку в гостиной играть с Пончиком и котом Кумой, мы устроились на веранде с горячим травяным чаем.
— Дженн, я обдумал то, что ты сказала мне относительно Наён, — нерешительно начал мужчина и потупил взгляд.
— И к чему вы пришли?
— Она мне нравится, и я согласен на серьезные отношения.
— Вот как? — наигранно удивилась я, хотя предполагала, что все выйдет именно так.
— Да, но только ты должна мне помочь. Убеди ее, что у меня серьезные намерения.
— Хорошо, я поговорю с Наён, но и вы, пожалуйста, не подведите.
— Обещаю! А ты как? Ну, в смысле, я заметил, как ты сдружилась с моим сыном. Ты нравишься ему.
Такого поворота в разговоре я не ожидала, поэтому немного опешила. Конечно, мне было дико приятно, что Ким Намджун так считал, но вот я не была уверена в симпатии Чонгука. Хотя мы действительно стали больше времени проводить вместе, и нас даже можно было бы назвать хорошими друзьями. Чон часто заходил по вечерам, когда Миён засыпала, и мы просто разговаривали. Иногда он спрашивал моего совета, просил помочь принять решение, хотя в детали вопроса никогда не вдавался. Я чувствовала, что он мне доверяет, но ничего большего между нами не было, хотя я всячески старалась привлечь его внимание.
— Мы хорошо ладим. Думаю, что нас можно назвать друзьями, — после недолгого молчания ответила я, и Ким Намджун расплылся в довольной улыбке.
— Друзьями? — протягивая слово чуть ли не по слогам, переспросил он, — мне кажется, у вас симпатия несколько иного рода.
— Ким Намджун, я не очень подхожу под стандарты Чонгука. Вы же знаете Джой, наверняка видели и других его женщин.
— Сейчас тебе кое-что покажу, — прошептал мужчина и направился в дом.
Ким Намджуна не было довольно долго. У меня даже возникло ощущение, что он просто-напросто обо мне забыл. Мужчина вернулся довольным, с большим фотоальбомом под мышкой. Устроившись в свое кресло, он стал пролистывать страницу за страницей, пока не остановился на одной фотографии, которую вынул из альбома и протянул мне. Я сразу же узнала на ней Чона, правда, на фото он был совсем молоденький и стоял в смешной яркой куртке, обнимая улыбающуюся девушку.
Ким Намджун внимательно наблюдал за мной, словно ожидая ответа на незаданный им вопрос. Не понимая, чего он хочет от меня, я протянула ему обратно фотографию.
— Узнала? — улыбнувшись, поинтересовался он.
— Чонгук совсем мальчик. Смешной, — ответила я.
— Нет, не Чонгука. Джой узнала?
Я снова посмотрела на фотографию… Только теперь я уловила сходство между этой милой, но ничем не примечательной девушкой и той роскошной Джой, с которой познакомилась пять месяцев назад. Я подняла на Ким Намджуна удивленный взгляд, не в состоянии что-либо спросить.
— Да, такой она была, когда Чонгук в нее влюбился. Сейчас Джой превратила себя в красивую картинку, но потеряла всю естественную прелесть. Уже не тот курносый носик, нет пухлых щечек, губы совсем другие.
— Как же она изменилась, — все еще не веря глазам, пробормотала я.
— Все эти изменения… Это, скорее, крик души, так она пыталась вернуть внимание Чонгука, только ему это совсем не нравилось. Он любил Джой такой, какой она была. Сейчас это другая женщина.
— Почему вы показали мне эту фотографию?
— Чтобы ты поняла, Дженни. Твоя неуверенность — такая ерунда. Чонгук может сколько угодно гулять с расфуфыренными дамочками, но ни в одну из них не влюбится. Думаешь, почему он выбирает таких? Как раз затем, чтобы не привязаться, а просто удовлетворить потребность. Прости, что заговорил об этом… Старый дурак, — выругался Ким Намджун, когда понял, как мне неприятно слушать о женщинах Чонгука. С другой стороны, если все эти девушки не в его вкусе, если он и правда предпочитает самых обычных девушек, то мои шансы увеличиваются.
