В плену фантазии

Первое, что видит Олег, когда приходит в себя – лицо со светлыми кудряшками, что смешно выбиваются из под белого платка, чистый ангел. Заметив, что темные ресницы дрогнули, - девушка отложила свои дела.

— Вениамин Самуилович будет рад слышать, что вы пришли в себя.

От этого самого Вениамина Самуиловича он узнает историю своего счастливого спасения, всю дорогу с Кавказа до Петербурга он провел в бреду, но теперь кризис миновал. Олег понимает, что попал к лучшему хирургу с легкой руки Сергея. Сам Разумовский навещает его в тот же вечер, очаровав почти всех сестер милосердия, и оставив после себя перешептывания в коридорах.

— Тебе что-то нужно? -  уточнят рыжеволосый.

— Папиросы, - хрипло выдыхает Олег.

Курить Волков начал достаточно давно, сначала таскал папиросы по одной из запасов отца, а потом уже в армии, когда каждый считал своим долгом разделить с товарищами нехитрые посылки из дома. Сначала хотел подражать отцу, бывалому офицеру, служившему еще при деде Сергея, а потом, чтобы согреться, в далеких странах зуб на зуб не попадал в легком мундире.

— Значит, идешь на поправку, - захохотал Гром. — Ладно, достанем тебе сигареты.

Светловолосый ангел, впервые застав его в палате с папиросой, застыла в дверях, перестав толкать вперед тележку с бинтами.

— Олег Давидович! – возмущенно произносит она.

В палате витает стойкий запах табака, и будто бы жженой резины, где только Игорь достал такую гадость? Волкова отчитали, будто лицеиста, бойко и смело, будто он не был особым пациентом. Олег лишь улыбался, пока Воронова продолжала свою речь, с особой осторожностью снимая старые бинты.

— Вениамин Самуилович рекомендовал мне прогулки, составите компанию?

Прогулки становятся для Олега глотком свежего воздуха, он все еще воровато перекуривает, стараясь успеть до перевязки, но понимает, что обмануть острый нюх Анны ему не удается. Каждый раз она качает головой и произносит все тоже «Олег Давидович» с поучительной интонацией.

Волков влюбляется, и это пугает его. В жизни офицера были женщины, многие пытались через него пробиться к императорскому племяннику, а многие, и правда, питали светлые чувства, но ни одну из них Олег не любил, и чувства, открывшиеся ему, пугали. Как признаться? Как начать этот непростой разговор, который навсегда проведет черту между его прошлым и будущим?

— Аня, - Олег опирается на трость, чувствуя, как нога неприятно дергает, то ли на погоду, то ли от волнения.

— Да? - взволнованно отвечает девушка.

Волков медлит, она - дворянская дочь, пусть и обедневшего рода, у нее наследство, и фамилия, которая поможет ей в будущем, чем удивит ее он - обычный военный, теперь еще и в отставке.

— Спасибо, - хрипло произносит мужчина. — Вы так много для меня сделали.

Аня улыбается, собирается что-то ответить, как ее окликает голос, Софочка, еще одна любимая сестра Рубинштейна.

— Мне пора, - она поправляет косынку. — А вы гуляйте, но не забывайте - скоро обед.

Девушка легкой птичкой растворяется в зелени, оставляя Олега с горьким чувством недосказанности.

***

— Что ты ей сказал? - Гром покатился со смеха. — Спасибо?

Олег недовольно буркнул, уставившись на гранатовые пирожные, что Сергей стащил из царской столовой, и уже успел пожалеть, что решился открыться друзьям, с другой стороны, носить в себе эти чувства он больше не мог.

— Я, конечно, догадывался, что офицеры испытывают проблемы с женским полом, но чтобы настолько, - Разумовский похлопал друга по плечу.

— Да не в этом дело, - вздыхает Волков. — Что я ей могу дать? Офицер без имени?

— О, - Игорь захрустел яблоком, что принес для раненного друга. — У нас все старая песня.

— Олег, - Сергей вздохнул. — Я принесу тебе указ прапрадеда, по поводу дворцовых титулов. У тебя есть имение, пусть и не самое новое, ты офицер императорского полка. Придворные дамы выстроятся в очередь, чтобы стать твоей супругой, и раз тебе повезло встретить свою любовь, стоит ли сомневаться?

— Она не похожа на других, - произносит Олег, пирожное уже не кажется таким привлекательным.

