Пролог
1997 год
— Ты ещё можешь выбрать правильную сторону, Драко, — Альбус пристально смотрел на него, давая понять, что готов помочь.
Его блёклые глаза следили за каждым движением Драко, сетка морщин на лице Альбуса стала ещё выразительнее.
Их окружала темнота, но даже сквозь мрак можно было заметить, как Дамблдор бледнел всё сильнее с каждой секундой. Он готовился принять свою участь и не было секретом, что смерть для него лишь вопрос времени. Проклятие, медленно высасывающее из него жизнь, напоминало пытку. Каждый прожитый день был подарком, но гуманнее умереть один раз и больше не гадать наступит ли следующее утро, сможет ли он увидеть последний закат. Альбус сражался весь год, пытаясь отсрочить неизбежное, но в конце концов он оказался здесь, где ему самое место.
Малфоя трясло, он пытался держать палочку ровно, но на его глаза навернулись слёзы. Ему страшно. Он должен защитить свою семью, иначе Волан-де-Морт не позволит им жить. Он думал, что господство Тёмного Лорда над магическим Лондоном подарит Малфоям величие и поставит в первые ряды аристократии, как когда-то было. Но реальность оказалась куда ужаснее, чем мечты шестнадцатилетнего подростка.
— Вы ничего не знаете! — выкрикнул Драко и поджал губы, останавливая грозившее сорваться заклинание. — Он убьёт меня! — Мы ещё можем всё исправить…
— Альбус хотел помочь ему, понимал, что он невинный ребёнок, который просто запутался.
— Кто нас защитит? Орден? — горько рассмеявшись, ответил Малфой и покачал головой. — Вы прожили столько лет, но так и остались наивным, директор. Он не даёт право выбора. Он сделает так, чтобы помощь мне и моей семье была бесполезной. Он найдёт нас везде.
— В твоём сердце ещё осталось место для света, Драко, — мягко произнёс Дамблдор.
Он стоял на краю Астрономической башни, расслабленный и смотрел в глаза того, кто вскоре подарит ему смерть. Его мало волновала собственная жизнь — Альбус уже давно обречён — но пока его сердце билось, он хотел показать Драко, что из любой ситуации есть выход. Он видел страх в глазах Малфоя и знал, что тот не хотел следовать приказу Волан-де-Морта. Однако мальчишка любил свою семью и был готов пойти на этот ужасный поступок, чтобы спасти от смерти своих родителей.
— Нет, у меня ничего не осталось, — прокричал Драко. — Знаете почему?
Альбус не двигался, не сопротивлялся, когда Малфой сделал шаг вперёд и практически ткнул палочкой в его грудь. Серые глаза Малфоя наполнились гневом, когда он протянул свободную руку, а другой задрал рукав форменной рубашки. Отличительный знак Пожирателей — тёмная метка — занимал большую часть его предплечья. Череп, опоясанный змеёй, выглядел жутко и каждый волшебник магического Лондона страшился его.
— Я должен убить вас, директор, — отчаянно произнёс Драко, сильнее вдавливая палочку в грудь Дамблдора. — Иначе он убьёт меня.
— Найди Гарри, скажи, что хочешь принять сторону Ордена Феникса, — хрипло проговорил Альбус и закашлялся, чувствуя как время утекает сквозь пальцы и его конец уже близок. — Ты можешь быть полезен не в качестве убийцы, Драко. Нет ничего страшнее, чем последствия от применения чёрной магии. Твоя душа будет страдать, ты никогда не станешь прежним. У тебя ещё есть шанс всё исправить.
Драко знал, что Поттер давно его подозревал. И он сомневался, что тот позволит сказать ему хоть слово, скорее убьёт его, даже не позволив раскрыть рта.. На его лице отразилось сомнение, он вёл внутреннюю борьбу, заставляя себя отказаться от предложения Дамблдора. Но другая его часть хотела цепляться за слова директора изо всех сил, верить в то, что для семейства Малфоев ещё не всё потеряно. Он стоял на краю обрыва и каждое из решений могло решить его судьбу. Шаг навстречу Волан-де-Морту — это полёт в бездну, которая будет наполнена лишь болью и страданиями. Шаг назад, подальше от пропасти, означает попросить помощи у Ордена — и впереди лишь неопределённость. Он останется стоять на твёрдой земле, но в качестве кого? Информатора? Пленника? Инвестора Ордера Феникса? Любая участь всё же лучше, чем оставаться под влиянием Волан-де-Морта.
