Акт II Завоевания и Испытания Глава XVI Сети интриг
В Риме мраморные колонны храма Юпитера отбрасывали тени на Луция Вария, чья тога с пурпурной каймой пропиталась потом. Он стоял в портике, встретившись с Кассием Лонгином, чьё лицо, худое и острое, напоминало кинжал. — Ты обещал мне десять тысяч денариев, — прошипел Варий, его пальцы, унизанные перстнями, дрожали. — Но твои планы трещат, как старый мост. Валерий всё ещё жив, а сенат сомневается. Плати больше, или я найду другого. Кассий прищурился, его глаза сверкнули. — Ты забываешься, Варий, — сказал он, его голос был холоден, как мрамор. — Твои азиатские делишки — мой повод держать тебя на цепи. Плати я больше, и Траян узнает о твоих табличках из Эфеса. — Варий побледнел, но его алчность пересилила страх. «Он блефует, — подумал он. — Но Ливия знает слишком много». Он решил сыграть: — Ливия шпионит за тобой, Кассий. Она перехватывает твои письма. Я могу рассказать больше... за цену. Кассий кивнул, но его мысли были мрачны: «Варий — крыса. Его надо убрать». Той же ночью Варий, в своём доме, получил письмо, якобы от Кассия, приглашающее на встречу в термах. Но письмо было фальшивкой, подброшенной Ливией через раба. В термах Вария ждали не Кассий, а Ливия, в зелёной столе, с копией глиняной таблички из Эфеса. — Ты продал Азию, Луций, — сказала она, её голос был сладким, как яд. — Передай мне письма Кассия, или эта табличка окажется у Траяна. — Варий, задыхаясь от паники, кивнул, его глаза бегали. «Она переиграла меня», — подумал он, но уже искал, как вывернуться. В Британии Марк Валерий вёл легион через болота, где тростник шуршал, как змеи. Его решение ослушаться Траяна вызвало ропот, но победа над Картаксом укрепила его авторитет. У костра Гай учил Флавия тактике: — В болотах держи щит низко, парень. Каледонцы бьют в ноги. — Его винис чертил линии в грязи. Флавий, чья рана заживала, нахмурился. — Центурион, Марк ослушался императора. Это правильно? Мы победили, но что, если Рим отвернётся от нас? Гай посмотрел на него, его шрамы казались картой его жизни. — Марк делает, что должен, Флавий. Но боги любят дисциплину, а не героев. — Его голос был суров, но в глазах мелькнула тревога. «Мальчишка прав, — подумал он. — Валерий идёт по краю». Тем временем Корнелий, преторианец Кассия, подкупил каледонского вождя, Бренна, за сто денариев, чтобы тот устроил ложную атаку на римский форт. Корнелий, нервничая, оставил кошель с римскими монетами у каледонского лагеря — роковую ошибку. Его голубые глаза блестели от страха, когда он возвращался в лагерь, его броня звенела. «Кассий заплатит, — думал он. — Но если Марк узнает...»