— А каких девушек Чонгук любит? — нерешительно поинтересовалась я, понимая, что Ким Намджун и без того раскусил мои чувства.
— Настоящих, Дженн, настоящих… Как ты. А давай баш на баш?
— В каком смысле?
— Ты поможешь мне с Наён, а я тебе с моим сыном?
— Я и без этого буду рада помочь вам с Наён.
Ким Намджун действительно стал ухаживать за Наён, как она того заслуживала. Я помогала ему передавать нашей кухарке разные подарки, чаще всего сладости его собственного приготовления. То ли подействовала весна, то ли романтичная женская натура, то ли симпатия к этому мужчине, но Наён постепенно сдавалась. Иногда влюбленные подолгу гуляли по территории особняка под ярким апрельским солнышком, иногда вместе выбирались в город, и даже устраивали ужины тет-а-тет.
Что до меня, то теперь я точно решила завоевать сердце босса, чего бы мне это ни стоило, и, кажется, у меня намечался в этом успех.
На улице почти стаял снег, подснежники и крокусы отцвели, а на открытых полянках уже желтела мать-и-мачеха и пробивалась молодая трава. Была середина апреля, а значит, приближался мой день рождения. В этом году он выпал на воскресенье. В честь праздника Чонгук дал мне несколько дней отпуска, но при этом настоял, чтобы в этот день, девятнадцатого, я вернулась вечером домой. Я не стала возражать, тем более что с родителями собиралась отмечать праздник с утра.
Папе становилось лучше, он уже ходил, достаточно бодро общался и строил планы на лето. Ему отлично помогло санаторное лечение. Почти месяц специалисты занимались им, терапия, к счастью, имела хорошие результаты. На работе ему оформили больничный и даже выписали компенсацию, что нас очень удивило, ведь его начальник не отличался ни щедростью, ни состраданием. У меня имелись некоторые подозрения относительно того, каким образом так вышло, но доказательств тому не было.
Когда отец должен был оформлять документы для работы, мы очень волновались, не зная, как поведет себя директор его предприятия. В откровенном разговоре я рассказала Чонгуку о своих переживаниях, а на следующее утро босс уехал по срочному делу. Не успел он вернуться, как позвонила мама и рассказала, что начальник отца сам связался с ним, принес извинения за ту ссору и пообещал дать папе столько времени, сколько потребуется. Когда я напрямую спросила у Чонгука, имеет ли он отношение к ситуации с начальником папы, он ушел от ответа, но улыбка его была весьма красноречива.
В последнее время изменились мои отношения с мамой. После всех переживаний она стала немного мягче, и у нас даже случались задушевные разговоры, чего раньше никогда не было. Мы смогли еще раз обсудить мой развод, и она все-таки встала на мою сторону в ситуации с Каем. Впервые я чувствовала понимание и поддержку родных, поэтому мне было так приятно провести здесь несколько дней, хотя с приездом в Пусан я не спешила и первый выходной посвятила шоппингу в Сеуле. Моя немаленькая зарплата и экономная жизнь помогли скопить приличную сумму, и даже после того, как я отдала часть на лечение отца, на карточке осталось достаточно денег на королевский шоппинг. Я обошла огромное количество магазинов и сменила практически весь свой гардероб — платья, юбки, брюки, костюмы, пальто и сапожки, несколько пар туфель. В довершение я посетила салон, обновила стрижку и на несколько тонов осветлила волосы.
Я крутилась перед зеркалом, примеряя обновки, когда зашла мама:
— Милая, я составила список продуктов к столу, ты не сходишь в магазин? Деньги я дам… — она осеклась и восхищенно оглядела меня: — Ты такая красавица, Дженн. Дорогое платье?
— Если честно, то да. Но так захотелось чего-то нового. Наверное, весна.
— Ага, весна. Точно она, судя по этому бесстыдству, — кивнула мама с сторону нескольких комплектов белья, разложенных на кровати. Конечно же, отдельным пунктом моего похода по магазинам стала «Дикая Орхидея». Не только стильная одежда делает женщину уверенной, но и сексуальное белье.
— Мам… Мне уже не шестнадцать. Тебе не кажется, что потертая пижама с кроликами и трусы в горошек уже не по возрасту?