Малфой знал, что Дамблдор был уже практически мертвец, но он не мог не заметить, что они находились в одинаковом положении. Дамоклов меч уже давно навис над головой Драко, лишь вопрос времени, когда холодная сталь оборвёт его жизнь. Но у него есть шанс на будущее без насилия, и Альбус предлагал ему наилучший выход из возможных.
Драко сделал крошечный шаг назад, чувствуя, как сдаётся под натиском собственных размышлений. Он хотел верить, что это решение не принесёт ему страданий. Хотел, чтобы родители продолжали дышать, не думая о том, что ещё один прожитый день может стать последним. Ещё один шаг, но Драко вдруг резко сжал челюсти, когда почувствовал как кожу на предплечье обожгло.
— Он здесь, — в ужасе прошептал Малфой, резко отступая подальше от директора.
Альбус перевёл взгляд за спину Драко. Туда, где в полумраке вспыхнули красные глаза и раздался зловещий хохот. Он понимал, что настал конец для них обоих.
— Никчёмный, — прошипел Волан-де-Морт, вмиг оказавшись рядом с Малфоем. — Тебе было поручено простейшее дело! Убить того, кто уже одной ногой в могиле!
Драко замер, пытаясь остановить дрожь, что сотрясала всё его тело. Едкое зловоние ударило в ноздри, горло сжалось и глаза мгновенно заслезились. Тёмный Лорд олицетворял собой чёрную магию. Её использование превратило его в монстра, а нахождение рядом с ним напоминало пытку. Его запах всегда заполнял собой всё окружающее пространство, не давая сделать вдох полной грудью.
— Том, — Альбус следил за каждым его движением, просчитывая варианты. — Остановись, пока не поздно!
Дамблдор перевёл взгляд на Драко, который казался теперь застывшей статуей. Любой намёк на слёзы исчез из его глаз, а лицо представляло собой сплошную холодную маску.
— Остановиться? — удивился Реддл. — О, Альбус, я лишь в начале пути.
Волан-де-Морт вытянул палочку вперёд, целясь в Драко. Пальцы с длинными когтями обхватывали древко почти изящно, будто применение магии для него было пустяковым делом. Сине-фиолетовые, почти чёрные, вены на лице Реддла шевелились под кожей, словно десятки мелких ползучих тварей.
— Ты рискуешь, появляясь здесь, — прохрипел Дамблдор, цепляясь морщинистой рукой за перила. Силы покидали его, стоять становилось всё тяжелее. — Сотрудники Хогвартса наверняка уже спешат сюда.
Малфой вздрогнул, отвёл взгляд от директора, сосредоточившись на сетке трещин в каменном полу. Его плечи поникли, будто он хотел стать меньше, слиться с окружающей обстановкой — стать невидимым для грозного взора Волан-де-Морта.
— Мои слуги позаботятся о них, — махнул свободной рукой Реддл. — Не хочешь объяснить, мальчишка, почему он ещё жив?
Драко не решался поднять взгляд. В голове пролетали миллионы мыслей, он хотел зацепиться хоть за одну, но всё тщетно. Он впервые в жизни самостоятельно выбрал сторону, он хотел выбраться из-под гнёта Тёмного Лорда, прожить так, как ему хотелось. Если бы у него было хоть немного времени… если бы Дамблдор в начале учебного года хоть намекнул, то сегодняшнего вечера попросту бы не было.
— Ты слабый, — наклоняясь ближе к Драко, прошипел Волан-де-Морт. — Ты согласился на его защиту, не так ли?
— Отпусти его, Том! — Альбус пошатываясь двинулся к ним, вытянув перед собой бузинную палочку. — Он всего лишь ребёнок.
— Он принадлежит мне! — резко развернувшись всем телом к Дамблдору, прорычал Реддл. — Он принял метку!
— Ты ведь тоже был когда-то другим!
— Ты хочешь понастольгировать, старик? — нечто похожее на смех вырвалось из его глотки. — Когда-то я мечтал о том, чтобы стать здесь своим! Хотел сделать жизнь лучше, но что же мы имеем? Я всё равно займу место во главе магического мира, изменю его, чтобы волшебники вновь считали себя высшими силами, как это и задумывалось природой! Министерство падёт вслед за тобой, а маглы окажутся на дне, где им самое место!
Альбус рассёк палочкой воздух, яркая красная вспышка сорвалась с кончика и полетела в Волан-де-Морта. Тот с кривой улыбкой отбил её одним взмахом руки.
— Беги, Драко! — прокричал Альбус, посылая ещё одно заклинание в Реддла.
Малфой замер на месте, боялся даже поднять взгляд от каменного пола. Волан-де-Морт стоял слишком близко к нему, отходя немного дальше только для того, чтобы отбить очередное заклинание Дамблдора. У него не осталось шанса на спасение. Ему хотелось бы, чтобы сегодняшний вечер прошёл иначе или чтобы его совсем никогда не было.