— Так это ведь хорошо, - произносит Сергей. — Тебе повезло встретить особенную девушку, и раз так получилось, значит, за вас все решила судьба.

Олег проводит в госпитале еще две недели, ходит принимать ванные, много гуляет, и с радостью ожидает перевязки, а потом уезжает в имение, перед возвращением на службу. Конечно, Волков знал, что Разумовский похлопотал, чтобы его не пустили обратно на поле боя, и теперь он будет сопровождать личную охрану князя, неплохой вариант, если Олег, действительно, решит осесть на одном месте.

Бурмистр встречает его с большим удивлением, господин Волков раньше не жаловал их поездками, предпочитая ночевать в казармах, чем в фамильном дворце. 

— Надо бы дом обновить, - замечает Олег, оглядываясь по сторонам.

— Как прикажите, Олег Давидович - тут же заверяет ему мужчина, склонившись.

С каждым новым указанием, в головах крестьян крепла мысли – хозяин жениться надумал, его отец, царство ему небесное, также суетился перед тем, как привести супругу в дом, так старожилы  говорили.

— Красиво, - кивает Сергей, когда в один день приезжает навестить отдалившегося товарища. Работа в поместье идет полным ходом, хоть и приезд императорской особы вносит свои коррективы.

— Давно надо было это сделать, - произносит Олег, протягивая другу кружку с квасом.

Разумовский долго смотрит на жидкость внутри, прежде, чем сделать глоток любимого напитка.

— Дядя за завтраком сообщил, что переводит Рубинштейна в Москву.

— Полк нуждается в хорошем хирурге, - произнес Олег.

— Ему будет предложено взять с собой одну из медсестер, чтобы обучить концепции его работы, - Серёжа отставляет на деревянный стол стеклянную кружку.

Олег понимает, что времени у него совсем немного, Москва – не север, но он русский офицер, нельзя спасовать перед любовными трудностями.

— Олег Давидович, какими судьбами к нам? – интересуется Вениамин Самуилович, заметив Волкова в коридоре. — Раны беспокоят.

Мужчина, что прячет за спиной букет цветов.

— Здравствуйте.. я, - он нервно сглотнул. — Хотел бы увидеть Анну, если вы позволите.

Рубинштейн понимающе улыбается.

— Конечно, я приглашу Аннушку в сад.

Волков с благодарностью кивает и удаляется в привычном направлении, ноги еще помнят этот маршрут. Он занимает одну из скамеек, прячась от непривычно яркого солнца.

— Олег? – раздается тихий голос, мужчина трясет головой, неужели задремал? — Вениамин Самуилович сказал, что вы меня искали.

— Да, - Олег кивает, протягивая ей цветы. — Это вам.

Аня улыбается, принимая пучок зелени, что он нарвал собственными руками, и подносит его к носу, вздыхая садовые аромат.
— Спасибо, очень красивые.

— Я слышал, что Рубинштейн уезжает, - Олег, как ему казалось, начал издалека.
Воронова кивает, и они постепенно выдвигаются вглубь сада, вдали от чужих взглядов, Волков чувствует себя комфортнее.

— Вас что-то волнует? Он оставляет вместо себя ассистента, талантливый врач, - успокаивает его девушка.

— Вы едете с ним? – затаив дыхание, интересуется мужчина.

Олегу казалось, что он все погубил собственной глупостью  - если сейчас самая красивая и добрая девушка в мире подтвердит его догадку, человеку, что вынес его с поля боя, не зачтётся это спасение.

— Нет, кто-то должен помогать новому врачу, пока он не привыкнет, - наконец-то, отвечает ему Аня.

— Вы осчастливили меня этим ответом, - тихо произносит Олег.

Девушка скромно улыбается, на ее щеках появляется легкий румянец, что очень ей идет.

— У меня будет шанс увидеть вас снова? – спросил Волков, и, набравшись смелости, взял ее за руку.

— Вы всегда знаете, где найти меня, - шепчет Аня, наслаждаясь теплом его руки.

— Вы любите балет? – Олегу отчаянно хотелось встретиться с Анной вне госпиталя. — У меня есть два билета на премьеру в эту пятницу.

В ее глазах Волков очень хочет прочитать согласие, но не может оторвать взгляда от ее миниатюрной руки, что с таким контрастом ощущается в его собственной. Откуда-то проходит понимание, что пока Аня держит его за руку, он будет спокоен.