— Ладно, дело твое. Только… кружево вредно для женского здоровья. Такое белье нужно надевать по случаю, а так лучше что-то помягче, — деликатно стала советовать она, усаживаясь на кровать и принимаясь рассматривать мои интимные покупки, — красивый пояс… и корсет к нему, и чулки…
— Мам, лучше скажи, как платье? — не выдержала я, чувствуя, как горят щеки.
— Я же сказала, что замечательно. Так по поводу магазина, сходишь? Я составила список, — она протянула мне бумажку, где, скорее, был не список продуктов, а накладная продуктового супермаркета.
— Мамочка, ну я же просила ничего не придумывать. Я хотела сводить вас с папой в кафе.
— Дочь приезжает домой не так часто, а тут праздник, и что? Я не накормлю тебя? Ну уж нет! Тем более, папе лучше не совершать таких долгих прогулок.
— Хорошо, я все куплю, — сдалась я.
— Деньги на книгах.
— Мама, у меня есть. Мой праздник, мне и проставляться.
— Дженни, что за выражения?! — возмутилась мама, встав и уперев руки в бока.
— Я в магазин, — проскользнула я мимо недовольной женщины, поцеловав ее в щеку.
Набрав в супермаркете целую тележку продуктов, я поняла, что не дотащу их до дома сама. К счастью, у меня в телефоне был номер Пусанского такси. Машина приехала через десять минут, и шофер, увидев меня, нагруженную пакетами, вышел из такси, чтобы помочь. Только когда он взял у меня из рук сумки, я узнала в шофере своего бывшего одноклассника Тэмина.
— Тэмин? — обрадовалась я.
— Не может быть! Дженни! — он поставил на землю пакеты и тут же обнял меня, — куда же ты пропала? Мы тебя разыскиваем!
— Разыскиваете? — удивилась я, высвобождаясь из его крепких объятий.
— А как же! Мы собираемся встретиться классом, а тебя, нашу старосту, никак не найти!
Пока мы ехали домой, Тэмин рассказал, что наш класс решил собраться, и встреча уже на следующих выходных. Инициаторы сбора Ким Сохо и Пак Сонён заказали столик в одном Сеульском ресторане и уже собрали практически всех одноклассников. Только со мной на связь выйти не могли: в соцсетях я не появлялась, а на телефон не отвечала. Действительно, в последнее время мне звонили с разных неизвестных номеров, но я не брала трубку, потому что была уверена, что это снова происки моего бывшего. Все СМСки, что приходили от неопределенных абонентов, удаляла, не читая. Год назад я меняла телефон, номер восстановила, а вот контакты оказались утеряны, так что я и не предполагала, что звонили одноклассники.
Конечно, мне захотелось пойти на встречу выпускников, тем более что после отъезда в Сеул я ни разу не встречалась с ребятами, с кем так долго дружила. Тревожило только возможное присутствие Кая и Лисы на вечере. Тэмин сказал, что уже слышал о нашем разводе, но дальше тему развивать не стал, за что я была ему очень благодарна.
— Так что, Дженн, давай планируй свои дела, но чтобы двадцать пятого в шесть была с нами! — деловито приказал одноклассник, заворачивая на мою улицу.
— Тэмин, обязательно! Передай Сохо и Сонён, чтобы рассчитывали на меня.
— Ты будешь одна? Просто кто-то берет мужей-жен… — заговорил Тэмин, а потом резко замолчал, видимо, понимая, что сболтнул лишнего.
— Одна. Как ты знаешь, мужа у меня нет.
— Вот Сохо обрадуется. Он, кстати, вроде тоже холостой.
Ким Сохо был влюблен в меня в старших классах, но я уже тогда встречалась с Каем, поэтому никаких шансов у него не было. Как-то в одиннадцатом классе они даже подрались из-за меня. Тогда обоим грозило отчисление из школы, но директор пошла навстречу им и их родителям, ведь оба драчуна были выпускниками. После окончания школы мы с Каем уехали в Сеул, а Сохо остался в Пусане. Я слышала, что он ушел в фармацевтический бизнес отца и смог поднять компанию на ноги после фактического банкротства. Сейчас его многие знали в городе как владельца самой крупной аптеки.