Одно из заклинаний Тома угодило Драко в плечо, повалив его на пол. Сильная боль мигом охватила всю руку, будто кто-то поджёг его заживо. Малфой мысленно молил Салазара закончить его страдания. Оборвать его жизнь быстро, чтобы Реддл не смог добраться до него живого. Директор слишком поздно предложил свою помощь.
И лёжа на этом ледяном полу, Драко наконец понял, что никакого выхода не было. У него была лишь иллюзия выбора, чарам которой он решил поддаться. Волан-де-Морт бы выследил их где угодно, не дал бы спокойной жизни.
— Аппарируй, Драко, — Дамблдор стоял так близко к нему, оттесняя Реддла к ступеням, ведущим вниз.
Альбус понимал, что сам уже не в состоянии помочь студенту. Его сил не хватило бы, чтобы переместить их обоих, проклятие забирало последние остатки сил, а использование магии для противостояния Тому Реддлу лишь ускорило процесс. Самостоятельно Драко вряд ли смог бы аппарировать, учитывая стремительно растущую лужу крови вокруг его тела. Шальное заклинание задело его и теперь вся надежда на то, что помощь подоспеет вовремя, чтобы помочь ему, практически исчезла.
Альбус чувствовал, как его здоровая рука держащая палочку стала дрожать сильнее. Волан-де-Морт с лёгкостью отражал все его заклинания и времени оставалось слишком мало. Дамблдор поражённой рукой, которая больше напоминала иссушенный скелет, потянулся к тайному карману на мантии.
— Разве тебе нужен мир в руинах, Том? — тяжело дыша, спросил Альбус.
— Он будет очищен от предателей крови, — растянув губы в мерзкой ухмылке, ответил Реддл. — Мы построим новое общество, где чистота крови не будет больше подвергаться сомнению, потому что ни одной грязнокровки или полукровки не останется!
— А где будет твоё место? Ты ведь сам сын магла. Разве тебя не свергнут при малейшей возможности? — уже задыхаясь, тихо проговорил Альбус, с трудом выуживая из кармана вещицу, что помогла бы сохранить некое подобие мира и избежать войны, которая обернётся реками крови. — Это твой билет к тому, чтобы сделать магический мир лучше! Ты ещё можешь всё исправить!
Драко посмотрел на Дамблдора, пытаясь сфокусировать зрение на том, что он предлагал Волан-де-Морту. Затуманенный от боли разум едва мог нормально мыслить, а глаза подводили его, улавливая лишь блеск какого-то предмета на цепочке, подсвеченного светом луны.
— Ты опустился до торга, старик? — рассмеялся Том, но отвёл палочку в сторону, повторив это за Альбусом, который полностью опустил свою. — Что же мне это даст?
— Вернись назад. Сделай так, чтобы магическое сообщество само тебя выбрало, не выбирай путь боли…
— Ты, наверное, забыл, что Министерство и слушать меня не хотело, когда я пытался пробиться туда? Они будут гореть, как и все те, кто выбрал другую сторону и предал наши идеалы, предпочитая общество мерзких ублюдков, зовущих себя волшебниками. Но они не имеют права владеть палочкой. Они ошибка.
— Вернись туда, где всё началось, Том. Я поддержу тебя, если ты перестанешь смотреть сквозь красную пелену ненависти и захочешь действительно помочь волшебникам развиваться.
Глаза Реддла вспыхнули красным, он сделал решительный шаг вперёд, проходя мимо практически бессознательного Драко. Мантия Тома впитала в себе кровь, которой становилось всё больше и больше с каждой секундой. Красный след тянулся за ним, пока он приближался к Альбусу.
— Ты пытаешься меня обмануть? — внимательно наблюдая за раскачивающимся кулоном в руке Дамблдора, прошипел Волан-де-Морт.
— Нет, Том, — едва слышно прошептал Альбус. — В тебе огромный потенциал. Я всё ещё вижу того маленького мальчика, которого навещал в приюте. Ты был напуган, но уже тогда знал, что отличаешься от других. Тебе не нужно бороться с маглорождёнными или полукровками, чтобы править магическим миром. Ты это способен сделать без насилия, отпусти прошлые обиды… — Дамблдор сделал шаг назад, вновь наваливаясь на перила. — Ты смог бы добиться большего. Признания волшебников, и они бы не боялись тебя. Ты разве не заметил, что чистокровные семьи всё реже воспроизводят на свет наследников? Сколько ещё поколений пройдёт, прежде чем волшебники совсем исчезнут из этих земель?
