Это магия, не так ли?

Война в самом разгаре, битва за Хогвартс идёт самым наижесточайшем образом, Пожиратели убивают учеников Хогвартса одного за другим, направо и налево... Стоп-стоп-стоп. Давайте остановим ненадолго время, посмеёмся над нелепым, страшно перекошенным от злобы, выражением лица Волан-де-Морта, застывшем в смешной позе Гойлом, полюбуемся красотой и идеальностью Драко Малфоя, а заодно и проясним ситуацию. Да, война идёт своим чередом, но мы расскажем вам о небольшом отклонении от канона, которое есть в этой истории.

Гермиона Джин Грейнджер.

Сейчас нас интересует именно она. Ведь эта девочка не училась в Хогвартсе всё это время! Она была маглом, как и её родители, ходила в обычную маггловскую школу. Но когда наступила война, а девочке было тогда уже 16, Тёмный Лорд убил её родителей одними из первых. С этого момента всё и началось. Всё в жизни Гермионы шло не так, как она планировала. Всё вертелось, кружилось, в плохом смысле слов, а после потери родителей, единственных родственников, так вообще, Гермиона потеряла саму себя. Она каждую ночь засыпала с одной мыслью: она молила Бога проснуться завтра живой. Да, смерть отца и матери произвели на неё страшное и ужасное, шокирующее влияние. Она теперь боялась всего в городе. Именно из-за этого, она решила принять жизнь затворника и "переехать" жить в лес. Благодаря тому, что её родители были не последними людьми в городе, мер обещал выделить ей не большой участок в лесу, но... Дом там был, да. Но он был чёрт-знает-когда построен. И это смущало и немного злило Гермиону, ведь она его даже и глазом не видела, только знала, что он ужасно старый. Одним словом, ей это не нравилось, но в такой сложной ситуации приходится довольствоваться тем, что есть.

Пожалуй, с этой точки мы и начнём наш рассказ о незаметной Гермионе Грейнджер, единственной в своём роде, и мире Магии и Волшебства, с которым девушке непременно придётся столкнуться.

Pov Гермиона
О, да. Наконец-то я буду жить в дали от этой городской шумихи, суеты... Хотя, какая там шумиха и суета?! На улицах полно мусора, уныние и печаль, вперемешку со скорбью, теперь гуляют по районам, как будто они всегда тут и были. Люди в городе умирают каждый день!..
Сейчас выглянешь из окна, и даже не додумаешься, что вот тут, под этой горой мусора когда-то была клумба с розовыми кустами. Мдаа... Надеюсь, хоть в лесу мне будет легче, и я не буду постоянно думать о родителях, это так тяжело... Удивительно, когда нашли их трупы и "обыскали", мне не смогли сказать, каким образом они скончались. Ну не могли же они умереть естественной смертью в таком молодом, как я считаю, возрасте, да ещё и одновременно...
Есть ещё два нюанса, опровергающих гипотезу о естественной смерти. И знаю их только я. Первый, это глаза. Их глаза были открыты, они были стеклянные...они будто просто замерли! естественная смерть точно не так выглядит. Но больше всего меня поразил страх, животный страх на лицах моих родителей. Я никогда ещё не видела, что бы у людей было такое выражение лица. Именно поэтому, я думаю, что их убили. Ведь есть ещё кое-что... Я была в полудрёме, когда к нам в комнату ворвался какой-то человек, он взорвал дверной проход. Удивительно, на звук взрыва был не похож на взрывы бомб или больших петард, как во всяких фильмах. Взрыва почти не было, слышно было только, как разрушалась стена, бились окна... Один осколок попал мне в руку, это я помню чётко. А дальше... А дальше холодный, страшный, леденящий кровь в жилах смех, перенести который я еле смогла! А после смеха последовали слова... Но я не помню всего, что говорил тот человек, я помню только два слова: "жалкие маглы" . И я понятия не имею, кто это такие. Может это обидное прозвище? Или что-то другое? А может, я просто не правильно услышала... Вряд ли. Я точно слышала эти два слова. Тем более, есть же ещё "жалкие". А это уж точно не в хорошем смысле... А что было потом? А потом... А потом вспышка. Вспышка яркого, зелёного света. Очень странно, не находите?..
End Pov Гермиона

