Выбери меня

Всю дорогу домой Гермиона почти не замечала, куда идёт.

Письмо.

"Следующей правду узнает Уизли."

Эти слова не выходили из головы.

Она шла всё быстрее.

Потом почти побежала.

Холодный ветер бил в лицо, но она его не чувствовала.

В голове крутилась только одна мысль.

Он должен услышать это от меня.

Не из слухов.

Не из анонимных записок.

Не от какого-то незнакомца.

От неё.

⸻

Когда она открыла дверь квартиры, Рон был на кухне.

Он что-то готовил, негромко насвистывая себе под нос.

Услышав хлопок двери, он улыбнулся.

— Ты сегодня рано...

Он обернулся.

Улыбка сразу исчезла.

— Герми?

Она стояла в прихожей, тяжело дыша.

Волосы растрепались.

Щёки раскраснелись.

Будто она бежала всю дорогу.

— Что случилось?

Она сняла пальто дрожащими руками.

Ответить сразу не смогла.

Рон быстро подошёл к ней.

— Ты меня пугаешь.

Гермиона посмотрела на него.

И вдруг поняла, что не знает, с чего начать.

— Нам нужно поговорить.

Очень серьёзно.

Он молча кивнул.

⸻

Через несколько минут они сидели в гостиной.

Перед ними остывал чай, к которому никто так и не притронулся.

Рон терпеливо ждал.

Не торопил.

Не перебивал.

— Помнишь... — тихо начала Гермиона. — Я говорила, что в академии появились странные слухи?

— Да.

— Они становятся хуже.

Она сжала пальцы.

— Кто-то целенаправленно копается в прошлом.

Рон нахмурился.

— В чьём?

Она подняла глаза.

— В нашем.

Он ничего не сказал.

Только внимательно смотрел на неё.

— Сегодня...

Она глубоко вдохнула.

— Сегодня пришло письмо.

В котором было написано...

Она почувствовала, как дрожит голос.

— «Следующей правду узнает Уизли».

Рон медленно выпрямился.

— Какую правду?

Повисла тишина.

Гермиона закрыла глаза.

А потом произнесла слова, которые боялась сказать долгие годы.

— До того как мы снова начали встречаться...

После войны...

У меня были отношения.

Рон молчал.

Она продолжила:

— Очень недолго.

Но были.

Он не отвёл взгляд.

Не перебил её.

— С Драко Малфоем.

В комнате стало так тихо, словно весь мир перестал существовать.

Гермиона почувствовала, как сердце бьётся где-то в горле.

— Почему ты никогда не рассказывала?

Его голос был спокойным.

И именно это пугало сильнее всего.

— Потому что мне было стыдно.

Она покачала головой.

— Не из-за него.

Из-за себя.

— Почему?

— Потому что всё закончилось ужасно.

Мы расстались.

Поссорились.

И я решила, что никогда больше не хочу возвращаться к этой истории.

Рон долго молчал.

Потом спросил:

— Ты любила его?

Вопрос прозвучал тихо.

Без ревности.

Без злости.

Просто честно.

Гермиона не стала уходить от ответа.

— Тогда...

Она задумалась.

— Мне казалось, что да.

После войны мы оба были совсем другими людьми.

Мы пытались найти хоть что-то нормальное среди всего пережитого.

Но...

Она покачала головой.

— Мы только делали друг другу больнее.

И это закончилось.

Очень давно.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Я люблю тебя, Рон.

Сейчас.

И уже много лет.

Именно поэтому я рассказываю всё сама.

Потому что не хочу, чтобы ты услышал это от кого-то другого.

Рон опустил взгляд.

Его пальцы были сцеплены в замок.

Он долго ничего не говорил.

Гермиона чувствовала, как внутри всё сжимается.

— Скажи хоть что-нибудь...

— Я думаю.

Она кивнула.

Он имел на это право.

Прошла почти минута.

Наконец Рон поднял голову.

В его глазах не было злости.

Была боль.

— Мне больно.

Она опустила взгляд.

— Я знаю.

— Не потому что это было.

Потому что ты столько лет носила это одна.

Гермиона почувствовала, как по щекам снова покатились слёзы.

— Я боялась.

— Меня?

— Потерять тебя.

Рон тяжело выдохнул.

Поднялся.

Подошёл к окну.

Несколько секунд смотрел на вечерний город.

Потом тихо сказал:

— Теперь я понимаю, почему последние недели ты была такой.

Она молчала.

— Ты боялась не за себя.

Ты боялась за нас.

Гермиона кивнула.

— Да.

— И поэтому решила рассказать сама.

— Да.

Рон медленно повернулся.

— Спасибо.

Она удивлённо посмотрела на него.

— За что?

— За то, что выбрала правду.

Даже если она запоздала.

Он подошёл ближе.

Взял её за руки.

— Мне нужно время.

Не потому что я перестал тебе верить.

Потому что мне нужно уложить это в голове.

Она судорожно кивнула.

— Конечно.

— Но одно я знаю точно.

Он крепче сжал её ладони.

— Я не позволю каким-то анонимным трусам разрушить нашу жизнь.

Гермиона не выдержала и заплакала.

Уже не сдерживаясь.

Рон обнял её.

Крепко.

Без слов.

И в этот момент ни один из них не заметил, что в почтовый ящик квартиры с тихим стуком опустился ещё один конверт.

Без имени.

Без адреса отправителя.

С тем же самым аккуратным почерком.