— Как ты поймёшь, что должен помочь мне? Ты ведь останешься здесь.
— Я отдам тебе воспоминания, — едва слышно ответил Дамблдор. — Ты покажешь их мне, я буду знать что делать.
Том схватил протянутый маховик времени, приблизил к своему обезображенному лицу, пытаясь понять лгал ли ему Альбус. Он мог быть сломанным, а Дамблдор лишь тянул время. Реддл пристально смотрел на измученное лицо директора Хогвартса, пытаясь понять в чём состоял его план. Не могло всё быть настолько просто. Альбус добровольно отдавал ему мощнейшее оружие, способное вернуть время вспять. Он ведь мог полностью переписать всю историю, сделать так, чтобы многие из его врагов перестали существовать до того, как стали таковыми.
Том наконец моргнул, бросил мимолётный взгляд на маховик времени, и принял предложение Дамблдора. — Воспоминания, — Волан-де-Морт протянул руку с длинными когтями. — Отдавай их.
— Используй этот шанс, — Альбус взмахом руки призвал одну из склянок, что хранились неподалёку. — Ты получишь всё, чего так хотел. Но сохрани при этом мир в нашем обществе. Я готов пойти тебе навстречу, дать тебе возможность всё исправить.
— Это не тебе решать, старик, — прошипел Реддл, наблюдая, как Альбус прислонил палочку к виску и бледно-голубая светящаяся нить последовала следом за древком в призванную колбу. Теряя терпение, Том выхватил склянку и сказал: — Я сам решу как мне распорядиться данным шансом. Может, я закончу всё ещё раньше.
Драко издал хрип, напоминая о себе. Его дыхание становилось всё тяжелее, он уже не чувствовал своего тела, кажущееся ему теперь чужим. Крови было так много, её металлический запах заполнил всё вокруг и даже открытая площадка Астрономической башни не могла рассеять его ветром. Малфой видел, как зелёная вспышка угодила в грудь Альбуса. Ощущал, как чёрная магия мгновенно смешалась с запахом его крови, проникая в ноздри и вызывая приступ тошноты.
Альбус дал Волан-де-Морту победить. Дал ему ключ от магического мира.
По щеке Драко покатилась слеза, первая, которой он дал сорваться за столько лет. Главное правило: не показывай свою слабость. Он нарушил его, Малфой прощался со своей жизнью, понимая, что никто не стал бы рисковать собой, чтобы спасти его. Жжение в плече постепенно отступало на задний план, уступая место лёгкости. Он будто парил в невесомости, словно кто-то применил Вингардиум Левиоса, и его тело теперь летело куда-то, но сознание было на месте. И разум кричал о том, чтобы он нашёл в себе силы подняться. Чтобы сделал хоть что-то, чтобы дать отпор Волан-де-Морту.
Реддл повернулся к Драко, посмотрел на него с высоты своего роста и ухмыльнулся.
— Я постараюсь, чтобы твои родители получили по заслугам в том мире, который я построю!
Малфой хотел кричать, хотел дотянуться до палочки, которая выпала из рук, когда заклинание попало в него, но ничего кроме непонятных хрипов не вырвалось из его рта. Все проклятия, все нецензурные слова крутились в его голове, но не достигали цели. Он оказался заперт внутри себя.
Волан-де-Морт надел цепочку на шею, вытянул маховик перед собой и прокрутил его.
Драко крепко зажмурился, мечтая потерять способность слышать и забыть звук работающего маховика — орудия, что директор отдал Тёмному Лорду, и с помощью которого тот теперь смог бы творить свою историю, не давая никому шанса на спасение. Тихий гул постепенно нарастал и становился всё громче с каждым оборотом сердцевины кулона.
Может, Салазар услышал его. Может, это лишь удача, но когда звук стал невыносимо громким, Драко почувствовал, как его сердце ударило сильнее, будто вложило в это все свои оставшиеся силы. А затем пару едва различимых ударов, будто глупый орган ещё надеялся получить кровь, которая теперь навсегда впиталась в каменный пол Астрономической башни. Малфоя затягивало в темноту, и не было никакого света в конце тоннеля, о котором говорили все те, кто находился на волосок от смерти.
Лишь тёмная и непроглядная тьма. И Драко сдался на её милость, его сердце остановилось на секунду позже, после того как Волан-де-Морт исчез, забирая в собой мерзкий смрад своего присутствия. Последнее мгновение жизни без существования монстра стало подарком для Малфоя. Сознание Драко померкло, но его губы украшала улыбка, означавшая, что они ещё встретятся, и Драко сделает всё возможное, чтобы не допустить повторения истории.