— Тэмин, вот не надо только с Сохо меня сводить. Столько лет прошло.
— Ладно-ладно… Вот только он уже знает, что у вас с Каем ничего не вышло, и, уверен, теперь своего не упустит. Он громче всех говорил, что тебя надо разыскать и пригласить на встречу.
— Перестань, за столько лет детские чувства не сохранятся. К тому же, он наверняка не свободен, да и я уже влюблена.
— Влюблена? Вот это дело…
— Тэмин, вот мой подъезд, — перебила я одноклассника. Вдаваться в подробности относительно Чонгука я не желала.
— Я помогу с пакетами.
— Спасибо, буду благодарна.
Вернувшись домой, я рассказала родителям о предстоящей встрече выпускников. Вот только они не поддержали мой энтузиазм. Оба были против того, чтобы я шла, если в ресторане будет мой бывший и Лиса, и неважно, вместе они или расстались. Чтобы избежать ссор, я больше не поднимала с родителями эту тему, хотя твердо решила идти.
Мой день рождения мы отметили в узком семейном кругу, но большего мне и не надо. Мама, несмотря на мои уговоры и возражения отца, наготовила множество салатов, зажарила индейку и даже испекла торт. Естественно, большая часть яств перекочевала со стола в холодильник. Ближе к семи я стала собираться домой. У меня не было сомнений, что, как обычно, за мной приедет Юнги. Каково же было мое удивление, когда на пороге квартиры я увидела Чонгука…
— Готова? — поинтересовался он сходу.
— Да. Только оденусь. Зайдешь? — я неловко пригласила его в дом, чувствуя себя девочкой перед первым свиданием. Почему-то щеки горели, а ладошки вспотели от волнения. Он был таким красивым, как будто ехал не за мной, а на важную встречу.
— Обязательно, — Чонгук шагнул в прихожую, и только тогда я увидела небольшой аккуратный букет бордовых роз в его руках, — это твоей маме. Она дома?
— Да, — удивленно ответила я, — мама! Мам!
— Что ты так кричишь? — недовольно спросила мама, заходя в прихожую и тут же останавливаясь, — ой, Чонгук…
После выписки отца мама стала более терпима к моему боссу. Она до сих пор не одобряла нашей дружбы, но уже не высказывала мне свои подозрения. С Чонгуком за этот месяц она не виделась, поэтому я немного волновалась, как она примет его сейчас.
— Пак Чеён, это вам, — босс протянул недоумевающей маме цветы, — поздравляю с днем рождения дочери. Вы ее прекрасно воспитали, — он подмигнул мне и лукаво улыбнулся.
— Спасибо, Чонгук, — смутилась мама, но я видела, как ей приятно, — зайдете?
— Разве только чтобы поздороваться с Бан Чаном. Нам с Дженни нужно выезжать, чтобы приехать домой не ночью.
— Конечно-конечно!
Босс все же ненадолго зашел к нам. Мама тут же засуетилась, чтобы накормить мужчину с дороги. Она настояла на том, чтобы снова сесть за стол и вместе поужинать. Мне было неловко за маму, но Чонгук радушно принял ее приглашение. С отцом он быстро нашел общий язык, и уже через пятнадцать минут они смеялись над историями из папиной молодости. Все время за столом Чон бросал на меня заинтересованные взгляды, и я понимала, что это не просто так. В памяти то и дело всплывали слова Ким Намджуна о том, каких женщин предпочитает его сын.
Попрощавшись с родителями, мы выдвинулись в дорогу только в девятом часу. По пути я рассказала боссу о предстоящей встрече выпускников, и плавно наш разговор перешел в обсуждение школьных лет. Я узнала так много о боссе, он вновь открылся для меня с другой стороны. Оказывается, Чонгук был отличником, хотя и первым хулиганом класса. Учителя никак не могли найти на него управу, потому что после каждого проступка следовала череда отличных оценок.