* * *

Вся солома на крыше старого, незаметного дома разлетелась по всему лесу, а остатки были погрызаны мышами. Брёвна, которые раньше держали тепло этого жилища, в которые въелся запах гари, хвои и ещё чего-то, того, чем пахнет уют. Да, эти стволы когда-то больших и могучих деревьев теперь насквозь пропахли уютом и теплом, но... Но это было так давно, что даже сам Мерлин не помнит эти времена. А в самом дальнем углу этого одинокого, холодного дома паук расставил свои завораживающие красотой и тонкостью моторики, аккуратности мохнатых лап, сети. Каждый стежок, каждый узорчик, каждый волосок тоненькой паутинки своеволен, самодостаточен, по-своему оригинален и каждый отличается от других узоров своей вишенкой на торте. Этот паучок устроил в этом доме некую выставку таких своих работ, они настолько красивы, что никакая муха не смеет рвать и разрушать эти произведения искусства.
Старые стены из стволов столетних деревьев покрыты таким же столетним мхом, на некоторых нашли себе место и грибы. В этом доме пусто и уныло, ведь кроме стаи светлячков и паучка тут никто не живёт, этот дом обладает какой-то страшной, отпугивающей аурой, да такой, что даже птицы желают сторониться этого хранителя печали и рутины, такой вязкой и липучей...
По лесу в сумерках прокатилось гортанное воронье "Кар!". Ветер подхватил его и понёс всё дальше, дальше, за ржаное поле, за холодные, неприступные горы с заледенелыми, острыми, как сама грань реальности и иллюзий, верхушками. Говорят, что на этих снежных вершинах твориться что-то невозможное, необъяснимое наукой и просто недосягаемое понимания человеческого мозга. Именно там и находится эта острая и еле заметная грань, между реальностью, полной чёрный и серых оттенков непростой людской жизни, и иллюзиями, где человеку будто доступно всё, что он пожелает, ведь там своя волна, свой, фиолетовый в крапинку, лживый и склизский путь обмана...