Как бы ни хотел Чон вернуться домой раньше, ничего не вышло. Обрадовавшись первым теплым дням, все горожане тут же помчались на дачи, из-за чего на дорогах образовались жуткие пробки. Даже в такой час мы стояли на шоссе или двигались со скоростью черепахи. По правде сказать, меня долгая дорога ничуть не расстроила. Быть несколько часов наедине с Чонгуком, чувствовать его запах, слушать рассказы — это было незабываемо. Хотелось повернуть время вспять и снова пережить весь этот вечер. Стало даже несколько обидно, что мы вернулись и теперь должны расстаться, разойдясь по своим комнатам. Однако босс вызвался проводить меня до спальни. Может быть, и ему не хотелось разлучаться?..
— Спокойной ночи, Чонгук. Спасибо, что привезли, — улыбнулась я, глядя в глаза своему возлюбленному, мечтая увидеть в них взаимность, и, кажется, нечто подобное в них было.
— Не за что, Дженн. Я только зайду к тебе на минуту? Есть разговор…
— Конечно.
Я была взволнована, потому что понимала, что сейчас должно что-то произойти. Воображение рисовало самые разные картины от признания в любви до просьбы больше не тревожить. Не угадала…
Открыв дверь в комнату, я замерла на пороге. Вся моя спальня была украшена букетами из нежно-розовых тюльпанов, которые в приглушенном свете ночничка выглядели еще более очаровательно. Мои любимые цветы…
— С днем рождения, Дженн, — подойдя сзади, прошептал Чонгук мне на ушко, обжигая кожу своим горячим дыханием, заставляя чертовых бабочкек порхать в животе.
— Как ты узнал?
— Узнал, что ты любишь тюльпаны? Ты как-то обмолвилась в разговоре, я и запомнил.
Это было приятно. Чертовски приятно, ведь такие мелочи запоминаются, когда человек тебе дорог. Я посмотрела на Чонгука и замерла. В полумраке комнаты, при слабом желтом освещении черты его лица казались мягче, легкая полуулыбка доброй, а блеск в глазах неземным.
— Спасибо, — улыбнулась я и подошла к одному из букетов. Вытащив за стебелек один из цветов, я поднесла его к лицу и, прикрыв глаза, вдохнула терпкий аромат.
— Это не все. Посмотри свой письменный стол.
На столе лежал свернутый яркий лист бумаги. Подойдя поближе, я рассмотрела красочную открытку, нарисованную малышкой Миён. Она изобразила наш дом и меня на качелях, ниже шла подпись:
«Дженни от Соён
С днем рождения, Дженни! Желаю много счастья! Я тебя люблю и хочу всегда ездить с тобой в Сеул!
Миён»
— Это все она сама, — сказал Чонгук, оказавшийся рядом со мной, — я только напомнил про твой праздник.
— Знаешь, я так люблю Миён, — призналась я, смахивая непрошеную слезинку и прижимая открытку к груди.
— И она тебя очень любит. Ты сумела завоевать ее сердце, — прошептал Чонгук, нежно проводя кончиками пальцев по моей руке, вызывая россыпь мурашек по телу, заставляя дышать чаще, — знаешь, сюрприз не совсем удался.
— Почему? — удивилась я.
— Наён испекла торт, папа пришел, Соён и Феликс в столовой повесили растяжки, но мы так бессовестно опоздали, что они ушли спать, — признался Чон.
— Это все неважно, уже то, что вы такое устроили… Я даже слов подобрать не могу!
— С днем рождения! — Чонгук достал из кармана коробочку и протянул мне, — это от меня. Обычно я поздравляю премией, но тебе захотел сделать подарок.
— Как красиво, — восхитилась я, открыв футляр, где был аккуратно уложен кулон в виде птицы, несущей в клювике веточку, — наденешь?
— С удовольствием…
Чонгук аккуратно взял кулон и застегнул его на мне, а потом наклонился и неторопливо коснулся губами моей щеки. Но этого было мало нам обоим. Взяв его лицо в ладони, я потянулась к его губам, зная, что сейчас он не оттолкнет. Нежно целуя его, я сделала шаг в сторону своей постели, и он последовал за мной. Как на зло, прямо в этот момент у меня зазвонил телефон. Громкая трель с жуткой вибрацией тут же разрушили всю романтику. Отвечать не хотелось, и я решила сбросить вызов, но когда увидела имя звонившего абонента, замерла.
*********
КАК ДУМАЕТЕ КТО ЗВОНИЛ?