* * *

Гермиона стояла на пороге своей квартиры и нервно застёгивала ремешок недорогих наручных часов. Когда же ей это удалось, она решила взглянуть на себя в зеркало, оценить свой внешний вид. И то, что она там увидела, заставило её отшатнулся и отойти назад на шага два-три, на сколько это позволяла скромная прихожая. " Боже Праведный, нельзя же людям в таком виде выходить"- подумала Гермиона и дёргано хихикнула. Дааа, об этом она не подумала, собирая чемоданы и упаковывать каждую вещицу. "Так, где там у меня была расчёска? В синем? Или в зелёном? А может в сером? Аааааааа! Нет, она, скорее всего в той сумке с коричневыми ручками!" - быстро соображала девушка, пока застёгивала расстегнувшуюся верхнюю пуговицу своей блузок. Потом, Гермиона понеслась со всех ног в небольшую гостиную, чуть не сбив по пути табуретку, которую решила оставить в этой квартирке. Она открыла болотного цвета сумку с протёртыми коричневыми ручками на молнии и начала нервно в ней рыться. Время поджимало, а Гермиона никак не могла найти эту злосчастную расчёску! Но всё же она отыскала её на самом дне походной старой сумки, выцвевшего, когда-то чёрного, цвета с одной оторванной серой ручкой. "Всё, при следующем переезде составляю список что и где лежит! Это возмутительно! Моя прекрасная память подвела меня в самый ответственный момент!" - сокрушалась в мыслях Гермиона, уже стоя перед зеркалом, тщетно пытаясь уложить свои непослушные русые локоны.
- Да укладывайтесь же вы! - в полной ярости выкрикнула Герми в пустоту, пытаясь сотворить с волосами хотя бы что-то дельное. "Ну, не с таким же гнездом выходить! - оправдывала свою ярость девушка. - Чёрт, ещё и до выхода пять минут, такси вот-вот приедет! "- она быстрым взглядом глянула на часы на своём запястье.
Кое-как из гостинной она перенесла свою поклажу в прихожую, прихватив с собой своё старенькое коричневое пальто, вышла из такой привычной, старенькой квартирки. Она уже хотела закрыть дверь на ключ, как её что-то остановило. Девушка заново открыла такую многострадальную дверь, да так резко, что та впервые за столько лет скрипнула, словно какая-то старая кушетка в частной больнице. Герми последний раз заглянула в свой дом. Нет, не верно. В свой бывший дом. Она была уверена, что там, в лесу, она будет чувствовать себя намного комфортнее, хотя ни разу там не была, чем здесь, в этой маленькой, но такой родной квартирке, где она провела всё своё детство, всю свою, на данный момент прошедшую, жизнь.
Последний раз Гермиона вдохнула запах старого лака, которым был покрыт деревянный пол, пластиковых окон, чистоты и... ванили. Да, именно ванили. Мама Гермионы любила зажигать по вечерам ароматные свеча с запахом ванили, и это происходило так часто, что запах въелся во всё в этом доме: в стены, в потолок, в коврик под дверью...
- Мяу!!!
БДЫЩ. На Гермиону будто вылили ушат с ледяной водой да и в добавок током хорошенько шибанули.
- Глотик! Я совсем про тебя забыла! Боже мой, Боже мой... Тааак, где там была твоя переноска... - Гермиона отчаянно начала искать переноску её любимого питомца.

Вжжжж-вжжжж. Вжжжж-вжжжж.

- Да кому я нужна в такой момент! В жизни мне никто не звонил, а вот сейчас, когда всё кувырком, кому-то приспичило проведать меня! - в ярости выкрикнула Гермиона и с неистовой злостью откинула крышку зелёного чемодана на старый плиточный пол лестничной площадки.
- Алло, Гермиона Грейнджер слушает. - кто бы только знал, скольких усилий потребовалось нашей героине, что бы не выдать этому несчастному смертному всё, что она о нём сейчас думает, а просто спокойно выдать дежурную фразу.
- Здравствуйте, Ваш водитель подъехал и ждёт Вас у Вашего подъезда. Чёрный фольксваген, 349. Чёрный фольксваген, 349. Чёрный...-
- Хорошо! Спасибо! Я сейчас выхожу уже! Прекратите! Я поняла, что меня ждёт Чёрный фольксваген, 349!!! - наконец взорвалась Гермиона. Она с яростью ткнула в бедный экран телефона на красную кнопочку.
- Боже мой, Глотик, вот скажи мне, почему я такая невезучая?! - Гермиона жаловалась своему рыжему коту, попутно загоняя его в переноску, которую отыскала в этом проклятом зелёном чемодане. - Да заходи уже, непослушные ты животное! - взбесилась Герми, когда при очередной попытке впихнуть кота в его временный дом, этот рыжий кусок летняя, как окрестили про себя Гермиона это пушистое недорозумение, укусил девушку за палец. Наконец, ей удалось и посадить кота под "домашний арест", и сложить чемодан, и закрыть квартиру, и даже донести свою исполинскую ношу до 1 этажа. "Благо, живу я не на девятом, а на третьем этаже. " - подумала про себя Гермиона, спуская последний, серый, чемодан вниз. "Ну и персонал у такси, конечно! Нет бы, помочь слабой девушке! " - в мыслях возмущалась Гермиона под заунывный вой Живоглота, который, я ручаюсь, был не в восторге от постоянной тряски и качки, хотя глубоко в душе она понимала, что это в обязанности водителя совершенно не входит.

Вот она наконец-то вышла на свет белый.